Я понял свою роковую ошибку... Прости...

На ещё совсем недавно безмятежном и спокойном небе закружились хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи, задавившие солнце своей тяжестью. Светило, как будто растерявшись, совсем скрылось за их тяжёлыми боками… Сверкнула молния, а через несколько секунд невдалеке пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на землю обрушится ливень. И люди, и звери начинают суетиться, стремясь поскорее спрятаться от неотвратимо надвигающегося дождя. Лишь только деревья, цветы и трава радостно начинают трепетать, разворачиваясь в ставшем сразу прохладным воздухе, радуясь скорому спасению от жары… И вот первые капли дождя упали на землю, будучи мгновенно  и без следа поглощёнными пересохшей землёй. Но следом за ними уже летят другие капли, их становится всё больше, они сталкиваются боками, суетятся, теснятся и толкаются — каждая стремится поскорее, желательно самой первой упасть на разгорячённую осень поверхность земли, тротуаров и домов. Зеленоглазому было все равно на тяжёлые тучи и прозрачные капли, которые капали на него все сильнее и сильнее с какой секундой. «А может быть, я действительно хорошо держался, не знаю. Я уж точно не ревел белугой, не пробивал кулаками стекол, не делал, в общем, ничего такого, что, как мне казалось, можно сделать, когда чувствуешь то же, что чувствовал я. Но иногда неожиданно горе накатывало волнами, так что я начинал задыхаться, а когда откатывало назад, я обнаруживал, что гляжу на просоленные обломки крушения, залитые таким ярким, таким рвущим душу и пустым светом, что с трудом верилось, будто мир когда-то не был мёртв… " именно эти мысли каждый раз всплывали в его голове, когда он пытался думать о своей убитой любви, точнее о любви, которую он сам убил. Убил раз и навсегда. И в этот момент он вспомнил разговор во сне, который оставил отпечаток в самом Адриане. " Ты хотел изменить свою жизнь, но не мог этого сделать сам. Я — то, кем ты хотел бы быть. Я выгляжу так, как ты мечтаешь выглядеть. Я трахаюсь так, как ты мечтаешь трахаться. Я умён, талантлив и, самое главное, свободен от всего, что сковывает тебя» по щекам парня потекла горько-соленая жидкость, ведь он понимал, что это была его вторая сущность, так сказать «его собственный демон». Через пару секунд на телефон парня пришло сообщения. «Адриан, она жива… Мариннет, та самая, она жива».