И лед дал трещину

      Просыпаться утром в теплых объятиях и понимать, что через пару часов им придется вернуться обратно в Сеул, где они будут вынуждены делать вид, что являются не больше, чем простыми знакомыми, просто невыносимо. Чонгуку уже надо возвращаться в свою комнату, пока его друзья не обнаружили пустую кровать, но как же не хочется уходить, особенно, когда столь нежный и теплый Чимин уткнулся ему грудь. Даже рука, которая уже затекла за ночь из-за лежащей на ней головы Пака, начинала давать о себе знать, но Чон будто не ощущает этой неприятной боли. — Тебе уже пора идти. — Я разбудил тебя? Прости, — проводит мягко по волосам и никак насытиться не может. — Ты слишком пялился, конечно я проснусь. — Не могу насмотреться, уж прости! — Не могу тебя винить, я слишком прекрасен, — Пак засмеялся от собственных слов, слегка смущаясь. Чону нравилось, когда Чимин говорил о себе так. Даже если это все были просто шутки, но для Гука это были небольшие проблески уверенности старшего в себе. — Может останемся тут? — сказал Чон и заключил Пака в более крепкие объятия, чем спровоцировал мягкий удар кулачком по своей спине. — Ты меня задушишь сейчас! Чонгук, отпусти! — Мне совсем скоро уходить, а ты не хочешь провести со мной лишние минуты. Знаешь, обидно. — Я не отказывать совсем, лишь прошу ослабить хватку.       Чонгуку ничего не оставалось, кроме как слегка ослабить хватку, чем вызвал благодарность со стороны Чимина. Он играл с его маленькой ладошкой, иногда возвращаясь к волосам, а после заостряя все своё внимание на лице Пака, словно пытаясь запомнить все его черты. Оба понимали, что сейчас у них выдаются последние совместные минуты, потому что потом будет явно не до этого. — Я пойду. Иначе, если задержусь еще хоть на одну минуту, то точно не смогу уйти.       Чонгук прикоснулся к пухлым губам парня и украл у него утренний поцелуй, после чего подорвался с места и вылетел из номера.

***

      На обратном пути парням не так повезло, поскольку Тэхён захотел сесть с Чимином и всю дорогу рассказывал про сериал, который начал смотреть пару дней назад с Хосоком. Рыжеволосому конечно было все равно, потому что все его мысли были заняты Гуком и тем, что с того самого утреннего прощания, они ни разу не посмотрели друг на друга.       Только в автобусе Чимин заметил Исыль, которая неуверенно ему помахала, а он лишь кивнул ей в ответ. Кажется, она все еще надеется на что-то с ним. Чимину даже было жаль её и стало стыдно перед ней, ведь это он заварил всю эту кашу с ней, надеясь, что чувства к Чону исчезнут. О, да… Исчезли, прям пиздец как. Теперь шатен занимал почти все его мысли. Если раньше был хоть какой-то просвет, то сейчас он и вовсе пропал. Чимин полностью погряз в своих чувствах и понимал, что вероятность того, что все закончится хорошо, очень низка. — Чимин, ты слушаешь меня? — Да, мне… просто стало плохо. — Укачало? — Да, немного, — Чимин врал, все с ним было в порядке, просто не придумал другого оправдания в данной ситуации, поскольку весь разговор он прослушал. Вот такой он плохой друг. — Пойдем вперед, может Юнги или Чон поменяются с нами местами. Хосок сидит тоже сзади, у него нет смысла просить.       От имени Чона, по спине пробежали мурашки. Почему-то не хотелось сейчас тревожить его своим враньем, но Тэ уже было не остановить, он уверенно несся к сидящим впереди друзьям. — Ребят, простите, что прерываем ваш разговор, но Чимину дурно стало, может мы поменяемся с вами местами?       Чонгук был уже готов без замедлений встать со своего места, но Юнги остановил друга, решив сказать все за него. — Тэ, я могу поменяться с Чимином местами. — Ой, спасибо, парни! Вон те, два места они ваши. — Эм, одно место. Чон останется тут, его тоже укачивает сзади. — Да? Ничего себе, ну ладно, Чимини, договорим тогда потом.       Чимин и Гук столкнулись взглядами, каждый был удивлен поступку Юнги. Особенно Чонгук, ведь Мин нагло врал, потому что Чона никогда в жизни нигде не укачивало. Ему даже казалось, что, если он вверх тормашками поедет, все будет хорошо. Но ради такого шанса, он был готов притвориться кем угодно.       Чимин осторожно опустился на сидение рядом с Гуком, не произнося ни единого слова. Оба не знают, как начать разговор, ведь сейчас они не наедине и вокруг полно людей. Но как же хочется хоть что-нибудь сделать. — Тебе полегчало? — Мне и не было плохо, — на этих словах Гук повернулся в удивлении и уставился на Пака. — В смысле? — Я просто прослушал, что мне говорил Тэ и спихнул все на тошноту. — И почему же ты его не слушал, боюсь спросить, — в такие моменты, когда Гук подпирал свой подбородок и выжидающе смотрел на Чимина, второй видел в нем некоего змея искусителя. — Я думал о другом. — Ммм, интересно, что же было в твоей головушке? — Ничего особенного. — Да что ты? А у меня вот с утра и уже на протяжении долгого времени ты один единственный из головы не выходишь.       В такие моменты, когда Чон выдавал все, что у него было в мыслях, Чимин не знал, куда себя деть. Потому что такой Гук, чересчур честный, сбивал с ног и дышать становилось чуть сложнее. — Ну, тебе повезло, что я могу тебе еще сказать. — В смысле повезло? — из груди Чона вырвался смешок. — У меня в мыслях лишь один засранец, а у тебя я, так что завидую.       Чон уже не сдержался и засмеялся полной грудью, театрально вытирая выступившую слезу. — Ты выглядишь таким милым, когда пытаешься таким образом показать свои чувства. Так что, я доволен и этим.       Чимин отвернулся от него, потому что Гук прав. Чимин не может высказывать все то, что сидит в нем в таких же сладких речах, как Чон. Поэтому, единственное, что он может —выражать их таким способом. До его руки мягко коснулись, переплетая пальцы. — Нас могут увидеть, — Чимин попытался выдернуть руку, но Чонгук был слишком настойчив, поэтому первый потерпел поражение. — Если ты не будешь так шуметь, то нас никто не заметит.       А что он мог сделать? Сопротивляться Чону? Бесполезно.

