Alice and the Cheshire Cat

Where is the wonder where's the awe Where's dear Alice knocking on the door Where's the trapdoor that takes me there Ночь покинула Страну Чудес, и алый рассвет озарил пустошь теплым золотом. Розовый свет скользил по сухим деревьям, окутывая дымом круглые холмы предгорий, очертил острые башенки замка Червонной королевы. Вдоль дороги шагала девушка… Она здесь чужая. Конечно, первое, что выдавало её, это внешний вид, совсем неподходящий для такого места, как Страна Чудес. Выглядела она хуже дьявола: криво обрезанные волосы висели сальными сосульками, глазные впадины и веки накрашены густой черной краской (от этого, изумрудные глаза казались ещё зелёнее). Когда-то голубое платьице, превратилось в серые лохмотья, а белоснежный передник сегодня утром ей пришлось обменять на кусок ветчины. Мейбл Пайнс выглядела устрашающе, жизнерадостная девочка давно умерла. Теперь от неё не пахнет карамелью, теперь лишь запах женского тела, немного пота и кровь, вполне привычное сочетание. В её карманах больше нет ирисок, заколок и ярких наклеек, такие бесполезные вещицы заменили баночки с ядом. Всему приходит конец… Страна Чудес выбила из хрупкой девушки всю человечность. Оружие при себе она тоже имела. Цилиаль — её большая гордость. Двуручный меч, эльфийской работы, с красивой резной ручкой. Многие называли его истинно женским, он был лёгким, красивым, острым, словно лезвие бритвы. Один взмах способен разрубить доспехи. Мейбл любила этот меч, считала его единственным другом, возможно, спасителем в этом опасном мире. За долгий год проживания в Стране Чудес девушка научилась пользоваться столь опасным предметом. Ливень настиг её в дороге. Сначала поднялся сильный ветер, прямо-таки ураган, порывами развивая волосы и подранную юбку, сеча лица листьями и веточками, сорванными с деревьев. Мейбл торопилась, с севера двигалась огромная серая туча. Промокнуть не входило в её планы. Она завернулась плащом, надела капюшон. Между деревьев воцарилась тьма, освещаемая частыми ударами молний. Неужели, хозяин вернулся домой раньше положенного срока? Пайнс скривилась, неужели, уже прошло три дня? Она неправильно рассчитала часы? Сколько ещё нужно идти? Замок королевы уже близко, успеет ли она добраться прежде, чем он найдет её? Глупости, он уже нашел её. Страна Чудес — это весьма двуличное место. Днём здесь царит радость и счастье. Жители не боятся выходить на улицу. Поют, развлекаются и танцуют, но стоит хозяину вернуться домой, радужная страна превращается в мрачное место. Обитатели закрывали ставни, запирали разноцветные дверки, выключали свет и сидели тихо, словно мыши. В Стране Чудес Мейбл называли Алисой. Сначала это забавляло, даже льстило, но сейчас жутко раздражало. Мейбл фыркает и принимает решение повернуть назад, к деревне, переждать там, согласно договору, сельских жителей он не тронет. Пошёл дождь, сухая почва после летней суши, наконец, смогла напитаться водой, дорогу развезло. Мейбл грязно выругалась, надо же, такие чудесные, мягкие, кожаные ботиночки явно не были готовы к встрече с непролазной грязью. Подошва отклеилась. Теперь только выкинуть, а после просить у него новые, с языком, как он любит. Туман и испарения не позволяли нормально видеть, очертание пряничных домиков размазались, походили на небольшие горки, пахло сыростью. Деревня «Сахарные угодья» выглядела мертвой. В стойлах не было привычных фиалковых коров, единороги не привязаны к коновязи, леденцовые окна закрыты. Стучит в