Манифест Последнего Мародёра

Гермиона Грейнджер изволила злиться, да так, что стекла в доме начали дребезжать. Она не могла отвести взгляд от статьи, и не могла перестать злиться на вопиющего идиота, по имени – Гарри Поттер. И это просто вывело её из себя, она почти была готова взорваться, что вероятно вылилось бы в неконтролируемый поток проклятий, как словесных так и магических, если бы не голос позади неё. - Доченька, что-то случилось? Ты не злилась так со времен своей младшей школы. – Гермиона обернулась и увидела свою мать, Эмму Грейнджер, слегка взволнованную. – Что такого тебе принесла сова, что ты готова крушить все вокруг. Сказав эти слова, Эмма подошла к Гермионе и положила руки ей на плечи. Посмотрев ей в глаза, Эмма могла сказать точно, дочь в гневе и тот, кто его вызвал, может не дожить до рассвета. - Ну, что случилось? – еще раз спросила Эмма, посмотрев той в глаза. - Вот, - подала ей в руки газету, кое-как выдавила из себя Гермиона. – Прочти. Эмма взяла газету и села на диван напротив Гермионы, и углубилась в статью. Хмыкнув на заголовок, она начала читать, и можно было сказать о ее состоянии всего лишь по тому, как ее глаза становились все больше и больше. На каждый важный, по ее мнению, момент она то ахала, то охала. По мере прочтения статьи, она несколько раз поднимала глаза на Гермиону и хмыкала, на что Гермиона могла сказать точно – будут вопросы и неприятные. Как только Эмма дочитала, она серьезно посмотрела на дочь, хмыкнула еще раз и крикнула: - Дэниел Грейнджер, вылези из своего кабинета и иди сюда! Послышался грохот падающего предмета и торопливый топот со второго этажа, их Австралийского дома. Дэниел Грейнджер спустился и с неприкрытым беспокойством выглянул из-за дверного косяка. - Что я натворил такого, что ты так кричишь, Эми? - Пока ничего. – С лукавой улыбкой ответила его жена. – Может быть я что-то и придумаю, но сейчас важно вот Это. Она подняла газету и помахала ею. Её муж, облегченно вздохнул, и подойдя к дивану, упал рядом с ней. - Что это такое? - Газета. Магического Мира Британии. – Все еще улыбаясь, ответила Эмма. – Лучше прочти, все разговоры потом. Дэниел вздохнул и взяв газету в руки сказал, - Так ли это важно, что вы меня оторвали от моей модели? – Увидев нечитаемый взгляд своей жены, он пожал плечами и добавил. – Все равно придется читать. Я просто к тому, что надо ли читать это так скоро? Ладно, ладно. Не злитесь, обе. Боже, угораздило же меня… Эмма прервала его слова легким тычком под ребра, на что он не ответил, уже вчитываясь в статью. Он посмеялся на заголовок и продолжил углубляться в текст. За время прочтения статьи, он несколько раз поднимал взгляд на Гермиону и хмыкал. Пару раз он едва не подавился воздухом, но быстро взяв себя в руки, смотрел с не прикрытым расстройством на свою дочь. Были так же моменты, когда он посмеивался над словами или над теми, кому они предназначались. И вот он закончил. Положив газету на журнальный столик, он вздохнул и посмотрел на Эмму. - Твое мнение? – спросила она. - Мнение? Из этой статьи я узнал больше о происшествиях за время учебы нашей дочери в Хогвартсе, чем от нее самой. – Гермиона на эти слова лишь опустила голову. - Конечно, это не все, что мне было бы интересно узнать. Все что я могу сказать, что то, как он описал всю ситуацию в Британии, и какими именно словами мне понравилось. Хотя, можно было бы и повежливее, совсем чуть-чуть. Но если он уверен, что его не найдут, то, на его месте, я бы поступил точно также. - ТАКЖЕ? – вскинулась, переходя на крик, Гермиона. – Ты имеешь в виду то, что он сбежал, бросив всех, включая меня… - Так, Мия, успокойся. – Поднял руки её отец. – Я не говорил, что бросил бы кого-то из своих близких. Но, - он поднял указательный палец, - ты должна его понять, хоть тебе и не хочется этого сейчас делать. Из статьи, можно понять, что ему надоело то, что и как о нем говорят в Англии. Как ему надоело строить из себя «Героя», и то, что он хочет свободы и покоя. Что говорить о близких? – Он взял газету в руки и указал на пункт про Уизли и Амортенцию, - ты же сама, недавно, узнала, что тебя поили этой дрянью, и к кому ты должна была быть приворожена. Хоть, твоя подруга и советовала тебе пить противоядие. Как же её звали-то? А, точно, Тонкс. Та девушка, с забавными волосами. - Она погибла, - сказала Гермиона и поникла головой. - Это печально, - сказала Эмма и пересела к Гермионе. – Но надо жить дальше. И думать, что делать дальше. Что ты хочешь? - Найти этого идиота, и узнать, почему он не сказал мне об этом! – Вскинула голову Гермиона, с горящими глазами. - Ну, найти его не так уж и трудно. – Сказал Дэниел. – Загадка довольно проста. Ответ будет: Нью-Йорк. А вот сами поиски, уже в Нью-Йорке, будут проблематичны. Хотя, и дана подсказка – «Лавка Мародера». Что это такое? - Мародёры – это своего рода банда, или группа шутников в Хогвартсе. Основанная отцом Гарри и его друзьями. Они устраивали разного рода шалости или пакости над учениками. А причем тут Лавка, я не знаю. - Хм, - задумался Дэниел. – Сложно, если ты не знаешь, а Гарри ни чего не говорил о том, чем хотел бы заниматься после Хогвартса или Войны. - Он всегда говорил, что станет Аврором, как его отец. Это Магический полицейский. – Сказала Гермиона. – Больше он ни о чем не говорил, хотя все считали, что он мог бы стать неплохим про-игроком в Квиддич, как альтернатива. - У него не осталось родственников в Англии? – спросила Эмма. - Только Дурсли, но он хотел уехать от них сразу, как только станет совершеннолетним. Так, что он к ним не вернется, даже под страхом смерти. А кроме них… - Гермиона задумалась. Её глаза расширились, от осознания кое-чего. – Он не стал бы уезжать без малыша Тедди, своего Крестника. Он не стал бы его бросать. - Малыш Тедди? – удивилась Эмма, - про него ты не говорила. - Я просто не подумала о нем сразу! – ахнула Гермиона. – Это сын Тонкс и Ремуса Люпина, они назначили Гарри и меня, в своем завещании, его Крестными Родителями, а Гарри опекуном Тедди. У Тедди остались только мы с Гарри и его бабушка, Андромеда Тонкс. Я не уверена, что она спокойно бы отдала Тедди и позволила бы им уехать. А бросать Тедди Гарри бы не стал, он лучше других понимает, что ребенку нужны родители… нужен отец. - А могли бы они уехать втроем? Как вариант, могли бы, - проговорил Дэниел. – Что ты сейчас собираешься делать? Конкретный план действий. - Я поеду в Англию. Надо решить несколько вопросов, и уточнить, могу ли я получить информацию в Гринготтсе, да и свяжусь с Кингсли, вдруг он тоже, что-то знает, или еще с кем-нибудь. Заодно передам ему свои результаты проверки на зелья. Вы же хотите остаться? – Гермиона увидела, как её родители переглянулись и кивнули одновременно. – Тогда я решу все вопросы с домом в Англии, и поеду в Штаты. - Хорошо, - хлопнул в ладоши Дэниел. – Но сначала, ты расскажешь нам все, что происходило в Школе, и пояснишь некоторые моменты из статьи. - О, да, юная леди. Так просто вы не покинете этот дом. – Серьезно сказала Эмма. - Эх, попытаюсь… ХХХ 5 июля 1998 года, Лондон, Великобритания. 9:24. Спустя три дня, Гермиона Грейнджер спускалась с трапа самолета, прилетевшего из Австралии в Лондон. Она решила сразу же отправиться в Косой Переулок, в Гринготтс. Взяв такси, она отправилась к ближайшему магазину возле «Дырявого Котла» и, пройдя через паб, вошла на Переулок. Даже спустя столько времени, она не могла не улыбнуться волшебной атмосфере торговой улицы. Идя в сторону Банка, Гермиона слегка удивлялась, почему окружающие такие хмурые, хотя она не маскировалась, но окружающие волшебники толи специально, толи просто делали вид, что не замечают её. Остановившись возле газетного киоска, Гермиона поняла причину странного поведения окружающих. Заголовок «Ежедневного Пророка» кричал: «Куда пропал Гарри Поттер? Кто стоит за его исчезновением? Кто виновен в том, что Магическая Британия лишилась своего Героя?» Взяв в руки один экземпляр и передав три кната за неё продавцу. Гермиона увидела очередную ересь от Риты Скитер, которая, как всегда, поливала грязью всех окружающих. Гермиона пробежала по статье глазами, и вздохнула, решив сказать Кингсли, при встрече, как можно будет воздействовать на Риту. Убрав газету в сумочку, она продолжила свой путь в Гринготтс. Пройдя через дверь, она немного поежилась от всех взглядов направленных на неё. Гоблины стали очень осторожно наблюдать за ней, будто опасаясь, что она снова решит разнести их Банк. Подойдя к свободному кассиру, Гермиона обратилась к нему: - Приветствую вас, Мастер Гоблин. Пусть ваши хранилища будут полны золота, а ваши враги бегут в страхе от вашего имени. - Приветствую вас, Волшебница. Чем Банк может вам помочь? – Ответил Гоблин. - Могу ли я встретиться с Директором Рагноком? – спросила Гермиона. - Ваше имя? - Гермиона Грейнджер, Мастер. - Минуточку. – Сказал Гоблин и обратился к стоящему позади него охраннику и что-то проговорил на своем языке. Охранник выслушал и с кивком отправился вглубь Банка. Через минуту он вернулся, и проговорил ответ кассиру. После чего тот повернулся к Гермионе. - Директор Рагнок вас ждет, мисс Грейнджер. Ступайте за нашим сотрудником, он проведет вас по коридорам. - Благодарю вас, Мастер Гоблин. – С поклоном ответила Гермиона. Гоблин кивнул и переключил свое внимание к другим делам. Гермиона пошла следом за другим Гоблином, шли они несколько минут, причем Гермиона была уверена, что её водят по кругу, чтобы запутать, если она захочет куда-то свернуть. «Видимо, они все же не простили нашу вылазку весной», - думала Гермиона. – «Но Гарри сказал, что все уладил. Что тогда не так?» Гермиона заметила вдалеке большие, богато украшенные двери, возле которых стоял пост охраны из трех вооруженных Гоблинов. Гоблин провожатый сказал на своем языке что-то, на что Главный из охраны кивнул и, постучав в дверь, вошел. Через мгновение, он вернулся и, посмотрев на Гермиону сказал: - Великий Рагнок, дает вам свое разрешение на вход в его кабинет. Входите Волшебница, – указав Гермионе на открытую дверь. – Ваш провожатый будет вас ждать, чтобы вывести из наших подземелий. - Благодарю вас. – Ответила Гермиона, поклонившись, она вошла в зал приемов. За большим столом сидел Главный Гоблин Британии, Рагнок IV, Король Гоблинов и Директор Банка Гринготтс. Подойдя к столу, Гермиона поклонилась и сказала: - Приветствую вас, Рагнок. Пусть ваши хранилища будут полны золота, а ваши враги бегут в страхе от вашего имени. - Приветствую вас, мисс Грейнджер. – Кивнул Рагнок и указал на один из стульев, - прошу, присаживайтесь. Вам не чему бояться в стенах нашего Банка. Пока вы соблюдаете нашу неприкосновенность и не пытаетесь, вновь, нас ограбить. - Приношу вам свои извинения, за то происшествие. – Быстро ответила Гермиона. – Просто у нас тогда не было иного выбора. - Да, я знаю. – Кивнул Рагнок. – Лорд Поттер, все нам объяснил, когда мы с ним встречались по этому вопросу, он так же заплатил нам за разрушение Банка и угон Дракона. - А