Говорящий с призраками

«Человеку суждено умереть лишь однажды, а затем – суд» — Послание к Евреям 9:27.

      На дворе был месяц май, рассвет летней поры, в воздухе так и витало чувство того, что времена меняются. Климат и сама температура становились только выше по цифрам на градуснике, зафиксированным на окне. Однако, у жары были очень явственные минусы. Даже легкая одежда не могла спасти бедных прохожих от того, чтобы не стать вареными сосисками. Что уже говорить о тех, кто вынужден очень даже официально одеваться перед тем, как давать интервью: черное пальто, которое было выше колен, такого же цвета шляпа, в стиле Кантри. Отполированные строгие туфли, что будто бы блестели при попадании солнечных лучей. Говорить о внешнем виде можно было очень долго, однако большую изюминку в этом луке играло одно маленькое «но»: несколько колец на пальцах со странными рунами и опять же: амулеты, на одном из которого клык какого-то животного. Много вопросов. Слишком уж подавляющее количество неудобных вопросов, что сыпались на блондинистую голову медиума, который свои силы выпустил в массы и заявил о них на весь мир. Конечно, не без восклицаний скептиков или верующих бабулек, мол, да ты слуга Сатаны, надо тебе обратно в ад. Но благодаря своим агентам и продюсерам парень смог избежать огня инквизиции и вил скептицизма. — Можно, пожалуйста, воды? – Кратко спросил парень, устремляя свой взгляд на миловидную девушку малых лет, по которой сразу понятно – она только начинающая в деле съемок. Несмотря на это, он одарил ее улыбкой и негромко произнес, чтобы только она услышала. – Твой отец гордится тобой и надеется, что ты когда-нибудь поднимешься выше, нежели какой-то водонос. – Заметив за ней растерянность и подступающие слезы к глазам, медиум смиренно ждал, когда ему принесут долгожданную бутылку воды. Долго ждать не пришлось и вот бутылка с «фиджи» уже у него в руке, прижав горлышко к своим губам, он медленно начал распивать воду, отмечая про себя, что она уж очень вкусная и нет ей равных. Спустя несколько мгновений, когда перерыв закончился, он передал бутыль обратно той девушке и повернулся к камере, дабы она уловила его лицо. – Продолжим. – Камера. Мотор. — Мы долго ходили вокруг-да-около, Наруто-сан. Вы же – японец, как так вышло, что вы переехали сюда, а самое главное: как вы поняли, что видите то, что недоступно для обычных людей? – Мышцы на лице Узумаки дрогнули, перед его глазами всплыли те картины, о которых лучше не вспоминать. Смерть лучшего друга, а потом еще и переезд в Лос-Анджелес, далее все по банальному списку – чертов дом, который оказался тюрьмой. Не для Наруто, не для тех, кто состоит из плоти и крови… — Все началось с малого возраста, представьте себе картину: вы – пятилетний ребенок, одни дома, ваши родители уехали на праздник по случаю рождества и вместо того, чтобы спать – вы пошли вниз к рождественской елке. – Затаив молчание, парень со странными шрамами на щеках продолжил, — Я увидел Санту. Его борода была вся в крови, глотка перерезана очень небрежно, словно перочинным ножом, костюм был порван, выпадал один глаз. Мне было страшно. Он просил помочь ему… — — А что вы? – — А что я мог сделать, будучи перепуганным мальцом? – Усмехнулся парень, сжав подлокотники кресла в своих руках. – С пронзительным криком ринулся к себе в комнату и заперся, а потом вообще под одеяло залез и просидел так до самого утра, пока не пришли родители. – — Вы им рассказали об этом случае? – — Конечно же нет, мне бы не поверили, да и я списал это на ночной кошмар, пока не убедился в обратном, когда через несколько лет снова увидел этого Санту, тогда я вышел с ним на контакт. – Кивнул мужчина, взяв бутылку воды, — Простите, о самом разговоре, дабы избежать названия ненужных имен, я рассказывать не буду. Надеюсь, вы поймете. — Да, конечно. – Дальше Узумаки продолжил повествование о том, как вышло так, что он переехал, почему родители его отправили, да и вообще, открыл завесу тайны о мертвом друге, из-за которого у него и съехала крыша. Конечно, говорить, как он умер Наруто не стал, но в памяти до сих пор витали те урывки, когда под своим же окном он видел нагого юношу, с темными волосами и каплями крови на своем бледном теле. Он плакал. Проводил медленно по своей шее указательным пальцем, смотря пустыми черными глазами прямиком в душу своего всевидящего друга, предупреждая и мотая головой. Больше он не слышал его, лишь спустя три года снова дал о себе знать. Но речь сейчас пойдет не об этом, а о том, как сам юный медиум оказался так далеко от своей родной страны, чуть ли не на другом полушарии. — Это самое последнее, что я расскажу и вы узнаете, как я решил стать тем, кем являюсь сейчас. – Прикрыв глаза, парень снял свою ковбойскую шляпу и убрал ту в сторону, начиная свой рассказ.