дверь, долго ждет ответа, копаясь в сумке. На веранде копошение, через трещину в стенке замечает женщину и мальчика. — Уходи, Алиса! — кричат трусливые люди, Мейбл недовольно цокает, закатывает глаза. — Вот, как! —  говорит устало, — на прошлой неделе я лично прирезала червя, пожирающего скот! Здорово вы мне отплатили! — Не сравнивай червя с демоном! — Переходя на тон выше, говорит женщина, а мальчик на её руках начинает вопить от страха. — Он запретил впускать тебя, мой муж уже помог тебе помнишь? И погиб! — Ах, ну что же. — Уже тише сказала девушка, пиная дверь со всей силы. — Нам жаль тебя Алиса, но у меня ребенок! Мейбл перестает злиться, успокаивается. Верно ведь, винить их не за что. Они всего лишь скот, просто бесхребетное стадо, созданное для послушания. Однако, стоило ей выйти за пределы крендельковой оградки, как жительница раскрывает дверь. Вид у неё ужасный. — В конце деревни, есть старый амбар, там тепло и сухо, в поилке для скота есть вода. — Спасибо! — проговаривает Мейбл, вздыхая. Она шла по заросшей цветами дорожке. Эти цветы, огромные маки, невероятной высоты она ненавидела больше всего. — Алиса, — шептали растения, клонясь к ее голове, хватая ее за волосы. — Алиса, Алиса, милая Алиса. Мейбл, не раздумывая, хватает меч, бьет на отмажь одной рукой, срубая стебель большого цветка. — Он здесь, он найдет тебя Алиса. — кричит цветок падая на землю. Из отрубленного стебля течет черная кровь. Рубит ещё раз, а злость закипает в венах. — Да пошел к черту ваш хозяин! — Резко говорит Пайнс, разворачивается, срубая последнее соцветие. Вокруг неё кровоточат обрубки, а сама девушка перепачкана кровью брезгливо морщиться. Темнело. Журавли улетели, их курлыканье утихло вдали. Успокоился ветер, закончился дождь. Амбар был обычным амбаром: высокая деревянная крыша, подпертая несколькими балками, разбросанная солома, стог сена, и длинная поилка полная воды. Отличный ночлег. Мейбл снимает мокрое платье, перекидывает его через бревно, разувается, кожаные ботинки летят к ножнам, остается в лишь в нижнем белье и полосатых чулках — единственные остатки ее прошлой, хорошей, девичьей жизни. Залезает в поилку по шею, холодная вода раздражает небольшие порезы, кожа покрывается мурашками. Мыла с собой у нее не было, зачем занимать лишнее место? Её дорожная сумочка и так не особо вместительная, а ведь туда должна поместиться провизия, монетки и карта. Минута спокойствия, Мейбл погружается с головой, всего на минуту, и вода окрашивается в красный. Слышится мурчание кота. Пайнс выныривает из воды, осматриваясь по сторонам. Хлопают двери амбара, на улице снова начинается гроза. Глаза девушки расширились от страха и ненависти, вылезла из воды, первым делом поспешила к мечу, на одежду ей пока все равно, главное вооружение. — Алиса! Милая Алиса, моя маленькая утренняя звезда! — Мурлыканье усилилось, Мейбл сглатывает, берёт себя в руки, сжимая рукоять обеими руками. — Замолчи! Краем глаза замечает светлую макушку, свист лезвия и глухой смех. — Алиса! Милая Алиса! — Покажись! Нет настроения терпеть твои игры. Мейбл чувствует его прикосновения на своем плече, холодные пальцы мнут мягкую кожу, Пайнс бьёт с разворота, опять мимо. В её голове всплывает единственное верное решение — бежать, схватить плащ и бежать, как можно быстрее. — Я уже поймал тебя, не сбежишь. Он возникает перед девушкой, как всегда идеальный. Кошачьи уши немного дергаются, а желтое одеяние оголяет плечо. В этой глупой игре, у каждого участника своя