Алло, это психушка?

      Полная луна распространила свой бледный призрачный свет по всей округе. Звезды разбросаны по чернильному дегтю небес. Темно, хоть глаз выколи. Редкие фонарные столбы, идущие рядами по бокам дорог, источали тусклые лучики света, некоторые из которых уже начинали гаснуть. Дневная теплота начинает сменяться ночной прохладой. На улицах тихо и безлюдно, слышались лишь редкие крики, принадлежавшие местной мафии, которая ночью особенно активна, где-то далеко можно было услышать выстрелы и взрывы, тревожащие сон мирных граждан. Гробовую тишину рассекали звуки от каблуков, чей хозяин не спеша шел по дороге. Опустив взгляд вниз, паук держал в одной руке сигарету. Он тяжело вздохнул и сделал пару затяжек. В ту же секунду он кашляет, когда токсичный дым попадает в легкие. Он бродил по пустынным улицам в полном одиночестве, наслаждался тишиной. Демон завернул в темный переулок. Пройдя какое-то расстояние, он недовольно фыркнул и цокнул губами, так как стук от сапог начинал его порядком раздражать. Тут Энджел остановился и, осекшись, круто развернулся в противоположную сторону, состроив гримасу отвращения. Расположившись в странной позе, головой облокотившись о стену, на земле сидел мертвый демон в луже засохшей крови. Эффект разложения не обошел его стороной, вонь наверняка была слышна за версту. У него отсутствовало пара конечностей, похоже, принимал участие в какой-то разборке. Хотя, это мог быть просто обычный прохожий. Убить ни в чем неповинное существо для жителей Ада не было в новинку. Как, в общем-то, и для людей.       Не захотев вкушать этот наиприятнейший аромат и наблюдать такую милую картину, Энджел быстро ретировался из этого места. Встряхнув головой и решив забыть про это, Даст пошел дальше. Ад, конечно, то еще местечко, но это не значит, что он должен быть… таким. Численность населения с каждым днем становится все меньше. Вряд ли из задумки Чарли что-нибудь получится. Какой идиот захочет покинуть Ад? По сути это был Рай для грешников, и уж точно никто не будет даже пытаться очиститься. Так, что-то его уже на политику потянуло. На данный момент Энджел хочет плыть по течению своих мыслей, а не думать о глобальных чужих проблемах. Да, он не считает это своей проблемой. Ему абсолютно наплевать на то, что народ погибает. Одним меньше, одним больше — какая разница? Рано или поздно в Ад прибудут новые грешники, которые либо сдохнут оттого, что попали под горячую руку других демонов, либо сами будут убивать. В этом прогнившем насквозь мире каждый сам за себя…       Энджел сделал еще затяжку и тут же выдохнул табачный дым, а затем следил, как небольшое облачко растворяется в пространстве. Спустя некоторое время паук начал видеть автомат с наркотиками. Ему нужно было на время забыться, а наркота — это определенно то, что ему нужно. Немного оживившись, он быстрыми шагами направился к нему. Глазами пробежался по всем полками — ничего нет. Он опустил взгляд на нижний ряд в надежде увидеть там «Ангельскую пыль». Ага, конечно, хуй там валялся. Демон нахмурился и со злости пнул автомат, оставив там нехилую вмятину, а затем уже в плохом настроении продолжил путь. «Суки, да чтоб вы лопнули!.. Ага, нехер. Вдруг еще зажрусь…» — закатил глаза Даст, сжав все четыре руки в кулаки. Сейчас ему просто хотелось убить кого-нибудь. Не просто убить, а зверски поиздеваться над своей жертвой, почувствовать ее страх, ибо нехуй оставлять Энджела без его любимого релакса. Однако, когда мимо него прошел какой-то демон, паук все же не стал брать очередной грех на душу. Как бы там ни было, он осознавал ценность жизни любой твари, поэтому не стал поддаваться эмоциям.       Тут телефон Энджела завибрировал. Удивленно хмыкнув, он достает мобильник с мыслью «какую падлу там еще прорвало посреди ночи». Неизвестный номер, чей хозяин велел явиться пауку по определенному адресу. Иными словами заказал услуги Энджела. Этому паук удивился еще больше. Какой ненормальный задумал вызывать шлюху в час ночи? Но, наплевав на все стандарты адекватности, Даст все же пришел по указанному адресу. Кто же откажется подзаработать по-быстрому? Энджел бросил сигарету на асфальт, придавив ее ногой.       