Лагерь Читаква

      Иногда, когда вы бежали по разгромленному городу, этот самый город мог в любой момент рухнуть на вас. Ну, хотя бы часть здания так точно. И будешь лежать придавленный к треснувшему тротуару, как жучок на доске детского научного проекта. И обычно на таких жучков находят «кроты».       В этот раз не повезло Дину.       Он как мог выворачивался, пытаясь выбраться из-под бетона, пытаясь освободить ноги, но ничего не помогало. И его пистолет был в недосягаемости, на ремне привязанный к ноге. Два «крота», усмехаясь, смотрели на него, наслаждаясь его затруднительным положением. Они переглянулись, свернув давно нечищенными зубами. Кому нужны услуги стоматолога, если вы были зомби?       — Ну, вот и новый новобранец, — усмехнулся пожилой мужчина, а его двадцатилетняя спутница улыбнулась. — Они давно нам не попадались. Просто… приляг и успокойся, чтобы мы могли развернуть наш подарок.       — Да, насчет этого. Уж извините, но мне придется пройти мимо. Моя мама сказала мне не брать подарки от незнакомцев, — сказал Дин дерзко, отчаянно ища что-то в пределах своей досягаемости, что он мог бы использовать в качестве оружия. Однако, если он не хочет кидать в них кусочки бетона размером с гальку, то он был безоружен.       Дин настороженно наблюдал, как женщина-«крот» взяла в руку нож и порезала свое предплечье, а мужчина присел рядом с ним. Но Дин никогда не был по-настоящему безоружен. Он ударил мужчину, оттолкнув его в сторону. И его не будет мучить совесть ударить женщину, если она окажется в его зоне досягаемости. Он убьет их голыми руками, если придется. Но его уверенность пошатнулась, когда к ним присоединился третий «крот». Он оказался рядом в считанные секунды и остановился у головы Дина, подняв руки охотника над головой и прижав их к земле. С помощью своей суперсилы зомби, он легко подавил попытки Дина вырваться.       И девушка, словно пытаясь соблазнить его, подползла поближе к охотнику. Может быть, в прошлой жизни раньше она была стриптизершей, но сейчас она была еще одним монстром с проплешинами в коричневых грязных, в вонючей одежде и с грязью на лице. Она оперлась на его придавленные ноги, пытаясь привлечь его внимание, и через секунду уже была на бетонной глыбе, смотря на него сверху вниз. Девушка, не обращая внимания на мужчину, который держал Дина, сжала нож в правой руке и вдруг замерла, раздумывая хочет ли она убить его или обратить.       Прежде чем она приняла окончательное решение, раздался выстрел из дробовика. Дамочка упала с бетонной плиты и больше не двигалась. Мужчина, что держал Дина резко развернулся к стрелявшему, но был еще один выстрел и он тоже упал. И наконец, Дин смог увидеть своего спасителя: Чака Ширли.       — Привет, Дин, — почти застенчиво поприветствовал Чак, еще немного опасаясь старшего Винчестера.       И это было грустно, учитывая, что они были в середине Апокалипсиса и его пытались прикончить зомби. И как раз последний из оставшихся «кротов» вскочил на ноги возле Дина. Чак неуклюже открыл дробовик и дрожащей рукой полез в карман за патроном… который уронил на землю.       Понимая, что пророку нужно время, чтобы перезарядить оружие, Дин решил вмешаться и схватил «крота» за ногу. Тот с размаху ударил его по лицу, но охотник не ослабил хватку несмотря на звон в ушах и боль. Затем раздался долгожданный выстрел из дробовика, и мужчина в которого вцепился Дин упал на землю.       Чак подбежал к Дину и посмотрел на него. прежде чем пророк смог спросить как он, Винчестер задал встречный вопрос:        — Как?       Чак не делал вид, что не понимает о чем спросил Дин.       — Сон… две недели назад. Я боялся, что опоздаю.       — Ты как раз вовремя, — похвалил Дин. Он не собирался спрашивать про другие пророческие сны Чака, — Помоги мне избавиться от этой штуки, — пробормотал он, упираясь руками в бетон. С совмещенными усилиями, они сумели немного сдвинуть бетонную глыбу, и Дин смог вытянуть из-под нее ноги.       Чак помог ему встать. Винчестер устало потер ноющие ноги. Пожав плечо пророка, он сказал:       — Пошли… — он сделал два шага, прежде чем понял, что Чак не идет за ним. Оглянувшись, Дин увидел, что пророк неуверенно смотрит на него. — Что, тебя в квартире ждут девушки по вызову?       Он не знал откуда пришел Чак, но судя по его рваной рубашке и грязных штанов, длинных волос, нечесаной бороды и диких, усталых глаз, он не жил не на курорте.       — Нет, но… я знаю, что ты создал свою собственную маленькую армию, — заикаясь сказал Чак.       — Ты что, пацифист? — спросил Дин и посмотрел на трех мертвых зомби, который убил Чак. — думаю эти парни доказывают обратное.       Пророк потоптался на месте, он не хотел говорить этого Дину Винчестеру, но пришлось.       — Я не солдат.       Дин снова многозначительно посмотрел на убитых.       — Хорошо, да, я убил их, но… — начал Чак, но потом вспомнил, что Дин знал, что он трус в душе. При их первой встрече, он отказался помочь Винчестерам, хотел просто сидеть в своем доме и писать историю их жизни. Это Дин потащил его в мотель, чтобы пророк встретился лицом к лицу с Лилит. Так что ему нечего было терять в глазах Дину. — Я пришел и сделал это только потому, что ты был… она была… — он посмотрел на трех убитых зомби, и снова перевел взгляд на охотника. — Я не смогу быть для тебя ценным активом.       Вместо того, чтобы в отвращении отвернуться от него, Дин ухмыльнулся на слова пророка.       — Ты только что спас мне жизнь, Чак. Я думаю, что это помещает тебя в колонку активов.       — Но…       Дин поднял руку, останавливая Чака.       — Честно говоря, с меня достаточно недовольства, и я действительно могу использовать тебя как снабженца. Кого-то, кто может присматривать, чтобы все в лагере не поубивали друг друга ради продовольствия. Ты готов к этому?       Чак с улыбкой облегченно кивнул.       — Да. Да, определенно.       Он побежал к Дину, собираясь его обнять, но охотник успел поднять руку, упираясь пророку в грудь. И вплотную подойдя к Чаку, он сказал опасным тоном:       — Одно правило: мое прошлое никого не касается. Если ты не можешь держать рот на замке…       — Я был придурком, наживаясь на вашем прошлом. Ну, это не приносило особой прибыли, но… — увидев как Дин стиснул челюсть, Чак поднял руки в капитуляции, — я никому ничего не скажу. Они могут пытать меня, но я не скажу, буду нем, как рыба….       — Ладно. Окей. Давай уже убираться отсюда.       Они быстро вернулись к машине Дина, и когда он выехал из карантинной зоны, Дин боролся с желанием спросить Чака, были ли у него какие-то видения о Сэме. Жив ли младший брат. Но он не мог даже произнести имя Сэма. Младший Винчестер был запретной темой, и он не мог нарушить это молчание сейчас, чтобы услышать хорошие новости. Переведя взгляд с дороги на Чака, Дин сказал:       — Ты же понимаешь, что глупо было вылезать из той дыры где ты был, чтобы попутешествовать? Кто знает на кого ты мог нарваться.       Чак уставился на свои грязные ногти, поерзал в кресле и стараясь не смотреть на Дина.       — Я подвел тебя. Был слишком напуган, чтобы рассказать о видениях, которые у меня были по поводу открытия клетки. Я не смог ничего остановить. — потом он поднял глаза на охотника, и решительно продолжил, — так что, по крайней мере, я должен был помочь тебе, когда ты был в опасности.       Дин кивнул. Тяжело сглотнув, он вспомнил, как пришел за Сэмом в монастырь, но опоздал. Младший брат был там с Руби, они стояли прижавшись друг к другу и смотрели как из клетки вырывается поток света.       — Я, наверное, все равно не послушал бы тебя, — сказал он вслух Чаку. Тогда он никогда бы не поверил, что Сэм выберет Руби вместо него. Что чуть не задушит старшего брата и будет смотреть на него с такой ненавистью.       «Пока не увидишь, не поверишь,» — с горечью подумал он. Знал, что сейчас не может слепо доверять, должен принять все как есть и двигаться дальше.       — Вряд ли у тебя было пророческое видение, что будет дальше? — небрежно спросил он, боясь спросить о Сэме.       — Нет, — с сожалением ответил Чак. — Нет, у меня не было видений больше двух лет. Ничего после открытия клетки, а потом… пару дней назад, у меня было одно о тебе. Я подумал, что это что-то значит.       «Это был мой шанс искупить часть вину. Спасти того, кого стоит спасать. И чтобы не умереть, как трус».       Дин с тревогой подумал, что это «видение» мог послать Захария. Что ангел использовал пророка, чтобы найти его. Вдруг это была еще одна ловушка, чтобы они могли избивать и мучить его, чтобы он сказал «да», чтобы стал мечом Михаила. Но он не остановил Импалу, не мог бросить Чака на обочине дороги, создал лагерь, потому что хотел спасти людей. «И если я не могу спасти людей, которые мне небезразличны… чертов лагерь полный провал». И где-то, каким-то образом, Чак Шерли, пророк Господа и автор Винчестерских Евангелий, стал тем, кто ему дорог.       Дин не позволял себе задуматься, что, если вдруг Сэм постучит, впустит ли он своего брата в лагерь. Что, когда он основал это убежище, он никогда не задумывался о Сэме. Что говоря те прощальные слова младшему брату, Дин говорил серьезно. Что они должны выбрать разные полушария, навсегда держаться подальше друг от друга. Что их братство было в прошлом.       Как будто прочитав его мысли, Чак сказал:       — Ты можешь сказать Сэму, что я не буду говорить и о его прошлом. Я буду молчать о…       — Сэм не со мной, — прохрипел Дин. своим тоном говоря, что разговор окончен.       Чак в шоке уставился на него и заикаясь сказал:       — Он не…       — Мы пошли разными путями. Никто не знает о Сэме, и лучше пусть так и останется, — пригрозил Дин, глянув на пророка.       Чак думал, что мир, какой он знал, мертв и исчез, когда распространился вирус «кроатон», но услышав, что Дин говорит что оставил Сэма… Это был почти новый конец света. Он медленно кивнул, вспоминая слова Сэма шестилетней давности:       — «Дин изменился. В последнее время он не в себе. С тех пор, как вернулся из ада. Ему нужна помощь. Он заботился обо мне всю мою жизнь. Разве я не могу вернуть услугу?»       Вдруг Чаку стало плохо, от того, что он был тем, кто сегодня спас Дину жизнь. Что охотник был один в зараженном городе, что Сэм не позаботился о брате. Когда Дину нужна была помощь… Сэма там не было. Где бы Сэм ни был… он тоже был один.       «И это самый хреновый конец моей книжной серии»       Потому что сердцем каждой книги была связь, братство между Винчестерами, и если они действительно это потеряли… Но он не мог в это поверить. Знал братьев слишком хорошо, и не мог сдаться, не мог не цепляться за надежду, что каким-то образом они снова станут братьями. Потому что он верил в счастливый конец. И если бы это зависело от него, именно так закончились бы его книги о братьях Винчестерах.