Невесты Кровавых Лун

- Чёрт, он не берёт трубку!- рыкнул СонЯн, швыряя мобильный на соседнее сидение автомобиля.- Почему такой сильный запах?- старший сжал пальцы на руле, стараясь вести машину ровно, но даже на него действовал запах ЁнУ. МёнСу с младшим сидел сзади, стараясь того утихомирить. - ЁнДжан, живо переселяй свою задницу.- более спокойно произнёс СонЯн, параллельно надевая клипсу на ухо. Та была с тёмно-алым камнем, который тут же потемнел. На мгновение, Пака немного выгнуло, удивительно, как они ещё никуда не врезались и никого не сбили. Теперь омега молчал, спокойно ведя машину, но одной рукой. Они достаточно быстро добрались до дома. Сидели внутри около минуты, а затем дверь открыл Бэк и забрал ЁнУ. Старший Ким пытался не отдавать брата, но его удержал СонЯн. - Почему ты не дал мне пойти с ними? И что за переселение такое?- всё ещё бушевал Ким, даже в комнате. Пак выглядел немного бледновато. - Во-первых, не ори. Бэк с ним ничего не сделает. Самый максимум подготовит к ночи. Во-вторых, другим омегам нельзя находится в комнате. - Что на счёт фокуса с переселением? - Семья Бэка не только служит семье Джина. Ён также имеет способность через определённое измерение переселяться в чужие тела. Например, через камень-портал, который у меня в серёжке. Он блокирует моё сознание и словно куклой управляет. Не из самых приятных процессов. Их разговор прервал стон младшего. Кажется, его несли по коридору, ведь комната альфы довольно далеко от их. МёнСу едва усидел на месте, желавший сорваться на помощь брату. На секунду мир раздвоился, затем соединяясь обратно. По комнате поплыл запах ванили. Это обозначало только то, что ЁнУ запустил цепную реакцию у своего брата. СонЯн ПОЧТИ не реагировал за счёт подавителей. Пак почти пулей вылетает из комнаты, собираясь поймать ЁнДжана, но тот был занят пока ЁнУ. СонЯн встал у стены за дверью, прикрыв её, чтобы запах не так сильно распространялся. *** Тем временем ЁнУ. С тех минут, когда его посадили в машину, Ким ничего не помнил. Разум застилало плотной дымкой возбуждения, заставляя желать лишь альфу. Даже без разницы какого. МёнСу что-то говорит, пытается успокоить, затем его подхватывают сильные руки и куда-то несут. Омега мечтает, чтобы его несли туда, где жуткая боль внизу живота пройдёт и возбуждение спадет. Его бережно опускают на мягкую поверхность, затем ЁнУ чувствует запах, незнакомый, немного раздражающий нюх, но тем не менее притягивающий. Поздно до него доходит, что запах принадлежит альфе. Его самого, к слову, в комнате нет, но здесь всё пропахло им. ЁнУ скулит, терпеть уже невозможно. Ткань белья, так же как и джинсы, уже пропитались смазкой и всё неприятно зудело. Спереди джинсы давили на возбуждение омеги, заставляя ёрзать. Внезапно, к терпкому запаху тёмного кофе, добавляется родной - ваниль. Ким смотрит на дверь, в комнату заходят СонЯн с МёнСу, который состоянием от брата не отличается. Тяжело дышит, будто пробежал несколько километров. Как только тушка старшего Кима опускается на кровать, Пак уже собирается уходить. Стоит ему развернуться, как он почти нос к носу сталкивается с ДжинНамом. - А ты куда намылился?- спрашивает альфа, толкая опешившего парня на кровать. СонЯн не впал в состояние течки только из-за подавителей, но запахи младших омег настолько сильные, что действие таблеток сходит на нет. - Давай же, помоги своим тонсэнам. Ты же видишь, что сами они не в состоянии.- Нам кивает головой на скулящих Кимов, если МёнСу расплывчато понимает где он и кто он, то ЁнУ утратил связь с реальностью. Старший омега повинуется, сначала начинает раздевать младшего Кима. Тот даже не сопротивляется, наоборот помогает снять с себя противные тряпки. МёнСу же поначалу сопротивляется, старается удержать одежду на себе, однако, всё равно оказывается раздетым. После этого СонЯн избавляет от одежды себя. ДжинНам всё это время стоит оперевшись на комод с одеждой, что стоит как раз напротив кровати, и наблюдает за всей этой сценой. Ему даже смешно в какой-то степени. Пак смотрит на него, ожидая следующих указаний. Он один из трёх омег знает, что альфа никогда сам ничего не делает. Нам руководит, но всё делают другие. Кимы же в совершенной прострации. Такое бывает, ведь препарат, которым их поили, штука очень мощная. - Теперь сделай младшим приятно. Можешь по отдельности.