Как ни странно, это оказалось недалеко. Перед собой паучок-соблазнитель увидел довольно-таки большой особняк. Оглядев его снизу вверх, Энджел подумал, какие же коррупционеры все-таки твари. Вот это вообще смешно, но дверь оказалась открытой. Энджел зашел внутрь дома и тут же ослеп от такой кромешной темноты. Его все это начинало немного напрягать и даже злить. В какой-то момент он уже хотел развернуться и уйти, как вдруг на его плечи ложатся чьи-то руки, а шею опаляют горячим дыханием. По телу пробежались мурашки и неизвестно, от чего именно: от страха перед неизвестностью или же от того, что здесь было немного холодно. Тут свет в комнате включился, и Энджел мог наконец рассмотреть своего клиента. Перед ним почти вплотную стоял Радио-демон, заведя руки за спину, и хищно ухмылялся. — Эм… — паук оглядел его снизу вверх. — ты че лыбишься? Хотя нет, насрать на это, тут каждому второму весело. Мне больше интересно, кто ты. Я, вроде, всех в Аду знаю, но тебя ни разу не видел, — задумчиво проговорил он, явно пытаясь вспомнить эту улыбающуюся рожу.       Аластор удивленно вскинул брови. Весь его энтузиазм в один миг испарился, на смену ему пришла растерянность. Но, быстро взяв себя в руки, он успокоился и выдохнул. Демон-олень был в курсе про строптивый характер Энджела. То, что Энджел не знает, кто такой Радио-демон, ему даже на руку: не нужно будет объяснять, с чего вдруг сам Аластор заказал проститутку. — Ты меня не знаешь, но я многое знаю о тебе, Энджел, — зловеще произнес Аластор. — И, признаться честно, я был впечатлен всеми твоими «подвигами». — он сделал двумя пальцами кавычки и, будто специально издеваясь над ним, добавил в конце издевательский смешок.       Энджел одарил его ничего не понимающим взглядом. Стало как-то не по себе от этой напряженной обстановки. Да и вообще все это было странно. Какой-то незнакомый ему демон с явными, на его взгляд, психологическими отклонениями ночью вызывает его к себе домой с непонятной для того целью? Да кому нужен этот здравый рассудок, главное — бабла отхватить. Осмысливая данную ситуацию, Энджел подметил его необычный голос. Грубый и басистый тембр голоса Аластора многим резал уши, но пауку он почему-то понравился. — Э… ладно, — у паука уже глаз задергался. — Тогда, может, хотя бы представишься? — Радио-демон или же Аластор. Называй, как хочешь, — он демонстративно поклонился, так и не убирая с лица эту дьявольскую улыбку.       Демон-олень начал ему объяснять, что уже довольно давно следит за ним, знает его род деятельности, его повадки и нравы. Но Энджел не слушал его. Словно котенок, наблюдающий за движущимся предметом, взглядом он прилип к его оленьим рогам и ушам. Похоже, Аластор слишком увлекся рассказом, раз не заметил, как Даст с неподдельным, детским, совершенно не свойственным для него интересом трогает его верхние части головы, а когда заметил — отпрянул от него на один шаг с вертящимся на языке вопросом «ты что творишь?», но Энджел в одну долю секунды оказался за Аластором и вновь продолжил изучать его. — Раз у меня свобода для фантазии, могу я называть тебя кексиком? — не выпуская пушистое ухо из своей руки, спросил Энджел, после чего натянул на лицо ухмылку. — Нет! — отрезал Аластор, немного залившись краской, схватил Даста за руку и повел в неизвестном ему направлении.       Путь был недолгим, можно сказать, секундным, но даже за это время паучок-соблазнитель успел изучить обстановку его дома и прийти к выводу, что Аластор не какой-нибудь там нищеброд, судя по тому, как богато обставлен его дом. Демоны оказались в просторной тускло-освещенной комнате. Энджел не успел ничего сообразить, как в его губы резко впиваются долгим и требовательным поцелуем, на который паук пусть и не сразу, но отвечает. Похоже, он никогда не поймет логику этого маньяка, ведь целоваться совсем необязательно. Или же он чего-то не знает? — Ох… — Энджел томно выдохнул, чуть прикрыв глаза. — Аластор, зачем?.. — Просто надо! — словно прочитав его мысли, рыкнул Радио-демон.       