Как сенсей...

«Семпай? Она что со мной флиртует? Или заигрывает?» - задавал себе мысленно вопрос Хатаке. По какой-то причине девчонка с красными волоса не собиралась покидать его голову, уже второй вечер подряд. И как назло, последние два дня он постоянно с ней сталкивался. В первый раз это произошло на улице, недалеко от дома, в котором продолжал жить мужчина, даже после получения должности Рокудайме. В его жизни и так произошло нового потрясений, за столь короткий срок, а ещё и лишаться привычного образа родных пенат уж точно не хотелось. Столкнувшись с Хокаге на улице Китами, удивилась не меньше, чем он сам. У девушки появилось подозрение, что тот теперь преследует её, так сказать, следит, чтобы та ничего не натворила. Второй раз они столкнулись недалеко от Академии. Узумаки шла с Наруто, и, если судить по её не всыпанному лицу, и общему потрёпанному виду, тот разбудил её как всегда - очень рано утром. И в очередной раз тащил за собой в Ичираку, обещая накормить её раменом. Потом они пересеклись в магазине, и ещё раз в квартале, где теперь оба проживали, и ещё раз, и ещё, ещё. Теперь и сенсея седьмой команды создалось впечатление, что девушка за ним следит. Но каждый раз, как красноволосая Узумаки мелькала перед глазами, это напоминало Хокаге о нерешенной головной боли: «Как теперь стоит поступить с Китами, когда та никак не ладила с детьми?» Директор Академии – Ирука, предложил Какаши, чтобы та прошла небольшие педагогические курсы, и возможно поприсутствовала на уроках Садоры-сенсея. Ведь та была всего на год старше Узумаки и могла бы на своём примере показать, как можно добиться авторитета детей мягко и не заметно для них. И такой расклад нравился, но подготовка могла занять какое-то время, и что же все это время делать Китами без заработной платы? Финансовое управление Деревни Скрытого Листа навряд ли выплачивало бы ей жалование, так как на бумагах она сенсеем была, а на практике нет. - Быть Хокаге сплошная боль… - вслух сказал Хатаке. И чтобы отвлечься от проблем, тот решил прибегнуть к любимому занятию. «Приди, приди рай…» моментально была извлечена из прикроватной тумбы, включать в комнате свет не было необходимости, так как лунный свет хорошо освещал скромные апартаменты Рокудайме. Стоило лишь взгляду скользнуть по первой строчке прекрасного произведения Жабьего Отшельника, как раздался оглушительный грохот, прямо над квартирой шиноби. Ему показалось, что сейчас обрушится потолок, но этого не произошло. Необходимо было выяснить, что произошло, и Шестой Хокаге, резко соскочив с кровати выбежав из квартиры в коридор, помчался по лестнице на четвертый этаж. *** Китами чувствовала себя очень виноватой перед Какаши-семпаем. Тот положился на неё, и впервые за долгое время Узумаки смогла почувствовать себя нужной кому-то, а на облажалась в первый же день… Семпай? Могла ли она его так называть? А почему бы и нет? Обращаться только по имени было бы невежливо, приставку -сама он не терпел, но он не был её учителем, поэтому сенсеем его тоже не назовешь. «Может быть Какаши-кун? Ага как же! Тогда бы он подумал, что ты втюрилась в него! Китами - ты идиотка!» - ругала себя мысленно девушка. Сейчас она на себя злилась, из-за её безрассудного поведения Рокудайме мог принять её за легкомысленную дурочку. Не сдержав себя и собственную злобу, красноволосая пнула коробку с вещами, и та как по принципу домино повалила за собой остальные, из-за чего на вся гостиная новой квартиры Китами превратилась в руины с легкими нотками первородного хаоса, издавая при этом шум, который мог разбудить весь дом, в котором проживало много шиноби. И как могла заметить Китами в основном они были из подразделения АНБУ. Дверь её квартиру кто-то вынес с ноги с большой силы, и та с вынужденным сожалением распахнулась. На пороге стоял уж точно нежданный гость. Полуобнаженный сенсей безбашенного братца Наруто и нынешний глава Конохи – Рокудайме Хатаке Какаши. Внешний вид легендарного шиноби сильно впечатлил девушку, из одежды присутствовал, лишь такой предмет гардероба как штаны, голый торс со жгутами крепких и сильных мышц бесстыдно подсвечивался одиноко горящей лампочкой в коридоре, а на лице ниндзя