роль, Билл Сайфер в этом мире — Чеширский кот, а ведь и вправду, они стоят друг друга. Дикий оскал, присущий только Сайферу, жёлтые глаза с узким зрачком, даже привычка появляться из неоткуда, Билл лучший актер. Мейбл делает шаг назад, внутри кипят эмоции, зашкаливает адреналин, но лицо её спокойно, равнодушно. Если не реагировать, он закончит все быстро. — Эх, я снова тебя нашёл. — Билл подходит ближе, когтистой рукой берёт её за подбородок, вторая рука держит спину, не позволяя беглянки отстраниться. — Ну, что это? Разве твои махания похожи на настоящие удары? Почему ты сомневаешься? Неделю назад ты была ловчее, заболела? А? Звездочка? — Устала, — девушка опускает голову. — Твои цветы действуют мне на нервы, пусть они будут хоть немного тише… — Если уничтожу каждый цветок в Стране Чудес, станешь послушнее? — Он сжимает её спину жестче, ещё немного и сломаются кости. — Ты же знаешь условия договора! — Обиженно бросает Пайнс. — Да, да. — Сайфер наклоняется, облизывает мочку уха, Мейбл болезненно охает, краснеет, но держится. — Тебе дается три дня, чтобы сбежать из этого мира. Выход в замке Червонной дамы, на третий вечер, третьего дня, я имею право тебя искать. Если ты не доберёшься до цели прежде, чем я найду тебя, мне достается награда, в форме… — Он театрально, кашляет, — а ты Алиса, возвращаешься обратно, на линию старта. — Может хоть раз поддашься? — Просить его бесполезно, девушка это знает. — Меня ведь ждут дома… — Дома нет, милая. — Билл смотрит ей прямо в глаза. — Странногидон поглотил землю, создав аномалию которую даже я не смогу контролировать, ты должна быть благодарна мне за спасение. Она изворачивается, бьёт эфесом меча, прямо в лоб демону. Сайфер шипит, бросает её на деревянный пол, потирает рану. Его кровь намного темнее, чем её собственная и пахнет иначе. — Ну, разве это рана! Звездочка, ты расстраиваешь меня. — Я хочу тебя успокоить, — отстранённо говорит Мейбл, отворачиваясь. — Не прикасайся ко мне. — Тебе ведь самой нравится, признайся Алиса… — Меня зовут Мейбл, и ты это знаешь, так что, прекрати. — О, конечно я знаю твое настоящее имя, но позволяю произносить его только в постели, так, что если хочешь услышать его, перейдем у делу. — Подожди, — она отворачивается от его губ. — Билл, мне нужна новая обувь. — Снова? — деловито приподнял бровь, усаживаясь на солому. — Это уже третьи за месяц…. Ладно, что-то ещё? Пайнс задумалась, нет, снова проделывать те извращения ради нового платья она не собирается. — Нет, пока только обувь, платье ещё можно носить, да и чулки пока целы. — Хорошо, условия ты знаешь, — его тон не терпит возражения, а на тонких губах заиграла садистская улыбка. Девушка вздохнула, опустилась на колени, подползла ближе. Изрезанные руки девушки развязали пояс на его одежде, обнажив мужской торс, острые ноготочки прошлись по очертаниям мышц, Сайфер довольно хмыкнул, а кошачьи уши прижались к волосам. Мейбл не первый раз проделывала это, прекрасно оценивая дальнейшие действия. Показался возбужденный орган, к его размерам девушка давно привыкла, так что, не удивилась, провела языком по своей ладони, опустила руку на его член, без доли стеснения задвигала ею. — Расслабься, — улыбнулся он, горячо дыша прямо в шею. — Ты, словно робот, это же секс, добавь немного чувств, Алиса. Чужое имя режет слух, девушка опускается ниже, целует багряную головку, Сайфер смеётся, Мейбл вбирает её полностью, выбивая у Билла рычание и дрожь. Демон покраснел сам, нет смущение здесь ни