Глава 21. Приоткрывая занавес.
27 июня 2021 г., 23:06
Ривен в подробностях рассказывал Скаю о том, что сегодня произошло в Магиксе. Казалось, ему это даже нравилось. Он достаточно красочно рассказывал о событиях прошедшего дня принцу Эраклиона, словно его забавляла вся эта очень непростая и запутанная ситуация.
Скай внимательно слушал эту историю, лишь иногда уточняя некоторые моменты произошедшего и кое-какие детали. На самом деле, специалист уже давно знал обо всем этом. Обо всем том, что произошло в Магиксе. Ему уже звонила Айси и поведала о случившемся. Блондин просто не хотел обижать своего друга, поэтому дал ему возможность рассказать свою версию случившегося как стороннего наблюдателя, непричастного к потасовке.
На удивление, красноволосый не сгущал краски и не раздувал из мухи слона, стараясь передать все события такими, какими они были на самом деле. И вот под конец парень выпалил:
— А потом эта рыжеволосая фея разнесла в пух и прах несколько зданий!
Ривен, наконец-то, сел на кровать, закончив свой рассказ, и посмотрел на Ская, ожидая от него хоть какую-то реакцию. Поначалу принц Эраклионский молчал, но, спустя несколько мгновений, все же произнес:
— Да, уж… Впечатляет…
На самом деле, ему было абсолютно плевать на то, что произошло у кафе. Намного больше его волновало только то, что фея огня постоянно крутится там, где ей находиться совершенно не следует. Она как та самая затычка в каждой бочке, которая показывает свое «Я», проникая в каждое отверстие.
Определенно, принц Эраклиона хотел, чтобы эту Блум хорошенько проучили. Показали, где находится ее место в этой жизни. Она заимела весьма дурную привычку лезть своим носом туда, куда его совать совершенно не следует. Сама ведь нарывается на излишние неприятности, но почему-то ей всегда удается выйти сухой из воды.
Ну, почти всегда…
На данный момент ее лишь один раз наказали за ее выходки. Как раз тогда, когда они проникли в Облачную Башню, чтобы выкрасть у Айси кольцо, которое она отобрала у Стеллы. Тогда, правда, рыжеволосая получила наказание от учителей, а не от него или ведьм.
И Скаю такой расклад совершенно не нравился. Специалист планировал исправить это недоразумение, наказав фею огня за все то, что она сделала. Девушку необходимо проучить и показать ей, что нельзя лезть в чужие дела.
— Скай, — обратился к нему Ривен, — ты в порядке?
— Да, — отозвался парень, возвращаясь в реальность из своих тяжелых раздумий.
Он загадочно улыбнулся, обнажая свои зубы. В его голове одна за другой без остановки возникали идеи, каким образом можно поглумиться над Блум. Блондин мечтал о том, чтобы ей подрезали ее крылышки.
— Ты что-то задумал? — поинтересовался красноволосый. — Ведь так?
— Думаю, — ответил Скай, — эта рыжеволосая девчонка хочет нарваться на большие неприятности. И мы вполне можем ей их обеспечить.
— И что ты предлагаешь? — специалист сощурил глаза.
— Дождемся подходящего момента, — произнес принц Эраклионский, — а потом прихлопнем эту фею раз и навсегда!
***
Фарагонда созвала совет в своем кабинете. То, что произошло в Магиксе, не осталось незамеченным. На школьный совет даже были приглашены директора Облачной Башни и Красного Фонтана. Совещание проходило в Алфее в строжайшем секрете. Женщина должна была обсудить одну очень важную тему со всеми. Она и раньше находилась в некоторых сомнениях относительно своих догадок насчет Блум, но теперь ее предположения подтвердились. И отныне Фарагонда знала наверняка о настоящем происхождении девушки. С одной стороны, директриса Алфеи была несказанно рада тому, что младшая сестра Дафны не погибла в ту трагичную ночь, а осталась жива, и сейчас находится здесь, в ее школе. Это было самое, что ни на есть, настоящее чудо! Но, с другой стороны, известие об этом подкосило Фарагонду. Она знала, что в ту роковую ночь, когда Домино было стерто с лица, с земли, не только виновники гибели планеты были виноватыми перед всей королевской семьей Домино. Сокровищницу ведь разгромили не ведьмы-Прародительницы и даже не Валтор. В этом были виноваты все-все те остальные, кто не успел вовремя прийти королевству на помощь тогда. Директриса Алфеи не хотела, чтобы это вдруг внезапно вскрылось именно сейчас. А лучше, чтобы об этом никто и никогда не узнал. Но однажды Блум — очень любопытная фея! — все равно начнет копать о себе. Ей будет мало той информации, что дадут ей Дафна и королева Габриэлла. Рано или поздно она доберется до сути. Найдет нужную ей информацию. Правда, узнать все события, происходящие в ту ночь, ей вряд ли удастся. В этом Фарагонда не