за ограбление? – Поинтересовалась Гермиона. - Мы, с Лордом Поттером, пришли к взаимному компромиссу по этому вопросу. Банк не будет преследовать Лорда Поттера, Вас, и мистера Рональда за то, что окружающие называют ограблением. Мы посчитали, что данное событие можно смело называть «Проверкой Безопасности». – Улыбнулся Рагнок. – Мы, Нация Гоблинов, решили пойти на это из-за древнего договора с Родом Поттер, хотя и взыскали плату за это происшествие. - Понимаю, - ответила Гермиона. - Итак, что Гринготтс может сделать для вас, мисс Грейнджер? – спросил Рагнок, сцепив руки. - Я хотела бы узнать, не располагает ли Гринготтс какой-либо информацией о Гарри Поттере? И если у вас есть какая-либо информация, то могу ли я её узнать? – обратилась Гермиона. - Хм, вы не первая кто приходит к нам, по этому поводу. – Сказал Рагнок. – Но я отвечу вам так же, как и всем волшебникам: Гринготтс не будет раскрывать информацию о точном местоположении Лорда Поттера, не будет помогать связаться с ним, но и также не будет запрещать искать его. Лорд Поттер решил немного проучить Сообщество Волшебников Британии, он уже две недели, как покинул страну и больше с нами не связывался. - Как? А как же та статья? – ошарашено спросила Гермиона. - Договоренность с Лордом Поттером была в том, что статья выйдет в свет спустя 10 дней после его ухода с территории Британских Островов. - Пояснил Рагнок. - Понятно, - поникла головой Гермиона. – И он не оставил какой-либо информации, я имею в виду открытой, как можно с ним связаться? Та информация, которую можно получить, обойдя ваш с ним договор. - К сожалению, нет. – Покачал головой Рагнок. – Вся информация была изложена в статье, что мы, Гринготтс, обязались поддержать к выпуску. А также соблюсти уверенность, что она не будет изменена редактором или же иным лицом из «Ежедневного Пророка». А договором было предусмотрено полное сокрытие информации о Лорде Поттере и всех остальных членах его Рода. Сожалею, но большего я не могу сказать вам. Разве только то, что вами, мисс Грейнджер, было получено больше чем другими волшебниками, которым мы отправляли письма от Лорда Поттера. - Больше? – спросила Гермиона, - но всё что мне было прислано, это выпуск «Пророка» и медальон с защитными чарами и… еще одни чары, которые я не смогла распознать. - Можете показать мне медальон? – спросил Рагнок. - Да, - Гермиона сняла медальон с шеи и протянула его Рагноку. - О, нет, мисс Грейнджер. Я не могу взять его в руки. – Категорически ответил Рагнок, и ответил на вопросительный взгляд Гермионы. – Я, помимо того, что являюсь Главой Нации и Директором Банка, являюсь потомственным Артефактором. Этика Артефакторов говорит, что мы не смеем прикасаться к чужим артефактам, которые привязаны к живому носителю. - Что вы имеете в виду «привязаны к живому носителю»? – испуганно спросила Гермиона. - Это значит, мисс Грейнджер, что магия медальона признала вас своей хозяйкой, и теперь только создатель этого медальона может брать его в руки, кроме вас. Другие Артефакторы, могут прикасаться к нему лишь диагностирующими заклинаниями, так как прикосновение, уже привязанного артефакта, иным лицом может привести в ряду крайне неприятных последствий. Привязка к артефакту происходит либо с помощью крови, либо он привязывается к первому, кто к нему прикоснется, и тогда артефакт становится личным или семейным. Есть еще и простые артефакты, общего пользования, то есть не привязывающиеся, но этот не относится к ним. - Но, моя мать брала его в руку, после того, как я первой дотронулась к нему. – Гермиона сказала с широкими глазами. - О, не беспокойтесь. Так как это ваша мать, или же другой кровный родственник, то бояться нечего. Магия приняла их как ваше продолжение. - А как насчет тех артефактов, что находят при раскопках? – любопытство Гермионы взяло верх. - Ну, на этот счет и существуют Разрушители Проклятий. – Улыбнулся Рагнок. – По поводу этого артефакта могу сказать, что на Нем должно быть клеймо Мастера-Артефактора, что создал его. - На медальоне нет ничего подобного. – Сказала Гермиона, качая головой. – Я осмотрела его вдоль и поперек. - Хм, - задумался Рагнок. – Тогда это может быть только одно. - Что? - Артефакт Поттеров. Только они скрывали своё клеймо, особенно, когда не хотели чтобы кто-то узнал, что данный предмет был их рук создания. Поттеры утверждали «Политику Сокрытия», боюсь пояснить вам это, я не могу, – Ответил Рагнок. – Есть только два способа проявить клеймо Рода Поттер. Первый, заклинание, известное только самим Поттерам; второй – особое зелье, но его создание очень сложно и слишком долго. Зелье Истиной Природы – является самым сложным зельем в Артефакторики. А вот с теми чарами, что вы не распознали, я могу помочь. – Рагнок взмахнул рукой над медальоном, и спустя минуту ответил, - это поисковые чары, видите в щите торчит меч, - Гермиона кивнула. – Если его вытащить и положить на ладонь или привязать к вашей волшебной палочке нитью, то чары активируются. - И что произойдет? - Я могу лишь предположить, что это позволит вам найти создателя артефакта, коим, наверняка, является Лорд Поттер, - Рагнок кивнул себе и добавил, - весьма искусная работа с чарами. Как именно это сработает, можно лишь предполагать. Поисковые артефакты работают по-разному, и лишь при активации можно понять их работу. Это, если их создатель не расскажет сам. Как их активировать я вам объяснил. - Оу, - сказала Гермиона. – Благодарю вас, Рагнок. - Есть ли что-то еще, что вы хотите, мисс Грейнджер? - Нет, спасибо. Я и так заняла ваше время, Рагнок. – Сказала Гермиона, вставая со стула. – Благодарю вас за то, что приняли меня и за ответы на вопросы. - Всегда рад, мисс Грейнджер. Не часто можно встретить волшебника, который проявляет такое уважение к нашей Нации. – Кивнул Рагнок. – Пусть ваше хранилище всегда будет полным от золота, а ваши враги корчатся в агонии. - Пусть ваше хранилище всегда будет полным от золота, а ваши враги корчатся в агонии, Директор Рагнок. – Вернула традиционное прощание Гоблинов Гермиона, поклонившись. Она вышла за дверь и увидела, как Гоблин-провожатый кивнул ей и пошел по коридору. Она пошла за ним. Через несколько минут они вышли в Общий Зал Банка, где она поблагодарила Гоблина и вышла из Банка. Встав на тротуаре, она задумалась, куда же идти дальше. Кивнув самой себе, она решила отправиться сразу в Министерство. ХХХ Переместившись в Атриум Министерства Магии, через камин в «Дырявом Котле», Гермиона подошла к стойке регистрации. - Гермиона Грейнджер, - сказала она регистратору и подала свою палочку. – На прием к Исполняющему Обязанности Министра Магии, Кингсли Шаклболту. - Прошу, - сказал регистратор, не поднимая глаз от пергамента-регистрации, отдавая её палочку и передавая ей значок. – Это временный пропуск во внутренние помещения Министерства Магии, ваш пропуск действует только в течение двух часов. Кабинет Министра Шаклболта находится на пятом административном уровне. - Благодарю. – Ответила Гермиона, вновь удивляясь, столь странному поведению волшебников. Пройдя через Атриум, Гермиона подошла к лифтам и вошла в один из них. - Мисс, - спросил Портье, - куда вас отвезти? - Пятый уровень. - Ясно. – Четко ответил Портье. Гермиона встала у стены лифта и стала ждать, пока они опустятся вниз. Спуск был несколько быстрее, чем она могла бы предположить. - Пятый уровень. – Сказал Портье. - Спасибо. – Ответила Гермиона и вышла в коридор. Но кое-что вспомнила и спросила Портье. – Простите, а как пройти к кабинету Министра? - Вам направо и до конца коридора. – Ответил Портье и закрыл лифт. Гермиона кивнула и пошла вдоль коридора. Идя по мрачному темному коридору, Гермиона с трудом удерживала себя от того, чтобы выхватить палочку. Но достаточно быстро дошла до нужного её кабинета. Табличка на двери гласила:

Министр Магии Британии Кингсли Шаклболт

Посмотрев по сторонам, Гермиона заметила, что стол секретаря был пуст. И самого секретаря не было нигде видно. «Может быть, секретарь в кабинете?» - подумала Гермиона. И подойдя к двери, постучала. - Войдите, - раздался знакомый голос. Открыв дверь, Гермиона увидела Кингсли, сидевшего в кресле и читающего документы, весьма уставшего и мрачного. - Кингсли, здравствуй. – Сказала Гермиона. - Гермиона? – удивленно вскинул голову Кингсли. – Не ожидал тебя увидеть. Ты уже вернулась из Австралии? - Да, сегодня утром. – Ответила Гермиона. - Присаживайся, рассказывай. – Говорил Кингсли, и попытался отогнать с себя усталость. - Ну, что могу рассказать. С родителями все хорошо. – Кингсли на это лишь улыбнулся. – Но мне стало кое-что известно, поэтому я и решила зайти... - Уже читала «Манифест» Гарри. – Утвердительно сказал Кингсли. – Его статья повергла в шок всю страну. У меня такое чувство, что Темный Лорд возродился вновь и навис тенью над всей страной. - Да, - протянула Гермиона, - так вот почему все окружающие так не веселы. - Не только это, еще не закончился траур по погибшим, а тут такой удар от Гарри. – Вздохнул Шаклболт. – Статья вышла всего четыре дня назад, а столько хаоса я не видел ни в Первую, не во Вторую Войну с Пожирателями. Все Министерство было оккупировано журналистами, голосящими о том, «КАК МЫ МОГЛИ УПУСТИТЬ ГАРРИ ПОТТЕРА», «Куда он пропал», «Когда Министерство вернет его домой». Будто он самый разыскиваемый преступник или... да даже если мы его и найдем, он может просто отказаться возвращаться. Особенно, если получит гражданство другой страны. И не важно будет ли это Маггловское гражданство или же еще и Магическое. Юридически мы не способны ни на что. Только пытаться искать его. Да, и еще этот скандал с Уизли. - По этому поводу, Кингсли, у меня так же есть, что сказать. – Проговорила Гермиона и выложила папку с документами ему на стол. – Это результаты моего осмотра, в Австралийской Магической Клинике. Результат не очень радостный, Рон пытался привязать меня Амортенцией и… - Я в курсе, Гермиона. – Еще раз вздохнул Кингсли. – Их уже арестовали и провели допрос с Сывороткой Правды. Хотя они отрицали все, что говорилось в статье, но Гоблины были непреступны и требовали, допроса и суда, перед полным собранием Визенгамота, и применение Сыворотки Правды. Они аргументировали все это независимыми результатами Целителей из Италии и договором, который они подписали с Гарри. Поэтому был проведен скорый суд, - Кингсли откинулся в кресло, и продолжил. - Допрос с Сывороткой показал следующие, что Гарри был нужен Молли, в качестве ценного приобретения, а именно, как кошелек и доступ к хранилищам Поттеров и Блэков. Только лишь деньги и положение Древнейшего и Благороднейшего семейства. – Вздыхая, Кингсли продолжал, - Джиневра сказала, что хотела «своего» Героя и была готова перегрызть всем глотки, кто посмеет помешать. Что касаемо Рональда… то, тут не все так однозначно. Его допрос показал, что он пытался опоить тебя Амортенцией только, чтобы ты не досталось Поттеру. Он просто, по его словам, не мог допустить того, что ему, Поттеру, достается