Восьмая

— Хе-хе-хе... — неловко посмеялся Мелиодас. — Чё угараешь, гладиолус? — спросила у него аловолосая. — Ну, мы тут, как бы, немного закрыты, хе-хе. Будет печально, конечно, если про нас забудут, но с такой красоткой я был бы не против провести время даже в таком неловком положении. — Да пошёл ты, Чертов извращенец! Как тебя земля носит! — И мне тоже очень приятно, Белоснежка. — Какая ещё Белоснежка, черт тебя побери? — Ну, я слышал, что её кожа очень светлая и мягкая, прямо как у тебя. — говорил он, но как только прикоснулся к нежной ножке нашей главной героини, получил коленом в лоб и шкаф развалился. Так и закончилась игра в бутылочку, не продлившаяся и пяти минут. *** Наступила ночь. После долгого и утомительного дня все наконец разошлись по своим кроватям, а Азуми принялась ждать у окна своей комнаты выходящую из дома старушку. Сегодня она почему-то припозднилась. Долгое время на тёмной улице никого не появлялось. Уже начинало казаться, что никто не выйдет, но Азуми ждала. Долго и усердно. От этого могла зависеть её жизнь. Кто знает, чем промышляет эта старая карга в своё отсутствие. Часы показывали двенадцать часов. Полночь. Обычно именно в это время Саманта и покидала дом, но сегодня явно что-то было не так. — Чёт мне не нравится это... — подумала про себя Блэквуд. Она была очень взволнована. Такого ещё не случалось. Луна как обычно освещала всю улицу. Это было выгодное положение для того, чтобы наблюдать за всем, что происходит вне дома. — Если бы луна была живым существом, я непременно отдала бы ей дань уважения за сотрудничество! — встав в гордую позу, посмеялась она. Прошло уже десять минут с того момента, как цель должна была выйти из дома, но, как говорится, "Ни слуху, ни духу" от неё не поступало. — Я начинаю разочаровываться в тебе. Покажись уже, блять, наконец. — даже после этих слов никто так и не появился. Минуты шли одна за другой. Азуми только и делала, что пилила взглядом одну точку. Ей начинало казаться, что эти мучительные минуты длятся целую вечность. Желание бросить всё и лечь спать было огромным. Но если сдаться сейчас, то это будет означать, что она принимает поражение. А проигрывать аловолосая чертовски ненавидит. Ничего не остаётся, кроме того как ждать. Стрелки часов показывают половину первого ночи. Послышался глухой хлопок двери. Карга вышла. Азуми, подскочив со стула, схватила легкую куртку и выбежала вслед за Самантой. Она торопилась, так что никого не предупредила о своём уходе, посчитав, что это может лишь помешать. Выйдя на улицу, женщины уже не было видно, но на земле по-прежнему оставались её следы, по которым без труда можно было следовать вдоль леса. Азуми шла осторожно, стараясь шуметь как можно меньше. Даже если рядом никого не было видно, это ещё не значило, что её не могут застать. В любой момент кто-нибудь мог пойти в обратную сторону. И не исключение, что только старуха. Типичная фраза "Я просто хотела в туалет, так что вышла на улицу и случайно пошла тем же путем, что и ты" не прокатит. Тут нужно подходить с креативностью. Она старалась как можно ближе держаться к кустам, и, в случае чего, сразу спрятаться. Путь продолжался недолго. Через несколько минут в её поле зрения попалась старушка, которая, то и дело, шла со скоростью улитки и иногда нервно оглядывалась. Азуми замедлилась. Через какое-то время она встала на месте. Перед ней стоял странный небольшой стол, примерно в половину роста человека, который будто сам вырос из земли. Он был полностью из сухих веток, сплетённых между собой. На нём была начертана неизвестная пентаграмма. Азуми хотелось поближе рассмотреть её, но из-за темноты её было трудно разглядеть, а подходить было нельзя. — "Чем она тут, мать вашу, занимается...?" — удивленно подумала Азуми. Внезапно старуха начала читать заклинание, от которого вычерченная пентаграмма на столе начала светиться красным и пульсировать. Выглядело это воистину жутко. — "Она там Сатану вызывает что ли?!" Буквально через минуту, перед седовласой женщиной из неоткуда появился мужчина с длинными, черными волосами, достающими до лопаток. На нем был черный плащ, а за спиной висел меч. От него исходила ужасающая аура, которая вводила в ужас при одном только взгляде. Дело запахло жареным. — Господин Пифон! — заговорила Саманта, покорно преклоняясь перед ним, как перед повелителем. — Приветствую Вас. — Довольно пустых разговоров! — вскрикнул длинноволосый, который явно не любил ждать. — Как продвигается слежка? — Всё как обычно, Господин. Никаких изменений. — отвечала ему та, слегка дрожа, видимо, от страха. — Никаких? Совсем никаких?! — вновь недовольно вскрикнул он, заставив старушку ахнуть от испуга. — Ты бесполезна! У меня уже должны были быть результаты, но из-за тебя я до сих пор вынужден сидеть и ждать! Да как ты смеешь, отродье! — "Кто это вообще такой? Что еще за слежка?" — задавалась вопросами аловолосая. — Два дня. Господин, прошу, дайте мне всего два дня! Я всё добуду! — Я давал тебе достаточно времени, как ты, жалкое отродье, смеешь просить у меня чт... — замахнувшись рукой, произносил Пифон, но громкий хруст в кустах заставил его остановиться. Он направил свой взор в то место, откуда исходил звук, но там уже никого не было. Подойдя ближе, он увидел следы, оставленные на мокрой после грозы земле. — Какого чёрта ты привела с собой хвост?! — Я-я не... я оглядывалась, н-никого не было! — Заткнись! — яростно закричал мужчина, вонзив свой клинок в старушку. — Ты подвела меня! Теперь умирай долгой и мучительной смертью. — выкрикнул в последний раз мужчина своим басовым, грубым, хриплым голосом и вонзил меч в грудь старухи, которая тут же забилась в агонии. Несколько мучительных секунд и криков демона, и от старушки ничего не осталось, кроме черной пыли... — Да гори твоя душа в аду во веки вечные.