- с ухмылкой произносит ДжинНам, наблюдая как Пак меняется в лице. Если Кимам плохо от лекарств, то СонЯну немногим легче от подавителей. Организм вроде как в состоянии течки, но при этом рассудок сохраняется. Сон смотрит на братьев, думает. Сев удобнее на кровати, омега укладывает возбужденные тушки на друг друга. МёнСу на спине, на его животе, лицом к нему младший. Тот скулит ещё больше, трётся жаждущей плотью о чужую, заставляя и брюнета стонать. Джин внезапно находит эту всю картину смешной и будоражащей. Он, конечно, садист, но любит себя подразнить. В первый для Сона раз, альфа заставил того самостоятельно себя растягивать и ублажать, а потом сделал свою основную часть. Не то, чтобы Нам сильно брезговал, хотелось утолить моральный голод тоже, особенно сейчас, смотря на этот единый комок нервов из трёх омег. Пока ими любовались, СонЯн уложил Кимов поудобнее и действовал на уровне своих, омежьих, желаний. Например, хотелось прикосновений. Он провёл по бледной спине ЁнУ, спускаясь на его бёдра. Одну руку омега опустил на бедро старшего Кима, затем просунув её между животам парней. С уст МёнСу сорвался громкий стон, едва ли Пак к нему прикоснулся. ЁнУ же башню унесло окончательно, так что он вяло, но настойчиво кусал нежную кожу на шее брата. - Я не могу... Хочу... Хочу большего...- заскулил ЁнУ, продолжая ёрзать. СонЯн глянул мельком на Джина, а потом вспомнил свой горький опыт. Спешить не стоит, особенно с таким. Скулёж младшего проигнорировался. Ян второй рукой провёл снова по ягодице Кима, затем большим пальцем надавил на истекающее смазкой кольцо мышц. Палец вошёл легко, так что быстро заменился другими, указательным и средним. Если честно, то у Сона в носу зудело от запаха Кимов. Они были слишком сладкими, а потом ещё и смешивались друг с другом. - Теперь сделай младшим приятно. Можешь по отдельности.- с ухмылкой произносит ДжинНам, наблюдая как Пак меняется в лице. Если Кимам плохо от лекарств, то СонЯну немногим легче от подавителей. Организм вроде как в состоянии течки, но при этом рассудок сохраняется. Сон смотрит на братьев, думает. Сев удобнее на кровати, омега укладывает возбужденные тушки на друг друга. МёнСу на спине, на его животе, лицом к нему младший. Тот скулит ещё больше, трётся жаждущей плотью о чужую, заставляя и брюнета стонать. Джин внезапно находит эту всю картину смешной и будоражащей. Он, конечно, садист, но любит себя подразнить. В первый для Сона раз, альфа заставил того самостоятельно себя растягивать и ублажать, а потом сделал свою основную часть. Не то, чтобы Нам сильно брезговал, хотелось утолить моральный голод тоже, особенно сейчас, смотря на этот единый комок нервов из трёх омег. Пока ими любовались, СонЯн уложил Кимов поудобнее и действовал на уровне своих, омежьих, желаний. Например, хотелось прикосновений. Он провёл по бледной спине ЁнУ, спускаясь на его бёдра. Одну руку омега опустил на бедро старшего Кима, затем просунув её между животам парней. С уст МёнСу сорвался громкий стон, едва ли Пак к нему прикоснулся. ЁнУ же башню унесло окончательно, так что он вяло, но настойчиво кусал нежную кожу на шее брата. - Я не могу... Хочу... Хочу большего...- заскулил ЁнУ, продолжая ёрзать. СонЯн глянул мельком на Джина, а потом вспомнил свой горький опыт. Спешить не стоит, особенно с таким. Скулёж младшего проигнорировался. Ян второй рукой провёл снова по ягодице Кима, затем большим пальцем надавил на истекающее смазкой кольцо мышц. Палец вошёл легко, так что быстро заменился другими, указательным и средним. Если честно, то у Сона в носу зудело от запаха Кимов. Они были слишком сладкими, а при таком смешивании приторными. Старший пока занимался ЁнУ, вторым Кимом он займётся, когда Нам будет занят омегой. Едва ли в ЁнУ свободно проникали три пальца, альфа отлип от комода, на который опирался и пристроился сзади Пака. - Плохой ты старший. Совсем о них не заботишься. Я же тебе не говорил, чтобы ты ублажал только одного, верно? Непослушный омега.- с ухмылкой, специально низким голосом произнёс Джин, зная, что у СонЯна как минимум от этого мурашки по телу.- Будешь сегодня наказан, теперь займись МёнСу, а то он заскучал. Скулящего ЁнУ переложили на кровать и за него принялся альфа. Он не давал парню перевернуться с живота, только приподнял немного чужие бёдра для удобства. Кожа того была в лёгкой испарине, а внизу всё испачкано в смазке. Нам не отреагировал, зато вздрогнул Ким, когда рядом застонал МёнСу. Пак теперь его растягивал, плюсом отвлекал минетом, чтобы тот расслабился. - Почему девственники всегда такие шумные?- прошипел Ли. Словно стараясь это доказать, или опровергнуть, он резко толкнулся в жаждущее лоно, входя до конца. Младший Ким, на удивление, простонал в подушку, сжимая её края и даже не стараясь препятствовать альфе. Джин улыбнулся, начиная медленно двигать бёдрами, но он был недоволен тем, что не слышит омегу. Одной рукой парень обхватил ЁнУ поперёк живота, второй за шею и прижав спиной к груди, сам выпрямился. - Я тебя совсем не слышу, малыш.