Другие

Феликс еле открывает глаза утром. Всю ночь он готовился к собранию. Кто же мог подумать, что это будет так. Ли свято верил, что секретарь легкая работа, но когда Со Чанбин решает сделать из тебя не просто своего секретаря, а помощника, то жизнь перед ежеквартальным отчетным собранием превращается в ад. Ли смотрит на часы и понимает, что он безбожно проспал. Парень подскакивает с кровати. Сынмин всё ещё спит. Хорошо ему, взял себе выходные, потому что с братом поедут к отцу в гости. Уджин у него хороший, хотя и странный. Человек-наука. Вечно что-то мастерит и никогда ни с кем не встречался. Ли даже не уверен, какой тот ориентации. Но зато Уджин очень добрый и готов помогать. Надо бы Сынмину сказать, что они с его братом работают в одной компании. Феликс быстро бежит в душ, моет голову, как-то укладывает свои волосы, думая, что пора что-то менять в прическе. Парень понимает, что не успевает замазать свои веснушки. Он хватает из шкафчика ВВ-крем, надеясь, что успеет раньше Со и приведет себя в порядок. Феликс пулей вылетает из квартиры, даже не выпив кофе. За минуту до начала рабочего дня он влетает в свой кабинет и встречается со старшим, сбивая того с ног. Чанбин падает и из его рук вылетает книга, которую Феликс, по всей видимости, забыл вчера на столе. — Ликс, за тобой что гонятся? — старший приподнимается и смотрит на Ли, который трет свои коленки и смотрит на порванные штаны. — Черт… — Больно? — Чанбин притрагивается к коленке. — Скорее обидно. Единственные брюки порвал. Неуклюжий идиот, — младший дует губы. — Я теперь не смогу появиться на собрании. — У меня есть запасные в кабинете. Одолжу, — старший встает и помогает младшему. Тут Ли замечает, что на полу лежит книга. — Я хотел с тобой о ней поговорить, но думаю, не сейчас. И ещё, а давно ли у тебя веснушки? — Какие? — Феликс непонимающе смотрит на старшего и вдруг вспоминает о том, что не успел накраситься. — Эти… — Чанбин ведет по щекам младшего пальцем. — С детства… — растерянно отвечает блондин. — Не смей их больше скрывать! — Но… — Не смей, — старший берет книгу в руки. — А это получишь после разговора. Зайди и возьми брюки, собрание через три часа, не забывай. — Да, хён, — Феликс тяжело вздыхает. И что же будет дальше? Черт… Парень плетется в соседний кабинет, где Со отдает ему свои брюки. Ли направляется в уборную. Там он переодевается и всё-таки скрывает свои веснушки, хотя шестое чувство ему твердит, что зря. *** — И ты после собрания убежал сюда и теперь боишься возвращаться? — Джисон сидит в кафетерии с Феликсом и Минхо. — Я вообще ничего не понимаю, — фыркает старший. — Все эти ваши силы… — Напомни-ка мне, почему твой трахаль знает о нас и что он тут делает? — злится Феликс. — Во-первых, мы с ним всего раз трахались и трахали меня, а не я, — спокойно отвечает Минхо. — А во-вторых, я, как его друг, имею право знать всё. — Друг? Давно ли? — Ну… — Хан пожимает плечами. — Не цепляйся к нему. — Кстати, Ликс, зря ослушался Чанбина. Ну я про веснушки. Он не очень любит, когда его не слушают. — Ага, чтоб он ещё узнал, кто я на самом деле? Нет уж. — Глупый, я бы послушал хёна, они дольше с Чанбином знакомы. — А я с его матерью общаюсь так что… — Странно, — тянет Минхо, — осознавать, что тёти нет, но ты с ней говорил… И что она? — Дала совет хуже тебя, хён, — Феликс опускает голову вниз. — Какой же? — Рассказать всю правду, — младший тяжело вздыхает. — Тётя Дохи никогда не давала плохих советов, — старший улыбается. — Стоп, а ты случайно не Ёнбок? Чанбин искал какого-то парня. Если вспомнить фотки того мальчика, то вы похожи чем-то. Веснушки у него тоже были. Феликс? — Минхо пристально смотрит на блондина. — Ну не надо тут строить из себя детектива, хён… — Минхо-я, ты слышал, он назвал тебя хёном. Это у него высшая степень доверия, — Хан смеется. — Джисон, молчи, а! — фыркает младший. — Сынмин? — тянет Ликс, глядя вдаль. Джисон оборачивается и смотрит на парня, который вошел в здание. — Ой бозе, что за щеночек вошел в это здание? — Хан не отрывает взгляда от вишневой макушки. — Я бы сказал, что котенок, — усмехается Ли. — Минни, — кричит