Кофе с солью

Измайлов просыпается в своей квартире после очередной попойки. Какой по счету за этот месяц, он уже не знал. Да и вообще, не был уверен в том, что он проснулся. Когда Гриша начинал так пить, он путался в днях, числах и неделях. Это очень мешало работать. Как ни странно, парень почти не прогуливал работу. Веселую компанию по сведению друг друга в могилу, ему составила Рыбкина, которая с удовольствием пила водку с соком, виски, коньяк. Все пила. Поэтому девушка тоже начинала путаться в днях. Однако, это не мешало ей приходить на работу каждый день, не всегда вовремя, конечно, но это уже детали и мы их опустим. Измайлов не особо помнил, как вчера доехал до дома, да и вообще, не был уверен, что это было вчера. Помнил, что отвез Рыбкину домой, а потом белый лист. Парень разлепляет веки, в которые, будто специально, кто-то налил свинца и непонимающе смотрит на мокрую футболку, подушку и край одеяла. Потом, медленно переводит взгляд на размытый образ, и видит свою любимую сестренку. Выражение её лица, все ещё оставалось загадкой для только что проснувшегося очнувшегося майора.  — Ника, — прохрипел парень, потому что после попойки голос решил покинуть оперуполномоченного. —Какого хрена?!  — О, нихерасе, ты живой. Я рада, Гринь, — говорит девушка, и скрестив руки на груди смотрит на брата. Гриша полусадится на кровати и пытается сфокусировать взгляд на сестре, однако, от яркого дневного света его начинает тошнить и он закрывает лицо руками.  — Что головушка бо-бо, — наигранно-жалостливым голосом говорит Ника. — Тебе ничего это не напоминает, Гринь? — спрашивает девушка и протягивает стакан с водой и таблетку.  — Напоминает. — отвечает парень и запивает таблетку водой. — Тебя в пятнадцать лет, только ты тогда вообще синяя была. — говорит Измайлов, усмехаясь и вспоминая сестру, в весьма и весьма плачевном состоянии.  — Ты почему не на работе? — спрашивает Ника. — Мне Володя весь телефон оборвал. Гришу пришлось оставить Косте. Я думала, что-то случилось. — сказала девушка, смотря на брата с неким укором.  — Да нет, все классно. У нас просто с Рыбкиной спор, кто первый помрет от количества выпитого. Этот алкомарафон уже длится месяц, мадам не собирается сдавать свои позиции. — разведя руками отвечает Измайлов. — Чёрт, а какое сегодня число? — спрашивает Измайлов, окончательно проснувшись.  — Двадцать шестое, — говорит Измайлова. — Да-да, тебе пора на работу, на которой ты не был уже два дня. — говорит девушка, смотря парню в глаза, попутно убирая тазик.  — А почему мне никто не позвонил. Ни Володя, ни Рыбкина, ни опера? — спросил Гриша, сползая с кровати.  — Наверное, потому что у тебя разряжен телефон? — выгнув бровь, говорит блондинка.  — Блять! — ругается парень и встает с кровати. Было тяжело, но он справился.

***

Рыбкина приезжает к трем часам дня, её состояние оставляло желать лучшего, впрочем, как и внешний вид. Таксист все время смотрел на неё как-то слишком подозрительно, будто приценивался, что если у девушки не будет денег, то он готов взять натурой.  — Тяжелая ночка была? — спросил таксист у девушки, которая прикладывала к голове бутылку с водой.  — А ты что-то дохуя говорливый, как я посмотрю. Закройся, будь другом, — грубо ответила Рыбкина и продолжила смотреть в окно. Состояние так себе, хотелось выблевать желудок, а покурить с утра так и вовсе стало роковой ошибкой. Но плюсом ко всему этому стало не менее отвратное настроение. Пить в компании с Измайловым было весело, с ним вообще всегда было весело, но девушку до сих пор гложил ответ на один вопрос. Если нет — тогда зачем это все? Автомобиль останавливается у отдела, и Рыбкина выходит, жмурясь от солнца. Дежурный и другие сотрудники смотрят на девушку, как на нечто необычное, будто к ним не Алиса Рыбкина зашла, а сама Мона Лиза сошла с картины и пришла из Лувра к ним в отдел. Яковлев, который находился в кабинете оперов и что-то увлеченно им рассказывал о новом деле, надолго выбился из рабочего состояния, провожая неодупляющим взглядом, маленькую фигурку Рыбкиной. Которая по-хозяйки заходит в кабинет, не обращая на начальника никакого внимая и садится к себе за стол, закидывая на вертикальную поверхность ноги.  — Капитан Рыбкина, вы что оху… — не успевает договорить полковник, как девушка прерывает его коротким ответом.  — Так точно, — отвечает девушка и устало откидывается на спинку стула.  — Нет, ну точно демонеют. Сначала Измайлов эту заразу где-то подхватил, теперь тебя заразил. Она что, половым путем передается?! — задавал риторические вопросы начальник. — Вот где Измайлов шляется, Рыбкина? — спросил Володя. — Где вот он шляется?! Ну вы же, наверняка, вместе демонеете и превращаетесь в демонов?  — Да, успокойся ты, Володь, — говорит девушка и морщится от собственного голоса, который покинул её на ближайшую неделю. — Отсыпается человек, не переживай. Тем более, тебе демонизм грозит в первую очередь, Гриша тут обмолвился, что вполне не прочь тебя пару раз… — выждав многозначительную паузу, девушка с громким шлепком приземлила свою ладошку на кулак и проделала это движение ещё несколько раз. Яковлев в силу своей доверчивости сильно удивился и даже немного прикрикнул, под всеобщий смех, но как только начальник взял в себя в руки, все внимание снова было приковано к нему.  — Так, демону своему главному все передашь, когда обратно в Ад будешь возвращаться, — сказал Володя, указывая на Алису. — У нас тут вот, что приключилось. Двое долбодятлов решили поиграть в террористов. Захватывают различные здания с подвалами, в которых даже ваш начальник, Рыбкина, ногу сломает. Заводят туда людей под предлогом квестов-хуестов и не выпускают, пока не получают от всех родных какое-то количество денег. — закончил Владимир, разводя руками. — Так вот, моё начальство поставило меня раком, обещая в следующий раз, отодрать до состоянии вегетативности, сказало мне, если мы не найдем этих петушар, то они поставят раком меня опять, а я от боли, обиды и несправедливости, соответственно, всех вас. — сказал начальник.  — Так точно, Владимир Сергеевич, — сказал Дима Котельников.  — Так ну этот дебил, а вы то чего все молчите? — спросил Яковлев, обводя оперов суровым взглядом.  — Вот такое вот уточнение, а где дело? Ну, там должна же быть хоть какая-то инфа на них, — оживившись говорит Алиса.  — А дело — вот, — говорит Владимир и отдает девушке голубую папку.  — Что, Володь, голубой любимый цвет? — ухмыльнувшись, спрашивает Рыбинка.  — Да, а что? Капитан Рыбкина, отставить! — кричит Яковлев, чем вызывает у всех новую волну смеха. — Так, работать нелюди. — махнув, на оперов рукой сказал Яковлев и вышел из кабинета. Девушка принялась за изучение дела. А изучить тут было что. Два, как выразился Володя, долбодятла и вправду дятлы. У одного их них, который Глеб — рецидив и это значит только одно, когда его возьмут, он будет сидеть очень и очень долго. Второй чуть помладше — Кирилл по прозвищу "мешок". Не привлекался, только пару приводов в полицию. Для того, чтобы стать отбитым психом как-то маловато. В душе девушки зарываются странные сомнения. Дальше интереснее. Эти долбогномы собирали своих жертв в интернете в разных группах, то группа из десяти человек, то из двадцати. Заводили в катакомбы, обещая «увлекательное путешествие в Ад» и запирали их там до тех пор, пока их родные не заплатят. Выбор мест был достаточно разбросанным, то подвал каких-то домов соединенных вместе, а то и вовсе заброшенные здания. И как только люди на это соглашались, большой вопрос. Рыбкина в сотый раз перечитывает дело и пытается сложить картинку в своей голове, получается плохо. Ужасное настроение, похмелье, что может быть хуже? Нет, Алиса имела представление, что может быть хуже, но до этого «события» в календаре было около недели. Гриша появляется слишком неожиданно, опера вновь выпучив глаза смотрят на своего непосредственного начальника, который тоже к слову был не в лучшем виде. Они смотрят друг на друга с Рыбкиной и выходят из кабинета, Алиса берет с собой ту самую голубую папку.  — И что ты на звонки не отвечал? — спрашивает девушка, выгнув бровь.  — Я немножечко уснул и забыл про телефон. — ответил Измайлов, останавливаясь, у автомата с водой. — Что тут происходило. Оргия?  — Да, и ты как обычно все проспал. Знал бы ты, как Володя алфавит мне языком выводил, — девушка даже прикрыла глаза для пущего эффекта.  — Да, на это бы я посмотрел. Как двадцатипятилетняя девушка лежит на столе, а её тело, словно шарик, нализывает полковник полиции в возрасте пятидесяти двух лет. Мне опреденно стоит меньше спать, — говорит Гриша и делает глоток из бутылки.  — Господи, меня и так все утро тошнит из-за тебя, а ты делаешь все, чтобы меня ещё и вырвало что ли?! — усмехаясь, спрашивает Алиса.  — Так, мы с тобой не спали во время нашего алкомарафона, так что не надо. Из-за меня тебя тошнить не может, да и рановато-то для токсикоза. — рассудил Гриша.  — Да лучше бы это был токсикоз, чем смешанный тобою коктейль. На кой-хер ты делал его на основе шампанского? — спрашивает Алиса, чуть притопывая ногой.  — Чтоб дало быстрее, — отвечает парень.  — И не отпускало подольше, — заканчивает девушка. — У нас новое дело, если что. — говорит Алиса, и протягивает Измайлову папку.  — Интересно, что там Володя? Говорил про меня что-нибудь? — спрашивает Измайлов, начиная читать дело.  — Да, говорил, что ты всех заразил демонизмом, уверен, что это передается половым путем и теперь очень трясется за свое дупло. — говорит Алиса, наблюдая, за тем, как парень внимательно читает дело.  — Так, нужно порыскать в интернете об этих квестах, думаю как-нибудь они себя да проявят, и ехать туда. Так, тогда ты — ищешь, а я пойду в архив и тоже покапаюсь насчет этой парочки. Не нравится мне этот Кирилл… — быстро раздал указания Гриша, и они разошлись.

23:48 Ты все ещё на работе? 23:49 Да, все ещё рыскаем в по интернету. Проверили с гоблинами уже около сорока странных квестов, осталось ещё пять. Сейчас проверим их и тоже домой. 23:49 Так, это хорошо. А я вот что нарыл на этого Кирилла, оказывает Кирюша наш не такой уж и святой. 23:50 А я всегда говорила, что в церквях одни гады сидят. Тем более где это видано, чтобы «святой» человек на черном бронированном мерине ездил… 23:50 На этого Кирилла у нас ничего нет. Такое ощущение, что ему высшая сила помогает. Я про того обсоса несчастного. 23:51 Ну и что там на него интересно. Не томи, а то я уже возбудилась. 23:51 Даже так… Ну хорошо, не буду томить, если тебе так невтерпеж… И все же думаю Котельников тебе не откажет. Кирилл-то наш проходил свидетелем по делу Глеба. Думаю, в тот момент наш рецидивист его-то и заприметил. Так что поймать этих дятлов будет очень и очень сложно. 23:52 Отъебись от меня со своим Котельниковым! Ему что премию выдали и он опять тебе за рекламу платит? Так, а это уже интересно, может есть там какие-нибудь точки на которые можно будет надавить? 23:52 Ничего он мне не платит, это чистой воды благородство. Не мучай мальчика, у него уже такие мозоли на ладонях, что смотреть на него больно. Да, если возьмем Глеба в заложники Кирилл сам сдаться, думаю в обратную сторону этот механизм тоже работает. 23:53 Как же ты задолбал меня! Сначала змея, теперь Котельников. Мне уже страшно, что же дальше будет? 23:53 Не переживай, дальше будет только веселее. Когда ещё раз так напьемся? 23:54 Как только поймаем этих уродов — в тот же вечер. Готов, проиграть наконец? 23:54 А что это проиграть сразу? Лисёнок, я в алкоспорте с пятнадцати лет, ты меня не перепьешь, у меня опыт больше. 23:55 Опыта может и больше, вот только сдавать ты начал. Стареешь, Измайлов. А я молодых люблю, вот уйду я от тебя и будешь так же как Котельников — дрочить. С мозолями огромными на руках ходить, и потом тебе даст не самая красивая официантка, из жалости. 23:55 Мать, ты давай это полегче, чего так разогналась. Я же знаю, что стоит мне пару раз поцеловать тебя (не только в губы) и ты моя. Так что не переживай, солнышко, как Дима я не стану. 23:56 Я буду убегать от тебя! 23:56 У меня машина быстро ездит, да и к тому же травмат тоже весомый аргумент, чтобы остановиться… 23:57 И ты будешь стрелять в меня… В беззащитную, хрупкую девушку? Эх, я была о тебе лучшего мнения… 23:57 А ты хочешь довести меня до состояния спермотоксикоза первой степени? Нет, вот и я тогда не буду. Как говориться — если насилуют, то расслабься и получай удовольствие. 23:58 Я запомню, Измайлов. Я домой поехала. Поэтому, сладких снов, Измайлов. 23:58 Не играй на гитаре, а ложись сразу спать. Сладких снов, Алиса…