***

      Когда они вернулись, на остановке их ждал Минсу, который при виде друзей приветливо улыбнулся. Он надеялся, что Чон подлетит к нему с объятиями, но ничего не последовало. Чхве всегда ожидал слишком многого от этого парня, ведь тот никогда не проявлял всех тех эмоций и чувств, которых так хотелось Минсу. В их, так сказать, «отношениях», Чхве был тем, кто вел, Чон никогда не проявлял инициативы первым. Что всегда задевало, но показывать не хотелось.       Минсу предложил друзьям посидеть где-нибудь, но все были вымотаны, поэтому долго проводить время вместе они не смогли, и после того, как они посидели в каком-то кафе и рассказали Минсу о том, как они провели оставшиеся дни, все начали собираться по домам. Во время разговора Чимин и Гук совершенно не принимали участия, лишь изредка кивали головами и издавали мычание, как бы соглашаясь с тем, кто говорил. Минсу показалось поведение парней слегка странным, а еще то, что они будто перекидывались взглядами, после чего на лицах у них появлялись улыбки. Либо между ними что-то произошло, либо у Минсу просто глюки. И он очень надеялся, что именно второе.       Когда все начали расходиться, Минсу ужасно сильно хотел схватить Гука за руку и попросить остаться, поговорить с ним, возможно услышать от него слова о том, что тот скучал, но Чон уходил все дальше от него, и надежды Чхве рушились в секунды. Они поговорят, просто не сегодня.