- с ехидством произнёс Джин, толкаясь грубовато и резко, получая взамен громкий стон. Омега в его руках гибко выгнулся, начиная неумело двигать бёдрами навстречу. МёнСу слышал брата, хотел может чем и помочь, но во-первых чем тут поможешь, а во-вторых желание начало потихоньку затапливать и его сознание. Ощущение горячего, влажного рта старшего омеги на своём члене заставляло сходить с ума и толкаться бёдрами навстречу, едва ли не вытрахивая его. Пак не противился, продолжая добавлять пальцы. Удивительно, но МёнСу, который по сути не сам потёк, расслабился быстрее, чем ЁнУ. Онный же стонал рядом, прикрыв глаза, судорожно цепляясь за руки Джина. Альфа всё ещё держал его за шею, при этом не сдавливая само горло. Ли толкался глубоко, резко, немного хаотично. Всё же, несмотря на его нелюбовь к шумным невинностям, ему нравилась эта одуряющая узости омеги, это заставляло его продолжать. МёнСу окончательно потерял связь с реальностью, «удрал» от СонЯна и поднялся на коленях перед братом. Он взял младшего за руку, как они обычно делают, если одному из них страшно. Губами пришёлся по плечам и ключицам, второй рукой спускаясь по вниз, к истекающей плоти. МёнСу снова застонал и полуобернулся, через плечо смотря на старшего омегу, который снова занялся прерванным делом. Долго этой сладкой пытки ЁнУ не выдержал, от движений ДжинНама толкаясь в кулак Кима и обильно изливаясь, сжимаясь вокруг плоти альфы. Тот излился в ЁнУ через пару движений, кусая в сгиб шеи, оставляя метку принадлежности. - Нет, не хочу... Не надо, пожалуйста...-заскулил омега, чувствуя как неподготовленные мышцы распираются больше от вздувшегося узла. Нам не обращал внимания на трепыхания парня никакого внимания, коротко двигая бёдрами и накачивая своим семенем. МёнСу растерял всю спесь, когда увидел воочию всё. Как говорится, мечты девственника разбились о суровую реальность того, что альфы не бывают нежными в кровати. Сцепка продолжалась около получаса. ЁнУ плюхнулся на живот, неопределённо постанывая и комкая в кулаках ткань постельного белья. Он может продержался бы дольше, если бы не мучался ожиданием до этого. МёнСу волновался, хотел сесть около брата, однако, сильная рука не дала этого сделать. - Ну что, опробуем на прочность кроватку?- альфа улыбнулся, чувствуя вкус мести за то, что МёнСу вёл себя неподобающе. Ким понял угрозу и замотал отрицательно головой. Он был повален на спину, ноги ему резко развели. Джин не любил медлить, так что сразу вошёл в омегу, вырывая у того болезненный стон. Почти не дав привыкнуть, Ли начал размашисто двигаться. Пускай МёнСу был несносным, но он альфе определённо больше нравился. Нам поставил руки для опоры по бокам от головы Кима, замирая, смотря на МёнСу. - Давай же, побудь милым омегой. Я не кусаю за прикосновения. Иначе, нежничать не буду.- альфа действительно начал снова двигаться грубо, не жалея нежное тело под собой. Старший Ким кусал губы, старался не стонать громко, но в итоге сдался. Дрожащие руки неуверенно легли на плечи Джина, затем обвились вокруг шеи. - Пожалуйста, будь нежен...-сквозь стоны, сипловато произнёс старший Ким. Ли улыбнулся, получив своё. Он сбавил темп, опустился на локти. Сегодня МёнСу был первым, кого Джин поцеловал, но это не длилось долго. Поцелуи спускались ниже, оставляя темнеющие метки принадлежности. Ниже ключиц альфа мог достать, но ему было влом так изгибаться. Понимание, что омега вполне осмелел пришло тогда, когда чужие руки начали бродить по телу, немного даже щекоча. Ли обещал, конечно, быть нежным и прочее, однако, это быстро надоедает. Альфа выпрямляется, подхватывает омежьи ноги под коленками, опять наращивая темп, быстро доводя Кима до пика. Ситуация с узлом повторяется, но МёнСу сопротивляется больше брата, да и сильнее. *** Неделя спустя - Почему живот такой надутый?- критично заявляет МёнСу, разглядывая своё отражение в зеркале, приподняв футболку. - У нас тебе бы сказали, что ты благополучно залетел.- смеётся Ян, снова сидя у Кимов в комнате. - На сколько я знаю, такой живот появляется не после недели, а спустя четыре или пять месяцев. - Напоминаю, ты «замужем» за демона. Беременность у демонов обычно около четырёх месяцев и длится. Дети вырастают тоже достаточно быстро. Радуйся, теперь Джин тебя хоть в золоте будет купать, а уж если мальчик будет... Даже представить не могу, что будет. - Почему я в пролёте?- прохныкал ЁнУ, надувая губки «уточкой». Его живот остался без изменений.