Добро с копытами

      Поднявшись с земли, голубая пегаска встряхнулась, осмотрелась расфокусированным взглядом и фыркнув, расправила крылья, после чего взмыла в воздух и полетела куда-то прочь из города.       — Рэйнбоу?! — удивленно воскликнула Твайлайт, затем повернулась к Флаттершай и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но увидев, в каком состоянии находится нежно-желтая летунья, только тяжело вздохнула.       Ветеринар сидела на крупе, прижав ушки к голове и кутаясь в крылья. По ее виду легко можно было понять, что никуда идти, чтобы с кем-то бороться, она точно не собирается. Однако стоило ученице принцессы Селестии решить, что хуже уже быть не может, как ей на глаза попалась Пинки, которая казалась какой-то поблекшей — даже ее грива и хвост выпрямились, больше не напоминая сладкую вату.       — Кристаллики! — радостно воскликнула Рарити, срываясь с места и бросаясь к осколкам стекла, выпавшим из разбитых окон.       — Рарити, стой! — бросившись вслед подруге, сиреневая единорожка была вынуждена резко остановиться, так как модельерша резко развернулась к ней мордочкой и широко расставив передние ноги, угрожающе наклонила голову. — Рарити, что с…       — Что, дорогуша, решила забрать мои кристаллики себе? — оскалив зубы в безумной улыбке, белая единорожка зажгла магическую ауру вокруг рога. — Давай же, покажи свою воровскую натуру!       Ошеломленно отшатнувшись, Твайлайт ощутила болезненный укол в груди, но все же сумела не поддаться панике. Оглянувшись назад, она посмотрела на трех других подруг, которые в эти мгновения казались кривыми отражениями самих себя…       «Дискорд что-то с ними сделал. Что там было написано на створках?..» — нахмурив лоб, ученица принцессы Селестии напрягла память, вспоминая все «дебафы», которые получили ее подруги за поражение.       Шум взрывов и громогласный хохот не утихали, а словно бы даже стали громче. Впрочем, пока что прямой угрозы это не несло.       — Эпплджек, сколько у тебя копыт? — вопрос был глупым, но для проверки теории требовалось что-то простое.       — Пять, — ни секунды не сомневаясь, с совершенно честным видом соврала оранжевая земная пони.       — Рарити, одолжишь мне парочку кристаллов для экспериментов? — повернувшись обратно к белой единорожке, спросила Спаркл.       — Обойдешься, — фыркнула модельерша. — Пока не заплатишь в два… три раза больше, ни единого алмазика от меня не получишь.       — Флаттершай, у тебя есть план? — в этот момент Твайлайт очень хотела ошибиться и услышать «да», так как брать на себя ответственность за всех подруг… было страшно.       Нежно-желтая пегаска не ответила, сжавшись вместо этого в комочек и попытавшись спрятаться за собственной гривой. По унылому виду Пинки все было видно вовсе без уточняющих вопросов.       «Что это может быть? Единственное, что приходит на ум — магия разума. А в ней я… откровенно «плаваю». Но… Есть один способ, как можно перебороть внушение: нужны сильные эмоции… Сильные, возможно, даже не самые приятные эмоции», — мысленно попросив у девочек прощения, сиреневая кобылка покосилась на Рарити, которая уже подобралась к осколкам стекла и теперь сгребала их в кучку, сюсюкаясь словно с жеребенком, и решила начать с кого-нибудь другого.       — Эпплджек? — подойдя к фермерше, волшебница мило улыбнулась, ощущая жуткое напряжение в груди.       — Не, эт не я, сахарок, — замотала головой оранжевая кобылка.       — Скажи, ты любишь Эпплблум? — слова приходилось из себя буквально выдавливать, ощущая, как они горьким комом раздирают горло.       — Н-нет, сахарок, — ощутимо напрягшись, совсем неискренне ответила фермерша.       — Тогда ты не будешь возражать, если я ее заберу? — продолжила давить на самую очевидную болевую точку Спаркл.       — Я… — Эпплджек прикусила нижнюю губу и замолчала, лихорадочно сверкая глазами.       — И ты ведь не будешь возражать, если я отдам Эпплблум в сиротский приют? — сделав шаг вперед, еще сильнее надавила сиреневая единорожка.       — Я… — в воздухе словно бы лопнула струна, взгляд фермерши на секунду затуманился, а когда она проморгалась и снова посмотрела на ученицу принцессы Селестии, то в нем ясно читалось возмущение. — Ты шо такое говоришь, сахарок?! Разумеется, я люблю Эпплблум, и ни в какой приют ее не отдам!       «Это было проще, чем я опасалась», — облегченно выдохнула Твайлайт.       — Прости, Джеки, так было нужно, — повинилась библиотекарша. — По-другому проклятие Дискорда не снять: вы сами должны его перебороть, в чем помогают сильные эмоции.       Оранжевая земная пони уже хотела было высказать, что она думает о такой помощи, но увидев виноватый взгляд подруги, ее поникшие ушки и плотно сжатые губы, только проворчала:       — Не делай так больше…       — Нужно помочь остальным, — напомнила сиреневая единорожка, решив временно отложить эту тему.       Фермерша повернулась к кондитерше и ветеринару, которые по-прежнему находились на тех местах, где и пришли в себя: казалось, что Пинки вовсе не собирается куда-либо двигаться, будучи поглощенной своими мыслями, а Флаттершай… Видеть нежно-желтую пегаску такой было непривычно, больно, и даже страшно. Все же за годы знакомства Эпплджек привыкла, что именно эта пони всегда сохраняет самообладание и имеет какой-то план.       Тем временем Рарити уже собрала горку стеклянных осколков и теперь протирала их собственной гривой, что-то негромко напевая.       — Ты сможешь найти Рэйнбоу? — стряхнув с себя оцепенение и повернувшись обратно к волшебнице, спросила оранжевая земная пони.       — М-м-м… — Спаркл кивнула. — Да. У меня есть заклинание поиска. Если она улетела не слишком далеко, я смогу к ней телепортироваться.       — Хорошо, — стиснув зубы и набрав в грудь воздуха Эпплджек начала излагать свой план: — Мы поступим так…       …       Когда сиреневая единорожка исчезла в магической вспышке, фермерша повернулась к ветеринару. На ее мордочке отразилась решимость, а в глазах промелькнула горечь.       — Прости, сахарок, — произнесла оранжевая земная пони, подойдя к нежно-желтой пегаске, а затем схватила ее за плечи передними ногами и встряхнула так, что зубы розовогривой летуньи клацнули, после чего отвесила ей две пощечины правым передним копытцем. — И долго ты собираешься себя жалеть?       — Я… — взгляд Флаттершай затуманился, но скованность никуда не делась.       — Ты, ты! — рявкнула Эпплджек. — Пока ты тут сидишь, принцессы сражаются с Дискордом, Понивиль утопает в беспорядке, а Рэйнбоу…       — Рэйнбоу? — почти беззвучно переспросила ветеринар.       — А что с Рэйнбоу, я не знаю! — прорычала оранжевая земная пони. — Она сейчас одна, и с ней могло случиться все, что только Дискорду в голову придет! Что, сахарок, ты этого хочешь?       — Нет… — губы нежно-желтой пегаски задрожали, в уголках глаз скопилась влага.       — Тогда… делай что-нибудь! — притопнула правым передним копытцем фермерша, отстранившись от подруги. — Кто, если не ты, должен знать, куда эту бестолочь могло занести?       Ветеринар вздрогнула, попыталась снова сжаться в комочек, но остановилась и напряглась всем телом. Явно пересиливая себя, она затуманенным взглядом осмотрелась по сторонам, затем расправила крылья и оттолкнувшись от земли, взлетела, неуклюжими рывками начав набирать высоту.       Эпплджек, наблюдая за подругой, прикусила нижнюю губу, а затем произнесла:       — Шо-то я сделала не так…                   ***       Появившись в воздухе, метрах в ста над землей, Твайлайт поспешно создала заклинание, которое сделало ее тело легче воздуха, а затем наколдовала пару крыльев, как у бабочки. Только после этого она обратила внимание на бесцельно парящую в вышине голубую пегаску, и окликнула ее:       — Рэйнбоу Дэш!       — Твайлайт? — удивилась было радужногривая летунья, но затем на ее мордочке отразилось раздражение. — Отвали. Мне не до тебя.       — Рэйнбоу! — начав нагонять пегаску, сиреневая единорожка попыталась ее убедить, как сделала это с Эпплджек. — Нам нужна твоя помощь! Дискорда нужно остановить!       — Сами разбирайтесь со своими проблемами, — отмахнулась спортсменка, начав набирать скорость и постепенно отрываясь от погони.       — Ты нам нужна! — крикнула во всю силу легких ученица принцессы Селестии.       — А вы мне — нет! — огрызнулась Дэш.       Создав заклинание перемещения, Спаркл появилась в магической вспышке прямо на пути у подруги, которая была вынуждена затормозить, чтобы не врезаться в нее.       — Уверена в этом? — хмуро осведомилась Твайлайт. — Может быть, все мы тебе и не нужны, но я знаю одну пегаску, которой сейчас нужна ты. Скажу даже больше: сейчас ты ей нужна так, как никогда прежде!       — Что… — в глазах радужногривой летуньи появился туман, но зажмурившись, она решительно помотала головой и ответила: — Если бы я была ей нужна, она сама бы об этом сказала.       — А как ты думаешь, будь с Флаттершай все в порядке, разве она не попыталась бы сама тебя догнать? — добавив в голос ехидства, вопросительно изогнула брови сиреневая единорожка.       Прошла секунда… вторая… третья… Зрачки голубой пегаски расширились в осознании и испуге, а в воздухе отчетливо прозвучал звук лопнувшей струны.       — Что с Флаттершай?! — требовательно спросила Дэш.       — Пока — ничего, — поспешила успокоить подругу волшебница. — Но в своем нынешнем состоянии она вряд ли сможет защитить себя даже от кролика…       Не успела ученица принцессы Селестии договорить, как спортсменка уже сорвалась в стремительный полет к Кантерлоту. До сиреневой единорожки только и донеслись слова:       — Какая же я дура…       «Полдела сделано», — подумала волшебница, создавая новое заклинание перемещения.                   ***       Страх и неуверенность сковывали движения, заставляя прилагать просто немыслимые усилия, чтобы поддерживать себя в воздухе. Нежно-желтая пегаска буквально задыхалась — то ли от внезапно проснувшегося страха высоты (успешно побежденного годы назад), то ли от боязни опоздать. Она уже и не помнила, когда в последний раз крылья ощущались настолько… чужими.       Полностью погрузившись в свои мысли, Флаттершай совершенно не заметила радужного пузыря, стремительно летящего прямо в нее. Когда же до столкновения оставались считанные мгновения, ей в бок врезался крылатый жеребец, оттолкнув кобылку в сторону и заставив её завертеться в воздухе, словно фантик на ветру. С немалым трудом вернув себе устойчивое положение, розовогривая летунья увидела, как пегас в униформе «Чудо молний» начал лысеть и раздуваться, а его мордочка превратилась в птичий клюв.       — Соарин? — одними губами шепнула нежно-желтая кобылка.       — Кук-кудах! — воскликнул жеребец, отчаянно размахивая коротенькими крыльями, и рухнул вниз.       Стиснув зубы, Флаттершай рванула к земле на всей своей скорости, вытянув вперед передние ноги в отчаянной попытке поймать своего неожиданного спасителя.       За пару метров до каменной дорожки, на которую падал цыпленок-переросток, ветеринар все же сумела его нагнать и перехватить, обхватив всеми четырьмя ногами и тормозя крыльями. Упав на землю, они кубарем прокатились десяток метров, после чего замерли в неподвижности, тяжело дыша и пытаясь успокоить бешеное биение сердец.       — Ты в порядке? — спросила лежащая на спине розовогривая летунья.       — Ко-ко-ко! — сердито отозвался лысый цыпленок.       — Ты прав, глупый вопрос, — чуть нервно усмехнулась крылатая кобылка. — Слезь с меня наконец.       