сомневалась. Но шанс откопать какую-нибудь информацию о бесчинствах все же был. Мизерный. Но был. — По какому поводу нас здесь собрали? — поинтересовался профессор Уизгис. Он вообще не любил ходить на школьные собрания и советы и старался всеми доступными ему способами их избегать, считая все это слишком скучным, не достойным его внимания, неинтересным. А тут его еще и выдернули посреди ночи, даже не объяснив причины такой внезапной срочности. — Меня тоже интересует этот вопрос, — мисс Гриффин нервно стучала пальцами по столу. Многих раздражали эти постукивания, но никто не осмеливался и слова сказать в адрес грозной ведьмы и, по совместительству, директрисы Облачной Башни. О Гриффин всегда ходили всякие невероятные байки. Говорят, в молодости она была очень могущественной ведьмой. И могла одним лишь щелчком пальцев нанести противнику существенный вред. Возможно, с годами она и постарела, но по ней было видно, что женщина все еще была в прекрасной физической форме и вполне могла дать должный отпор любому, кто посмеет выйти против нее. Директриса Облачной Башни изначально и не собиралась приезжать сегодня в Алфею. Вообще, если честно, она бы ни за что на свете не приехала сюда даже в дневное время суток. И здесь она сейчас находится только по той причине, что Фарагонда по телефону звучала очень убедительно и встревоженно. Она сказала, что это дело чрезвычайной важности. Именно поэтому Гриффин и находится сейчас здесь. Саладин, собственно, сорвался в школу для фей из Красного Фонтана посреди ночи по той же самой причине, что и ведьма. Ему было сказано, что это экстренное совещание по очень важному вопросу. Это и заставило его приехать сюда. Остальные педагоги Алфеи сидели молча и ждали, когда же мисс Фарагонда расскажет о том, что же такого важного произошло, что их всех выдернули в столь позднее время суток. — Как вы все знаете, — начала директриса, — сегодня у нас произошел инцидент в Магиксе… — И поэтому ты заставила нас явиться сюда посреди ночи? — съязвила Гриффин. — Чтобы мы могли обсудим потасовку между ведьмами и феями? — Нет, — ответила женщина, сощурив глаза, — я хочу поговорить с вами о Блум. — О Блум? — удивился Палладиум. — Фарагонда, — обратился к ней Саладин, — думаю, это действительно могло подождать до утра. Я солидарен в этом вопросе с остальными. — Нет, не могло! — возразила директриса Алфеи. Она буквально вскипела от злости. Фарагонда хотела доступно, не торопясь, донести своим коллегам, что происходит, но они время перебивают ее, не давая возможности и слова вставить. — Мисс Фарагонда, — все же решилась спросить Гризельда, — что случилось? — Все мы знаем, — произнесла та, мысленно немного успокоившись, — что Домино было уничтожено много лет назад. В живых остались только бывшая королева планеты — Габриэлла — и ее внучка, которые чудом спаслись. Младшая принцесса бесследно пропала, и ее до сих пор считали погибшей в ту страшную ночь. — Что значит «до сих пор»? — поинтересовался профессор Уизгис. Впервые за долгие годы преподавания в Алфее его заинтересовала тема совещания. Он уже догадывался о том, что сейчас скажет Фарагонда, но надеялся на то, что ошибся в своих доводах. — К чему ты клонишь? — мисс Гриффин изящно изогнула бровь. — Блум, — начала директриса Алфеи, — она очень сильная фея огня. Раньше я сомневалась в своих догадках, но сейчас полностью уверена в том, что она — наследная принцесса Домино. Дочь Оритела и Марион, короля и королевы Домино. И, ко всему прочему, Хранительница Огня Дракона. Палладиум выронил чашку из рук, а Уизгис от радости снял свою шляпу и подбросил ее вверх. Он прекрасно понимал, что рыжеволосая — особенная. И теперь убедился в этом. Гризельда, которая все это время стояла в сторонке, чуть не упала в обморок, услышав это известие. Ее глаза выпучились, а сама она пребывала сейчас в полном недоумении от происходящего и услышанного. Младшая крон-принцесса Домино жива? Но как это возможно? Блум же даже не похожа на Дафну. И ведет себя, иногда, так, как принцессы никогда себя вести не будут. Она явно не похожа особу королевских кровей. И это было видно невооруженным глазом. Гриффин и Саладин многозначительно переглянулись между собой. Оба они скептично отнеслись к словам Фарагонды. Отрицать такую возможность, конечно, не стали, но отнеслись с непониманием к этой ситуации. — У тебя есть доказательства? — поинтересовался Саладин. Светлый маг считал все это время, что единственной наследницей трона Домино является принцесса Дафна, и что младшая ее сестра давным-давно погибла. А тут Фарагонда