все, что он, Рон, так или иначе желал. Вот такая вот, ситуация. - Что с ними стало? – серьезно спросила Гермиона. – Надеюсь их наказали? - А что мы могли? Суд постановил следующие, - Кингсли взял папку со стола и прочел документ, - Молли приговорена к Двадцати годам Азкабана, за попытку Приворота Волшебника, еще к Пяти годам за попытку захвата престижа Древнего Рода, и еще к трем годам за варку Запрещенного Зелья. - Подожди, но Амортенцию изучают на Шестом курсе Хогвартса. Нам сам Слагхорн показывал образцы и обучал определять его. – Удивилась Гермиона. - Вот именно, учит определять зелье! Ему разрешено варить его только в учебных целях для одного, ознакомительного, занятия, как преподавателю Зельеварения. У него есть соответствующая лицензия. – Пояснил Кингсли. – А так, это запрещено Законом. - А как же тогда Близнецы Уизли? – Все еще удивленно спросила Гермиона. – Я видела у них в магазине бутыльки с Амортенцией. - Там была не Амортенция. – Усмехнулся Кингсли. – А просто зелье, которое имитирует действие Амортенции. Близнецами был подписан договор, что они не будут варить и продавать Амортенцию, в своем магазине, чтобы они могли продавать эту свою продукцию. Принявшей такое зелье видит мир в розовых тонах, ну, они еще малость афродизиака добавили, чтобы возбуждать жертву, своей продукции, при виде того или той на кого оно направлено. - По себе знаешь? – съязвила Гермиона. - Да, мы с супругой пробовали это творение. – Посмеялся Кингсли. – Так что, через два месяца я стану отцом, вот так вот. - Эм, поздравляю. – Вяло поздравила она его. – Расскажи про суд и что стало с остальными Уизли? - Джиневра была отправлена на психиатрическую проверку, так как один из членов Визенгамота заподозрил в ней все симптомы помешательства. – Сразу стал серьезен Кингсли. – Целитель-разума, из Сент-Мунго, обнаружил у неё застарелую психическую травму, схожую с последствиями одержимости демоном или духом. Плюс её нездоровую манию и зацикленную мысль о том, что Гарри должен принадлежать только ей. На суде также было выяснено, что она не только угрожала некоторым девушкам в Хогвартсе, но и нападала на них, в течение твоего и Гарри пятого и шестого курсов. Среди ее жертв были несколько Хаффлпаффок, угрозы, и даже одна Слизеринка, Трейси Дэвис, попытка наслать проклятье – не получилось. Мисс Дэвис смогла отбиться. Джиневра якобы заметила, что она строила ему глазки. Вот и решила защитить «своего» Героя от «мерзкой змеюки». После уточняющего разговора с мисс Дэвис, та категорически отрицала это. Она сказала, что единственным из Гриффиндорцев, в ком она была заинтересована был Дин Томас, причину она отказалась говорить, да это и не важно. Так, что она, Джиневра, скорее всего, проведет всю свою жизнь в Палате для особых пациентов Сент-Мунго. - Я думаю, что в её нездоровой одержимости виновата Молли. Джинни всегда говорила, что та обещала ей, что когда она вырастет, станет женой Гарри, - сказала Гермиона. – И еще то происшествие с «Наследником Слизерина». - Что ты хочешь этим сказать? – уточняющее спросил Кингсли. - Ты же помнишь, за чем мы, с Гарри, охотились весь прошлый год. - Да, я помню, как Гарри рассказывал мне о хоркруксах. – Кивнул он. - Так вот, один из хоркруксов - Дневник Тома Риддла. Он попал Джинни в руки перед её первым курсом, мы подозревали, что Люциус Малфой подкинул его ей, во время посещения Косого Переулка. Вот и он, Дневник, захватил её разум и через неё натравливал Василиска на студентов. Я не знаю, что с ней могло произойти, она не владеет же даже самыми базовыми шагами в Оклюменции. - Хм, возможно, это все объясняет. – Сказал, кивая себе, Кингсли, - но все равно, итог очень печален. Дальше Рональд, да. Как я и сказал, с Роном все сложнее. Психически он здоров, хотя были подозрения, после Джиневры. А вот, то что он сознательно участвовал в сговоре по привязке волшебницы… - вздохнул он и посмотрел на Гермиону. – То, что я сейчас скажу, может тебе сильно не понравиться, Гермиона. Но, пожалуйста, выслушай и дай мне закончить. - Хорошо, - серьезно ответила Гермиона. - Пойми, хоть ты и волшебница, но ты все еще считаешься Магглорожденной, и… согласно действующим Законам Магической Британии, ты почти не имеешь юридических прав, пока не станешь женой другого волшебника, особенно, если он не будет представителем Старого или Древнего Рода. У тебя просто не будет никаких серьезных прав и возможностей для защиты или будущей карьеры в Министерстве. – Сказал Кингсли и посмотрел на Гермиону, будучи внутренне готовым к её взрыву. - Как такое возможно? – тихо спросила Гермиона. - Законы о Защите Прав Магглорожденных, не были пересмотрены с 1734 года, то что я тебе сказал, является краткой выдержкой из этих Законов. В Хогвартской Библиотеке таких книг нет, так как они были удалены еще в конце 18 века. Чистокровные не хотели, чтобы Магглорожденные пытались менять их Законы или пытались воздействовать на их детей во время учебы, для пересмотра этого. Они, также, не желали разбавления «Чистой Крови». - Вот как! – начала злиться Гермиона. – Тогда я, верно, поступлю, если покину эту страну, да? - Если ты так хочешь, то я не вправе тебя останавливать, – попытался успокоить её Кингсли. - Но помни, ты еще можешь найти себе мужа, среди потомственных волшебников. Сейчас ты завидная невеста… - Только из-за того малого политического влияния, которое я могу оказать, как Представитель Победившей Стороны и обладатель Ордена Мерлина, да? – Кингсли кивнул. – Что там с Роном? - Ему дали Пять лет Азкабана, за попытку приворота волшебницы, и еще Пять лет за участие в заговоре с применением Амортенции. – Ответил Кингсли. – Так же Нация Гоблинов заявила, что ни он, ни кто-либо их его потомков, детей и внуков, в ближайшие сто лет не будет иметь возможность воспользоваться услугами их Банка. Вот и все. - Ясно. – Успокоившись, ответила Гермиона. – И ты хочешь сказать, что это все что произошло, за то время, пока меня не было в стране. - А что тебе этого мало? – Удивился Кингсли. – Этого было достаточно, за три недели. Траур по погибшим, потом статья Гарри вышла, и началось помешательство всей страны. Я не сказал, но помимо журналистов, Министерство было забито Вопиллерами ото всех волшебников, со всей страны. Гоблины пришли с доказательствами преступлений Уизли, суд был на следующий день после выхода статьи, а вчера Молли и Рональда переправили в Азкабан. Их единственное счастье в том, что Дементоры были переправлены на отдельный остров, и благодаря фолианту, что нашел Гарри, мы смогли их заточить под такие барьеры, что кроме него самого никто не сможет их вскрыть, так как он их же и устанавливал. Кингсли слегка прокашлялся и продолжил, - Невыразимцы едва ли слюной не захлебнулись глядя на эту книгу, а он послал их, по тому же адресу, куда и всю страну, позже. Когда, на следующий день, я решил навестить его, то узнал, что его дом, на Гриммо, был продан, а он исчез. Я не выхожу из своего кабинета уже два дня. Моего секретаря увезли в Сент-Мунго, три часа назад. Перси словил проклятие, из очередного письма, что мне пришло. - Перси? Ты имеешь в виду Перси Уизли? – спросила обеспокоенно Гермиона. – Что там с другими Уизли? - Да, я назначил его своим секретарем, как только смог заполучить, официально, это кресло. На суде он и Артур демонстративно отказались от Молли, Джиневры и Рональда. Артур потребовал мгновенного развода с Молли, и изгнал Джиневру и Рональда из семьи, за действия позорящие Род Уизли, тем самым лишив их права зваться Уизли. Теперь они просто - Джиневра Молли и Рональд Биллиус. - Погоди, но Молли из семьи Прюйет. Они могут взять эту фамилию. – Сказала Гермиона. - Если бы, - фыркнул Кингсли. – Действующий Глава Рода Прюйет, Уильям Уизли-Прюйет, Билл то есть. Он скрывал этот факт, и отказался принимать их в семью, за действия, позорящие волшебника. Хотя, Билл решил оплачивать лечение Джиневры, так как никто не стал бы этого делать. Чарли Уизли, прислал письмо, что он также отказывается признавать их своими родственниками, и так далее и тому подобное. Артур подал в отставку и переехал в Румынию, к Чарли, чтобы скрыться от позора. Билл и Флер собираются переехать во Францию, их контракт с Гринготтсом закончен, так что они могут начать все заново. Отец Флер предложил Биллу какой-то выгодный проект. Джордж все еще не отошел после смерти Фреда и не хочет иметь дело ни с кем, Анжелина присматривает за ним. Она сказала, что попробует увезти его подальше из Британии, в попытке его успокоить и подбодрить. Кажется, она говорила, что-то об Италии. Только Перси остался, но и он на испытательном сроке, по распоряжению Визенгамота. Я же был бессилен им помочь. Гарри своими действиями их просто раздавил, даже лично не участвуя в процессе. Как заявил его представитель из Гринготтса, для «Пророка»: «Лорд Поттер хотел показать этим поступком, чтобы Британия впредь не забывала, что значит быть врагами Рода Поттер». - Да, - протянула Гермиона. – И? Гарри кто-нибудь ищет? - Министерство отказалось его искать, официально, неофициально мы его ищем конечно, но у наших сыскарей, что решились на его поиски, нет идей, куда он мог отправиться, а Гоблины отказываются сообщать какую-либо еще информацию, ссылаясь на договор-конфиденциальности, и никто не может, или не хочет разгадывать его загадку. Твои и Гарри друзья просто отмахнулись от нас, сказав, что он заслуживает покоя. Причем тут «Свет», какое «Яблоко», кто эта «Леди Свобода», и, что за «Лавка», про «Мародёров» вообще молчу. Короче у нас тупик. «Пророк» стал смешивать нас с грязью из-за этого, и я не знаю, как на них повлиять. – Опять вздохнул Кингсли. – Рита Скитер, даже не появляясь в Министерстве, умудряется получить некоторые факты ей не известные. Вот сегодня она… - Кингсли, - прервала его Гермиона, - с Ритой я могу помочь. Видишь ли… она незарегистрированный анимаг, с анимагической формой – Божья Коровка. - ГЕРМИОНА! – Воскликнул Кингсли, - это просто подарок. Если я не посажу её в тюрьму, я смогу влиять на её статьи. И также распоряжусь поставить ловушки на Анимага-жука, нет в принципе на любого из анимагов. А то мало ли. – Добавил он тихо. - Давно пора. Я её предупреждала еще после четвертого курса. – Заявила Гермиона. - Ну, что же, что я могу для тебя сделать Гермиона? – спросил слегка повеселевший Кингсли. - Видимо уже ничего. – Сказала Гермиона и встала. – Моё время уже подошло к концу, - Гермиона указала пальцем на значок-пропуск. – Пора идти, дел много еще. - Ну, что ж. Удачи тебе. – Сказал Кингсли. – Если ты будешь искать Гарри, то удачи тебе в этом. Найдешь, скажи, что он засранец, но его тут ждут. Если захочешь вернуться, двери моего кабинета всегда открыты для тебя. - Спасибо, Кингсли. – Ответила Гермиона и вышла. Гермиона вышла из кабинета, и задумалась: «Неужели я и родители, единственные кто догадался, куда отправился Гарри?! Странно, ведь не так сложно же. Хотя… это же чистокровные, они мало, что знают или хотят знать о маггловской