Бешеную Лису дразнить не стоит...

Дэхен, с неизменным бичфэйсом, на цыпочках подошел сзади к макнэ и только тыкнул пальцем ему в плечо, намереваясь напугать и спихнуть к ебени матери в воду, как сзади… — ПОСТРОНИИИИИИИСЬ! БОМБОЧКА! Медленно повернув головы назад, Дэхён и Зело только и успели выпучить глаза и охеревше открыть рот, как их тут же сбил, как кегли, отец семейства… Ёнгук с каким-то утробным рыком плюхнулся в воду, гремя костями, окатил всех водой и с диким гоготом пошел на дно. — Титаник ебаный, — послышалось откуда-то издалека от Ёндже. Чжунхон с невообразимым визгом попытался свалить из воды, то и дело цепляясь мокрыми руками за бортик, соскальзывая, чуть ли в голос не рыдая. Взывая к богам, макнэ пытался спасти свою тощую тушку. В бассейне повисла тишина. Зело стоял в воде по колено. Где-то в средине плавал Чоноп, наслаждавшийся относительным спокойствием, пока к нему никто не доебывался. Недолго длилось счастье, когда на горизонте показалась святящаяся искренним долбоебизмом(см. счастьем) морда Дэхена. Ничего хорошего шестое чувство(см. пятая точка) не предвещало и Чоноп решил сделать то, что ему так упорно подкидывала искрящаяся интуиция. Бежать. Однако Чоноп сразу был пойман за трусы, без единого шанса на спасение. Выхода нет… хотя, есть один! Осчастливит половину населения земли и одногруппников в частности: или утопить Дэхена, или утопиться самому — еще не выбрал. — Чонопа, — мурлыкающий тон насторожил бедного паренька, который отчаянно пытался расцарапать себе вены ногтями, — я тут слышал, что недавно было в бассейне… Казалось бы вполне романтищная ситуация: попытка пикапа и самоубийства одновременно. Что может быть лучше? — Говорят тут бабка утопилась вчера, пиздец я очкую тут один плавать спаси и сохрани меня плз я трупаков боюсь до усрачки. — Пошел. Отсюда. Нахуй, — Чоноп попытался отплыть куда подальше, отчаянно дергаясь рыбкой в воде, что больше на приступ эпилепсии похоже было. — А если она меня съест? — Эм… думаю все будет наоборот. Дэхён, уже решивший справедливо обидеться, фыркнул и гордо поднял голову, отворачиваясь. Интересно, а человечина правда на вкус, как курятина?.. Как только в дурной головушке зародился план как-найти-вкусняшку, тут же ему прилетел смачный пендаль и дикий гогот со дна. Ёндже, сидевший на бортике, болтал ногами в воде и то и дело засматривался на мимо проходивших людей. Пару раз, завидя циллюлитную двухсоткилограммовую тушку, он хотел присоедениться к Чонопу и покоцать вены, но его вниманию предстал, прям перед носом, попец Зелки, который усердно что-то рыскал руками по дну. — Вот это ж жопа! — Тебе сейчас жопа наступит, уебывай отсюда. Дэхен в очередной раз обиделся и решительно пошел на горки, а за ним хвостиком увязался Чжунхон. Ёндже, лишившийся прекрасного вида, утер нос, пытаясь отвлечься на что-нибудь. К примеру на проплывающего мимо странного паренька с явно армянскими корнями — нос на половину морды лица тому доказательство. — Армянский циииирк, — тоскливо протянул он, припоминая старые выпуски камеди клаба. — Слишищь ти! — Это не угроза. — ЭЙ СЛЫШИШЬ ТИ! — А вот это уже опасно. Воу-воу, пацантре, ты там палегче. Попридержи своих армянских коней. — Я типе мордак раскрошу! Ти знаешь хто я такой!? — Армян. Парень из бассейна завис на пару минут, удрученно махнул рукой и поплыл дальше. — ЧЕ ЗАСЦАЛ!? Сказать нечего? ХА! «Главное чтобы не привел потом свою носатую братию» — подумал Ёндже, в срочном порядке прыгая с разбега в бассейн. Второй бомбочку бассейн пережил успешно. — Чонопа, прости, что про бабку говорить начал, — состроив милую мордаху, пропел Дэхен. — Ага. — Держи кулон. — Оу, красивый. — Ага. С бабки наверное упал. Третью бомбочку с разворота бассейн пережил с потерями. Ёнгук вылез из бассейна и устроился на лежаке, закинув руки