все так же покоилась скрывающая половину лица маска. И сейчас беловолосый этому был рад, потому что смутился он не меньше, чем желтоглазая девица, стоящая напротив. Сейчас грозная перечно-острая куноичи выглядела, как минимум по-домашнему беззащитно. На ней сейчас не было её повседневной формы с синими свободными укороченными брюками и желтой блузкой-кимоно. Свободная черная футболка, слегка мешковато сидела на её плечах, но вот короткие шорты уж сильно обтягивали её широкие бедра. В её привычной одежде нельзя было подумать, что Китами обладательница таких форм. Сильные и стройные ноги на которых отчетливо можно было проследить рельеф мышц, сейчас полностью приковали внимание встревоженного соседа. Повисло минутное молчание. - Какаши-сэмпай, - решила первая обратиться девушка, - эм… Зачем вы чуть не сломали мою дверь? Хатаке оглянулся, и осознал, что приложил слишком уж много усилий. - То же самое могу спросить у вас, Китами время час ночи, а вы создаете столько шума. Что любой подумал бы, что Началась Пятая Мировая Война Шиноби, - в такой же манере парировал вопрос девчонки Шестой Хокаге. - Не думала, что меня было так сильно слышно, - закатывая глаза оправдалась красноволосая. У неё создавалось что её в очередной раз отчитывает дедушка, за то та, не слишком усердно тренировалась. - В округе может и не слышно, но вот ваши соседи снизу явно обеспокоены, - с замечанием сказал Какаши, его одновременно раздражало и забавляла манера речи Китами. - Можете им передать, что это был первый и последний раз. Впредь я буду аккуратнее. - Хорошо, я учту, что теперь вы будете аккуратнее… И вновь несколько секунд неловкой тишины. - Ээ! Это вы что ли мой сосед снизу ?! – воскликнула покрасневшая Узумаки. Но на её вопрос, Хатаке лишь сдержано кивнул и продолжал наблюдать за одолевавшим девицу стыдом. Это приносило Хокаге какое-то определенное чувство удовлетворения. В который раз за эти несколько дней Китами съедала совесть за собственную бестактность. Она будто специально нарывалась на немилость Какаши-семпая всеми способами. Но как оправдаться, что это происходит случайно? - Да я. И ваш сосед придумал ваше занятия на время обучения педосновам. Раз плохо ладите с маленькими шиноби, будете заниматься с большими. По вечерам в Академии будете преподавать основы запечатывающих техник для ниндзя-чуунинов. У них голова на плечах есть, и подобных как в прошлый раз эксцессов произойти не должно. Вы согласны? – спросил Рокудайме, он решил, раз обнаружил «головную боль», то и стоило сразу с ней разобраться. Странно, но подобное решение проблемы пришло ему в голову весьма неожиданно. - Да, конечно! – радостно ответила Узумаки, она была счастлива, что её не посчитали совсем безнадёжной и дали ещё один шанс. Тем более действительно казалось, что со взрослыми ей будет работать проще, но на время придётся поубавить собственную гордыню и вспыльчивость. В знак глубокой признательности Китами поклонилась Хатаке немного ниже обычного, она не решалась посмотреть в глаза шиноби, которому принесла уж слишком много дискомфорта, поэтому обратила внимание на руки Хокаге, тот сжимал в руках какую-то книгу. Но это не было чем-то из вещей красноволосой, значит Шестой пришёл сюда вместе с эти, - Какаши-семпай, а что вы читаете? Беловолосый мужчина только сейчас понял, что был так озадачен происшествием на верху, что прибежал в квартиру на четвертом этаже вместе «со своей маленькой слабостью». Поспешно спрятав Ича-Ича за спину, Хатаке мгновенно ретировался, на ходу краснея и объясняя, что пустяковый документ, не заслуживающий внимания девушки, так же напоминая, чтобы завтра вечером она появилась на первое занятие в Академию. - Что такое «Приди, приди рай»? – уже в пустой квартире вслух задала вопрос девушка. *** Следующие пару месяцев, как и сказал Глава Конохи, Китами по вечерам работала в Школе Ниндзя с опытными шиноби. С ними ей было проще, не приходилось начинать с основ. Обучение шло эффективнее и быстрее. Как оказалось преподавать не так страшно, как представлялось в начале. Возможно потому, что это сложно было назвать полноценными уроками, это больше походило на факультатив, который посещали по желанию. Узумаки