Аластор повалил Энджела на кровать и, нависнув над ним, вновь целует его, но уже не так грубо, а с особой нежностью. Окончательно размякнув, Даст тянется за еще одним поцелуем, но Аластор останавливает его, буквально, на полпути. Демон-олень быстро снял с себя кроваво-красный пиджак вместе с рубашкой бледно-алого цвета, оголив свой торс. Паук завороженно уставился на него, опираясь двумя руками о кровать. Изящное тело без лишних изъянов, с крепким прессом и слегка тонкими руками очень привлекало его. Взгляд алых глаз буквально пожирал Энджела. Аластор присел на колени и оглядел паука сверху вниз. Поджав ноги под себя, а-ля: «олененок», Энджел опустил голову вниз, уставившись в пол, и не переставал краснеть. Одна мысль о том, что должно происходить дальше, будоражила его разум и заставляла щеки еще больше покрываться румянцем. Сердце бешено колотилось о грудную клетку. Энджел не понимал, что с ним происходит. Довольно привычная для него ситуация, а смущается, словно девственница перед первой брачной ночью. Что это: любовь с первого взгляда или просто минутная слабость? Совершенно безоружный. Мысль о том, что с ним можно сделать все, что угодно, забавляла демона-оленя. Аластор ухмыльнулся и приподнял голову паука за подбородок, после чего продолжительно поцеловал. Радио-демон снял с Энджела одежду, оставив его в одной мини-юбке, чокере и сапогах, а затем достал откуда-то нож. — Не волнуйся, я не собираюсь тебя убивать, — усмехнулся Аластор, словив на себе испуганный взгляд Даста. Покрутив в руке холодное оружие, его глаза блеснули недобрым огоньком, а затем он перевел взгляд с железки на паука, улыбнувшись еще шире. — Просто хочу попробовать тебя на вкус.       Не дав ему ответить, Аластор развернул Энджела к себе спиной. Паук сглотнул ком, подступивший к горлу, а после выдохнул. Все это не внушало доверия, но Дасту ничего не оставалось, кроме как просто повиноваться. Радио-демон провел рукой по его спине, покрытой недлинной, почти не заметной, белой шерсткой, и тут же почувствовал, как Энджел покрылся мурашками. Аластор переместил нож в правую руку, поднес к спине паука. Энджел вздрогнул, ему было непривычно чувствовать на своей коже холодный металл после приятного тепла от руки демона-оленя. Аластор зафиксировал нож между лопаток Энджела, а затем, слегка надавив, провел линию вниз. В ту же секунду Энджел оскалился, почувствовав неприятную, даже немного жгучую боль. Из раны потекла темно-розовая жидкость, пачкая его белоснежный мех. Аластор слегка удивился тому, что кровь не привычного красного цвета, а именно розового, но, в целом, это не имеет значения. Наклонившись к нему, Радио-демон слизнул языком выступившее количество крови. Энджел прикусил нижнюю губу, но все равно протяжный стон вырвался. Сам не зная, почему, но ему нравилась эта боль, нравились щекочущие прикосновения его языка. — Хм… — Аластор был таким немного озадачен, но, тем не менее, это ничего не меняло. — Ты что, мазохист? — А ты, я так понимаю, садист? — повернув голову на девяносто градусов, ухмыльнулся Энджел. — Раз так, то не мог бы ты продолжить? — Пф, — фыркнув, закатил глаза демон-олень и лизнул лезвие ножа, немного испачканного в крови паука. — С радостью, мой сладкий.       Аластор подсел ближе к паучку-соблазнителю. Проведя ладонью по его животу, он плавно переместил ее на грудь паука, а затем потянулся к его тонкой шее. Он снял с нее чокер и отложил в сторону. Радио-демон оставил небольшой след на его шее, обойдя стороной все артерии, и коснулся языком раны до того, как пошла кровь, слушая, как паук приглушенно простонал. Сам Энджел чувствовал, что скоро кончит. Никто еще не доводил его до пика наслаждения одними только прикосновениями. Аластор сделал еще несколько порезов в некоторых местах, розоватую кровь из которых он тут же слизывал, словно это была вовсе не кровь, а какой-то сладкий напиток. Для Аластора это на самом деле так и было, ему нравился этот металлический привкус, а также послевкусие от него. Как говорится, каждому свое. В очередной раз демон-олень провел линию вдоль спины, и в этот момент Энджел не выдержал и, громко выдыхая, излился прямо на кровать. — Хм, быстро же ты, — ухмыльнулся Аластор, добавив издевательский смешок.       Ну все, это была последняя капля. Энджел резко повернулся, ловко отобрав у демона железку, и отбросил ее в сторону. Даст повалил демона-оленя на кровать и навис над ним. Чтобы он не вырвался, паук заломил руки Аластора над его головой, прижав двумя своими к кровати. Увидев, как Аластор испуганно и слегка затуманенно смотрит на него, Энджел довольно улыбнулся, так как почувствовал полную доминацию над своим партнером. Приблизив свое лицо к лицу Радио-демона, паук сквозь зубы хрипло прошептал: — Ах ты сучка… — обняв его за шею, он опалил ее своим горячим дыханием. — Ты ведь поспособствовал этому. — Не моя вина в том, что ты такой вкусный, — Аластор облизнул губы, на которых остались небольшие капли темно-розовой жидкости, проведя внутренней стороной ладони по его щеке.       