в открытую заявляет о том, что какая-то рыжеволосая бестия может быть той самой, без вести пропавшей много лет назад, принцессой. Да, еще и самой Хранительницей Огня Дракона! Уму непостижимо! — Она разнесла несколько зданий в Магиксе своей магией, — произнесла Фарагонда, — если вы этого не забыли. — Это еще не показатель, — отрезала Гриффин. — Она может быть очень сильной феей, но этого недостаточно для того, чтобы делать подобные заявления. — Знаете, — внезапно встрял в разговор профессор Палладиум, — мне кажется, в этом все-таки есть смысл. Когда несколько месяцев назад девушки проходили мой тест на Черном грязевом болоте, я заметил, что у Блум есть татуировка в форме дракона на лопатке. — И что? — недоумевала Гриффин. — Любой может набить себе эту татуировку. Нам теперь всех подозревать? — Может, — заговорил эльф, — набить на теле дракона может и любой. Вот только Блум говорит, что татуировка была у нее всю жизнь, сколько она себя помнит. — Она явно лжет, — запротестовал Саладин. — Прибавляет своей персоне важности за счет трагичной истории Домино! — Вот только проблема в том, — в разговор вмешалась, наконец, отошедшая от шока, Гризельда, — что мы не проходили подробную историю Домино на моих занятиях. Все, что девушка знает о планете, связано с Дафной. И то, только в общих чертах. Завуч школы была абсолютно уверена в том, что мисс Фарагонда не лжет. Ей не имеет смысла врать. Тем более, в подобных вещах. Теперь сразу становилось понятно, почему именно данный разговор не мог подождать до утра. Такие темы не требуют отлагательств. Их надо разрешать сразу же. — Все равно я не верю в это, — произнес Саладин, отрицательно качая головой. — Полностью солидарна с вами, — отозвалась Гриффин. — Вы можете верить мне, — заключила Фарагонда, — а можете и посчитать меня последней лгуньей. Но однажды вы поймете, что я была права. А права ли директриса Алфеи на самом деле?***
Мирта сидела на своей кровати и размышляла над тем, что произошло минувшим днем. Ей было противно от того, что сделала Люси. И это после всего, что между ними было! Ведьма иллюзий поняла, что ее подруга всегда будет ставить на первое место Трикс, а она будет тем временем плавно уходить на второй план. Порой, девушке казалось, что Люси охладела к ней с тех пор, как они поступили в Облачную Башню. И сейчас она сильно жалела о том, что уговорила девушку подавать документы сюда. Айси… Дарси… Сторми… Они все испортили!!! Мало того, что эта троица выбрала в качестве своей жертвы и предмета для своих издевок именно Мирту, сделав ее своеобразной «битьевой грушей», так теперь еще и Люси у нее отнять. Нет. Так не пойдет! Она не позволит им отнять у нее самого дорого ей человека. Ни за что на свете! Мирта расшибется в лепешку, но образумит Люси. А если та не захочет по-хорошему, то у Трикс будут серьезные неприятности. Уж она об этом точно позаботится. Айси, Дарси и Сторми — весьма неприятные личности. Они источают проблемами, в которые, несомненно, вляпается любой по самое горло, если окажется рядом с ними. И Мирта это отчетливо понимала. Но почему, если они реально так опасны для общества, никто тогда не замечает этого? Люси… С тех пор, как она стала подражать ведьмам, девушка очень сильно изменилась. В худшую сторону, естественно. И Мирте было больно наблюдать за тем, как ее подруга целенаправленно делает шаг в эту бездну небытия, погружаясь в омут с головой. «Зачем ты так со мной, Люси?» — не понимала девушка. Дверь тихонько отворилась, и в комнату вошла Люси. Было темно, а сама она, кажется, пьяна, поэтому ведьма не заметила, сидящую на своей кровати, Мирту, которая до сих не спала, дожидаясь подругу. Она быстро подошла к своему спальному месту и легла на него. Сегодня был очень тяжелый день, и девушка хотела хорошенечко отдохнуть и набраться сил перед новым днем. Уснула она быстро. Мирта услышала ее громогласный храп уже через несколько минут. Ведьма бы тоже была сейчас не прочь прилечь и отдохнуть, вот только сон все никак не шел к ней. «Что же ты делаешь, Люси?» — мысленно задавалась вопросами Мирта. — «Ты же погубишь себя!»***