при чем, во всем виноват раскалённый жар её тела, красивого ротика, мягких губ. Обвела языком основание, водила по всей длине. Вцепившись в короткие волосы, откинул голову, блаженно засмеялся. — Помню твой первый минет, Звездочка, ты была так неопытна, зато сейчас, наблюдать за тобой одно удовольствие. — Перефтань, — замычала она, одарив демона недобрым взглядом. — Это рафдавает… Билл останавливает её, распухшие губки так и манят. Демон вовлекает её в поцелуй. Мейбл садится на колени Сайфера, ластится словно кошка, забывая все законы приличия. А ведь ей недавно исполнилось лишь семнадцать, ничего, Билла это совершенно не пугает. Она пришла к нему совсем невинным подростком, а он превратил её в настоящую женщину. Злобную, жесткую и бойкую. Что же ещё можно пожелать? В её глазах нет желания и запала, лишь скука, смешанная с безразличием. Тело девочки здесь, а ее разум далеко за пределами Страны Чудес, вместе с покойным братом, дядями и друзьями. — А-ли-са. — Сухие губы целуют шею, оставляют мокрую дорожку от ключицы до небольшой груди, ему всегда нравилась её грудь. Небольшая, аккуратная, с немного розоватыми сосками. Сайфер всегда не понимал влечение мужчин к огромным бидонам, вот же перед ним идеал женской красоты, немного покрасневший, слегка костлявый — идеал его грязных фантазий. — Зачем ты запугал сельчан? — Спрашивает она. — Неподходящие время для разговоров… Давай поговорим позже? Он всегда уходил от разговора именно так, а на утро, после жаркой ночи, исчезал, стоило ей открыть глаза. Демон поцеловал бусинку сосков, укусил, зеленоглазая шумно выдохнула, закрыв глаза. Они поменялись местами, теперь ведёт Сайфер. Уложив её на мягкую солому, поцеловал плоский живот, спустился ниже, провел рукой, поглаживая обратную сторону бёдер. Мейбл закусила губу и захрипела, зажмурилась. — Звездочка, — он выдохнул, — ну почему ты постоянно закрываешь глаза? — Ты выглядишь слишком хорошо, — признается она, — надоело краснеть… Смазанный поцелуй и пальцы внутри девушки, Пайнс стонет прямо в губы демона. Билл делает это медленно, даже ласково. Дабы не навредить, не поцарапать, столь желанную плоть, хотя кровь может быть хорошей смазкой, почему бы не поэкспериментировать? Гром заглушил её крик. Шатенка выругалась, внутри режет боль, чувствует, как вытекают капельки крови. — Ну точно, извращенец! — Какой есть. Оставил пару засосов на плечах и шее, наконец вытащил пальцы, постыдно развел ноги. Навис сверху. Вошёл медленно, растягивая удовольствие. — Прости, Звездочка, — сдерживаясь произнёс Сайфер. — Если бы не наша игра… Я бы взял тебя на кровати, солома слишком проста, для такой девушки, как ты… — Неужели, это признание Сайфер? Демон улыбнулся прямо, как кот из старой сказки. — Я весь твой, Мейбл. Она раскрыла глаза. Зеленую радужку заволокло желание. — Тогда не сдерживайся. Ритм усилился, Мейбл застонала громче, демон взял её за бедра, оставляя кровяные подтеки, целовал каждый сантиметр её мокрого тела. Она выгнулась последний раз, перед тем, как провалиться в пустоту. Солома колола голую спину, от неприятной боли Мейбл проснулась, рядом с ней лежал Сайфер, выглядел он достаточно умиротворенно. Настал новый день, время восстановилось. Встала, заметила рядом с собой новое платье, белоснежные чулки и кожаные сапожки. Медленно одевалась, закрепила ножны на спине. — Уходишь, а как же полежать вместе? — Съязвил он. — Успеется. Мне нужно идти. — Значит встретимся через три дня? — Да… Надеюсь это будет кровать, Билл…