Британии, что уж говорить об остальном, не магическом, мире…». Гермиона быстро преодолела коридор и вызвала лифт, зайдя в него и сказав Портье куда направляется, она поднялась в Атриум и, подойдя к стойке регистрации, отдала значок-пропуск. Воспользовавшись Телефонной Кабинкой, она поднялась в Маггловский Лондон и поймала такси. Сейчас, она решила отправиться домой. Об остальном она подумает завтра. ХХХ На следующий день, Гермиона решила связаться с другом своих родителей, адвокатом Брайаном Компри. Связывалась она по поводу продажи дома и помещения клиники её родителей. Спустя год, помещение клиники, да и все оборудование находилось в их собственности. И надо было решать, что с ним делать. Гермиона набрала номер телефона Брайана и стала ждать, когда пройдут гудки. - Адвокатская Контора «Законы Компри» приветствует вас, - голос на другой стороне поздоровался. – Чем мы можем вам помочь? - Добрый день, меня зовут Гермиона Грейнджер. Могу ли я поговорить с мистером Компри? - Одну секунду, - сказал секретарь. – Мистер Компри на линии, переключаю. - Да, я вас слушаю. – Послышался голос из трубки. - Брайан, это Гермиона, – сказала она. – Как у тебя дела? - О, привет Гермиона. Дела прекрасно, как там Дэн и Эмма, уже обустроились в Австралии? - Да, всё нормально. Они передают тебе привет. – Улыбаясь, ответила Гермиона. - Эх, завидую я им. Я бы тоже не прочь уехать куда-нибудь, но работа не позволяет. – Вздохнул Брайан. – Ты что-то хотела? Или просто поболтать решила? - Да, у меня просьба. Не мог бы ты помочь с продажей дома и клиники, со всем оборудованием. – Перешла сразу к делу Гермиона. - Эм, помочь-то не проблема. А что случилось? Это срочно? Или мне надо искать лучшего покупателя? - В принципе, дело не срочное. Но родители решили остаться в Австралии, на постоянной основе. Им понравился Перт и они решили продать дом, здесь в Англии, и клинику тоже. – Рассказывала Гермиона. - Так уж получилось, что у меня были дела в Англии, и поэтому папа передал мне все документы и подписанную на тебя доверенность для продажи недвижимости и оборудования. - Вот, как. Жаль, конечно. Мне будет не хватать выходных игр в гольф, с Дэном. – Сказал Брайан. – Ну, что ж. Рад буду помочь. Конкретно с клиникой, можно решить в течении пары дней. Дэн в курсе, что доктор Малкович хотел купить его клинику, так как тот решил расширяться. Так что это будет быстро. С домом немного дольше. Сколько ты еще пробудешь в Англии? Пока не решатся все вопросы с имуществом или меньше? - Нет, я довольно скоро уеду. – Ответила Гермиона. – Я пробуду в Англии еще день, максимум два дня. Как я и сказала, папа написал на тебя доверенность, и указал номер счета, куда перевести деньги. Так что моё присутствие не обязательно. - Вот как. Ну, хорошо. Когда ты завезешь документы? - Сегодня днем. - Ок. Тогда до встречи. – Сказал Брайан. – Я, возможно, буду на слушании по бракоразводному вопросу, но ты можешь оставить документы секретарю. - Да, до встречи. – Простилась Гермиона и повесила трубку. Пару часов спустя, Гермиона заскочила в офис к Брайану. Но того не оказалось там, так как слушание еще не закончилось, и она передала секретарю папку с документами и номер мобильного телефона, чтобы он мог с ней связаться, при необходимости. Также Гермиона решила навестить профессора МакГонагалл, в Хогвартсе, и узнать, как она поживает. Особенно после статьи Гарри. Найдя укромное местечко, близ адвокатской конторы, Гермиона оглянулась по сторонам и аппарировала в Хогсмид. Появившись недалеко от Воющей Хижины, Гермиона пошла в волшебный поселок. Выйдя на центральную улицу Хогсмида, Гермиона посмотрела по сторонам, осматривая, как восстанавливалась деревня. «Сладкое королевство», «Три Метлы», Кафе «Мадам Паддифут», Книжный магазинчик – все здания постепенно восстанавливались, и это радовало Гермиону. Она слегка улыбалась, идя по улице, вспоминая, как они, будучи студентами, впервые пришли в Хогсмид. Как Гарри, нарушив все возможные правила, прокрался через тайный проход в «Сладком Королевстве» под мантией-невидимости. Как они собирали свою группу в «Кабаньей Голове». Столько воспоминаний, что они заполняли её голову с каждым шагом, пока… - Гермиона? – послышался голос справа. – А я то смотрю, чьи это знакомые Мозгошмыги! Гермиона повернула голову, в сторону мечтательного голоса, и увидела Луну Лавгуд. Блондинка, как всегда выглядела непричесанной, с волшебной палочкой за правым ухом, и серьгами-редисками. Луна широко улыбалась, смотря в сторону Гермионы. - Луна?! – удивилась Гермиона. – Здравствуй. А что ты здесь делаешь? - Привет, Гермиона. – Луна подскочила и обняла Гермиону. – Я тут, решила навестить Невилла. Он помогает профессору Спраут с теплицами. А ты, какими судьбами? Твои Мозгошмыги, как то странно себя ведут? Наверное, это из-за Гарри, да? Я думала, что ты уже с ним. - Невилл в Хогвартсе?! – все еще выглядя удивленной, проговорила Гермиона. – Да, вот решила навестить профессора МакГонагалл, узнать, как она поживает. – Гермиона вздохнула, успокаивая нервы. – Да, мои «Мозгошмыги» бесятся из-за Гарри. И нет, я пока не нашла его, но когда найду, он попляшет. - Забавно. – Улыбнулась Луна, - Гарри ведь не любит танцевать. Или я что-то про него не знаю. Да, ладно. – Луна потянула Гермиону за руку и сказала, - пойдем вместе. Я тоже только недавно тут. Встретимся с Невиллом, МакГонагалл и всеми остальными, если хочешь. Как тебе, кстати, статья Гарри? Я бы немного разбавила её, но вроде не плохо, для первой публикации. - Луна, - протянула Гермиона, улыбаясь. – Он же не про твоих животных писал. - Да, знаю. Но я бы помогла ему. А то слишком много негатива в его словах. - Ну, - слегка запнулась Гермиона, - я еще не решила, стоит ли его искать… - Не лги сама себе, Гермиона. – Серьезно сказала Луна, - ты уже все решила. Просто ты оттягиваешь момент. Ты и Гарри всегда тянете, с самым необходимым. Сколько раз я ему говорила признаться… - Луна прервалась, задумалась и продолжила. – Ладно, не важно. - Признаться? В чем, и главное кому? – Большими глазами, Гермиона посмотрела на Луну. – Луна, если ты что-то знаешь, то расскажи. Пожалуйста! - Хм, - Луна слегка пожала плечами. – Ладно, но только ты про это ни кому не скажешь, ладно? – Гермиона кивнула. – Гарри сбежал не просто так, он давно хотел уехать, просто он не мог больше находиться в Британии. Больше не мог терпеть взгляды окружающих, но, как он и написал в статье, у него было последнее дело, здесь, в Британии. – Луна слегка сменила тему. - Ты про месть? – Луна кивнула. – Я, конечно, понимаю то, что он хотел отомстить. Я часто слышала, как он говорил про это. Особенно, когда мы жили в палатке… - Ты не совсем понимаешь, саму суть этих его слов. Да, даже, большинство волшебников забыло, что такое «Кровная Месть». – Все еще серьезно говорила Луна. – «Кровная Месть» это не просто слова, особенно для волшебника. Это одновременно и Право, и Обязанность. Когда семьи волшебников находятся на грани уничтожения, вся Магия Рода скрещивается в том члене семьи, который, хотя бы раз, высказался о Мести. И тогда, от этого заявления уже нельзя отказаться, иначе Магия Рода посчитает заявившего «Предателем Крови», так, по крайней мере, было раньше. И беспощадно накажет его. - Я не знала этого. – Проговорила Гермиона. - Такое не пишут в книгах, особенно в школьных книгах. – Слегка улыбнулась Луна. – Папочка мне, давно, рассказывал об этом. А почему ты думала, что Уизли называют «Предателями Крови»? Разве заинтересованность в магглах, кому-то мешала? Нет, лишь фанатики и магглоненавистники, так считали. Род Уизли почему-то заставили отказаться от «Кровной Мести» и, как результат, после этого поступка их начали считать «Предателями». Тогдашний Глава Рода, Дед мистера Уизли, лишил его наследства, и распорядился, что пока Глава Рода Уизли не снимет с себя этот позор, или пока кто-то из наследников не станет частью другого Благородного Рода, они не смогут принять своё наследие. Что там точно произошло, я не знаю. Но думаю, что это и толкнуло Молли к попыткам опоить Гарри. Так, как у мистера Уизли не было сестры или тетки. А сам он не смог найти иной способ. - Да, уж. – Пробормотала Гермиона, она даже не догадывалась о подобном. – Но, что с Гарри? Что, если бы он не стал мстить? - Ну, - Луна задумалась, - если вспомнить, что папочка рассказывал… То он, Гарри, мог вполне умереть, так как он был последним из Рода. А Магия подобного не прощает. – Луна улыбнулась, - для нас всех хорошо, что он не отказался от этого. Мы выжили, - она слегка помрачнела и тихо добавила, - не все конечно, но все же. Гермиона и Луна замолчали, и в тишине побрели в сторону Хогвартса. Примерно через полчаса медленной и молчаливой прогулки, подруги подошли к воротам в Хогвартс. Гермиона подняла голову и посмотрела на Замок, все такой же величественный, хоть и частично разрушенный. - Восстановительные работы идут, - сказала Луна, заметив, куда смотрит Гермиона. – Хоть и медленно, но Гоблины-строители говорят, что к сентябрю все будет готово. И первокурсники, со всеми остальными смогут вновь войти под своды Замка. - Гоблины! – Проговорила Гермиона, - почему они решили помочь в восстановление Замка? - Кажется, был подписан договор, в котором говорилось, что при условии принятия в число учеников нескольких юных представителей их народа, они помогут. – Луна сказала, уперев указательный палец правой руки в свой подбородок. – О! Точно. – Луна что-то вспомнила. – Еще Гарри оплатил их работу. Глаза Гермионы стали так широки, что Луна мысленно опасалась, что они выпадут, хотя по ее виду можно было бы сказать, что она была заинтересована в этом зрелище. Гермиона же, со своей стороны, не могла поверить, в действия Гарри. После той статьи, она считала, что ему плевать на все что будет происходить здесь в Британии, а он… - А вот и Невилл! – крикнула Луна и побежала к нему на встречу. – Привет, Невилл. – Луна обняла его. – Смотри, кого я нашла по пути. – Луна вытянула руку в сторону Гермионы. - Здравствуй, Гермиона, - сказал Невилл. – Как твоя поездка в Австралию? С родителями все в порядке? – поинтересовался он. - Привет, Невилл. – Гермиона улыбнулась своему однокурснику. – Да, я вернулась вчера. С ними все в порядке. - Что ж, это замечательно. – Одобряюще улыбнулся Невилл. – Каким ветром тебя занесло к нам? Я, честно признаться, думал, что ты останешься с родителями. Или, после статьи Гарри… Ты уже читала? – Гермиона кивнула. – Ну, что ж. И? Ты будешь его искать? - Да. – Четко произнесла Гермиона. – Мне есть, что ему сказать. Не только на его выходку, конечно. Кое-что еще, но… Пока я узнаю честную причину его поступка. – По лицу Гермионы было видно, что она злится. Магия распушила её волосы сильнее. Невилл слегка побледнел, когда заметил небольшую вспышку молнии в её волосах, и подумал: «Гарри, будь осторожен!» Попытался слегка успокоить Гермиону: - Гермиона, если я чем-то могу тебе помочь, просто скажи. Гермиона прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Выдохнув, она открыла глаза, - Все нормально, Нев. Ты вряд ли чем-то сможешь помочь. Наверное, ты тоже не так много знаешь о том, что сделал Гарри. - Ну, - протянул Невилл, и отвернул голову в сторону. – Гарри, конечно, не сильно распространялся о своих планах, но… - Невилл, - Гермиона впилась в него взглядом, - если ты что-то знаешь, рассказывай, не мямли. - Гермиона, - сказала Луна, беря её за плечи, - успокойся. – И посмотрев на Невилла, сказала, - Он сейчас все расскажет. Ведь расскажешь же? - Да, да. – Невилл сказал, слегка закашлявшись. – Мне пришло письмо от Гарри, вместе с газетой. Он прощался, в нем, и сказал, что, если я захочу встретиться с ним, то нужно ехать в Америку. Вот только, он так же сказал, что как Гарри Поттера, его искать не нужно. У него готовы документы на другое имя, и об этом он не написал ни слова. Потому что, и я цитирую его слова: «Я решил немного пошутить над всеми. Просто не воспринимай газетную статью слишком серьезно. Подсказка в ней, но вот поиск всем предстоит долгий и сложный. Хотя, до своего дня рождения, я буду каждый день пытаться подсмотреть под подол юбки Леди Свободы». Что он имел под этими словами, я не совсем понял. Невилл посмотрел на Гермиону и заметил, как небольшая улыбка появилась на её лице. Она что-то пробормотала себе под нос и покачала головой так, что её грива стала еще больше похожа на одуванчик. - По твоему виду, ты что-то поняла, Гермиона. – Спросил он. – Не поделишься. - Мне просто интересно, как он собирается смотреть под юбку статуе! – Гермиона рассмеялась. – Хотя, это уже неплохая подсказка, как быстрее его найти. - Подожди! - проговорил Невилл, он выпучил глаза, - Леди Свобода – это статуя? - Это статуя, которая встречает корабли, которые вплывают в акваторию Нью-Йорка. – Ответила Гермиона, все еще ухмыляясь. – Она достаточно высокая, и сделана из железобетона. Так что, так просто заглянуть ей под юбку не получится. - Забавно. – Луна проговорила мечтательным голосом. – Надо будет как-нибудь залезть на неё. - Там есть такая возможность. – Сказала Гермиона. – Туда ходят туристы. Ладно, спасибо Невилл. Я оставлю вас. Хочу встретиться с профессором МакГонагалл. Ты знаешь, где она? - А, да, - ответил Невилл, вырываясь из мыслей. – Она в кабинете директора. Горгулья сломана, так что можешь пройти свободно. Только стучись, а то она немного напряжена. - Спасибо еще раз, Невилл, Луна. – Ответила Гермиона. – До встречи. - До встречи. – Сказали Невилл и Луна, одновременно, и смотрели ей в спину. Луна слегка усмехнулась, когда Гермиона зашла за угол, в конце коридора. И посмотрев на Невилла проговорила: - Ты ведь специально, - она подчеркнула последнее слово, - сказал ей часть своего письма, да? - Да. – Улыбаясь, ответил Невилл. – Гарри просил ей передать эти слова, но ни кому не говорить о «Лавке Мародёров». Это тайна, которую знаем только мы, представители «Мародёров». - Хм, - Луна казалась слегка обиженной. – А почему, ты мне об этом не говорил? – Она плотнее прижалась к нему. - Прости, Луненок. – Невилл чмокнул её в макушку. – Но это правило «Мародёров», держать это в тайне. И лишь те, кто дал слово о неразглашении, знают об этом. Могу сказать только то, что Гермиона будет очень удивлена, когда она найдет Гарри и узнает обо всем. - А я могу узнать, сейчас? – Луна прижалась еще сильнее и посмотрела ему в глаза. – Я готова на что угодно, чтобы узнать… - Хм, - Невилл задумался. – Надо найти тихое местечко, для этого. - Как насчет твоей комнаты? – Луна шептала ему на ухо, пока её рука скользнула в его брюки. - Луна!? – чуть не вскрикнул Невилл. – Не на людях же! - Мы одни. – Все еще шепотом, сказала Луна, не прекращая своих действий. - Если ты не прекратишь, - сказал тихо Невилл, глядя по сторонам, - я буду молчать и дальше. ЭТО может немного подождать… - Ладно, но у тебя есть полчаса. – Констатировала Луна. – Кролик хочет свою морковку. - Кролик получит морковку, когда медвежонок получит свой мед. – С широкой улыбкой сказал Невилл, но потом прочистил горло и проговорил. – Ты же начала это не просто так, да? - Ладно, - успокоилась Луна. – Расскажи про Мародёров. Я знаю, что это как-то связано с Гарри и Близнецами, и все. - Ну, Мародёры, это группа шутников, в которую входил отец Гарри и его друзья. Среди которых был Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю. – Начал рассказ Невилл, и повел Луну по коридору. – Ты права, когда говоришь, что Близнецы с ними связаны. Они нашли один предмет, что с ними был связан и стали, как бы, их приемниками. Кстати, мои родители так же были в этой группе, но только под конец учебы. Моя мама и мама Гарри были лучшими подругами. - И? Я все еще не до конца понимаю, как все это связано со статьей Гарри. – Задумалась Луна. - Я подхожу к этому. – Улыбнулся Невилл. – Гарри узнал об этом от Ремуса, еще на третьем курсе, еще Близнецы отдали ему тот предмет, что они нашли, «Карту Мародёров». Это карта всего Замка, на ней отмечены все места в Замке, все потайные ходы и все, кто так или иначе находятся на территории Школы. - Класс! – Глаза Луны загорелись. – Если бы такое было у первокурсников, то они бы никогда не терялись в Замке, да? - Да, я отчетливо помню, как терялся здесь, на протяжение всего первого года, - сказал Невилл, опуская голову. – Ну, продолжу. Так вот, Гарри, в третий год, решил малость пошутить и сообщил нам всем, в нашей комнате в общежитие, что хочет создать скрытый клуб, и приготовил пергамент с правилами, которые мы все подписали. Близнецы так же участвовали, но об этом я узнал только на шестом курсе. Они поставляли ему всяческие приспособления, которые он не мог так или иначе достать, или сделать сам. Гарри хоть и не ходил на Руны или Арифмантику, но мог создавать потрясающие вещи, как я даже не знаю. Если вспомнить, то он не часто-то бывал в библиотеке. Если только Гермиона не заставит его туда идти, и не потащит еще и Рона. - Невилл, не отвлекайся. – Пробормотала Луна. - Кхм, - кашлянул Невилл, - прости. Так вот, Гарри, как я узнал случайно, частенько по ночам куда-то уходил. Я сначала подозревал, что у него появилась подружка, про которую он не хотел рассказывать. Даже подозревал, что это Гермиона или какая-нибудь Слизеринка, но он отрицал это, когда я его спрашивал. В общем, на пятом курсе он показал мне свою лабораторию. Представляешь! Он уже два с лишним года практиковался в Артефакторике, и никто об этом не знал. Как он это проворачивал? Он не стал отвечать. Ты же помнишь, что в тот год творилось? – Луна кивнула, она помнила Жабу. – И каким образом никто не узнал о его лаборатории, тоже загадка. Он ведь её не маскировал ни одним заклинанием… известным нам заклинанием. – Подчеркнул он. - А так просто его было не найти. Гарри тогда смеялся, говоря, что, если хочешь что-то спрятать, то прячь на виду у всех. - И, где он скрывал свою лабораторию? – удивленно спросила Луна, она, в принципе знала Замок не плохо, да и с Пивзом часто болтала, но о таком не знала, не слышала. - Ты будешь смеяться, - хохотнул он. – Его лаборатория была напротив кабинета Амбридж. За соседней дверью, по коридору. Луна вспомнила, что там находился неиспользованный класс, там было слишком много пыли, так что даже следы были бы слишком отчетливо видны, если бы там кто-то был. Она не могла представить, что в таком месте можно было спрятаться, даже под мантией-невидимости, не то, чтобы прятать там лабораторию. - Как? – спросила она. - Гарри нашел в библиотеке, в Запретной Секции, особые чары иллюзий, темные если ты спросишь. Их не так просто почуять. – Сказал Невилл. – В тот день, когда он привел меня туда, Амбридж даже заходила в комнату и с порога смотрела прямо на нас. Гарри зажал мне рот, чтобы я не вскрикнул и не начал оправдываться. И прошептал мне, что в кабинете развешаны чары иллюзий, но если вскрикнуть, то она нас услышит и сможет попробовать найти сама, или пригласить кого-нибудь. И тогда будут проблемы, так как это Темная Магия. - Подожди, но он же никогда не получал доступ в Запретную Секцию. – Луна в недоумение проговорила, - так, как он туда ходил? - А мантия-невидимости ему на что?! – Усмехнулся Невилл. – Он сказал, что со второго семестра первого курса, иногда, по ночам лазил в Запретную Секцию. А то, что его никто не поймал, то это просто заслуги его скрытности. Прятаться он умеет, даже слишком хорошо. - Почему же тогда нас нашли в Комнате По Требованию? Если он так хорошо скрывается, то мог бы скрыть «АД» лучше. – Все еще не понимая, говорила Луна. – По твоим словам, он просто мастер скрытности, но тогда… - Да, я тоже задавал ему этот вопрос. На что он ответил, «Если скрыть все слишком хорошо, то после того, как я все рассказал бы, появились бы возможности нас раскрыть». Что собственно и произошло, помнишь. – Она кивнула, Луна помнила Мариэтту. – Он оставил все на Гермиону, хотя и тайно прикрывал нас, даже втайне от нас. Просто тогда мы не могли скрываться вечно, даже то, что мы почти весь год скрывались, уже было достижением. - Хорошо. Я поняла, и про его навыки и про шутников. – Сказала Луна, - но скажи, что значит «Лавка Мародёров»? Гарри всегда говорил, что станет Аврором, как его отец. Он говорил, что это его судьба, бороться со Злом. - Хех, - усмехнулся Невилл, - Гарри, когда-то рассказал, что Распределяющая Шляпа предлагала ему Слизерин, но он отказался. И, вот, стал он Гриффиндорцем. Он даже сказал, что «Настоящий Хитрец не будет прямо заявлять о своей хитрости, он будет делать вид, что он слишком прямолинеен. Что Настоящий Хитрец, и умный человек, не будет показывать все свои навыки и возможности, чтобы его враги были удивлены, при встречи». Что касается «Лавки Мародёра», то я могу лишь предположить. - И что? – спросила Луна, когда остановилась и обняла его за шею. - Думаю, что это какой-то магазинчик. Либо с Артефактами, либо с Розыгрышами. Как у Близнецов. - И ты знаешь, где он будет, да? - В письме, Гарри дал точный адрес, где и как его найти. Но просил ни кому не говорить. Особенно Гермионе. - Почему, особенно ей? – Луна была удивлена. – Я всегда надеялась, что он скажет ей… - Да, я тоже думал об этом, но Гарри написал, что решил немного её позлить. – Вздохнул Невилл. – И видя её реакцию, на его выходку, я могу с абсолютной уверенностью сказать, что он этого добился. Могу лишь посочувствовать ей из-за этого, и ему тоже. Ведь, когда она его найдет, она его либо прибьет, либо ему будет очень плохо и очень больно. - Ну, не будем так думать. – Сказал Луна и, широко улыбаясь, потянула его в пустую комнату. – Теперь время моей морковки… Невилл только засмеялся и закрыл дверь на заклинание. ХХХ В то время, как Луна соблазняла Невилла, Гермиона спокойно шла к кабинету директора, где должна была находиться профессор МакГонагалл. Гермиона хотела ей все рассказать, так как Минерва просила о том, что когда Гермиона вернется, она расскажет ей о поездке и как все восприняли её родители. Гермиона подошла к нише, где когда-то стояла