***

      Учёба началась так же быстро, как когда-то успела закончиться, преподаватели будто все сразу сорвались с цепей и начали заваливать новым материалом, множеством различных конспектов и домашней работы. На передышку времени совершенно не оставалось, что уж говорить о других вещах. Чонгук безумно хотел увидеть Чимина, хоть услышать от него одно слово, даже если это будет столь любимое "Идиот". Но с их приезда прошла почти неделя, а они так и не виделись. Зато Минсу пытался заполнить собой всё свободное время Гука. Чон надеялся и до последнего верил, что его холодность оттолкнет парня и тот сам захочет закончить столь ужасные отношения, однако, Чхве будто наоборот, с удвоенной силой начал свои наступления.       Чон был лишь на учёбе и на тренировках, Пак же, был либо на работе, либо на занятиях, поэтому времени у них пересечься просто не было. Иногда они списывались, но от этого становилось более невыносимо, поэтому и к помощи техники прибегали не так часто. Если же пересекались где-нибудь в коридорах, то мягко улыбались и при возможности обменивались легкими прикосновениями рук, на большее они не могли рассчитывать.       Смена Чимина уже близилась к своему завершению, народу тоже было немного, буквально пара человек, которые забрели сюда, чтоб скоротать остаток дня. Чимин и Намджун были сегодня на смене одни, Джин ушел пораньше, поскольку должен был готовиться к какой-то очень важной встрече. Чимин отошел в туалет, оставив Намджуна одного за кассой. Ему нужно было срочно освежиться, ведь несмотря на прохладу на улице, в кафе было довольно-таки тепло, а если учесть, что большую часть времени Пак проводит за варкой кофе, то этого тепла у него было более, чем достаточно.       Облокотившись на раковину, он взглянул на себя. Лицо слегка осунулось, появились мешки под глазами от недосыпа. Скулы стали четче выделяться на лице, да и вид в целом у него был немного помятый. И это все за какую-то неделю. Казалось, будто прошел уже чертов месяц, но всего лишь парочка несчастных дней, за которые Пак пришел к нескольким выводам. Во-первых, кажется, ему нужна дополнительная работа, потому что одного заработка с кафе ему просто не хватает. Во-вторых, он ужасно измотан. В-третьих, он скучает по Чону. Он понимает, что за те дни, что они были вместе, он уже успел привыкнуть к нему. К его присутствию, к пробуждению рядом с ним, к его руке на своей талии, к его запаху и голосу. Вне университета было опасно встречаться, да и Минсу стал слишком часто появляться в компании Чона, не то, чтоб он и раньше так не делал, но сейчас его действительно много. Он опустил свою голову вниз и тяжело вздохнул. "Боже, что за мысли. Он же его парень, поэтому это нормально, что он все время хочет быть рядом, ведь он может себе это позволить, он не я". От осознания своего положения и своей никчемности, становится больно. Хоть Чонгук и сказал, что считает Чимина своим, так сказать, "парнем", сам он таковым себя не ощущал. Он прекрасно понимал, что сказать Минсу всю правду не может, но и смотреть на все со стороны, тоже тяжело. Что делать, он просто не знает, настолько запутался, что как выпутаться – просто не может понять, да и помочь никто не в состоянии.       Он уже приличное время стоит тут в своих мыслях, нужно возвращаться, Намджун там совсем один. Чимин разворачивается в сторону двери и ударяется о чью-то грудь. Как же глубоко нужно было погрузиться в свои размышления, что он не услышал, как кто-то зашел. — Я думал, что буду тут вечность стоять и смотреть на тебя, не то, чтоб я сильно против, — Чимин чуть ли не сразу поднимает глаза и встречается с темно-карими. — Чонгук?! Т-ты что тут делаешь? — Пришел после тренировки, тебя не было на кассе, вот я и спросил у твоего напарника, где ты. Ну, он мне и сказал, что ты отошел в уборную, поэтому я тут. — Я не в этом смысле! А вообще, почему ты пришел сюда? — Я не выдержал. Я стал зависим от тебя, — он подошел ближе, после чего наконец-таки заключил столь желанного человека в объятия, вдыхая запах его волос, на которых еще чувствовался аромат шампуня. Чимин, не в состоянии сильно сопротивляться, обернул свои ручонки вокруг талии, утыкаясь тому в грудь. — Оу, я думал ты будешь бить кулаками, прогоняя меня отсюда. — Хотел, но слишком устал и да... я тоже скучал.       Для Чонгука эти слова на вес золота, не часто от старшего можно было услышать хоть какие-то признания в чувствах, поэтому услышав что-то сверх нормы, он готов чуть ли не хвостом от радости вилять. — Знаешь, есть один минус всего этого. — Какой же? — Мы в туалете, не самое романтичное место для встречи. — Пожалуй, хён, ты прав. — Я заканчиваю где-то через полчаса, если ты дождешься меня, то … — Глупый вопрос, конечно же, я дождусь. В конце концов, для чего мне еще приходить?       Чимин вернулся к своему рабочему месту, поворачивая голову и бросая в сторону младшего взгляды, следя за тем, где он занял место. Намджун заметил изменения в настроении Пака, но не стал сильно интересоваться причиной, потому что кажется, все было и так понятно. Парень, что подошел к нему ранее и интересовался тем, где находится Чимин, был явно причастен к смене настроения рыжеволосого. Не его это дело – совать нос в чужую личную жизнь.       