Two strips, оne big Stress and Love for a dessert

*** - Папа! - Воскликнул радостный Чонсу, с высоты своего малюсенького роста роняя бедную, измучавшуюся собачку бабушки на ковёр. Эмоции на пухлом личике менялись с запредельной скоростью, вроде бы, мальчик только что сиял от счастья, увидев отца, но секунду спустя, уже надрывно плакал, прижимаясь к груди взволнованного Чонина. - Он очень скучал, а ты даже не звонил, - укоризненно произнесла мама Чонина, собирая разбросанные игрушки по гостиной, - что ты за отец? Рад был избавиться от сына? Распутничал, наверное, опять. Когда ты уже за ум возьмешься? И кто такая Кенхён? Женщина остановилась, пытливо глядя на сына, который нежно прижимал к себе хнычущего ребенка, успокаивая. - Какая еще Кенхён? - Парень поудобнее перехватил на руках Чонсу, думая, что сам ужасно соскучился по этому маленькому человечку. Сердце горько сжималось от каждого всхлипа малыша, а ведь они с Кенсу так увлеклись друг другом, что совершенно потеряли счет во времени. - Он называл это имя во сне и звал маму, - подозрительно прищурилась женщина, - он всегда её звал, кто она? - Понятия не имею, - Чонин, правда, не знал. Серьезно, какая еще Кенхён? Хотя, постойте-ка. Кен. Хён. Кенсу-хён?! Сердце пропустило удар от осознания того, что мама могла обо всем догадаться, ведь она не спускала с него подозрительного взгляда. - Думаю, мы уже пойдем, нас там машина ждёт. Спасибо, что присмотрели за ним, мам, - миссис Ким хотела было сказать ещё что-то, но непутевый сын внезапно чмокнул её в щеку, свободной рукой мягко приобнимая за плечи, - люблю тебя, мама, папе привет, - быстренько произнес он, отстраняясь и выхватывая вещи малыша с дивана, после стремительно направляясь к выходу, - мы пошли, пока! - Что это с ним? - Недоумевала ошарашенная мать, улыбаясь. Этот ребёнок никогда не проявлял нежности по отношению к родителям, обычно он грубил, злился и красочно просил не влезать в его жизнь, всегда было так, даже после рождения Чонсу, но сейчас. То, как он менялся к лучшему – это, действительно, дарило женщине счастье. И она была уверена, что её сын, наконец, нашёл того человека, ради которого он смог перечеркнуть всё то плохое, что в нём было. – Охх, ну что тут поделать. Только будь счастлив, мальчик мой, - вздохнула она, вспоминая недавний разговор с мужем, который всё-таки заметил покрасневшие губы парней несколькими днями ранее. Боже, этот ребёнок никогда не перестанет удивлять родителей. *** - Чонсу, маленький мой, иди ко мне, - Кенсу нетерпеливо обнял всё ещё тихо плачущего мальчика, мягко отнимая из рук Чонина. До ждал их на парковке, недалеко от родительского дома Чонина. Это бы выглядело странно, если бы он согласился на уговоры Кая и зашёл вместе с ним за ребенком. Наверняка возникли бы вполне ожидаемые вопросы, что не сулило ничего хорошего. Разговор с родителями – момент, который Кенсу хотел оттянуть, как можно дольше. - Мама сказала, что он постоянно звал тебя, и что он скучал без нас, - отчего-то тихо произнес Ким, целуя макушку сына. Кенсу жалобно взглянул во влажные глаза мальчишки. - Мы тебя больше никуда не отпустим, обещаю, - осторожно стирая дорожки слёз с пухлых покрасневших щёчек. Мальчик доверчиво согласился сквозь всхлип, трогая маленькими ручками лицо Кенсу, будто не веря, что родные с ним. - Охх, как трогательно, я чуть слезу не пустил, - взвыл сидевший в машине Исин, который, кстати, сегодня исполнял роль шофера, с неподдельной завистью вздохнул, приговаривая под нос: «тоже хочу семью». - Весь момент испортил, - скривился Чонин, думая, что стоило бы заказать такси, а не соглашаться на услугу вездесущего Лэя, – ладно, поехали домой? - С нас обед, хён, - улыбнулся Кенсу, садясь в машину на заднее сидение, усаживая Чонсу на детское кресло. - Спасибо, что подвозишь. - Да ладно, пустяки, только покорми меня, Кенсу-я. - Спасибо за помощь, дружище, - похлопал по плечу Чонин, усаживаясь на переднее