Ошибка

Пять лет спустя

Маленький городок в штате Вашингтон, где триста дней в году идет дождь, стал прибежищем для весьма необычных личностей. Взять хотя бы то, что в резервации неподалеку живёт стая оборотней- людей, что по своему желанию могут превращаться в волков. По преданию, их предки могли высвобождать дух из тела и странствовать таким образом. Однажды вождя клана насильно вытравили из тела и он, видя как угасает его племя в отчаянной попытке попросил помощи у волка. Волк добровольно поделился своим телом и с тех пор все потомки могут оборачиваться в волков. Вторыми, весьма необычными личностями являются вампиры. Они приехали не так давно, в общей сложности семь лет назад. С Аляски. Семья Каллен состоит из семерых хм...разумных- глава клана Карлайл, его жена Эсме и их приемные дети- Розали, Эммет, Джаспер, Элис и Эдвард. В целом, ребята неплохие, интересные, но, как говорится в любом стаде найдется паршивая овца. И в этой семейке это был Эдвард. Он был обращен еще раньше своей приемной матери, но до сих пор не нашел свою опору, свой центр- он не нашел свою любовь. Его способность чтения мыслей отваживала его от людей. И поэтому он так настойчиво пытался обратить на себя внимание той единственной, чьи мысли были недоступны ему. Третьими, необычными, является небольшая семья, состаящая только из матери и двух детей-близнецов. Что странного у них? Ну, начнем с матери. Изабелла Дуаер- настоящее имя Патриция Паркер, дочь Тони Старка. Пять лет назад она, обиженная на всех и вся, сбежала от команды мстителей. Патриция- человек-паук. Ученица Стивена Стрэнджа, пусть и чуть больше месяца. Джонатан и Дженифер Дуаер, дети Патриции и Джеймса Барнса. Они переживают вторую жизнь, в первую их убили во время нападения сумасшедшего ученого. Им тогда было 16. А сейчас снова 5. Это...весьма удручает их самих. Сейчас близнецы сидели в песочнице и дурачились. Их мама на кухне варила обед и зорко за ними следила. Несмотря но более-менее взрослое сознание, эти два шалопая всегда умудрялись перевернуть всё кверху дном. Стоит хоть на минуту выпустить их из поля зрения, как тут же надо идти искать. И чаще всего они находились в закрытом на три замка подвале, оборудованном под тренировочный зал. Но сегодня они, видимо, решили отдохнуть и не собирались никуда лазить. Что немного настораживало, ведь это очень похоже на затишье перед бурей. Тем временем по дороге к дому ехало серебристое вольво, за рулем которого сидел бронзоволосый золотоглазый вампир. Эти пять лет, ну почти пять, он пытался сделать Изабеллу своей девушкой, но она отворачивалась от него. Он испробовал все способы, даже пытался пойти от обратного и уехал. Но и это не принесло эффекта. И сейчас он ехал, чтобы сделать весьма решительный шаг. Ему надоело бегать за этой неуступчивой девчонкой, и рычагом его воздействия послужат её дети. Ведь она, как любящая мать, продаст за них и душу дьяволу. У Изабеллы волосы стали подниматься дыбом, а паучье чутьё не просто звенело, а чуть ли не орало благим матом. Джонатан и Дженифер тоже почувствовали напряжение и опасность. И они вперед матери увидели подъезжающую машину. Но не успели даже добежать до двери, как были подняты на руки и уже с них смотрели на поджавшую в волнении губы мать. Держащий их парень смотрел исключительно ей в глаза и поэтому не видел разноцветные всполохи на её пальцах. Молчание повисло между ними. - Что тебе нужно?- вопрос и моментальный ответ -Ты,- и широкая улыбка, открывающая клыки. - Отпусти детей,- и шаг вперед, медленный, вальяжный, всё, как учила Наташа. Отвлечь, завладеть вниманием, возможно, заговорить, а потом- резкий удар, на повал. Интересно, а если ему треснуть со всей силы, паучьей силы, ему что-нибудь оторвет? Или хотя бы трещины сделает? Лукавая улыбка и шаг назад. Медленный наклон и аккуратно опустить двух карапузов на землю, молниеносно подойти и впиться в такие желанные губы. Чтобы тут же получить пинки от отпущенных детей с двух сторон. Причем пинки-то явно были нечеловеческими, как и на долю секунды запоздалый удар в грудь, с силой толкнувший его назад. Мгновенно подскочив, Эдвард увидел перед собой переливающийся всеми цветами радуги купол, опоясывающий дом. Хлопок двери и неуверенный голосок -Мамочка, а может папочке позвонить? Или дедушке? Они всем головы поотрывают за нас... Её перебил несколько истеричный смешок - Так то оно, конечно, так. Вот только первым, кому они оторвут голову буду я.