Проект "Северное сияние"

      Я стояла в ванной, облокотившись на раковину руками и сверлила взглядом зеркало. Там я уже не видела себя, какой я была несколько лет назад. Оттуда на меня смотрела девушка покалеченная судьбой. Со шрамами, рассекающие бровь и подбородок с левой стороны лица, некогда светло-карие глаза приобрели совсем другой, тёмный оттенок, почти чёрный. В глазах копились только злость, жёсткость и лёд. И из-за постоянно нахмуренных бровей, между ними пролегла морщинка.       Я уже не помню, когда от души смеялась, радостно улыбалась, и когда я сейчас попробовала улыбнуться самой себе, это больше было похоже на волчий оскал. Каштановые волосы были собраны в тугой хвост, а на шее висел мой неизменный защитный кулон.       Опустив голову, я глянула на правую руку, в которой крепко сжимала цепочку с кулоном Селены. Как же я скучаю по ней. Мне очень не хватает её советов, слов, а главное присутствия рядом. Она всегда находила нужные слова в любой момент. Ещё раз взглянув на цепочку подруги, я изобразила что-то вроде ухмылки, кивнула своему изображению и вышла из ванной, тыльной стороной ладони вытирая непрошенную слезу.       Зайдя к себе в спальню, я надела кулон Селены и накинула на себя, поверх чёрной футболки, кожаную куртку, а на руки натянула мотоциклетные перчатки, так же чёрного цвета. Проходя мимо высокого зеркала, можно было бы подумать, что я из какого-то клуба байкеров. Куртка, футболка, штаны, ботинки, перчатки, абсолютно всё было чёрного цвета. Но мне это и нравилось. — Я на прогулку, – заглянув в комнату отдыха, сказала я ребятам, которые сидели и занимались каждый своим делом. — Сегодня тот день? Третий за эти полгода, – поднялся Август с пола и подошёл ко мне. — Сегодня он особенный, – тихо проговорила я. — Когда ты уже возьмёшь меня с собой? – Проговорил Август, выходя вместе со мной из комнаты и шагая по коридору. — Когда-нибудь никогда, – подмигнула я парню и оставила его позади. — Постой, – крикнул он.       Я развернулась к нему лицом, и он кинул мне ключи, которые я ловко поймала. — Только не говори мне. – Я, широко раскрыв от удивления глаза, смотрела на ключи в моей ладони. — Харлей, второй. Он твой. Я там его немного усовершенствовал. Завтра покажу. — Господи! – Я в два шага преодолела расстояние с другом и крепко обняла его. – Спасибо! Я и не рассчитывала никогда на это. — А теперь-то ты возьмешь меня? – Ухмыльнулся Август, похлопав меня по спине. — Нет, – довольно протянула я, отстранилась и рванула в гараж.       Вот он мой красавец. Август перекрасил бак и крылья в тёмно-бордовый цвет, зная, как я люблю его. В остальном же, мотоцикл был чисто чёрный, матовый. На руле висел шлем, также в бордовом цвете. А сбоку, в районе виска была нарисована маленькая радуга. Август, чёрт тебя дери! Улыбнувшись и покачав головой, я надела это радужное средство защиты и села на мотоцикл. Прошло около полминуты на то, чтобы я привыкла к новому ощущению, ибо Харлеем я управляла только несколько раз, когда Август учил водить его. А тут он мой, личный, с нарисованными моими инициалами на топливном баке. — Август. – проговорила я в наушник, который всегда был у меня в ухе, когда я выбиралась одна в город. — Да, радужная девочка? Нравится? – Послышался насмешливый голос друга. — Ты засранец, спасибо тебе! — Пользуйся, и помни, не оставляй его на видном месте. — Поняла тебя.       Заведя мотор и чуть не застонав получая удовольствия от звука, я выехала из гаража и сквозь темноту города, обгоняя холодный осенний ветер, поехала в дальний конец, в один из богатых районов Нью-Сити.       Мимо мелькали разнообразные цвета города, люди, машины. В ушах раздавался гул от мотоцикла, а на спидометре стрелка поднималась всё выше и выше.       