Рабочий день близился к своему завершению и Пак продолжал нервно отсчитывать последние минуты до окончания смены. Он понимал, что ему еще придется убирать кафе вместе с Кимом, но надеялся, что покончит с этим как можно скорее. — Чимин, иди уже домой, — услышал он уставший голос Намджуна. — Что? Почему ты меня гонишь, смена еще не закончилась, да и убраться надо. — Я же вижу, что ты торопишься, да и тот парень ждет тебя. Я закончу все сам, иди. В следующий раз, ты прикроешь меня. — Намджун, я… — Иди уже, меньше слов, больше дела! — Спасибо! Я в долгу перед тобой! — Ты же завтра не работаешь? — Нет, завтра есть важное дело, не могу его пропустить! Но послезавтра, положись на меня! — Давай, вали уже! — Ким подтолкнул его к комнате, где лежали вещи Пака, подгоняя его поскорее освободить пространство.       Чимин, чувствуя себя будто окрыленным, переоделся в считанные секунды и уже вылетел обратно к столику, где сидел Чонгук. — Я закончил! Пошли! — он хлопнул ладошками по столу, привлекая все внимание Чона на себя. — Разве твой рабочий день уже закончился? — Намджун, мой напарник, отпустил меня, сказав, что сделает все сам. Так что, пошли.       Чонгук приподнялся, захватывая свою спортивную сумку и последовал за Паком на выход, перенимая хорошее настроение старшего на себя. Они шли какое-то время порознь, ничего не говоря друг другу, хотя хотелось, ведь столько дней они были лишены этой возможности. А сейчас же, когда вот она, прямо перед ними лежит, бери и пользуйся, они молчат и не знают с чего начать. Первым решает предпринять действие Чон, когда переплетает пальцы с Чимином, потому что идти бок о бок, постоянно сталкиваясь с его рукой, просто настоящая пытка. На улице темно, поэтому и Чимину не страшно, что кто-то может увидеть, и сейчас он просто наслаждается этим моментом. — Куда мы идём? — Я не знаю… К остановке? — Куда поедем, хён? — Если не против, можем поехать и ко мне, ты наверняка хочешь есть, я бы мог приготовить нам ужин. — А я бы с радостью помог. — О, так ты умеешь готовить? — Думаешь, я только на баскетбол гожусь? — Ну, это мы узнаем только завтра…— Чимин загадочно протянул последние слоги. — Так значит, ты всё-таки придешь? — счастью Гука не было предела, действительно напоминает радостного щенка. — Не могу же я пропустить, как твоя команда выиграет, да и к тому же, хочу увидеть, как ты играешь. — Значит, завтрашний матч будет особенным… — Попробуй только проиграть! Я ради этого отпросился с работы. — Ты в меня совсем не веришь, Чимини. — Не будь слишком самоуверен, вдруг ваши противники мегасильные? — Я не один сильный игрок! У нас вся команда в отличной форме! — Хорошо-хорошо, завтра узнаем! — Думаешь, Минсу ничего не скажет? — атмосфера после произнесенного имени сразу изменилась. — Тэхён мне прожужжал все уши, да и к нам Юнги подходил за обедом и спросил, придём ли мы. Минсу, кажется, не был этому рад, что тот пригласил нас. Скорее всего, он злится, что туда иду я, ведь он хотел быть там один. Представляешь, он ничего не говорил нам! Тэхён был задет и причитал ему об этом весь оставшийся день. Ну, а я делал вид, что тоже услышал впервые. Так что, мы будем там все вместе. — Главное, что ты придешь, остальное не так важно. — А как же твои друзья? — Они на всех моих играх были, что уж там. А ты впервые будешь, поэтому я должен произвести должный эффект! — Ахаха, эффект? Ты сейчас серьезно? — Конечно! Увидишь, как я играю, и как в фильмах, без памяти влюбишься. — Так я уже, ахах…аха…ха, — слова сами соскочили, поэтому Чимин и не сразу понял, что ляпнул. Лишь Чон, который от услышанного остановился, дергая Пака обратно на себя. — Это не то… — Готов вечно слушать это. Твои признания всегда меня будоражат. — Гуки… Давай, лучше пойдем. — Сказал и даешь на попятную?! Ну, уж нет! Знаешь, как мне хорошо от осознания, что я не один тут влюбленный дурак. Так что, перестань смущаться, когда говоришь о таком. — Перестань тогда так реагировать, идиот… — Чонгук приподнял его подбородок и притянул слегка к себе. Он собирался его поцеловать, но Чимин вовремя выпутался и пошел дальше, совершенно игнорируя младшего. — Чиминааааа! — Чон побежал за ним, хныкая по пути. — Ты слишком жесток со мной! — Это называется — воспитание! — Ты невыносим! — Я бы поспорил с этим, но там едет мой автобус, если ты все еще планируешь ехать ко мне, то поторопись.       Парни побежали к остановке, на которой буквально только что остановился автобус. Успев залететь в него, до того, как за ними закрылись двери, парни оплатили проезд и прошли на задние места. Как только они сели, то будто по привычке взялись за руки, но из-за присутствующего смущения, отвернулись в разные стороны. — Я надеюсь, ты понимаешь, что я останусь у тебя ночевать. —Да. — И я собираюсь спать в твоей кровати. — Да. — Вместе с тобой! — Я на это и рассчитывал.

