Лимонные дольки иллюзий...

Мёнин сидит на полу, закрыв глаза, уткнувшись затылком в холодную стену, в руке бокал шампанского, часы отбивают полночь, по щекам катятся злые слёзы. Новый год. В этом мире принято его отмечать, принято верить в чудеса. А если моё чудо невозможно? А если я спас мир, потеряв всех кого люблю? Щелчок пальцев и бумажка с желанием пеплом осыпается в бокал, Мёнин глотает шампанское, вместе с солёными слезами, не чувствуя вкуса. Три глотка. Шаг. Темнота. Новый мир. Он попробует ещё раз. Ещё столько сотен раз сколько понадобится. Миры слились, казались одним большим пятном, Мёнин не замечал их красоты или необычности. Он искал, искал одного человека, просто не верил, что тот может умереть насовсем. — Токлиан! — Звал он в отчаянной попытке найти любимого, не особо веря в успех, глотая отчаяние, дыша им, но живя искрой надежды. В минуты, когда верить уже было не во что Мёнин в сердцах проклинал Тихий город, Ехо, Джуффина, всех тех, кого он спас. Ужас потери наполнял его до краёв. Но Вершитель не привык сдаваться и потому он снова и снова отправляется на поиски, из последних сил веря в чудо. Однажды его взгляд цепляется за неприметного юношу в длинных одеждах. Секунды хватает, чтобы узнать взгляд этих глубоких глаз, они бегут навстречу друг-другу, замирают в шаге, не решаясь коснуться. Тянут руки, а потом падают в объятия как в омут. —Нашёлся!! —радостно шепчут оба. Каждый рассматривает другого, примечая изменения, радуясь встрече после долгой разлуки. А потом они сидят в кафе, пьют какой-то воздушный зеленоватый напиток, которые местные называют «кофе», вот Макс бы посмеялся. Они говорят, говорят и говорят, обо всём что произошло пока они не виделись и смотрят друг-другу в глаза, не смея оторваться, не смея поверить своему счастью.