И вот добравшись до нужного места, я остановилась и спрятала мотоцикл в кустах, где возле дерева притаилась и сама я. С диким биением сердца и сжав кулаки до такой степени, что костяшки побелели, я наблюдала за поворачивающей на улицу дорогой машиной. Плавно передвигаясь по воздуху, сбавляя скорость машина остановилась возле одного из домов, до боли знакомого, но уже такого чужого.       Задняя пассажирская дверь открылась и из машины вышла Селена, а следом и её родители. Достав чемодан из багажника, они направились в дом. — Привет, подруга, – прошептала я, сжимая её кулон у себя на груди.       На самом деле у меня была возможность вернуть его ей, положив под дверь, например, но я не хотела, чтобы они знали, что я жива. Так они будут в безопасности. В новостях, по центральному телевидению, однажды передали, что девушка, которая семья Филлс объявила в розыск, бесследно пропала, предположительно мертва. Присвоить мне статус мёртвой позаботился Барни.       Глядя на Селену, я вспомнила, как наблюдала за её попытками расклеивать объявления о розыске с моей фотографией в течении всего дня, как я срывала эти объявления, чтобы никто их не увидел, как так же взглядом издалека провожала её на самолёт, когда она со слезами на глазах улетала учиться в Лос-Анджелес.       Благодаря одному устройству, что сделал мне Август, тогда, в день отлёта я прекрасно слышала слова подруги. Как ей не по себе лететь одной, ведь она думала, что я буду рядом. И ей казалось, что она предаёт меня, улетая одна, без меня.       И сейчас, настроив на экране планшета нужную частоту, я сквозь наушник слышала каждое слово семьи Филлс. — За последние десять лет это первый мой день рождения без неё, – сказала Селена, заходя вместе с родителями в дом.       От меня не ускользнули грустные нотки в её голосе. — Я знаю тебе тяжело. Нам всем тяжело, дочка, – обратилась к ней её мама, – но пора принять, что её больше с нами нет. — У меня бывает очень странное чувство, – в окне я видела, как Селена села на диван и закрыла лицо руками, облокотившись локтями на колени, – мне кажется, что она наблюдает за мной, будто оберегает. Не знаю. – От её слов у меня больно защемило в груди, и в груди начала растекаться ноющая боль. – Я не хочу признавать её мёртвой. Я не буду этого делать. Она обещала не бросать меня, – Селена заплакала, от чего её тело задрожало. — Я не бросила тебя, – прошептала я, смахивая слёзы с лица, мысленно пытаясь унять боль в сердце, ибо оно разрывалось.       Мне безумно хотелось сорваться с места, подбежать к двери, постучать и сказать, что вот она я. Жива. Обнять подругу, обнять её родителей. Рассказать всё в подробностях. Но вспоминая о последствиях, которые могут произойти после этого, я не делаю ни шага, ни одного движения в сторону подруги. — С днём рождения, тебя Селена, – лишь проговорила я, стоя в тени и облокотившись на дерево плечом.       Селена поступила в Высшую медицинскую академию в Лос-Анджелесе. Используя хакерские уроки, что давал мне Барни, я взломала систему академии и нашла информацию о Селене. Два месяца хватило руководству учебного заведения, чтобы понять, что перед ними одна из самых умнейших девушек. Со второго семестра её решено было перевести уже на второй курс обучения. Ибо подруга давала такие высокие результаты, что у академии не было выбора. И судя по личным заметкам декана факультета, у Селены были все шансы закончить академию быстрее своих сверстников, но получить такое же количество знаний, если не больше.       Я очень гордилась своей подругой. А также её целеустремлённостью стать отличным хирургом. Она хотела им стать, и она им станет.       Понаблюдав за подругой ещё около часа, я мысленно попрощалась с ней до следующего её прилёта в Н-сити, который ожидался теперь только на рождество. — Я обязательно тебя ещё навещу.       Последний раз обернувшись к дому подруги, я откатила мотоцикл на дальнее расстояние, чтобы его шум никто не услышал, завела его и пропуская удары сердца, поехала обратно в убежище, которое стало мне домом.