***

      Просыпаться в тёплых объятиях было как никогда приятно. Спустя столько дней, Чимин наконец-то выспался и не чувствовал усталости, более того, он чувствовал себя живым. Мягкое дыхание, которое слегка щекотало шею, было настолько приятным, что хотелось, чтоб парень, чьи руки так крепко прижимали к себе, не просыпался еще какое-то время. Как удачно совпало, что именно в этот день Паку нужно к 3 паре. Так уж вышло, что преподаватель отменил занятие, а первой пары и так не должно было быть. Поэтому нежиться в объятиях он мог еще долгое время. Он зарылся носом в одеяло и закрыл глаза, прижимаясь телом чуть ближе к Чону.       Он почувствовал легкое прикосновение губ к своему виску, а после и то, как голова Гука умастилась на его плече. — Когда у тебя начинаются занятия? — Мне к 3, время еще есть. А тебе? — Кажется к 1? — Чонгук скорее спрашивал, чем утверждал. Во сколько у него там начинаются занятия, его сейчас нисколько не волновало. Парень в его объятиях был куда важнее. — В смысле? Ты не знаешь? — Ну, вроде к 1, но мне это не важно. — Чон, — Чимин пытался придать своему голосу более серьезный тон. — Раз учеба у тебя уже начинается, то тебе пора вставать. — У меня сегодня матч, мне нужно экономить силы. И к тому же, я хочу побыть с тобой немного дольше. Разве тебе не хочется того же?       На его словах, Чимин развернулся к нему и теперь упирался тому в лоб, и он уже жалел, что поменял позу, потому что смотреть на такого Гука было сложнее в разы. Чего нельзя было сказать о Чоне, которому такой расклад только больше нравился, ведь теперь он мог наблюдать за всеми эмоциями старшего. — Я не хочу быть причиной твоих ухудшений в учебе. И так ходишь на пары через раз. — Нормально я хожу! Среднестатистический студент, так сказать. Не всем же быть такими трудолюбивыми, как ты. — Это единственное, в чем я хорош. — Уверен, что у тебя множество сторон, в чем ты преуспеваешь. — Не пытайся мне льстить. — Почему же я не могу говорить тебе такого? И это не лесть, а комплимент! — Ты смущаешь меня, поэтому перестань. — Ты такой милый, когда смущаешься… — легкий удар ладошкой по груди и заливистый смех Гука, который разразился по всей комнате. — Хорошо, я постараюсь делать это как можно реже, но ничего не обещаю! — Айщ, что мне с тобой делать? — Я тебе сейчас покажу.       Чонгук в мгновение накрывает пухлые губы, которые с утра кажутся чересчур манящими.