Соарин неуклюже перекатился набок, позволяя Флаттершай встать на ноги. В этот момент над их головами пронеслась Рэйнбоу.       — Дэши! — позвала нежно-желтая пегаска, ни на что особо не рассчитывая.       Несмотря ни на что, спортсменка ее услышала и заложив крутой вираж, понеслась в обратную сторону. Даже не пытаясь затормозить, она радужным вихрем налетела на ветеринара, оторвав ее от земли и закружив в воздухе волчком.       — Я тоже рада тебя видеть, — искренне улыбнувшись, розовогривая летунья обняла подругу в ответ. — Может, все же спустимся вниз? Летать над Кантерлотом слегка небезопасно.       — Флатти… — словно бы и не услышав слов старшей пони, голубая пегаска нервно сглотнула и отвела взгляд. — Прости…       — Тебе не за что извиняться, Дэши, — отозвалась ветеринар.       — Есть за что, — мотнула головой спортсменка. — Я… Я вас бросила… Я… Я бросила тебя.       — Глупышка, — крепче прижав к себе подругу, Флаттершай потерлась носом о ее щеку. — Главное — ты вернулась.       — Если бы не Твайлайт… — радужногривая летунья шмыгнула носом, едва сдерживаясь, чтобы не зареветь.       — А разве не для этого нужны друзья? — игриво лизнув щёчку голубой пегаски, от чего та залилась краской смущения, спросила ветеринар. — Дружба — это не только совместные развлечения и победы, но также преодоление трудностей. Испытания делают нас сильнее, Дэши, и они же закаляют наши связи, которые не разорвать никакому Дискорду!       — Флатти, — собравшись с духом, спортсменка посмотрела в глаза старшей крылатой кобылы и произнесла: — Я тебя люблю.       — И я тебя люблю, Дэши, — мягко улыбнулась нежно-желтая пегаска.       — Ко-ко-ко! — напомнил о себе цыпленок-переросток, разрушая хрупкую атмосферу, установившуюся между подругами.       — М-м-м… — спортсменка придирчиво осмотрела необычную птицу и разорвав объятья, подлетела к Соарину поближе. — Флатти, у тебя новый питомец?       — Ну… — розовогривая летунья усмехнулась. — Можно и так сказать.                   ***       — Не подходи! — напряженная, словно хищница перед прыжком, Рарити направила рог на Эпплджек, всем видом показывая, что готова силой защищать свои сокровища. — Это мои брильянты!       — Да на шо они мне сдались, сахарок? — возмущенно вскинулась оранжевая земная пони, даже притопнув передним копытцем. — Нам нужно разобраться с Дискордом, но сперва — помочь нашим подругам!       — Я никуда не пойду, — помотала головой белая единорожка. — Я знаю: стоит мне только отвлечься, как налетят сороки и растащат мои драгоценности!       — Так… — постаравшись успокоиться и собраться с мыслями, фермерша почесала затылок, сдвинув свою шляпу на лоб. — О! Тебе что важнее, друзья или стекляшки?       — Мне… — от смены темы разговора модельерша на несколько секунд смешалась, чем и воспользовалась ее собеседница.       «Как там Флаттершай рассказывала про «Королеву Виндиго»? Нужно было собрать слово «любовь» из кусочков льда? Или какое-то другое слово? А… Сено с ним. Может, и тут этот подход поможет?» — приняв решение, Эпплджек окончательно успокоилась.       — Хочешь остаться со своими стекляшками? — тщательно проговаривая слова и глядя в глаза подруги немигающим взглядом, оранжевая земная пони потребовала: — Тогда сложи из своих стекляшек слово «Дружба» — и мы от тя отстанем.       — Но… — Рарити вконец растерялась, ощущая себя крайне неуверенно.       — Складывай, — повторила фермерша. — А мы с Пинки посмотрим. Так, Пинки?       — Угу, — шмыгнув носом, уныло отозвалась розовая кобылка.       — И сложу! — вскинулась белая единорожка.       — Складывай! — поторопила Эпплджек.       — Не подходите, — потребовала модельерша и обойдя свою горку стекла, добавила: — Я слежу за вами.       