сиденье, - ну, давай, трогай. - Обращайся, - усмехнулся Исин, по-доброму завидуя. Нашёл ведь человек своё счастье, пусть и своеобразное, местами неправильное, вопиюще нетрадиционное, но ведь это такие мелочи, по сравнению с тем, что Чонин обрёл. *** - Ифань? Хён, можно сегодня переночевать у тебя? У меня в гостях злющая тёща, - отчаянно пыхтел Чонин в трубку, несколькими днями позже. Парень стоял на балконе, через стекло косясь в сторону гостиной, где некий Ким Реук баловал его сына, пока его странный друг помогал Кенсу накрыть на стол. Ну, как помогал, мешал, по большому счету. - Нет, и это не обсуждается. У меня гости, не смей тащиться сюда. Вообще, с каких пор ты просишь меня? Сехун, кстати, мне всё рассказал, ты, чёртов мудак, Чонин, как ты мог так подставить задницу друга? В самом прямом смысле, если ты не в курсе. - Да ладно? - Челюсть Чонина благополучно отвисла, и это ровно в тот момент, когда Реук взглянул в сторону балкона. Мужчина брезгливо фыркнул: «не пара моему Кенсу, нет, не пара». - Этот милашка Лухан оказался тем еще зверем. Внешность обманчива, друг мой, а ты, наивный, наверное, полагал, что наш маленький Сехунни будет активом? Не тут-то было. Хотя, кто их знает, может они решили быть на равных правах. - И всё-таки мы их свели! - Перебил младший, победно взмахнув кулаком в воздухе, в ответ цокнули языком. - Сами они свелись, кретин. Ладно, что у тебя там, говоришь, происходит? И почему позвонил мне? - Брат Кенсу приехал в гости и он меня почему-то не взлюбил, - устало выдохнул, потирая переносицу. Несколько часов с Ким Реуком высосало из него всю кровь. Стервозный тип, и каким местом он милый, как утверждал Кенни? - И он приехал с близким другом, если понимаешь о чем я. Этот чувак такой странный, он меня пугает. Мне срочно нужно было выйти проветриться, а тебя набрал просто так, давно тебя не доставал, - Крис на том конце раздраженно что-то бурчал, но Чонин это нагло проигнорировал. - Хён, а Сехун всё ещё дуется на меня? - Он материл тебя два дня, потом боль в заднице прошла, Лухан промыл ему мозги и теперь они счастливые голубки, и ему вообще не до тебя скорее всего. Так что нет, Се больше не дуется, в конце концов, он сам решился на этот шаг, но ты всё равно изви- - Фань, иди кушать, всё готово, - глухо прозвучал подозрительно знакомый мужской голос. Крис нервно кашлянул. - Стой, это что, был Чунмен? - Чонин удивленно охнул. Этот раздражающий голос, который каждый божий день отчитывал их компанию в универе, лишая парней бесценных баллов (кто вообще придумал эту грёбаную систему баллов?), которых итак было не густо. Этот председатель студсовета, правая рука декана, и просто зануда Ким Чунмен готовил ужин в доме Криса?! - Просто заткнись, мне пора, пока. - Ну, ок, - Чонин ошарашенно глядел на контакт Криса, уверенный в том, что эти двое терпеть друг друга не могли. Ну, очевидно, он ошибался. - Эй, на улице холодно, почему так долго? - Тёплые руки Кенсу обвили поперек живота, моментально испаряя из головы разговор с другом. Младший улыбнулся, поворачиваясь и крепко обнимая своего парня в ответ. – Прости за хёна, не понимаю, что это с ним. Он очень хороший, на самом деле, просто, я думаю, что он боится, что всё произойдет, как с Чанелем. - Но я ведь не он, - скрыть обиду в голосе не получилось, на что Кенсу вздохнул, утыкаясь носом в шею. - Постарайся его понять, я ему, как сын, почти что. Он как строгая мамочка, - хихикнул Кенсу, обнимая крепче. -Я это уже понял, - присоединился парень, тихо смеясь в сладко пахнущие волосы. - Пойдем, ужин стынет, - мякго отстранился Кенсу, беря Чонина за руку, легко переплетая пальцы. - И чего вы там застряли? - Реук выглядел грозно, усаживая веселого Чонсу на высокий стульчик. Чонун вился рядом, всячески развлекая до неприличия довольного малыша. Мужчины умилялись любым выходкам ребёнка, словно родные дедушки. - Не ворчи, хён, - Кенсу уселся на свое законное место - рядом с Чонином. Второй, отчего-то, вспомнил день рождения своего сына, где Кенсу сел с Чанелем, и сейчас, видя его у себя «под боком» – это было просто прекрасно, так правильно и тепло, что он вновь загорелся желанием понравиться Реук хёну, во что бы то ни стало. Этот мужчина - семья Кенсу, значит, и его семья тоже. - Реук хён, а чем вы занимаетесь? - поинтересовался он, начиная разговор. До этого допрос был со стороны Реука, и нормального диалога построить не получалось. - Я музыкант, довольно востребованный, между прочим, без меня не проходит ни один мюзикл, - гордо произнес мужчина, - ну, а ты чем планируешь заняться в будущем? - Через год оканчиваю университет, если получится, планирую работать в той же компании, где работает мой отец. Директор в хороших отношениях с папой, и он решил дать мне шанс стажироваться у него, и, если хорошо пойдет, стану официальным сотрудником. В целом, будущий офисный планктон. – Пожал плечами парень, стойко выдерживая пытливый взгляд старших. - Не так давно, до переезда сюда, мне представилась возможность разработать с отцом один проект, и, честно, сам удивился, но мне очень понравилось. Правда, мое поведение тогда было не самым лучшим, и эта работа была чем-то вроде наказания, но я погрузился в неё с головой и неплохо справился. Это оказалось намного интересней, чем я думал. И сейчас, когда у меня есть семья, я буду прилагать все усилия, чтобы они ни в чём не нуждались. - Какие громкие слова. Надеюсь это правда, Чонин-щи, - отозвался Реук, кидая взгляд на Кенсу. - Это правда, честно, я буду стараться изо всех сил, - серьезным тоном подтвердил парень, сжимая ладонь любимого, - я уже нагулялся, даже больше, чем стоило бы, так что не думайте, что я откажусь от Кенсу. Доверьтесь мне, Реук хён. Доверьте Кенсу мне. - Чонин-а, - тихо произнес До, удивленный словам младшего. Удивление мгновенно сменилось всепоглощающим счастьем, растягивая на губах широкую, смущенную улыбку. Глаза блестели, сердце готово было выскочить из груди, душа млела от сказанных слов – это лучше, это намного больше, чем признание в любви. Любовь ведь когда-нибудь остынет, уснёт под гнётом бытовухи, но то, что сказал Чонин – это обещание остаться с ним. Через жизнь вместе. Каждое сказанное слово отражалось в его глазах – они не врут, они не приукрашивают, в них чистая правда. - Я собираюсь познакомить его с родителями в качестве моего парня, очень хочу познакомиться с родителями Кенсу, если это будет возможно. Всё как положено. - Словно вы собираетесь жениться, - подал голос Чонун, округляя глаза. - Почему бы и нет? Я смотрю, вы тоже носите обручальные кольца, - хитро улыбнулся парень, демонстративно не оборачиваясь в сторону порядком офигевшего Кенсу. - За такое дело надо выпить! - Чонун радостно хлопнул в ладоши, наливая в бокалы дорогое вино, – мы обменялись кольцами совсем недавно, в Париже, конечно, не официально, к сожалению, но для нас это был особенный день, да, дорогой? - Ласково обратился он к любимому. Реук выглядел так, словно собирался говорить на эту тему весь вечер. - Эмм, давайте лучше выпьем за встречу, - робко перевел тему До, пока его хён не открыл рот, ведь если его прорвёт, то уже не остановить. Чонин на это только хмыкнул, поднимая бокал и чокаясь с громким: «За встречу!». Ещё рано, да и не подходящий момент, и он ещё не выжил из ума, чтобы прямо сейчас рухнуть на одно колено с предложением руки и сердца. Он прекрасно знал, что Кенни ненавидит такие шокирующие/неожиданные вещи. С ним нужно осторожно, строго наедине и в непринуждённо романтичной обстановке. Скоро, очень скоро, он, Чонин, сделает этот шаг и это без сомнений. В будущем, Кенсу будет его законным супругом (сколько бы сил и времени ему для этого не понадобилось), но до этого нужно пережить разговор с родителями и постараться не разбить им сердца. Но, если встанет выбор между ними, Чонин был уверен – он выберет свою собственную семью.