Ликс и машет рукой. Парень оборачивается и ошарашенно смотрит на старшего, направляясь к нему. — Прошу меня простить, — говорит Минхо и встает, — я вас покину. Меня ждет важное дело. — Удачи с Чаном, — смеется Джисон, а Минхо шепчет губами спасибо. Хан надеется, что его чувства к старшему пройдут, как только тот наладит всё с Чаном. — Джисон, я не понимаю ни тебя, ни его… — Феликс качает головой и посматривает на Кима, который идет к ним. — Мы просто друзья, — тянет Хан и понимает, что это звучит сомнительно. — Я хоть и не могу читать мысли, но что-то в людях понимаю… — Феликс? — Сынмин подходит к их столику. — Я забыл сказать, что оказывается я работаю в одной компании с твоим братом, — Ли улыбается. — Заебись… — Привет, я Хан Джисон, — блондин протягивает руку. — Да мне пофиг как бы, — Ким пожимает плечами. — Жесткий у тебя друг, — улыбается Джисон, обращаясь к Феликсу. — Ты, пьяный секс белки и бурундука, молчи, я с другом говорю, — отвечает Сынмин. — Бля, а выглядит таким невинным. — Ага, особенно, когда ссыт тебе в тапки… — Феликс закатывает глаза. — Так это тот твой сосед, который один из нас? — Хан громко смеется и оценивающе смотрит на младшего. — Феликс Ли, какого черта он сейчас несет?! Почему он знает обо мне и в смысле один из нас? — Ну это Джисон. Мы работаем вместе и у него тоже способности. Тут вообще ещё есть люди, у которых есть способности, — поясняет Ли. — Вас, когда на работу берут, то в графе особые навыки, указывают, что вы должны иметь способности? — язвит Ким. — Сынмин! — Что?! Че этот на меня так смотрит? — Интересно, как ты в кота превращаешься? Я вот люблю котов, всегда хотел себе завести. — Зоофил? — младший хмыкает. — Нет, — смеется Джисон. Он не привык, что с ним так общаются. А у этого Сынмина язык подвешен и язва он еще та. — Пять баллов за подъеб. — Пять? Так мало? — Бля, — Феликс пытается спрятаться под стол. — Что с ним? — Ким обращается к Хану и наконец-то садится за столик. — Чанбина наверное увидел, — усмехается Джисон. — А что случилось? — Да веснушки замазал он, — Хан кивает в сторону Ли, который пытается на корточках скрыться с кафетерия и не попасться на глаза старшему. — О, Ли Ёнбок проебался, — тянет Ким и смеется, чем привлекает внимание Со. Тот смотрит в их сторону и замечает Феликса. — Твою мать, Сынмин… — старший поднимается и срывается с места. — Ран, Феликс Ли, ран, — смеется Сынмин. — Жестокий, — усмехается Джисон. — Кто? Я? — младший делает невинное лицо и улыбается. — Пиздец, а я не верил Феликсу, что ты издеваешься над ним и строишь его по полной. — Ты что? Я самый добрый человек, пока Ликс меня не доводит. Ты когда-нибудь жил с человеком, который вроде и старше тебя, но чувство, что ты его родитель. Я устаю. Быстрее бы Чанбин забрал его уже к себе, я хочу отдохнуть, — Сынмин пожимает плечами. — Ты так легко рассказываешь это какому-то незнакомцу? — Ты похож на забавную и милую белку, а я как бы ветеринар. Обожаю животных, часто с ними говорю. Привычка, — смеется Сынмин — Ты меня сейчас животным назвал? — Хан поджал губы. — Не знаю даже, — смеется младший. — Но ты, — парень протягивает ему свою визитку, — звони, если что, — Сынмин встает и уходит, а Джисон слышит только звонкий смех. Он смотрит в визитку, а там красуется: «Ким Сынмин, ветеринар». Хан думает, что этот парень умеет подъебать. Он бы с ним посоревновался в этом. Эта встреча его хоть как-то смогла отвлечь от мыслей о том, что Минхо сейчас с Чаном. И возможно у них всё будет хорошо. *** — Феликс Ли, ты долго собираешься от меня бегать? — Чанбин вжимает младшего в стенку лифта. — Хён, пусти… — Не отпущу, пока не поговорим, — Со нажимает на кнопку, останавливая лифт. Из динамика слышится голос, который спрашивает, не нужна ли им помощь, Чанбин говорит, что им нужна тишина и остановившийся лифт. — О чем поговорим? — Ли плакать готов. Он такого злого старшего не видел. — Кто позволил замазать веснушки, Феликс? Или лучше сказать Ёнбок? — Со смотрит прямо в глаза, а блондин замирает. — Как я попал, — хмыкает старший и отпускает младшего. — Чанбин… — Так я перестал читать твои мысли из-за вереска? Нашел