Слабое место

Каваки не нужно было оборачиваться на хлопнувшую дверь, чтобы узнать, что она вошла в тренировочный зал. Ему не нужно было оглядываться через плечо, чтобы понять, что она идет прямо к боксерской груше. Так всегда было, ну, или по крайней мере те пять раз, когда он занимался здесь, она всегда находилось в противоположном углу зала и избивала грушу до такой степени, что та почти разрывалась от ее ударов. Владелец зала всегда ругал ее за то, что она так переусердствует, но ей, похоже не было дела. Несколько недель назад он узнал, что она была товарищем по команде Боруто, и любопытство взяло над ним верх. Эта девушка была самым сосредоточенным человеком, которого он когда-либо встречал в своей жизни. Для него было очевидным, что она старается изо всех сил, работает над собой, чтобы стать сильнее, лучше, и он всегда чувствовал необходимость делать то же самое, тихо доказывая ей, что он также никогда не сдастся, даже если он сам не был уверен в том полностью. Однажды она пригласила его потренироваться вместе, но он не нашел слов, чтобы сказать ей, что согласен, потому она приняла его молчание за "нет". И едва ли она могла себе представить то, как он сожалел о об этом с тех пор. Каваки никогда не впадал в ступор перед какой-либо угрозой, даже если враг превосходил его в физических данных или силе, он всегда был готов, поэтому невозможность сформулировать простое "да" из-за какой-то девушки, было для него чем-то невероятно странным. — Эй... Каваки вздрогнул, и кинул оружие мимо цели, которая находилась прямо перед ним. Вместо специально оборудованной для таких дел мишени, кунай угодил прямо в сумку шиноби находящуюся в зале, и парень сразу понял, что это не к добру. Он обернулся на голос и мгновенно почувствовал, как его сердце забилось немного быстрее, когда его взгляд нашел пару темных глаз неподалеку. — Почему бы тебе не сделать меня своей мишенью? — Зачем мне бросать кунаи в тебя? Каваки даже не остановился на секунду, чтобы сначала взвесить свои слова, прежде чем произнести их вслух. Он вспомнил, что Боруто рассказывал ему о ней: сильная, восхитительная и необыкновенная во всем, что она задумала. Она рассмеялась, милый звук, который заставил его покраснеть. Каваки не был уверен, смешил ли он кого-нибудь раньше, но он был уверен, что если бы он когда-либо и делал это, то никто и никогда еще не выглядел так мило. По правде говоря, Каваки думал, что никто в принципе не может выглядеть так мило при каких-либо вообще обстоятельствах. — Нет же, глупый, я говорила о том, почему бы нам не позаниматься вместе, раз ты все равно бесполезно кидаешься кунаями в мою сумку? Я не мазохист. Она улыбнулась ему, и Каваки был уверен, что даже, если собрать всю чакру в Деревне и направить её на него, то эффект, который вызвала у него ее улыбка, все равно будет сильнее, нежели это. — Хочешь потренироваться вместе? Каваки повторил её вопрос, просто чтобы убедиться, что он не спит, или снова не переживает тот день, когда он случайно отказался от совместного занятия. — Да. На днях ты не ответил мне, так что я подумал, почему бы не попробовать еще раз? Ты очень хорош. Девушка подошла ближе и взяла у него оставшийся кунай. Каваки мог бы притвориться, что впечатлен, когда оружие попало прямо в красную отметину в мишени на стене, но на самом деле, это было не так. Ни капли он не удивился, меньшего он от нее и не ждал. — Я? Каваки сделал шаг назад и на секунду его взгляд был пленен её изящными движениями. — Да, ты. — Она положила обе руки себе на бедра. — Ну так, что, согласен? — Да. — Ответ был таким же автоматическим, как и предыдущие. Его тренировки в зале были ничем по сравнению с теми, что он проводил дома перед зеркалом, оттачивая своё да", на случай, если вдруг она еще раз спросит его. — Отлично. Я - Сарада, кстати. — Она протянула ему руку. Конечно же, он уже знал её имя. Боруто всегда рассказывал ему истории о ней случавшиеся на их миссиях. И в те моменты, Каваки всегда делал все возможное, чтобы выглядеть так, словно он совсем не был заинтересован в прослушивание их, хотя бы потому что он знал, что если его "сосед" узнает о его влечение, то он обречен. — Я - Каваки. — Он пожал ей руку. — Хорошо, Каваки. — Она произнесла его имя так, словно пыталась попробовать на вкус. — Тайдзюцу? Она скрестила пальцы с пальцами и хрустнула ими, выгибая ладони наружу. Каваки находил даже это действие ее довольно горячим. Он просто кивнул в знак согласия, и последовал за ней, чтобы добраться до соответствующей комнаты. Когда он шел позади нее, он не мог перестать восхищаться всем, начиная с её походки и заканчивая прекрасными короткими блестящими волосами. — Давайте начнем с чего-нибудь простенького, ладно? — Сарада сообщила ему о своих намерениях вставая в позу, а затем делая выпад на него. Каваки одобрительно кивнул, отражая её удар. Он стеснялся сделать первый шаг, потому просто ждал, когда она проявит инициативу. Она же время терять не стала, воспользовавшись его отвлечением на собственные мысли, Сараде быстро удалось повалить его на пол и оседлать сверху, вручая ему самодовольный взгляд. — Это было слишком просто. Я видела, как ты тренировался, Каваки. Ну же, не поддавайся. Давай. Она сказала это вставляя по слову между