горгулья, но теперь там был лишь проход, сейчас не скрывающий лестницу на верх, к кабинету. Гермиона поднялась по лестнице и подошла к дубовой двери и постучала в молоточек, висевшей на ней. Из-за двери послышался голос, с шотландским акцентом: - Входите. Гермиона, успокаивающе вздохнула, и вошла через дверь. – Здравствуйте, профессор МакГонагалл. - Гермиона, девочка моя. – Минерва встала из-за стола и поприветствовала Гермиону. – Как же я рада вас видеть. Ну, здравствуй. Как прошла поездка? Все нормально? У вас получилось найти родителей? Как они восприняли то, что пришлось подавить им память и отправить их так далеко? - Все в порядке, профессор МакГонагалл. – Успокаивающе сказала Гермиона. – Я немного солгала, когда говорила, что у родителей была подавлена память. - Так, присаживайся. – Минерва указала на один из стульев, возле стола, и хлопнула в ладоши, вызывая эльфа. – Винки, пожалуйста, принеси нам, с мисс Грейнджер, чай и печенье. - Винки сделает, директриса. – Сказала маленькая эльфийка и щёлкнула пальцами, исчезая. Когда Минерва и Гермиона расположились, Винки появилась с подносом, на котором был чайник, пара чашек, сахарница с чайными ложочками, вазочка с печеньем и розетка с джемом. Винки расставила все на столе и молча исчезла. - Ну, - начала Минерва, - давай рассказывайте по порядку. - Для начала, - сказала Гермиона, - я не применяла чары памяти на родителях. Тонкс мне тогда сказала, что её отец, Тед Тонкс, когда-то тоже применил эти чары на своих родителях, и потом не смог их снять. Именно поэтому он и начал изучать Целительство, и осознал свою ошибку. Чары памяти действуют на магглов немного иначе, чем на волшебниках. Если у волшебников чары памяти, действительно подавляют часть воспоминаний, то их можно будет восстановить, позже. За счет обратного заклинания и собственной магической силы того, к кому они были применены. Что касается магглов то, так как в их телах нет магической силы, то в большинстве случаев чары нельзя отменить. - Так что же вы сделали, Гермиона? – спросила Минерва, наливая им чай. - Я смогла уговорить их просто уехать, и позволить мне остаться. Аргументируя это тем, что Пожиратели все равно будут меня искать. Так как я представитель Ордена Феникса, и подруга Гарри. – Гермиона кивком поблагодарила Минерву за чай и сделала глоток. – Папа очень сильно расстроился и не хотел меня оставлять. Даже говорил, что мы можем уехать и сделать так, что нас не найдут, никогда. Но я все же смогла уговорить и его и маму, оставить меня тут, а самим спрятаться. Я договорилась с ними, что буду изредка звонить им. Конечно, я не могла с ними связаться, мы жили в лесу, в палатке. Папа был очень зол на меня за это. Но он быстро успокоился, когда я прошла осмотр в клинике, как магической, так и не-магической. В Перте, эти две клиники находятся по соседству. Можно сказать, в одном здании. - И там они показали, что с вами все в порядке? – уточнила Минерва. – Я читала статью о суде над Молли, Джиневрой и Рональдом… - В моих анализах оказалось, что меня опаивали Амортенцией. – Сказала Гермиона, посмотрев Минерве в глаза. – Анализ показал, что я должна была кинуться в объятия Рона, а такая концентрация зелья была почти максимально возможной, приближенной к отравлению. – Минерва ахнула и покачала головой. - Так, как же вы справлялись? – Спросила Минерва. – Хотя, если вы так спокойно говорите об этом, то могу предположить, что вы пили противоядие от любовного зелья. – Гермиона кивнула. – Что ж, хорошо. Вы молодец, Гермиона, все всегда предусмотреваете. - Не совсем. – Опустив голову, сказала Гермиона. – Тонкс посоветовала мне это, перед пятым курсом. Она тогда часто приходила ко мне домой, когда Дамблдор познакомил меня с ней, и сказал, что она будет иногда заглядывать ко мне, ради моей и родителей безопасности. - Да, - кивнула Минерва, - Гарри тогда заставил Альбуса организовать безопасность вам и Уизли. Хоть, по словам Альбуса, это и было больше похоже на безапелляционные требования, но Альбус согласился. - Требования? – удивилась Гермиона. - Да, Гарри и Альбус многое обсудили после Турнира, не только их позицию с Министерством и всей ситуации с Темным Лордом. – Сказала МакГонагалл. – Альбус был очень впечатлен их беседой, но не распространялся о её содержании, говоря, что мне не надо знать всего. То, что он обсуждал с Гарри, так и осталось тайной. - Гарри никогда не говорил мне об этом! – выпучила глаза Гермиона. - Исходя из его обращения в «Пророке», он многое скрывал от… от нас. – Минерва сокрушенно сказала и посмотрела на стену позади своего стола. Гермиона проследила за её взглядом и увидела, что портрет Дамблдора проснулся и с улыбкой смотрит на них. - Добрый день, мисс Грейнджер, - сказал портрет Дамблдора. – Как вы поживаете? - Здравствуйте, профессор. – Ответила Гермиона. – Я в порядке. - Рад за вас. – Кивнул портрет. – С вашими родителями все в порядке? Как они отнеслись к тому, что их дочь участвовала в Войне? – несколько обеспокоенно поинтересовался нарисованный директор. - Более или менее нормально. – Сказала Гермиона. – Пока статья Гарри не вышла. - О? – воскликнул Дамблдор. – Не могу надеяться, что они восприняли это обращение Гарри спокойно. Особенно, если учесть его содержание. – Портрет улыбнулся, смотря на удивленное лицо Гермионы. - Кхм, - Гермиона прочистила горло, пытаясь успокоиться. – Ну, было много вопросов, по поводу того, что происходило в Школе, за все годы учебы. Мне пришлось честно ответить на их вопросы, - она опустила голову, - не скажу, что они были очень рады тому, что я все скрывала. - Да, - кивнул Дамблдор с портрета. – Но ваша честность с ними получила свои заслуги, - он по-доброму улыбнулся, когда она кивнула. – Я очень рад за вас. - Профессор Дамблдор, можно задать вам вопрос, на который вы честно ответите. – Портрет сильно удивился, но кивнул. – Как вы относитесь к статье Гарри? Дамблдор вскинул брови, но кивнул и улыбнулся, начал говорить. – Что ж, мисс Грейнджер, то что я вам скажу, будет вам очень любопытно и удивительно. Минерва, вы тоже приготовьтесь. – Они обе кивнули, и одним глотком допили свой чай. – Что ж, позвольте мне начать. Я, конечно, был не прав, когда оставил юного Гарри у его маггловских родственников. Сильно неправ. Я, серьезно, надеялся, что они с любовью воспитают Гарри, дадут ему прекрасное детство, но… оказался неправ. – Он поднял руку, тем самым прерывая их возможные реплики. – Я знаю, что вы хотите сказать. Я мог бы забрать его, когда узнал об этом. Но, к тому времени, Министром Магии стал Фадж, а он, как вам известно, был тесно связан с Люциусом Малфоем. И я опасался, что кто-то из приближенных Тома Риддла узнает о местоположении Гарри. Я опасался за его жизнь… - Вы опасались за свой план, да? – спросила Гермиона, гнев в её глазах был не прикрыт. - Вы не хотите дать мне закончить, мисс Грейнджер? – усмехнулся портрет. – Я все объясню, и даже расскажу, откуда я знаю текст обращения Гарри, хотя ни Минерва, ни кто-либо еще не читал мне его. Гермиона была несколько обескуражена этими словами, но смогла лишь кивнуть головой. - Так вот. – Продолжил Дамблдор. – Долгие годы Гарри приходилось оставаться в доме Дурслей, не только из-за защиты, которую организовала мать Гарри, Лили, но и еще, из-за того, что там его никто не стал бы искать. Кстати об этом. Мисс Грейнджер, как много вы знаете чистокровных волшебников интересующихся миром магглов? – задал вопрос Дамблдор, но не стал ждать ее ответа. - Я отвечу на свой вопрос сам, если вы позволите. Не так уж и много. Артур Уизли, как и его, сейчас уже, бывшие сослуживцы по Департаменту Контроля за Маггловскими Артефактами являются немногими исключениями из правил. Те студенты, которые посещают в стенах Школы такую дисциплину, как Маггловедение можно не считать. - Почему? – спросила Минерва, весьма удивленно. - Из-за того, что Совет Попечителей не позволял мне исправить эту вопиющую оплошность и нанять нормального преподавателя на эту должность, полукровного или, еще лучше, магглорожденного волшебника. Так же, как и заменить Бинса. – Расстроенно сказал Дамблдор. – Сейчас, с Кингсли во главе Министерства, изменения могут быть произведены. А тогда… - Дамблдор сокрушенно махнул рукой. – Я отвлекся. Минерва, если хотите, мы обсудим планы по изменению школьной программы позже. – Минерва кивнула. - Итак, даже зная точный адрес, где находился Гарри, те сторонники Тома, не могли найти его. Они так привыкли к поискам с помощью магии, что не рассматривают вариант его поисков маггловскими методами. Даже, если его адрес был в реестре, в одном из отделов Министерства. – Альбус посмеивался над своими же словами. – Гарри, как-то выразился, что большинство чистокровных настолько глупые, что не видят дальше своей палочки. Он был, конечно, зол, что ему приходится возвращаться к Дурслям на каникулы, но я предложил ему их слегка попугать. И он сообщил им, перед вторым курсом, что, если он не появится в Хогвартсе 1 сентября, то я лично заявлюсь к ним домой. – Дамблдор посмотрел на удивленные лица и продолжил. – Петунья была в ужасе от такой перспективы. - Но в статье Гарри говорил, что вы им угрожали. – Сказала Гермиона. - Мисс Грейнджер, - сказал портрет, - к статье я подойду, чуть позже. Не торопитесь. – Лицо Дамблдора выражало неописуемое веселье. – Что касаемо вашего второго курса, я, конечно, знал, кто проклинал студентов, я знал, что это Василиск. Как я мог не знать?! – он вскинул руками. – Я не смог узнать лишь, как этот кто-то выпустил Василиска, кем он был. – Дамблдор склонил голову. – Я даже не рассматривал кого-то из Гриффиндорцев. Это было для меня ударом, что бедная Джинни Уизли попала под удар. Бедная девочка. – Старик на портрете вздохнул. – Я осматривал её, после спасения её Гарри из Тайной Комнаты, но, по непонятной мне причине, не смог найти каких-либо отклонений в её разуме. А потом, я отклонял её изменения, считая это подростковым взрослением. Даже то, что она чрезмерно активно возмущалась попыткам флирта с Гарри, другими девушками. - На вашем третьем курсе, я не смог противостоять требованию Фаджа по поводу Дементоров, он протолкнул это решение через Визенгамот. Люциус и его клика поддержали это. Люциус надеялся на смерть Сириуса и последующую его попытку захвата имущества и престижа Рода Блэк, аргументируя то, что его сын был ближайшим наследником. – Дамблдор усмехнулся. – Правда, он не знал, что Сириус написал завещание, как Лорд Блэк, еще до Азкабана, в пользу Гарри. А Гарри имел на него прав больше, чем юный Драко, из-за того, что Дорея, бабушка Гарри, была дочерью семьи Блэк, как и Нарцисса Малфой. Да и то, что он был наследником Рода Поттер, могло способствовать признанием того, что Гарри стал бы будущим Лордом Блэк. - И если бы это случилось, то Гарри мог бы стать совершеннолетним раньше срока, – сказала Минерва, и, увидев вопрос в глазах Гермионы, она продолжила. – Согласно Кодексу Рода Блэк, Главой Рода Блэк становится следующий по старшинству