Энджел фыркнул, после чего резко и грубо поцеловал его в губы, проталкивая свой язык в рот демону-оленю. Он сразу же ощутил там легкий вкус темно-розовой жидкости, языком он прошелся по стенкам его рта, слизывая оставшиеся капли собственной крови. Пристрастие к этому заразно, как оказалось. Уши Аластора немного подрагивали в предвкушении предстоящего веселья. Двумя свободными руками Энджел потянулся к ушам Радио-демона, тем самым как бы уняв волнение их хозяина, и вновь начинает их трогать, но уже с некой заботой: мял его оленьи ушки, игрался с черно-красной шерстью, пропуская ее через пальцы. Недовольный этими действиями Аластор пробубнил что-то невнятное через поцелуй. Даст наконец оставил его уши в покое, одну руку переместил в «зону бикини» демона-оленя, где уже образовался твердый стояк. Почувствовав, как до его эрогенного места дотронулась рука паучка-соблазнителя, Аластор от неожиданности сильно дернулся, в результате чего подался вперед и случайно ударил своими рогами Энджела по голове. — Ай! — зашипел паук, схватившись рукой за голову. — Слушай, Аластор, я вырву твои рожки, если не будешь аккуратнее! — Я тебя сейчас этими рожками выебу, если не продолжишь! — заливаясь краской, злобно прорычал демон-олень.       Энджел был не против предложения насчет рогов, БДСМ-игрушками он достаточно давно не баловался, но все же решил не злить Аластора. Поцеловав Радио-демонa напоследок, оттягивая его нижнюю губу, он сладко прошептал: «Теперь моя очередь пробовать тебя на вкус». Даст ловко расстегнул ширинку его брюк и стянул их с него. Когда последний элемент одежды был снят, паук лизнул кончиком языка набухшую головку довольно большого члена Аластора и тут же услышал его протяжный стон. Сделав пару движений рукой вверх и вниз, демон взял в рот его орган и начал делать очевидные действия, слушая, как Радио-демон глухо рычит и стонет. Однако, продолжалось это недолго, уже через пару минут Аластор подорвался с места, не выдержав того, что с ним вытворяет этот развратник, насколько бы приятно ему не было. Резко впиваясь в его губы, лобзанием нежным он повалил Энджела на кровать. — Хэй, это нечестно… — на выдохе проговорил Даст, положив две руки ему на щеки. — Ты игрался со мной дольше. — Закрой свой шаловливый ротик, — оскалившись, хрипло прошептал демон-олень.       Аластор стянул с Энджела мини-юбку, следом последовали его сапоги. Развернув паучка-соблазнителя к себе спиной, Аластор бесцеремонно вошел в него, сразу почувствовав тесность. Энджел довольно выгнулся, тихо застонав. Придерживая Даста за талию, демон-олень приглушенно рычал и иногда издавал странные звуки, похожие на помехи радио. Аластор, взявшись рукой за его длинные белые волосы, тянет их на себя, в результате чего Энджел невольно запрокидывает голову назад. Целуя паука в его влажные губы, Аластор с полминуты смотрел ему в глаза, так и не убрав с лица свою улыбку. Вид раскрасневшего и слегка подмятого под ним Энджела с затуманенным взглядом вызывал в Радио-демоне зарождающуюся в груди волну эмоций и чувств: умиление, нежность и желание отодрать его во все дыры и не дыры здесь и сейчас. Оглядев лицо Аластора, Энджел глубоко вздохнул, пытаясь набрать в легкие больше кислорода, но из-за постоянных стонов, срывающихся с губ, сделать этого ему так и не удалось. Ох, эта дьявольская улыбка сводила паука с ума, но в то же время ему очень хотелось стереть ее с лица Аластора.       В комнате становилось жарче. Сухой воздух сдавливал стенки горла, без того мешая нормально дышать. На оголенных участках кожи демонов появилась липкая испарина. Порой Даст неосознанно сжимал член демона-оленя, возводя того в состояние эйфории. На минуту Аластор вышел из Энджела, а после поставил его так, что пятая точка паука была слегка приподнята. Обведя языком его анальное отверстие вокруг, Аластор вновь вошел в него, но уже не так осторожно, а более грубо. Иногда срываясь на крик, Энджел прерывисто дышал и комкал в руках простыни кровати, пытаясь таким образом не закричать во все горло одновременно от боли и наслаждения. Пытаясь уловить его бешеный ритм, Энджел все больше начинал думать, что такими темпами он точно сдохнет, но еще не решил, от чего именно: от перевозбуждения или же оттого, что Аластор долбит его уже которую минуту и, казалось бы, скоро порвет его анус.       