Фея для Демона.

      Никогда не любила свои волосы. Рыжего цвета, они постоянно лезли на лицо и кудрями свисали вниз. И ладно бы, будь они нормального ярко-рыжего. Так нет же, они были близко к светлому, совершенно непонятного цвета.       Но порадовало меня то, что очутившись здесь, они приобрели мягкий пшеничный цвет. Перестав как сумасшедшие лезть в разные стороны, они волнистыми локонами струились по плечам и доходили лопаток.       Пожалуй, это было единственным, что меня порадовало.       Как меня вообще сюда перенесло помню довольно смутно. Сидела в ванной, а потом в один момент просто оказалась в светлой и довольно просторной комнате. Хотя скорее это был кабинет.       В одном полотенце, я сидела на полу и большими глазами смотрела на присутствующих. После боль в голове — и я отрубилась. Очнулась уже на больничной койке, а сидящая на стуле девушка улыбалась и в руках держала кружку с каким-то отваром. Голос её был мягким, под который хотелось снова заснуть. А в тот момент хотелось ещё и не проснуться.       Когда мне сказали, что я нахожусь в школе фей, захотелось покрутить пальцем у виска. Смешно не было совершенно. А когда на руках пришедшей рыжей девушки вспыхнул огонь, захотелось и вовсе зарыться в одеяло и снова оказаться дома со своим котом.       К счастью, кот по имени Виски (да, именно так) перенёсся со мной, и сейчас находился под бдительным присмотром каких-то маленьких феечек, больше чем-то напоминающих блох.       Осознание того, что я переместилась, накрыло меня с головой уже после того, как все ушли. Я часто слышала о каких-то «феечках Винкс» и «хотела бы я стать Блум» от сестры, неосознанно запомнила это.       Ну ничего. Я, Николетта Милорадович, так просто не успокоюсь. Узнаю, почему меня сюда перекинуло, и вернусь домой.

***

— Какие ещё зачатки магии? — поинтересовалась у Фарагонды я. — Видишь ли, Николетта, — вздохнув, продолжила рассказ старушка. — никогда ещё не было такого, чтобы кого-то насильно перемещали сюда. Это, по меньшей мере, странно. Но, к сожалению, переместить тебя назад мы не можем. Ты сама прекрасно видела — открыть портал в то место, из которого ты прибыла, даже с точными координатами, не получается. Единственный вариант — это ждать. Но нам нужно узнать, есть ли у тебя магические способности. Именно поэтому ты будешь посещать занятия вместе с первым курсом. — А жить-то я где буду? — На этот счёт не волнуйся. У тебя будет отдельная комната в Алфее.       Я кивнула. На стол легла карточка. Подняв вопросительный взгляд на Гризельду, увидела её улыбку, добрую и немного сочувствующую: — На ней есть немного денег. Купишь себе одежду и нужные тебе вещи. И, поскольку ты не ориентируешься в Магиксе, попроси кого-нибудь из Винкс съездить с тобой. Думаю, они не откажут.       Я хотела скривиться, но удержалась. Практически все девушки были мне, откровенно говоря, совершенно неприятны. Их все слепо обожали, не видя каких-то грешков, которых, как оказалось, у этих феечек немало.       Я не ошиблась, когда сказала «практически». Пожалуй, единственной, кто вызывал во мне симпатию, была Флора. Тихая и скромная, она совершенно не раздражала. Девушку хочется оберегать и защищать. Она словно цветок: ей можно любоваться, но одно неверное движение, и она сломается.       Всё не так радужно в волшебном мире, как могло бы показаться. Здесь существует мнение о том, что раз ведьмы — значит это обязательно зло, а феи — добро, и никак иначе.       Вот так, идя в раздумьях по коридору, я и врезалась в кого-то со всей дури. Больно ударившись об плитку попой, ойкнула, и хотела было сказать что-то крепкое, но в поле моего зрения появилась рука.       У меня всегда был фетиш именно на мужские руки. Крепкие, сильные руки, на которых видно вены, были для меня лучше картин Репина, Шишкина, Васнецова и Да Винчи вместе взятых. Я вложила в эту ручищу — по-другому не назвать — свою маленькую ладошку, и её очень мягко сжали. Со второй рукой было проделано тоже самое.       Я подняла взгляд от таких притягательных рук на глаза, и утонула… Утонула полностью, потерялась в этом ледяном океане, из которого уже не смогла выбраться.       Мужчина напротив замер, рассматривая меня с ног до головы. Взгляд его опустился на полупрозрачную ночнушку, которую сменить я так и не успела, и остановился в районе груди.       Почувствовала, как соски встали то ли от холода, то ли от резко нахлынувшего возбуждения. Глубоко вздохнула, отчего грудь приподнялась. Голубоглазый громко сглотнул, с трудом оторвав взгляд от моих прелестей. — Всё… хорошо? Вы не ушиблись? — этот голос заставил всё дрожать во мне.       И только после этих слов мою тушу аккуратно потянули, помогая подняться. — Эй, Никки! — в конце коридора стояла Стелла и махала рукой. — Фарагонда связалась со мной! Тебе нужна помощь?       В этот раз удержаться от гримасы не получилось. Мужчина обратил на это внимания и слегка улыбнулся, аккуратно придерживая поднявшуюся меня за талию. — Стелла, — следом за блондинкой появилась Цветочек. — думаю, я сама помогу Николетте. А ты иди, тебя там вроде Брендон ждал? Или я ошибаюсь?       Солнечная принцесса хотела было возразить, но, похоже, действительно о чём-то таком вспомнила. Её полёт на крыльях любви увидеть мне не довелось. Я повернулась на шёпот мужчины: — Летта, значит? Прекрасно.       Наваждение спало. Я вскинула вверх одну бровь и ответила: — Николетта. Для вас, молодой человек, Николетта. И никак иначе.       Голубоглазый усмехнулся. В глазах появились смешинки. Он поклонился и произнёс: — Хорошо, Николетта, ещё увидимся.       Через пару секунд его здесь уже не было. После мужчины остался лишь сладковатый запах мужского одеколона и подвеска в моих руках.       Флора подошла ко мне очень незаметно. От её голоса за спиной я вздрогнула и обернулась. — Ты с кем-то разговаривала, Николетта?       Я с недоумением взглянула на фею природы: — Ты что, не видела? — Но здесь никого не было, — таким же взглядом смотрела она на меня.       В тот момент я искренне пожалела, что не смотрела Винкс более внимательно, сидя с сестрой…       Чем дальше, тем страшнее, как говорится.