за голову. Что ни говори, а в бассейне — красота. Люди плавают, пихаются, топят друг друга… а еще мимо проходят ляхастые девушки, жопастые парни и к-к-к-комбо Ёндже. С печальным вздохом лидер тоскливо следил взглядом за мимопроходящими и успевая поглядывать за детьми, а то еще придется на ночь глядя нового мембера искать. Ёнгук резко сел, не веря своим мутным глазам — в паре метров от него стоял ХИМЧАН. В одних плавках, которые слегла сползли и облепляли идеальную задницу, заставляя Бана давиться слюнями и прикрывать стояк. Как лучший пикапер Кореи Ёнгук пригладил волосы, улыбнулся и не спеша пошел за своей добычей, намереваясь помириться здесь и сейчас. А потом в раздевалке. И в душе. Несколько раз подряд, для закрепления. Ёнгуку, как настоящему мужику в самом расцвете сил, нужен регулярный секс и теплая туша под боком, которая бегает от него уже дней пять, не дает и дразнит как только может. А еще Бан очень скучает по хитрым глазам и широкой улыбке, по тихим истерикам и еде, которую по-настоящему вкусно готовит только Химчан. Уж поверьте, от души уже убедился, что пускать кого-то из группы на кухню (примечание от Дэхена: в святую святых) все равно, что подписать себе смертный приговор. Ну и заработать язву и вечный понос. — Ну что, малыш, скучал? — с широченной улыбкой Гук от души шлепнул парня по заднице. На него ахуевше уставилась жертва пикапа. — Ой… я обознался нем… Четвертую бомбочку бассейн пережил с трудом. Чжунхон, выклянчивший мороженку, с превеликим удовольствием облизывал фруктовый лед, доводя Ёндже до тихой истерики. Рядом стоял Дэхен, потирающий ушибленную щеку — любишь шутить, люби и пиздячек отхватывать. На взгляд оценив длину мороженного, Зела полностью заглотил его, чем вызвал приступ у Ёндже и ахуй у всех окружающих. — А малый далеко пойдет… — присвистнул Дэхен, прикидывая натренированность малого, — такой талант пропадает! — Ну не сказал бы, — мечтательно мурлыкал Ендже. — Мда. Тебе до такого еще жить и жить… . . . — Что значит «он пытался отсосать мороженному и задохнулся»? — в непонятках спросил Енгук. — Нууу то и значит. — Если ты сейчас лишил группу вокалиста, то я лишу тебя потомства. Дэхён что-то пробурчал по поводу того, что с его гейскими наклонностями оное не светит и похлопал Ёндже по щекам, который периодически хрипел и дергал конечностями, то ли предчувствуя свой скорый конец, то ли пытаясь зашибить лучшего друга. Дэхен немного завис, когда миом прошла очень даже фигуристая девушка… — Ухтыыы, — не сдержался вокалист. — Не твоя! — развернулась на восторженный возглас девица и помахала ладонью. — И слава богу, — наспех перекрестился Дэхён, завидев лицо. Ёндже закашлялся, перевернулся и свалился в воду, булькая и барахтаясь как только мог. — Отлиииичненько, идем все плавать! — радостно хлопнул в ладоши Ёнгук, прицельным пинком отправив идиотов-лайн (см. Чжунхон, Чоноп и Дэхен) в воду. Пятую, массовую к-к-комбо бомбочку бассейн пережил на последнем издыхании. — ЭЭЭЭЭЙ, ОТДАЙ ТРУСЫ!!! — раздался грозный ор Ёнгука минутой позже. — А?! — отозвался Ёндже. — ХУЙ НА! — тут же ответил Ёнгук, злобно зыркая и метая молнии. — ДОМА ПРИШЬЁШЬ! — хрюкнул откуда-то Дэхен. — ДОЛБОЁБЫ! — взвыл лидер, прикрывая свое достоинство ладонями. — СПАСИБО, ГУК, Я УЖЕ ПОЕЛ! — отмахнулся рукой Ёндже. Когда же лидеру в лицо прилетели его же плавки, он, озлобленный вылез из бассейна и принялся выжидать… и через пару минут, когда все вылезли из воды… Шестую бомбочку бассейн не выдержал. Парни, срочно ретируясь с места преступления, быстро переоделись, усиленно делая вид, что вообще не знают какой такой бассейн, ни разу в глаза его не видели и вообще понятия не имеют, что когда и где. Чтобы не идти домой так рано, решили заскочить в первую попавшуюся забегаловку с мексиканской кухней. Сначала все шло