Вдалбливая тело паучка-соблазнителя в кровать, демон-олень полностью растворялся в чувствах, сильнее насаживая Энджела на свой член. Резкий толчок — Аластор вошел до самого основания, задевая внутренние органы паука. Энджел приоткрыл рот, и наружу вырвался хриплый стон вперемешку с болезненным криком. Даст обхватил свою шею одной рукой, воздуха чертовски не хватало. Влюбить Энджела в себя с первого взгляда этому маньяку удалось: его всегда привлекали властные мужчины с милой, по его меркам, внешностью, вот только паук сомневался, что Радио-демону удастся его удовлетворить, но теперь никаких сомнений не осталось. Так нагло, грубо и нахально его еще никто не брал, даже самый грязный извращенец был с ним в разы «нежнее» и даже на минуту мог растеряться, услышав лишь один его жалобный писк. Но Энджелу это нравилось. Нравилось это острое приятное чувство, когда в него грубо врезается горячий член Аластора и чуть ли не рвет там все внутри, что было странно, ведь раньше мазохизм такой силы Энджел за собой не замечал. Нравилась эта боль, сводящая спазмами низ живота, заставляя при этом дрожать и не двигаться. Нравилось желание ощущать Аластора каждой клеточкой своего тела. Похоже, Аластору тоже это нравилось. Совершая резкие и грубые толчки, Радио-демон часто и рвано дышал, пытаясь ухватить больше воздуха. Чувствуя, что скоро кончит, Аластор начал сбавлять темп. Энджел, собрав последние силы, приподнялся и вытянул руку вверх, заставляя демона-оленя наклониться. — Все хорошо? — подаваясь вперед, обеспокоенно спросил Аластор. — Да... — тихо произнес паучок-соблазнитель, притягивая Радио-демона к себе за шею, а затем нежно целует его. — Аластор, прошу, не останавливайся.       Радио-демон не был уверен в том, что Энджел находился в том состоянии, чтобы продолжать. Но, услышав в тоне его голоса нотки твердости и решительности, все же решился на это. Так хотелось расстянуть эту жаркую ночь еще на несколько минут, но увы, конец настиг обоих демонов. В последний раз томно вздохнув, Аластор вышел из Энджела, и они оба кончили на пол.       Развернув Даста к себе лицом, Радио-демон поцеловал его, притянув паучка-соблазнителя к себе за талию. Резко подавшись вперед, Энджел быстро ответил на поцелуй, сильнее углубляя его и яростно сплетаясь с ним языком. Не разрывая поцелуя, демоны вместе упали на кровать, наслаждаясь приятными судорогами. Тишину разрывало их громкое и ритмичное сердцебиение. Энджел и Аластор пытались дышать как можно тише, стараясь прислушаться к нему. Эти звуки их успокаивали и даже немного клонили в сон. Тут Энджел о чем-то задумался, часто вдыхая и выдыхая, и спустя пару минут выдает: — У тебя что, был такой сильный недотрах? — приподняв бровь, хмуро спросил Даст. — Кхм, че? — Аластор даже подавился воздухом от такого заявления. — Энджел, я что, так сильно тебя рогами ебнул, раз ты несешь подобную херню? Я заказал тебя потому, что не знал, как еще заставить прийти сюда! Неужели ты еще не догадался, что я люблю тебя? И я всегда добиваюсь того, чего хочу. — Ммм, — задумчиво проговорил Энджел, приложив два пальца к подбородку. — Это, конечно, мило и все такое, но... блять, Аластор, ты в курсе, что ты псих?! — паук наигранно возмутился и дал тому подзатыльник, а затем потянулся к телефону, что лежал на прикроватном столике. Взяв его в руки, он приложил его к уху. — Алло, это психушка?       Аластор засмеялся и выхватил из рук Даста телефон, отбросив его в сторону, после чего заключил паука в объятия. Утыкаясь носом в его грудь, Энджел пробурчал что-то непонятное, наверное, даже сам не разобрал, что именно. Энджел поцеловал Аластора в области ключиц и яремной ямки, растворяясь в теплых и приятных объятиях Радио-демона. Аластор ухмыльнулся и провел рукой по его волосам, а затем, немного склонившись, сладко прошептал ему на ухо: — Зачем мне этот здравый рассудок, если у меня есть ты?