эту главу в книге. — Да… — блондин виновато смотрит и достает из-под рубашки кулон. — Сними его и отдай мне. Верну после разговора. — Но хён. — Снимай! — Ли слушается и отдает украшение парню. «Мне пизда. А Минхо говорил… " — Минхо? «Бля!» — Ну это Джисон ему рассказал о наших способностях. Идиота кусок. И вообще всё растрепал. — И много у нас тут таких знающих? — фыркает Со. — Можно я не буду произносить вслух? — старший кивает. «Я, Джисон, Чонин из отдела Ким Уджина, сам Уджин, Минхо и Хёнджин». — А обо мне? — Наверное всё те же… Прости… — Ты дурак! — Я пойму, если ты не захочешь меня больше видеть, — Ли готов расплакаться. — Точно дурак, — Чанбин запускает руку в свои волосы и подходит ближе к младшему. Он хватает того за подбородок и впивается в губы. Со целует требовательно, жадно. Он прикусывает губу парня и рычит. — Черт, — Феликс тяжело дышит. — Я больше зол сейчас не потому, что ты скрывал от меня и боялся рассказать. А потому, что ты ослушался меня и скрыл веснушки, хотя я попросил. — Прости, — Феликс виновато смотрит. «Твоя мама… " — Что? «Она в нашем мире. Тебе надо отпустить её, иначе случится что-то ужасное», — Ли не может это сказать вслух. Боится чего-то. — Что нужно сделать? — Сначала дать движение лифту и поехать на наш этаж. — Потом умыть тебя, да? — Нет? — Да! — Потом умыть меня, зайти в твой кабинет и поговорить с твоей мамой. Пока ещё не поздно. — А что может случится? — Со нажимает на кнопку и лифт едет вверх. — Душа может стать черной. Это мстительные души, они не успокоятся, пока обидчики или близкие не покончат с собой. — Что? — парни выходят и Чанбин тащит младшего в свой кабинет. — То есть, если я не разберусь со своими способностями, то… — Надо отпустить мать и простить отца. Она не может уйти, потому что её держишь ты, — Ли вздыхает. — Черт… — старший ерошит свои волосы. — Она тут? — Феликс кивает. — Мама, — старший чувствует себя очень странно. — Она улыбается. — Это так странно… Я… Я не знаю, что сказать… Я скучаю, — на глаза наворачиваются слезы. — Она тоже, — младший тяжело вздыхает. — Мам, почему ты так рано меня оставила? — блондин видит, как женщина подходит к сыну и вытирает ему слезы. Ли почти сам плачет, видя это всё и зная переживания матери Чанбина. — Чанбин, — начинает Феликс, — сейчас я буду говорить от имени твоей матери, — Со кивает. — Бинни, ты не должен держать обиду на папу. Я сама виновата. Сама не следила за своим здоровьем, ибо переживала за бизнес. Если бы я сказала, что заболела, то он бы не поехал заключать ту сделку и, возможно, ничего этого не было и компании тоже… Милый, я не могу уйти, потому что твоя обида на отца держит меня тут. А ещё то, что ты тогда не принял свою силу… — Феликс еле говорит, в горле пересыхает и подступают слезы. — Мама, но… Я… Я просто не знаю, как его простить, я хотел, но… Я знаю, что ты всегда уделяла внимание нам, а не себе и… — Ёнбок, — Дохи смотрит на Ли, — сейчас я кое-что тебе скажу, но он не должен знать. Я чувствую, как во мне зарождается тьма. Это больно, неприятно. Я начинаю забывать некоторые дни. Они пропадают из памяти. Мне кажется, это началось. И первая жертва — мой муж. Не знаю, поздно или нет, но если что, то ты должен будешь помочь мне, если Бинни меня не отпустит всё же. — Ликс, что она говорит? — женщина умоляюще смотрит на парня. — Ничего, она просто гладит тебя по волосам, — младший вытирает слезы, а с ними и тональный крем. *** — Тебе легче? — Феликс сидит на диванчике и обнимает Со. — Да. — Тогда, — Ли пытается встать. — Нет, не легче, — Чанбин трется носом о шею младшего. — Чанбин! — Что? Я не хочу тебя отпускать. Мне уютно и не страшно, — он крепче обнимает Ли. — То, что тёти Дохи сейчас тут нет, не дает тебе права так себя вести. Я ведь твой секретарь. — Мама не против ведь, ты сам сказал, — Чанбин улыбается. — Тем более ты мой парень, а не просто секретарь, — старший крутит в руке кулон с вереском, который висит на шее у блондина. — Парень?.. Но… — Считай, что уже предложил, — Со прикусывает губу и целует Феликса, обвивая шею руками. А Ли вроде и рад, а вроде слова Дохи его беспокоят. Очень.