гладко (чет подозрительно), но не долго музыка играла, не долго фраер танцевал… — Да я этой острой херни пять порций съем и ничего мне не будет, — с неизменным бичфейсом парировал Дэхен. — А я шесть, — пародируя Дэхёна выдал Ёндже. — Семь, — хмыкнул Чжунхон, сложивший тощие руки на груди. — Восемь, — хлопнув рукой по столу решил поставить точку Ёнгук. — Десять, — тихо выдал Чоноп, и все уставились на него, как на насравшего в угол кота. Спорили парни сначала на интерес, потом на шоколадку, потом на какой-то эксклюзивный выпуск какой-то там крутой игры, а потом на кредитку Ёнгука. Последнего даже не спрашивали, да он и не подозревал, потому что в этот момент думал о своем позоре в бассейне. «Это ж надо так… главное что никто не видел», — наивно думал Ёнгук. «Это ж надо так… такой компромат!» — радовался Ёндже, которому теперь и победа нахер не нужна, потому что кредитка у него почти в кармане. Когда заказ принес охеревающий официант, парни начали есть острую пищу. Пыхтели, кряхтели, стонали и даже рыдали крокодильими слезами над тарелкой, зубами вцепляясь в победу, а по сути в какое-то фирменное блюда забегаловки. Язык жгло как будто кислотой, небо ободралось к херам, а внутренности в срочном порядке ползли к прямой кишке, спасаясь бегством от неминуемого пиздеца. На секунду показалось, что сейчас из ушей повалит дым, а изо рта хлестанет огонь, как у Дракона из «Хоббита». Тем временен это была только первая порция. Ко второй все стихло. К третьей сдался Ёнгук, у которого глаза на лоб полезли, под мохнатые брови «брежнев стайл». К четвертой сдался макнэ, решивший что лишаться желудка в таком возрасте как-то не комильфо. К пятой завизжал Ёндже, у которого уже лицо стало в тон острому соусу. К шестой в воздухе витало напряжение. — Айщ! Все! Я больше так не могу! Мне нужно отойти, — сдался Дэхен, срочно ретируясь в туалет. — Кааак у меняя горит очаааг, — пропел вслед Ёндже. Чоноп же закончил с десятой порцией, вытер салфеткой губы и, тяжело вздохнув, протянул руку за своим призом. Ёндже беспардонно залез Гуку в карман, взял кредитку и отдал победителю. Глаза Гука перекочевали на лоб. — Это что за нахуй? — Это Чоноп. — Да я про кредитку! — Ну, твоя кредитка. В глаза ее не видел что ли? — Какого хуя она у него? — Потому что он выиграл. Чего ты тупишь? — !!!!!! — только одну эмоцию выразило лицо Ёнгука. Когда вернулся Дэхён, парни собрались, расплатились наличкой Ёнгука и довольные пошагали домой. Ну, как довольные… лидер явно пытался вырвать фонарь и совершись самосуд. Шагавшие впереди Ёндже с Чжунхоном делали селки, такие, что концентрация «мимимими» превысила допустимую норму в десяток раз. К ним затесался Дэхен, но тут же был выпнут куда подальше. — Ля, ну ты посмотри! У Дэхёна ебало, как у Ганнибала. — А у тебя губы стремные. — А у тебя нос на половину ебала. — А ты просто страшный. — Пидрила. — Взаимно. У Ёнгука в черепной коробке тусили тараканы — внутри, не раздавишь тапком, — бушевали эмоции и где-то скромно хныкала усталость. Придти бы домой, разлечься на диване, обнять Химчана и уснуть. НО! До дома, как до Китая раком. На диване с недавних пор спит Дэхен. Химчан не выходит на связь и только лолирует через свою дверь над всеми. Через полчаса, вымотанные, но очень довольные парни вернулись домой. Дэхён напросился спать с Чонопом, и, светя улыбкой во все зубы, закинул его на плечо и утянул в комнату. Ёндже тащил на себе засыпающего на ходу Чжунхона, жалуясь на то, что у него такими темпами спина раскрошится, как у столетнего старика. Ёнгук, неспешно обходя свои владения, думал о том, что четыре дня без Химчана хоть и были веселыми, в них все равно чего-то не хватало. Ворчливая мамочка приносила свою неотъемлемую лепту в жизнь, как ни крути. Остановившись около двери, он неловко постучал. — Чанни?..