В ауре телекинеза первые кусочки стекла сложили первые буквы, которые стали искриться острыми гранями, отбрасывая солнечные зайчики. Один из лучиков попал в глаз Рарити, заставив ее заморгать и протереть его сгибом передней ноги. Краем зрения она увидела подруг: одна земная пони пыталась растормошить вторую, которая выглядела необычно блеклой…       «Пинки сама на себя не похожа», — подумала белая единорожка и перевела взгляд на почти законченное слово «Друзья».       В отражениях осколков она увидела себя: растрепанную кобылку с искажённой в гримасе мордочкой, лихорадочным взглядом и нервно дергающимися ушами. Этот вид ее ужаснул и заставил отпрянуть с мысленным вскриком: «Это не могу быть я!»       Слово «Друзья» продолжало искрить, вызывая в памяти десятки и сотни картин того, как подруги помогали ей, как она сама помогала подругам, как они вместе веселились и…       «И я готова променять все это на… на… на… гору битого стекла?!» — с глаз словно бы спала пелена, и модельерша увидела, где находится на самом деле.       Мотнув головой, Рарити поспешила к Эпплджек и Пинки, больше не оборачиваясь на тот мусор, который едва не заставил ее отказаться от настоящего и единственно важного сокровища, которое только может быть у каждой пони.       Подбежав к земным пони, единорожка крепко их обняла, зарываясь носом в спутавшиеся гривы. Глубоко вздохнув, она произнесла:       — Простите меня, девочки! Вы — самое лучшее сокровище, которое у меня есть. Пинки, когда все это закончится, мы обязательно устроим вечеринку у меня в бутике… ты ведь мне поможешь?       — Ты правда хочешь, чтобы я устроила у тебя вечеринку? — недоверчиво спросила розовая земная пони.       — Агась, — слабо, но искренне, улыбнувшись, модельерша потерлась щекой о шею кондитерши. — Ты ведь самая лучшая устроительница вечеринок во всем Понивиле!       — Агась, — подтвердила слова подруги фермерша, в свою очередь обнимая обеих кобылок. — Самая лучшая. Я те говорю!       — Ей! — крепко стиснув Рарити и Эпплджек, Пинки расплылась в счастливой улыбке, и даже ее грива с хвостом вновь закрутились забавными завитушками. — Это будет супер-дупер-крутая вечеринка!                   ***       К тому моменту, как все подруги собрались на площади рядом с разбитой небесной колесницей, Эпплджек уже привела в чувства Пинки и Рарити. Обменявшись крепкими объятьями, они поспешили к дворцовому парку, где звучали последние отголоски битвы принцесс и духа хаоса.       Дискорд, уменьшившись до нормальных размеров, при помощи лент и упаковочной бумаги связывал аликорниц, когда из-за угла крайнего дома выбежали Хранительницы Элементов Гармонии.       — Хм, — оценив диспозицию, драконикус кивнул своим мыслям. — Вы все же справились с моим маленьким розыгрышем. Но все равно — вы опоздали: принцесс я победил, а Элементов Гармонии у вас нет, так что…       — Не будь столь самоуверен, — фыркнула розовогривая летунья, после чего обратилась к кондитерше: — Пинки?       — Ась? — пружинисто подпрыгнув, розовая земная пони встала на задние ноги по стойке «смирно».       — Принеси Элементы Гармонии, — попросила ветеринар.       — Агась, — отозвалась вечериночная пони, срываясь с места и убегая куда-то за парковые деревья.       — Серьезно? — насмешливо выгнул брови Дискорд. — Это же смешно…       Не успел он договорить, как Пинки Пай вернулась, неся в зубах корзину с ожерельями, которые вскоре заняли свои места на шеях у кобылок. Последней на свою голову надела корону Твайлайт.       — Приступим, девочки, — решительно заявила ученица принцессы Селестии.       Магия артефактов отозвалась на желание своих носительниц, окутывая их яркими разноцветными аурами, а затем образовала один луч — и ударила точно в драконикуса.       — Упс… — только и успел произнести Дух Хаоса, превращаясь в каменную статую, а магия тем временем продолжила движение, расходясь словно круги на воде и смывая все последствия волшебства Дискорда.