поняла, что добилась определенного прогресса, когда в её классе периодично появлялись и более опытные шиноби – джоунины. А вот днём она была абсолютно свободна, естественно после небольших занятий с Директором Умино или иногда с остальными преподавателями. Те пытались ей объяснить специфику работы с детьми и дать советы, но это времяпрепровождение не очень нравилось девушке. Чем больше она изучала педагогику, тем больше понимала, что работа с детьми её вообще не интересует. Хатаке был рад, что Узумаки наконец-то оказалась при деле. Что ещё больше радовало, так это их случайные встречи значительно сократились, невзирая на то, что они жили в одном доме и отделяло их только перекрытия этажей. Всё реже в голове всплывал тот случай с книжкой. Хотя вовсе не боязнь разоблачения в чтении Ича-Ича смутила в тот раз сенсея команды номер семь. Какаши давно подметил, что несмотря на всю грубость и вспыльчивую манеру Китами, она была очень вежливой и воспитанной, и всегда кланялась, когда кого-то благодарила, даже если это был постоянно докучавший её Наруто. Видимо подобное поведение ей привили в детстве. И когда в тот злополучный момент, в квартире Узумаки, та склонилась в поклоне, решив поблагодарить, то взор Хатаке упал не на неё, а на зеркало, что так некстати оказалась позади девушки. В этом предмете интерьера так не вовремя отразилось одно пикантное место, и злополучные короткие шорты слегка задрались от глубокого поклона девушки. Пытаясь поступить вежливо и правильно, Китами лишь ещё больше смутила Рокудайме, и если бы не её заинтересованность в литературе, то пару мгновений спустя маска Хокаге запылала адским пламенем в след за щеками. Сейчас красноволосая девушка неспешно шла к месту работы, размышляя о том, что сейчас её жизнь складывалась замечательным образом, ранее она о таком и мечтать не могла. Ей не надо было больше скрываться, прятать свою внешность. Поздний февральский ветер приятно обдувал алые длинные локоны поигрывая ими. Сейчас на улице было удивительно тепло для последнего месяца зимы. - Онэсан! – громкий оклик «другого» Узумаки, отвлёк девушку от собственных мыслей, она остановилась и обернувшись увидела спешащего к ней блондина, у того в руках был небольшой конверт, который слегкка насторожил девушку. - Привет Наруто, - поздоровалась Китами, как только тот наконец-то подбежал к ней. - Привет Китами-онэ-сан! На работу направляешься? Оно и правильно! Слышал у тебя хорошо получается. – похвалил свою однофамилицу джинчуурики. - Ты что-то хотел? – спросила красноволосая, видя, как блондин немного сомневается. Наруто нервно пожимал конверт в руке, не зная того, как отреагируют на его просьбу. - Я не знаю, в курсе ты или нет, но у нас с Хинатой скоро свадьба. - Поздравляю вас, - абсолютно искренне произнесла девушка. - Спасибо. Ты знаешь торжество обещает быть большим, много будет гостей, да что уж там, почти вся деревня. Я знаю, что возможно тебе уже надоел, но мы были бы счастливы с Хинатой, если бы ты пришла, - сын Четвертого Хокаге протянул конверт с приглашением. Китами немного оторопела, но по прошествии нескольких секунд приняла его. - Знаешь, у меня не так много родственников. Если быть честным, то не одного. Хотя все мои друзья, мне как семья… Мы с тобой оба из Узумаки Ичизоку, хоть я и не похож на представителей нашего клана внешне, но я хотел, чтобы хотя бы в этот день, ты пришла как моя старшая сестра. Китами глубоко тронула речь Наруто. До этого момента, она относилась к нему не более чем к назойливой мухе, её раздражало его столь активное внимание к её персоне. Но сейчас она понимала, что из-за отсутствия на протяжении всей жизни у Узумаки семьи, в ней он видел единственный луч надежды, который смог бы его связать с наследием их некогда великого клана. Для неё, это было близко, ведь она так же росла без родителей, хотя её и воспитали бабушка с дедушкой. Но сейчас она была абсолютно одна, и быть может ей не стоит так сильно отгораживаться от тех, кто сейчас хочет стать частью её семьи? - Конечно, же я приду как твоя Онэсан. Наруто-отото*. Прижав конверт к груди Китами широко улыбнулась, от чего привычный лисий взгляд стал намного теплее и искреннее.