наследник, и не важно совершеннолетний ли он или нет. Кодекс Рода Поттер, со своей стороны, четко ограничивают это 17-летним возрастом. - Да, верно. – Кивнул Дамблдор. – Хотя, мне не хотелось, чтобы Сириус пострадал или, не дай Мерлин, погиб. Но этот вариант был бы для Гарри не плох. Но вы, мисс Грейнджер, вместе с Гарри смогли спасти Сириуса. Как я тогда и сказал – прекрасная работа. - Профессор, почему вы рассказываете мне это? – спросила Гермиона. – Я, конечно, благодарна вам за это, но… - Мисс Грейнджер, - прервал её Дамблдор, - я хочу донести до вас, те, некоторый, причины, почему Гарри так поступил. Хотя, всего, даже мне не известно. Он даже сейчас отказывается мне говорить, всякий раз говоря, что это «Ради Всеобщего Блага». – Дамблдор слегка поморщился. – Хоть, я и сам часто это говорил, но использовать это против меня… Негодный мальчишка, – Дамблдор вздохнул и улыбнулся, - весь в своего отца. Минерва и Гермиона переглянулись, и задались вопросом: А это вообще портрет Дамблдора? - Я продолжу, с вашего позволения. – Сказал портрет. – Четвертый курс. Да, я намекал Гарри, что вариант с его участием в Турнире возможен. Я почувствовал метку Барти-младшего, но ничего не предпринял, так как мы не могли найти точное местоположение, где скрывается Том и Питер, после видений Гарри. А Барти смог противостоять моей, и Северуса, Легилименции. Том хорошо обучил своего Пожирателя. – Дамблдор снова вздохнул. – Да и Министерства трех стран, с этим идиотом Бегманом, придумали же испытания! Драконы! Как можно отправлять студентов, в одиночку, против Драконов. – Он посмотрел на Гермиону и спросил, - вы же не думаете, что я настолько сумасшедший, что отправил бы студентов, даже выпускников, противостоять Драконам. Мне известна история о том, как прервался Турнир. По поводу второго испытания, я договорился о безопасности, как участников, так и заложников, с Предводителем Русалок. А лабиринт, так вообще традиция. - Простите профессор, - сказала Гермиона, - но я так и не нашла точной причины прерывания Турнира, в библиотеке... - В тот год, когда проходил Тот Турнир, погибли все три Чемпиона и Директор Хогвартса, в первом испытании. – Сокрушенно проговорил Дамблдор, - Министерство, все три Министерства, наняли Арабского волшебника-Змееуста и привезли на Турнир трехсотлетнего Василиска. И дали участникам задание в его покорении, то есть устроили «Большую Охоту». В итоге, все три Чемпиона погибли, а действующий Директор Хогвартса, совместно с волшебником-Змееустом, сдерживали Василиска, пока зрителей эвакуировали. Змееусты, как известно, не подвержены смертельному взгляду, - Дамблдор посмотрел на Гермиону, - Гарри не совсем правильный Змееуст, мисс Грейнджер. В случае с Гарри, он бы погиб от взгляда, так как, в его ситуации, это приобретенная способность. Вот, если у его детей останутся эти способности, то да. Дети будут обладать врожденным умением в Парселтанге. Так, вот, пока Директор Хогвартса сдерживал натиск Василиска магией, закрыв глаза, а Змееуст пытался того «уболтать», он и погиб, попав под один из клыков. Фоукс не мог его спасти, так как в тот день он сгорел и переродился. - Так Фоукс был не вашим фамильяром? – спросила Гермиона. - Да, мисс Грейнджер. Фоукс является фамильяром Годрика Гриффиндора, и остается в Хогвартсе лишь в память о нем. Он становится фамильяром Директора Хогвартса, если он является выпускником факультета Гриффиндора. Так, что Минерва жди, Фоукс прилетит к тебе в сентябре. – Минерва лишь могла удивленно кивнуть. Она задавалась вопросом, почему Феникс улетел, когда Северус был назначен на место директора. - И после Турнира, как и сказала профессор МакГонагалл, вы организовали мою безопасность. – Утверждала Гермиона. - Да, Гарри потребовал от меня организовать безопасность Уизли и вашу. – Кивнул, подтверждая этого, Дамблдор. – С Уизли было проще, чем с вами, мисс Грейнджер. Министерство не одобряет установку барьеров высокого уровня в маггловских районах, особенно после нашего заявления о возрождение Тома. Поэтому, Мисс Тонкс и Ремус, поочередно присматривали за вами и вашими родителями, даже когда вы приехали в Хогвартс, также в этом участвовал и Сириус, в облике Бродяги. Что касаемо Уизли, то Билл и Артур укрепили защиту, но из-за того количества чар вложенных в Нору, они не смогли установить чары «Фиделиуса». А Молли была всегда против переезда или какой-либо перестройки Норы, хотя Артур много раз предлагал это. Гермиона вновь была удивлена, она и не предполагала, что Нора стала такой от слишком большого количества чар в ней. - Гарри как-то раз упоминал, что Нора держится лишь за счет магии. Но о таком я даже не предполагала. – Проговорила Гермиона. – В любом случае, я видела только Нору и Гриммо-Плейс, из всех возможных домов волшебников. - Да, и тот и другой дом уникальны из-за вложенной в них магии, - кивнул с портрета Дамблдор. – Кстати, вас, наверное, удивило то, что Гарри не стал префектом, мисс Грейнджер? Во время вашего пятого курса? – Гермиона кивнула, она предполагала, что им станет Гарри, не Рон. – Так вот, это было моим личным решением, Гарри, конечно, ворчал на меня. Он прекрасно знал, как отбираются префекты. На что я ему сказал, что это моя маленькая месть за то, что он не сказал, во время суда, что он стал совершеннолетним. Он тогда мог быстро заткнуть и Фаджа, и Долорес Амбридж. Тем более мог помочь мне её выгнать. Но он решил оставить это на моё усмотрение. - Почему? – выглядя более чем удивленной, спросила Гермиона. - Он аргументировал это тем, что Рональду надо получить что-нибудь, чтобы он успокоил свою зависть ко всем окружающим, кто был лучше него. – Сказал Дамблдор, и, увидев, как Гермиона хочет что-то спросить, сказал. – Про статью мы поговорим позже, я понимаю вас, он там написал многое, чему я, в той или иной мере, противоречу сейчас. – Гермиона кивнула. - В тот же год, мы получили доказательства того, что Молли и Джиневра пытались опоить Гарри Амортенцией. Северус, еще после Тайной Комнаты, рассказал, как «повезло» юному Гарри, то что он пережил укус Василиска, и получил в свою кровь слезы Феникса. Тем самым получив из своей крови своеобразный состав, растворяющий некоторые вещества. Правда, это также повлияло на его карту зелий, и Северусу приходилось составлять, изменять и, конечно же, варить зелья, когда Гарри попадал в лазарет. Хотя, это и заставляло Северуса ругаться, в сторону Гарри, но он был рад открывшимся возможностям по усовершенствованию некоторых зелий. Так, что Гарри мог даже не пить противоядие от любовного зелья. Из-за яда Василиска, его кровь стала невосприимчива к большинству известных любовных зелий. А на самые сильные у Молли не было денег и возможности достать запрещенные ингредиенты,или навыков и знаний. - Ясно, - сказала Гермиона, выглядя обиженной, из-за того что ей никто ничего не сказал. – Мне несколько обидно. - Понимаю вас, мисс Грейнджер. – Сказала Минерва. – Я так же этого не знала. Альбус, вы слишком многое скрывали. - Да, понимаю, - кивнул Дамблдор. – Но, в свою защиту, скажу лишь то, что часть тайны была связана с просьбой Гарри. Остальное я не говорил, из-за ряда других причин, которые не могу открыть даже сейчас. Ваш Пятый курс, мисс Грейнджер, был омрачен не только тем, что Том возродился и присутствием Амбридж. Но и тем, что произошло в конце учебного года. Гарри тогда очень сильно корил себя за то, что с вами произошло, и из-за смерти Сириуса. Он слишком полагался на нашу своевременную помощь, поэтому он не использовал Семейные заклинания и некоторые возможности семьи. - Семейные заклинания? – подняла голову Гермиона. -Да, Поттеры известны, как Боевые маги и Артефакторы. – Сказал Дамблдор. – Если быть точнее то известны, как Боевые Артефакторы. Но Гарри, в то время, был не очень опытен в применении Семейной Магии, и опасался, что все выйдет из под контроля. А брать Артефакты из хранилища, было опасно из-за Амбридж. - Что вы хотите сказать под «Боевым Артефактором»? – полюбопытствовала Гермиона. - Это значит, что Поттеры, полагались не только на свою магию и заклинания, но и на созданные ими, Боевые Артефакты. – Объяснял, с улыбкой Дамблдор. – К сожалению, Гарри не смог к тому времени создать ни одного стоящего и полностью управляемого Боевого Артефакта. Он сильно ругался из-за того, что у него не получается, когда я заглядывал в его Лабораторию, здесь в Хогвартсе, и… - У него была лаборатория?! – воскликнула Гермиона. - Да, он это тоже скрывал. – Кивнул Дамблдор. – Он скрывал это не только из-за Долорес Амбридж, но и из-за того, что его эксперименты были немного… не безопасными. Если бы не целительские зелья Северуса, что он хранил у себя под рукой, то он мог бы серьезно пострадать. Вы часто видели его уставшим и сильно подавленным, в тот год. - Я думала, что это из-за отработок у Амбридж и занятий по Оклюменции у профессора Снейпа. – Сказала Гермиона. – Если бы я знала… - То ничего бы не смогли сделать. – Закончил за неё Дамблдор. – Гарри был истинным сыном своего Рода. Упрям, целеустремлен, индивидуалист, немного эгоистичен, и старался оградить своих близких от опасностей. Знаете, мисс Грейнджер, он был на грани того, чтобы попытаться убедить вас и ваших родителей покинуть Британию, по окончанию вашего пятого года, после того, что произошло в Министерстве. Но не решился на это. - Вы знаете почему? – спросила Гермиона. - Мне известна одна из причин, но я обещал Гарри молчать. – Уклончиво сказал Дамблдор. - Поясните, что тогда происходило в течение шестого курса, так как я понимаю, что многое было скрыто от меня. – Сказала Гермиона, она начинала злиться из-за того, что ей отказываются рассказывать всё. - Хорошо. – Сказал Дамблдор. – Моя рука была проклята после того, как я взял в руки хоркрукс-кольцо. – Он посмотрел на обеих женщин и продолжил. – Я знаю, что поступил глупо взяв, заведомо известный проклятый артефакт, в руки. Но ничего не мог с собой сделать. Я столько лет искал этот камень, что забыл, в тот момент, об опасности, и чуть не погиб. Северус делал мне, весь год, особый целебный состав из Философского Камня, чтобы я мог протянуть чуть дольше, чем мне оставалось. - Так значит, вы прятали камень у себя? – с рычанием сказала Гермиона. – Вы же утверждали, что уничтожите Камень. - Да, я так сказал. – Кивнул Дамблдор. – Вот только, я не сказал, что Камень может уничтожить только тот, кто знает его секрет. Кроме Николаса, этим секретом обладает только его сын, Огастос Фламель, которому Гарри передал Камень. Огастос обязался его уничтожить, перед тем как решит умирать, или передать его своим потомкам. Но, так как у Огастоса нет детей, то он уничтожит Камень. - А что касается записей его создания? – уточнила Минерва. - Этот секрет Николас унес с собой. – Ответил Дамблдор. – Николас даже сыну никогда не говорил, как он создал Камень, и он никогда не оставлял записей после его создания. Все документы были им уничтожены. - Так, что с шестым годом, профессор? – Гермиона немного