Будни.

      Это был вечер. Горячий, пахнущий пылью, вечер. Ничего не хотелось. В тот вечер она думала только об одном человеке:       «И почему она такая холодная со мной? — задавалась Викторя одним и тем же вопросом, опять и опять, думая о её, вечно задумчивых, глубоких глазах — Ну неужели она мне не доверяет? Даже после всего через что мы прошли?»       Её голову и не перестали бы посещать накрученные мысли, если бы не внезапная вибрация телефона.       Она подняла печальное лицо, и её безразличный к оповещению настрой быстро сменился, когда за одним сигналом последовал ряд других. Глаза засверкали энтузиазмом, а рука быстро схватила мобильник и судорожно включила экран, где на экране светилось сообщений так. Десять? Она быстро открыла присланные сообщения, где почти каждое словосочетание было написано назойливо, с новой строки, и начала читать:       «ВикА, блЯтб. Крч, поднимай свою жопу и пиздуй сюда. Я одна тут этих дэбилов не выдержу, они заебали»       Это предложение не казалось ей особо правильной идеей, однако, Вике уже настолько хотелось видеться с Ариной, что было уже и наплевать на риски. Она быстро оделась, схватила вещи и пулей вылетела из дома.       Непонятно как, но Вика уже сидела в комнате Арины запертой. Но не одна, а в компании бутылок дешёвого пива, энергетиков и неизвестной фирмы другого алкоголя, ну и конечно, на стуле перед ней, за компьютером, сидела Арина. Девушки прятались от ненужных рисков, орущих за дверью.       — Чё я здесь делаю…? — спросила Виктория.       — Мне скучно, — Арина развернулась — А пить с этими дЭбилами я не собираюсь, — Ариха подошла к Вике.       Закончив несложное умозаключение, Арина достала бутылку откуда-то снизу, и, протирая запотевшую банку дополнила:       — Бери что хочешь и пей, — произнесла девушка, откупоривая спиртное.       Как и в любом веселом вечере, в их бескрайнюю беседу, полную беззаботного раздолья, заползла эта грустная, серая тоска, когда обе девушки медленно потягивают алкоголь и смотрят в пустоту, как бы выпав из мира и загрустив о своём.       — Ты была когда-нибудь влюблена? — спросила Арина.       Вика немного потупила, затем, смотря на бутылку, ответила:       — Я скорее испытывала душевное тепло, которое было, практически, мимолётно. Но сейчас оно повторяется… Но я не знаю. Любовь для меня — пустой звук… — она посмотрела затемненными глазами на собутыльницу — А ты?       Арина посидела, попялилас в потолок и сказала:       — Не знаю, была ли я влюблена… И буду ли вообще… Чувство, словно все вокруг уже знают что это, все вокруг хотят этого, будто я одна такая дефектная.       Алкоголь сильно развязал её язык. Он заставил её выплеснуть хоть что-то, что было у неё на душе.       — Я не знаю… Смогу ли я любить кого-то также сильно, как это делают все эти… Герои из книжек, сериалов… — продолжала Арина.       — Это не так уж и страшно — не любить… — бормотала Вика — Хуёвое это чувство, чем его все так описывают. Не плачь о нём…       — Почему?       — Потому что.       — Ля как понятно.       — Да иди ты, — Вика раскраснелась.       — Справедливо.       — Ты же понимаешь кто это. Ты не хочешь этого понимать, но ты это понимаешь, — Вика немного подползла к Арине.       — А это хуёво?       — Да. Это единственное, что я знаю точно. Это никогда не будет взаимно, а если и будет, то не по обе стороны.       — С чего бы это? — Ариха подняла прядь со своего обагровевшего лица и подтянулась к Вике довольно близко — Ты думаешь… Что я не смогу…? — Арина была очень близко — Что мы не сможем…? — между девушками были сантиметры.       Вике хотелось сократить это расстояние, однако что-то словно держало её от этого.       — Ты права, — внезапно произнесла Ариша и сразу отпрянула от Виктории, оставив ту одной с сердечным приступом, возбуждением и прочим, и прочим.       Виктория, более-менее успокоившись, начала заливаться спиртным снова, дабы успокоиться ещё.       Но дальше Вика помнила лишь туманы, пахнущие Ариной, спиртом и свежими простынями.       И в тот же день, когда Вика вспомнила это, ей захотелось поговорить с Арихой.

***

      Опять ночь. Ещё одна, бессонная ночь. Наташа смотрела в телефон и не могла забыть о том, как она сегодня опять вспылила, хотя она уже начала понимать, что стоило всё рассказать сразу. Она смотрела в телефон, в диалоговое окошко, не решаясь зайти и написать Деле. Её палец был в миллиметре от прикосновения к экрану, как вдруг, она оторопела и глаза её округлились от страха.       «Печатает…» — горело у имени Делайлы.       — Так когда? — пришло сообщение.       — Когда что?       — Когда ты всё расскажешь?       — Я думаю, что можно и сейчас, если хочешь встретиться.       — Нет, давай лучше днём. Меня и так чуть не спалили тогда.       — Ладно, тогда давай в это воскресенье. Там же.       — Ты точно мне всё расскажешь?       — Да.       — Хорошо.       Наташа долго смотрела на сообщения. Она улыбалась, а сердце её билось в страхе перед неизвестностью. Она боялась и хотела рассказать обо всём, эти мысли возбудили её сознание. Однако, покрутив возможные ответы Аделины в своей голове, стало не по себе грустно. Наташу начали терзать сомнения. Возможно, всё это было ошибкой. Возможно, и не надо приходить на ту встречу. Возможно. Но она не узнает никогда если не попробует.       В затуманенный мыслями разум, приходит ненавязчивое решение отвлечься. Достав свою алкогольную заначку, она включает себе в наушниках музыку. Конечно, как это бывает, сначала играет реклама, но после неё начинается душераздирающая аудиозапись, заставляющая задуматься обо всём, что происходит с ней сейчас и что было. Какой путь она всё же прошла… От душной, холодной грусти, которая чёрным своим жидким телом поражала все клетки, раздирая душу насквозь, до непонятливого состояния сейчас. Когда даже толком не ясно, как себя вести. Ощущение подобно человеку, который заново учится ходить.       В такого рода шумных рассуждениях и провела ночь Наташа. Аделина же тем временем терзала себя мыслями, что же за причина может быть у Наташи.       Оставалось ещё куча дней до воскресенья. Почти целая вечность. Однако, воскресенье наступит рано или поздно, а пока девушкам придётся только думать друг о друге, накручивая и накручивая разные ситуации.