***

      Чон успел написать своим друзьям, что не появится на учебе, а прибудет только на матч, чтоб они не теряли его. Получив от них ответ, который гласил, что они так и думали, он возвращается на кухню к Чимину, который уже попивал свой кофе. — Тебе обязательно идти на учёбу? — Да, Чонгук, не могу я пропускать как ты. —Ну, хоть сегодня… — Тебе в любом случае идти в спортзал, ты же сказал, что тренер вас собирает перед матчем. — Ах… почему у тебя такая хорошая память?! — Хоть у кого-то из нас должна быть. Доедай свой завтрак и начинай собираться, нам скоро уходить. Мы слишком много времени провели в кровати, поэтому сейчас можем опоздать. Давай, торопись быстрее. — Ты такой жестокий, Чимини… — Не ной, а я пошел одеваться.

***

      Перед тем, как зайти в универ, Гук утянул Чимина за локоть за угол, где оставил еще несколько поцелуев, а после убежал в сторону спортзала. — Увидимся! — Смотри куда бежишь, глупый.       Оставшиеся два занятия проходили для Чимина слегка нервно, потому что он понимал, что матч все ближе и ближе. Весь универ уже гудел о том, что сегодня игра с другой командой, и что те являются сильными соперниками. Было много возгласов о том, что команда университета Чимина тоже очень сильная и что у них в этом году появился козырь, в лице первокурсника, которого зовут Чон Чонгук. От услышанного имени где-то в груди разливалось чувство гордости, но и одновременно некий страх. А что если что-то пойдет не так? А если вдруг травма или еще что хуже? Но парень понимал, что должен верить в Гука и его команду. Поэтому, когда закончилась последняя пара, он сломя голову побежал к спортзалу, где у входа его ждали Тэхён и Минсу. Если же первый приветливо махал рукой в знак приветствия, то второй лишь сухо поздоровался, сказав, что друзья Гука уже заняли места.       Внутри зала стоял шум и гам, люди весело о чем-то говорили, везде разносился смех и крики. Из тех, кто уже успел занять места, было много тех, кто был раскрашен в цвета команды. Ближе к концу зала была группа и тех, кто поддерживал команду противника, их было приличное количество. Им специально выделили места, чтоб и они могли поддержать свой университет. Выглядели они не особо приветливо, слегка обособившись в своей части зала.       Юнги и Хосок заняли места на 3 ряду, поскольку первые два ряда занимала группа поддержки и фотографы с операторами. Но они были уверены, что и оттуда вид будет потрясающий на всю площадку. Чимин опустился на сидение рядом с Юнги, а рядом с ним присел Тэхён. Минсу же занял свободное место возле Хосока. Было видно, что он нервничал и еле сдерживался, чтоб не сорваться.       Спустя 15 минут, команды вышли на поле и начали свою разминку. Стоило Чонгуку появиться на площадке, как он стал взглядом искать того, кого ждал сегодня больше, чем всю игру в целом. Как только он заметил в толпе рыжую копну волос, внутренние тревоги тут же пропали, уступив место душевному спокойствию и полной концентрации на предстоящей игре. Увидев Чонгука, такого радостного и улыбающегося на площадке, Чимин не смог удержать улыбку, чем заслужил легкий толчок в бок от Юнги. — Не будьте такими очевидными. — О ч-чём ты? — Я знаю про вас, — последнее слово он прошептал ему на ухо, стараясь сделать так, чтоб остальные их не услышали. — Я не против, если ты переживаешь. Я вижу, как он счастлив с тобой, поэтому остальное меня не волнует. Но старайся все-таки не быть настолько открытым как книга, которую легко прочитать, если хочешь сохранить то, что у вас сейчас есть. Потому что, я не знаю, как отреагируют остальные на эту новость. — Спасибо… — Да, не за что благодарить в принципе. Лучше наслаждайся игрой и старайся не пускать сильно слюни. — Юнги! — слова парня вызвали в нем смех. — Поверь, когда ты увидишь, как играет этот парень, то вспомнишь о моих словах. — Ну, посмотрим.       Что ж, вот все уже расселись, команды в полной готовности стоят за линиями напротив друг друга для приветствия. После чего два игрока выходят в центр поля рядом с судьей, держащим мяч, остальные уже успели разбежаться по полю, заняв своим исходные позиции. Последний взгляд на Чимина и Гук готов к игре, потому что она обещает быть жаркой.       Три, два, один, свисток и игра началась!