собственным хихиканьем, и он посмотрел на нее. Пытаясь делать все возможное, чтобы не обращать внимание на их телесную близость, которая была неотъемлемой частью тайдзюцу, но он почему-то сообразил об этом только сейчас, пути назад уже не было. Он сделал рывок в сторону в тот самый момент, когда она снова пошла в атаку, удар пришелся на пол, всего на пару сантиметров левее от его головы, Каваки не смог скрыть свою широкую улыбку. — Это было довольно хорошо, Сарада, но тебе нужно больше работать. Их поза сменилась, и теперь уже он сидел сверху нее, но несмотря на это, Каваки все же убедился, что большая часть его веса приходилась на правую руку, что расположилась рядом с ее головой, которой он опирался на пол. Другой он удерживал одну из ее рук, чуть выше головы. Сарада очаровательно ухмыльнулась и тем самым заставила его растерять всю свою силу. Он мог только проклинать себя за то, что ей удалось найти его слабое место. По иронии судьбы, его слабым местом была одним из самых сильных куноичи, которых он видел. — Ты не воспринимаешь наше занятие всерьез, Каваки. Девушка под ним нахмурилась, и Каваки не мог задуматься на мгновение над тем, влияет ли на Боруто ее выражение лица во время миссий. Ему не удавалось сосредоточиться рядом с ней на обычной тренировке, а что тогда бы произошло будь он с ней на миссии вместе. Его голову мгновенно заполнили воспоминания того, как он подглядывал за тем, как она занимается через зеркало у стены, в котором она отражалась. Она всегда выглядела и грозно, и прекрасно одновременно, наполняя его душу чем-то необычным. — Ага. — Сказал он, давя на нее с большим весом, чем первоначально. Сарада только сделал глубокий вдох, прежде чем начала пытаться брыкаться, стараясь сбросить Каваки. Однако он продолжал наступать, крепко держась за Сараду и уклоняясь от ее ударов. В какой-то момент парню удалось прижать ее бедра коленом и движения с ее стороны прекратились. Он пытался игнорировать пылающую кожу в тех местах, где он соприкасался с ней. — Чёрт! — Зашипела Сарада, потому что становилось больно. Каваки не был так невесом, как могло показаться глядя на его хорошо сложенную фигуру. Девушка стиснула зубы и попыталась просто сбросить его снова, используя свою чудовищную силу, но Каваки удерживал ее как профессионал. По-настоящему. Это же она от него хотела? — Я видел, как ты тренировалась, Сарада. Ну же, не поддавайся. Давай. Каваки нагло использовала её собственные слова против неё самой же. Но Сарада еще не была готова сдаться так просто. Воспользовавшись тем, что он слегка наклонился, приблизившись достаточно близко, она мотнула головой и прилично ударила его. Каваки выругался и отступил. Сарада быстро набросилась на него. Каваки совершил серьезную ошибку, решив, что же победил. Девушка улыбалась так, как будто вся эта ситуация была ее первым боем когда-либо в жизни, в её глазах отражалась уверенность и удовольствие. Сердце Каваки сжалось в груди, и он замешкался всего на секунду, давая Сараде возможность напасть. Каваки выставил блок, пытаясь свести ее атаку на нет, но был поражен сильным ударом Сарады. Его ноги скользнули по коврику, и он упал назад, тяжело приземлился на спину таким образом, что из груди вышел весь воздух. Каваки попытался подняться, но оказался в ловушке между полом и острым концом куная Сарады. Девушка все еще улыбалась, чувство победы сияло на ее лице. — - Недурно, Сарада. — Сказал он продолжая лежать на полу. Сарада протянул ему руку, которую он взял, и помогла подняться одним сильным рывком. В итоге они оказались намного ближе, чем было необходимо. Чувствуя, как полыхает его кожа каждый раз во время спарринга, когда они соприкасались, Каваки ошибочно начал полагать, что к концу боя он уже привыкнет к этим ощущениям, но не тут-то было. Сейчас ко всему прочему добавились и горящие от смущения щеки, потому ему моментально захотелось спрятаться в ближайшем шкафчике. Сарада только улыбнулась ему, продолжая держать его за руку, хотя необходимости, конечно, уже не было. Он чувствовал её горячее дыхание на своей шее, и это стало причиной, пробежавшегося табуна мурашек по всему его телу. — Я знала, что тренировки с тобой не будут пустой тратой моего времени. Мы должны повторить это завтра. — сказала она. — Да, мы определенно должны. Каваки готов был похлопать себе за то, что не споткнулся о свои слова и на этот раз ответил ей, как хотел. Он уже ранее пообещал себе, что больше никогда не упустит такую возможность. — В то же время, в том же месте? — Она сделала шаг назад, и пространство стало холоднее без ее горячего тела. Каваки снова кивнула, наблюдая, как капля пота стекает по ее шее, умирая в ключице. Он надеялся, что, по крайней мере, завтра, он сможет не отвлекаться на нее. Но что-то внутри предупредило его, что это даже отдаленно невозможно. — Завтра я хочу, чтобы ты сражался в полную силу. Она улыбнулась еще раз, и Каваки осознал, что не важно, сколько раз это будет происходить, он вряд ли когда-нибудь устанет от этого. — Конечно. — Это все, что он сказал, прежде чем она покинула зал, хотя ее запах все еще оставался с ним. Как ему сражаться во всю силу со своим "слабым местом". Он ответа не знал, но готов был пытаться выяснять его столько, сколько потребуется.