успокоилась и спросила. - Да, мы опять отвлеклись. – Сказал Дамблдор. – В принципе, кроме того, что и так вам известно, ничего не происходило. Том вел себя относительно тихо, после убийства Амелии Боунс. Руфус пытался получить поддержку своих решений от Гарри, но тот отказывался с ним встречаться. Вы, наверное, спросите, почему я ни чему не учил Гарри, в течение шестого года или вообще. То я вам отвечу так, он не нуждался в моей опеке, и в этом кабинете мы обсуждали лишь варианты того, чем могут быть хоркруксы и где они были спрятаны. Кроме того, что я делал вылазки в поисках хоркруксах, надеясь найти их, и хоть как-то помочь Гарри. Я никогда не хотел, чтобы он сражался в одиночку. - Он не был один, – сказала Гермиона. - Мисс Грейнджер, вы когда-нибудь спрашивали, как он отнесся к тому, что вы не покинули Британию с родителями, а остались с ним. – Видя, как она мотает головой, он продолжил. – Он беспокоился за вас, мисс Грейнджер. Рональду не грозила слишком большая опасность, так как он чистокровный волшебник. А, вот, вы были в большой опасности из-за Пожирателей Смерти. - Да, я знаю. – Она кивнула, все еще помня, как Беллатрикс пытала её, и сжала свою руку, где были шрамы. – Я помню, как долго Гарри извинялся за то, что произошло. - Вам тогда повезло, что вами занималась Беллатрикс. – Сказал Дамблдор, - а не кто-то другой. Да, - он кивнул, - мне известно, что с вами произошло. Гарри рассказал мне. - Давайте перейдем к статье в «Пророке». – Решила сменить тему Минерва, видя, как подавлена воспоминаниями Гермиона. - Да, с вашего позволения. – Сказал Дамблдор. – Статья, весьма забавно была написана. Её текст, до сих пор, вызывает у меня смех, хоть он и горький, но все же смех. Гарри специально перекрутил все факты, чтобы вызвать у окружающих попытку обдумать то, что произошло за последние 35 лет. То, что произошло в Первую и Вторую Гражданские Войны, а также то, что мы, как Общество, не сделали за тот промежуток мирного времени, что у нас был. - Но, как вам удалось узнать о содержание статьи, Альбус? – спросила Минерва. – Я не читала газету здесь в кабинете, вы же почти всегда спите на портрете. Вряд ли эльфы стали бы будить вас и читать вам её. - Да, вы правы, Минерва. – Кивнул Дамблдор. – Вот только, кто сказал, что это мой единственный портрет! – Усмехнулся Дамблдор. - Что?! – Минерва была явно шокирована. – Вы же специально заказывали только один портрет. - Я – да. Но второй был заказан Гарри, и помещен в его хранилище. После окончания Войны он перевел свои средства заграницу, продал все своё имущество, здесь в Британии, написал статью и уехал. Кстати, статью он писал, обсуждая её текст со мной, – усмехнулся Альбус. - Я, конечно, был против столь резких выражений, но решил не спорить с Гарри. Он считал, что пока не ткнуть, наше Общество, носом в кучу с драконьим навозом, то оно не сдвинется с места. А так, возможно, наше Общество, Британских волшебников и ведьм, начнет развиваться, и по возможности, достигнет уровня развития, если не маггловского мира, то, хотя бы, уровня развития Европейского Магического Мира. Мы, Британцы, и правда, слишком погрязли в прошлом. И я этому также способствовал. – Начал каяться Дамблдор. - Я слишком боялся того, что магглы могут с нами сделать, после того, как закончилась Вторая Мировая Война. Я был слишком обеспокоен тем, куда развивалась маггловская наука, что совсем забыл смотреть, куда катится наш мир. И Гарри указал мне на это, но для меня было поздно меняться. Новое поколение пришло, и если бы не восстание Тома, такие люди, как Лили Поттер, Сирена Лавгуд, Северус Снейп и многие другие бы смогли помочь нашему, Британскому, Обществу пойти путем развития. Но из-за моих ошибок такие люди погибли, или покинули страну в страхе за свою жизнь, или, как Гарри, уехали, скрываясь из-за того, как мы относимся к тем, кто не привык думать и делать, как нам привычно. Гарри надеется, что его поступок заставит нас идти по дороге в будущее, а не тонуть, как в болоте, в прошлом. Минерва и Гермиона переглянулись из-за того, что они услышали, то что было слишком похоже на исповедь. Они не знали, что можно сказать на это. Поэтому они молчали и думали, что сказать или сделать. - Альбус, - начала Минерва. – Вам не нужно так сильно сокрушаться из-за того, что произошло. Как вы и сказали, в этом виноваты все мы. Мы просто решили жить, как прежде после того, как Темный Лорд пал в ту ночь, в Годриковой Лощине. Мы можем попытаться сейчас, сделать всё, чтобы будущие поколения жили в мирном времени и развивались сами и развивали наше Общество. - Да, Минерва, вы правы, как всегда правы. – С небольшой улыбкой сказал Дамблдор. – Все, что мы можем - это дать им напутствие, дорогу в будущее. Сейчас мы можем, нет, мы должны идти вперед, а не стоять на месте или, вообще, идти назад. - Профессор, вы сказали, что ваш второй портрет у Гарри, - Дамблдор кивнул, на слова Гермионы. – Вы можете сказать, где именно он находится? - Мне известно место, но я не буду говорить этого вам, мисс Грейнджер. – Дамблдор широко улыбнулся. – «Мародёр не раскрывает секреты другого Мародёра». - Что? – удивилась Минерва. – Альбус, вы не будете использовать те же слова, что и эти шутники. - Профессор, что это значит? – спросила Гермиона. – Почему все, к кому я обращаюсь, так или иначе, не хотят мне говорить, об этом. – Гермиона вскочила и уперлась руками в стол. – Я уже знаю, куда уехал Гарри. Просто скажите мне, как его найти и все. - Простите, мисс Грейнджер, - сказал Дамблдор, опуская голову, - но Гарри просил не говорить вам это. Правила клуба, есть правила. Даже если другие правила, мы нарушаем. - … - Гермиона открыла рот и не смогла ни чего сказать. - Альбус, шуточки вашего мужского клуба могут довести когда-нибудь и кого-нибудь до нервного срыва. – Воскликнула Минерва МакГонагалл и подошла к Гермионе. – Успокойся, Гермиона. Это продолжается уже больше ста лет, в стенах Хогвартса. - Что вы имеете в виду? – тихо спросила Гермиона. - Мародёры, что ж еще. – Она фыркнула и вздохнула. – Это начал не отец Гарри, Джеймс Поттер, а его прапрадед, а может быть и еще раньше. Я училась в то время, что и родители Карлуса Поттер, и тогда Гриффиндорский Мужской Клуб «Мародёров» уже существовал. Я всячески пыталась останавливать их выходки на корню, но, как вам известно, не смогла этого сделать. Если дети мистера Поттера не будут учиться в Хогвартсе, я, возможно, вздохну спокойно. - Но из статьи известно, что он не вернется в Англию, - едва не плача начала говорить Гермиона. - Ну, вот, Альбус. – Сокрушенно вздохнула Минерва и обняла Гермиону. – Вы добились своего. Она плачет. Если можете, передайте мистеру Поттеру, чтобы он так больше не делал. Иначе я за себя не отвечаю… - Я передам ему, - кивнул Дамблдор. – Мисс Грейнджер, простите старика. Я не ожидал такой реакции, с вашей стороны. Мне очень жаль. – Старик склонил голову, в покаянии. - Простите меня, профессор, - сказала Гермиона, пока вытирала слезы. – Просто немного перенервничала. Статья Гарри и его исчезновение… просто… - Все в порядке, Гермиона. – Сказала Минерва. – Тебя можно понять. Ты так ему и не сказала, да? – Гермиона лишь кивнула. Минерва повернулась к портрету и сказала, - Альбус, передайте мистеру Поттеру только мои слова. А то что сейчас произошло, оставьте втайне, хорошо? – Дамблдор кивнул, встал с кресла на портрете, и вышел за рамку. - Ну, вот. – Минерва посмотрела на Гермиону, увидев, что она успокоилась. – Альбус расскажет ему, что вы его ищете, и, возможно, не расскажет о том, о чем я чуть не проговорилась. Ах, Гермиона, ты должна была сказать ему это раньше. Возможно, он бы не стал уезжать. - Возможно, профессор. – Вздохнула Гермиона. – Я забыла спросить, вчера, у Кингсли об этом. Андромеда и Тедди тоже уехали, да? - Да, - кивнула Минерва. – Они уехали через два дня, после того, как ты отправилась в Австралию. Я спрашивала у Гарри, куда они уехали, но он сказал лишь то, что Анди хочет покоя и уединения. И то, что он не вправе рассказывать, куда они уехали. Но я предполагаю, что он поехал вслед за ними. - Я тоже так думаю. – Кивнула Гермиона. – Гарри бы не стал бросать Тедди. В нем он видит себя, только без Дурслей. Минерва кивнула и, видя, как ее любимая ученица закрыла глаза и пытается восстановить душевное равновесие, молчала. Гермиона же, закрыв глаза, начала не только успокаиваться, но и думать, что делать дальше. Постояв так несколько секунд, она кивнула сама себе и, приняв решение, открыла глаза. - Спасибо вам, профессор МакГонагалл. – сказала Гермиона. – Я думаю, что мне пора идти. Пора закончить гонку за Мародёром. - Да, ты права. – Улыбнулась профессор. – Но ты уверена, что сможешь его поймать? Даже мне было не легко ловить его отца и друзей, пока те учились в Школе, и то, это было на известной территории. А там, куда он уехал… - Вам что-то известно, да? – с надеждой спросила Гермиона. - Не больше твоего. Я поняла, куда он уехал, из его статьи, но… - Гермиона кивнула на её слова. - Я приложу все усилия. Невилл дал мне небольшую подсказку, так что у меня появилось больше шансов быстрей его найти. А так, Нью-Йорк слишком большой город, для поисков. Да и Невилл сказал, что Гарри сменил имя в документах, так что его могут не знать, как Гарри Поттера. То о чем он мечтал еще в Хогвартсе. – Заявила Гермиона. – Ладно, спасибо вам, что приняли меня, профессор. Я пойду, буду собирать вещи. И в путь. - Удачи тебе, девочка моя. – Сказала Минерва, обняв Гермиону и поцеловав её в лоб. – Найди его и все расскажи. А так же накажи его за выходку, за меня. - Конечно, обязательно. – Чуть злобно усмехнулась Гермиона и вышла из кабинета. Гермиона шла к воротам Замка, и обдумывала свои следующие действия: - Первое, она завтра же покупает билет на самолет в Нью-Йорк; - Второе, она прилетает в Нью-Йорк и начинает его искать; - Третье, она находит его (об альтернативе не может быть и речи) и получает ответы на все вопросы; - Четвертое, она рассказывает ему то, что так давно скрывала; - Пятое… а вот, что дальше она не могла придумать… «Как он отреагирует, что скажет, примет ли он то, что я…» - подумала Гермиона, встав перед воротами. Она кинула последний взгляд на Замок, в котором она провела почти семь лет. Семь не простых лет. Она когда-то приехала в этот Замок, с детской надеждой на сказку. Что ж, она попала в сказку, как и мечтала одиннадцатилетняя девочка, только вот сказка оказалась страшной. И чем дальше, тем было страшнее. Она никогда, никому не признавалась, что ей было очень страшно и очень одиноко, в этом Величественном Замке, Замке Волшебства. Пока она не встретила одного мальчика, который стал её Героем, спасшим её от жуткого и опасного монстра – от одиночества. О том, как он показал ей гораздо больше волшебства, чем она видела. Её Герой, её друг, её… И теперь, она, с гордо поднятой головой и всем своим накопившимся мужеством, поймает этого беглеца-мародёра и расскажет ему, чтобы он знал, как сильно он ей нужен.