Я все равно тебя побью.

Наэко была необычной девушкой. Она не была, как остальные японки: не была стеснительный, была чересчур борзой, с парнями общалась свободно. И внешность не японская. И причуда у неё была сильной: при ударах она выпускала импульсивные волны и какие бы удары она не совершала и не получала - ее кости не ломались. Прочные кости и импульсивные удары. Бакуго она бесила. Бесила своей дружелюбностью, своей самоуверенностью. И своей дерзостью. Сколько раз она смела своим низким тоном затыкать ему рот и уходить победителем. Наэко была лучше всех, даже Яойрозы. Пусть она на втором месте после первой, но даже она знала, что знаний у неё больше, чем надо. В основном синеволосая прокачивала свою технику боя, свою физическую способность и свои кости, а вторую причуду она не трогала. Её успех зависело от самой её, не от причуды. За это её все и уважали. Даже Бакуго в глубине души, но он не хотел это признавать. Его целью была лишь победа над соперниками. Только после парка их отношения поменялись.

***

Девушка лежала в койке и смотрела в потолок. Как так? Откуда бы она не падала, с какой бы силой её не били, её кости не ломались, совсем, даже трещин не было. А со встречей ному... Он сломал ей несколько рёбер и руку, когда спасала Бакуго от его удара. Впервые она испытала такой страх, ТАКУЮ боль. Дышать было больно, да и от страха она, кажется, совсем забыла, что такое дыхание вообще и что оно нужно для жизни. Она даже не могла кричать от боли, она просто застелила разум, тело отказало слушаться и не давало возможность кричать. Она только слышала крики. Чей-то крик. Но все было словно под водой. Как в детстве, когда она спряталась ото всех. Но владельца голоса она не увидела - боль застелила глаза тёмной пеленой и вскоре героиня отключилась. Как оказалось, на пару дней... Бакуго не мог найти место, его парализовал на тот момент внезапный страх за жизнь. Не за свою, а за Наэко. Какого хрена эта дура полезла!? О чем она вообще думала!? - ругался на себя и на неё Бакуго, когда девушку доставили в больницу. Он не пошёл в школу, а остался в больнице и ждал, что ему скажут врачи. Он помнил ее глаза, наполненные страхом. И помнил, как сам за неё боялся. Боялся... Что больше не будет его противника, этой бесящей особы, с которой он всегда хочется встретиться, показать то, что он умеет и заставить сказать её, что он достоин её внимания. И Бакуго ждал. Наэко услышала какой-то шорох слева. Она чуть повернула голову и увидела Кацуки, спящего, голова которого лежала на сложенных под ней руками на кровати. Она никогда не позволяла себе нежностей. Она не плакала уже несколько лет. Но на тот момент... Её что-то заставило выпустить несколько слез. То ли осознание того, что она чуть не умерла, то ли из-за неожиданной заботы от, казалось бы, надоедливого Кацуки. Она дёрнула здоровой рукой и слегка коснулась его волос. Колючих с виду волос, которые оказались очень даже мягкими. Ей всегда хотелось их потрогать. Вот и выдалась возможность. Блондин чувствовал, как его волос слегка касаются, но не двигался некоторое время. А когда девушка убрала руку, он чуть повернул голову к ней и приоткрыл свой глаз, смотря на неё не очень-то довольным взглядом. Ревёт. Не любит он ревущих. - Чего ревешь? - хриплым и измученным ненавистным беспокойством спросил бомбардир, а девушка усмехнулась и стёрла слезы. - Просто до слез рада видеть цветы, я их так люблю, - попыталась выдавить из себя улыбку, но тут же скривилась в больной гримасе. - Серьёзно, - с требованием выдал белобрыс, не отрывая взгляд от девушки. Она молча прикрыла глаза, а он встал с кровати и уселся удобнее на стул, потянувшись. Тело затекло, положение было не из самых удобных. - Может из-за осознания того, что чуть не умерла, - совсем тихо сказала она. - А может из-за того, что я тронута твоим беспокойством. - Ц, - недовольно он цыкнул, скрестив руки на груди и отведя голову в сторону, хотя на его щеках появился совсем лёгкий румянец. - Я пришёл сюда только по просьбе придурков из класса, дура безбашенная. - Придурок взрывной, - в отместку фыркнула без обиды и без злобы синеволосая, приоткрыв глаза. Но потом улыбнулась, посмотрев на парня. - Эй, - позвала она его и парень посмотрел на неё, - не смей даже списывать меня со счетов. На лице Кацуки тут же расплылась довольная, коварная и кровожадная улыбка, которую всегда получала при каждом вызове девушка - Я тебя все равно побью, - заверила она, дернувшись от боли. - Как только выйду из этой канторы. - Мы ещё посмотрим.