***

      Мчась по городу, я сама не понимала, что свернула не туда. И только когда в ухе послышался голос Августа, я резко затормозила и с бешено-колотящимся сердцем осмотрела место, куда направлялась. — Не делай этого, – сказал Август.       Я была на въезде в район, где когда-то располагался мой дом. — Ты что и на Харлей трекер прицепил? — У меня трекеры в-е-з-д-е, – с расстановкой проговорил он, я даже представила, как он закатывает глаза, – я хочу знать, где находится мой транспорт. — Кощунство, так надругаться над этим произведением искусства, – я погладила мотоцикл по топливному баку. — То есть приделать к нему крепления для оружия, это не кощунство по-твоему, а трекер уже всё, осквернение? — Конечно, – хмыкнула я, вглядываясь в высокий металлический забор, которым был обнесён мой квартал, – я не задержусь тут. — Там уже нечего смотреть, Ирида. Не стоит себя мучить. Снова. – Умолял Август. — Я быстро.       Отключив наушник, я подъехала ближе к забору. Не снимая шлема, я слезла с мотоцикла и пошла вдоль ограждения, ведя по нему рукой. Ведь я легко могла одним движением руки смахнуть его, пройти в глубь пепелища, которое давно уже, скорее всего, было расчищено. Но я этого не сделала. К тому же не стоило лишний раз тревожить систему сигнализации.       Пройдя ещё несколько метров, я резко остановилась. Возле забора была припаркована машина, и облокотившись на неё спиной, спрятав руки в карманах брюк, стоял парень, пристально смотря на ограждающую металлическую конструкцию. В темноте меня не было видно, а вот парень стоял под светом фонаря, и я смогла разглядеть его лицо.       Маркус Монро. Тот пожарный, с которым мы застряли в бункере моего отца. Что он здесь делает?       У него был весьма задумчивый вид. И судя по шевелящимся губам, он что-то нашептывал себе под нос. Моментально настроив частоту, я смогла слышать его голос. — Прошло уже полгода, а это дело меня всё никак не отпускает, – говорил он, – докопаться бы до истины.       Сделав несколько шагов вперёд, под ногой предательски хрустнула ветка, и я замерла как вкопанная в землю, когда Монро выпрямился, оторвавшись от машины и насторожился, глядя в темноту, где стояла я. — Есть кто? Если что я вооружён и очень опасен! – Он начал рассеянно осматриваться, видимо искать, чем можно вооружиться. – Господи, что я несу, – прошептал парень.       Парень медленно ступал в мою сторону, а я медленно делала шаги назад, к мотоциклу. Развернувшись к транспорту, я хлопнула себя по шлему, увидев, что припарковала его как раз под фонарем. Глупая Ирида! Я подняла шум, рванув с места к мотоциклу, так как под ногами шуршала опавшая с деревьев листва. — Хэй! – Завидев меня, Маркус перешел на бег, – стой, кто ты?       Не говоря ни слова, я запрыгнула на мотоцикл, благодаря Августа, за то, что заводится Харлей моментально, вырулила на дорогу, где, оглянувшись увидела, как Маркус не догнав меня, остановился, разочарованно махнув руками. — Чуть не попалась! – Послышался голос Августа в ухе. — Господи! – Вздрогнула я, на секунду потеряв управление и вильнув мотоциклом, – я и забыла, что наушник автоматически включается, когда настраиваешь частоту. Напугал же! — Прости, – но в голосе Августа не было ни капли сожаления.       Я услышала, как позади нарастал гул аэромобиля. Обернувшись, я увидела, как за мной гналась машина Маркуса. Вот ведь приставучий тип! Придав газу мотоциклу, я снова не дала парню шанса меня догнать, оставляя его далеко позади себя.       Для верности, сделав несколько кругов по городу, и убедившись, что за мной никто не следит, я направилась к руинам, где находилось наше убежище. И пока я ехала, я думала о том, что надо будет навестить Маркуса Монро в обличии Фурии и разузнать у него всю информацию, какую он только знает об этом деле.