Воля случая

      Мидория ходил с мамой по магазинам уже около трёх часов. Парень устал и хотел есть, но Инко была неутомима и всё завлекала сына одеждой, которой, по мнению самого Изуку, у него было предостаточно. — Изуку, смотри! Мне кажется, что эта футболка будет прекрасно на тебе смотреться! — увлечённо воскликнула женщина, не замечая состояния парнишки. Тот вздохнул. — Мам, мы ходим по магазинам уже больше трёх часов, я хочу как минимум есть, а не новую футболку, — жаловался Изуку. — Милый, я понимаю, но мы впервые за полгода выбрались в центр Токио! Вечно то тебя нет дома, то я в командировках! Я хочу побольше времени провести здесь, — чуть ли не плача, произнесла Мидория-старшая. — Тогда давай я схожу в кафе, поем, а ты продолжишь отдыхать? — предложил он матери. — Ты что, Изу? Во-первых, с тобой может столько всего случиться, пока меня не будет рядом, а во-вторых — я не утащу все эти пакеты одна! — протестовала женщина, указывая на огромные мешки с покупками в руках сына. — Вещи можно положить в камеру хранения, и ты это знаешь. — Хорошо, но я волнуюсь! — Мне уже давно не семь лет, чтобы водить меня за ручку. Тем более, я больше пяти лет занимаюсь боевыми искусствами, и весьма успешно. Всё будет в порядке! — горячо уверял её Изуку. -… Ладно, иди. Но через час встречаемся возле фонтана! Вот деньги, не покупай ничего очень вредного, — согласилась Инко с доводами её сына. — И ещё, положишь вещи в камеру. — Хорошо, я не забуду.       Отойдя от матери, Мидория направился к камерам хранения вещей. Сгрузив в шкафчик все пакеты и заперев его, он положил ключ в карман и пошёл к эскалатору, дабы подняться на фудкорт. Парень сразу же посчитал, сколько йенн ему отвели на обед. «Ого, да она прямо расщедрилась! Две тысячи! Как же я поем!» — думал Изуку, выбирая кафе, которое сегодня обогатится за счёт Мидории Изуку. Остановился он на заведении с вывеской «Здоровая пища» и купил там чашку риса, овощное карри и мятный чай. Поставив поднос на стойку и сев на стул, он тихонько сказал «итадакимас» и принялся за еду. Когда он доел карри до половины, за стойку подсел парень примерно его возраста. Одна половина волос у него была белая, а другая — красная, и это сразу бросалось в глаза. У него на подносе стояла тарелка с лапшой собой и бумажный стаканчик с кофе. Подняв глаза, Изуку заметил, что его сосед с таким же неподдельным интересом рассматривал самого Мидорию. Заметив это, парнишка сначала чуть не подавился рисом, который жевал, а затем и вовсе слишком резко отвернулся к себе. Стул, не выдержав такой пытки, сбросил владельца и упал сам. Половина этажа повернула головы на источник шума, но никто не увидел его, так как этот источник валялся под столом и был смущён до ужаса. Причина его падения пару секунд пребывала в шоковом состоянии, а затем подняла красного Мидорию и усадила его на стул. — Ты не ушибся? — спросил парень. — Н-нет, спасибо, что помог подняться- — Тодороки. — Спасибо, что помог подняться, Тодороки-кун, — произнёс Мидория и начал увлечённо поглощать недоеденный карри. — А как тебя зовут? — спросил Тодороки. — Мидория Изуку, — ответил парень. — Почему ты решил встать со стула таким оригинальным способом? — Я случайно. Прости за беспокойство. — Ничего, не волнуйся. Ты один гуляешь? — Нет, я с мамой, но она отошла. — А, понятно. — А ты, Тодороки-кун? — Я один. — Ого, твои родители уже отпускают тебя в такой большой центр одного? — Отцу на меня плевать. Против была только старшая сестра, но я быстро её переубедил. — Ах, я задел тебя за больное место? — Вовсе нет. — Ты не в ладах со своим отцом? — Не хочу грузить тебя своими проблемами. — А, извини. Ты любишь собу, верно? — переключился Мидория, обратив внимание на поднос собеседника. — Да, мама частенько готовила мне её в детстве. — Она, видимо, очень заботливая. Моя тоже очень обо мне беспокоится. Она даже не хотела отпускать меня в кафе одного! Тодороки внимательно слушал его. Мидория говорил очень эмоционально, отчаянно жестикулируя, и Шото нравилось смотреть на него во время монолога. Настолько, что он потерял нить разговора, а когда очнулся, то Изуку уже молча смотрел на него и улыбался. — О, прости, я заслушался. Просто у тебя очень приятный голос, — смутился Шото. — Ничего. Я просил обменяться номерами, ты не против? — повторил зеленоволосый. — Да, конечно. Давай свой. После обмена они разошлись. Изуку побежал к камерам хранения с вещами, а Тодороки — в свою излюбленную кофейню, осмысливать произошедшее. Никто из них даже подумать не мог, что уже этой весной они встретятся на экзамене в лучшую Геройскую Академию в Японии, но это уже совсем, совсем другая история…