Брендон и Тимми находились в лазарете, где им весь вечер обрабатывали раны медсестры. В этот день они по-настоящему вляпались не по-детски. Тимми даже не помнил, в какой момент ему пробили голову. И как он в таком состоянии мог продолжать сражаться с обезумевшими ведьмами Облачной Башни. Для него это было весьма удивительно. В какой-то степени, это было его достижение. Брендону повезло чуть больше, чем его товарищу по несчастью. У него были лишь синяки и сильные ушибы, а также несколько порезов на руках. Тело его, конечно, ныло от такого количества увечий, но все же состояние специалиста было куда лучше, чем у его друга. — Так, — к парням приблизился доктор, — вам обоим несказанно повезло, что вы остались живы. Мужчина мельком оглядел своих пациентов, глазами оценивая их состояние, а затем снова уткнулся в свои бумаги, что-то внимательно изучая. — Брендон, — спустя какое-то время доктор обратился к нему, — ты можешь вернуться к себе в комнату. Но в ближайшие пару дней воздержись от больших физических нагрузок. — Хорошо, — согласился специалист, поднимаясь со стула. — А со мной что будет? — поинтересовался Тимми. А как же он? — А вы, молодой человек, — произнес врач, смотря парню прямо в глаза, — остаетесь здесь на несколько дней, чтобы мы могли проследить за вашим состоянием. У вас более серьезные повреждения, нежели у вашего друга. Мы не можем вас отпустить сейчас. Что? Тимми это сейчас точно не послышалось? Уж чего-чего, а оставаться здесь на несколько долгих дней в лазарете ему точно не хотелось. Тем более, что что на носу сессия. А он в это время будет прохлаждаться вместо того, чтобы сдавать со всеми зачеты и экзамены. Такими темпами его могут исключить из Красного Фонтана за образовавшиеся долги. — Но у меня же сессия! — воскликнул специалист, вскакивая со стула.- Я не могу здесь находиться! — Молодой человек, — произнес доктор, — если вам станет хуже во время зачетов и экзаменов, то вам придется здесь пробыть месяц, если не больше. — Месяц?! — вскричал Тимми, хватаясь за голову. И это в лучшем случае? Что ж, похоже, у парня не осталось иного выхода, кроме как подчиниться и остаться в лазарете. Лучше уж перетерпеть немного, чем потом жалеть о том, что не послушал врачей. Находиться здесь, конечно, в его планы совершенно не входило. Тем более, что он пропустит часть сессии в таком случае. Придется ему, видимо, оставаться в Красном Фонтане на зимних каникулах, чтобы наверстать упущенное и сдать все хвосты, которые у него образуются за период его отсутствия. И то: только в том случае, если педагоги согласятся пойти специалисту навстречу. В противном случае, Тимми придется выкручиваться как-то в начале нового семестра. Нет. На такой риск парень пойти не готов. Тем более, что риск этот вообще неоправданный. Наживать целую кучу проблем из-за своих каких-то убеждений в том, что он в полном порядке, специалист явно не был готов. — Хорошо, — согласился Тимми, — я остаюсь.***
Блум долгое время не могла уснуть, обдумывая то, случилось сегодня днем в Магиксе. Из-за Трикс и других, не менее чокнутых, ведьм, а также их магии девушке и ее подругам изрядно досталось. Больше всех, пожалуй, не повезло именно Стелле. Сегодня днем она чуть не умерла от рук Айси, которая беспощадно и безжалостно атаковала фею Солнца, Луны и Звезд. И вот теперь из-за нее принцесса Солярии находится в лазарете Алфеи под присмотром мадам Офелии, которая усиленно колдует над тем, чтобы за пару-тройку дней привести блондинку в чувства. По словам медсестры, Стелла должна прийти в относительную норму за это время. Главное, что ее успели вовремя привезти в школу, пока не случилось непоправимое. Другим девочкам же досталось изрядно меньше и повезло куда больше, чем их подруге, поэтому их в итоге разогнали по комнатам. Текна и Муза сразу же отправились спать. Они были сильно уставшими и чересчур подавленными из-за случившегося. Фея музыки так и не рассказала о том, что видела, когда находилась в магическом черном шаре Дарси. И как бы остальные девушки не допытывались до нее с этим непростым вопросом, она осталась непреклонна и не раскрыла им этой тайны. По всей видимости, там было что-то очень личное. Что-то такое, о чем жительница Мелодии не была готова поведать никому из подруг. Текна после случившегося сразу же выставила во всем виноватой принцессу Солярии. Мол, если бы она была чуть более тактичной и менее резкой в своих высказываниях и словах, то ничего этого не произошло бы с ними. Но фея технологий совершенно забыла о том, что была не лучше Стеллы в этот день. Об этом ей напомнила сама Муза, из-за чего девушки снова чуть было не поругались прямо в лазарете. И дело даже почти дошло до драки, если бы не мадам Офелия, которая появилась весьма вовремя, чтобы угомонить таланты учениц Алфеи, которые сейчас находились на нервах. Самой спокойной в данной ситуации была Флора. Пока Блум помогала медсестре разогнать в разные углы двух взбесившихся подруг, фея природы безмятежно сидела на стуле, опершись головой о стену, и рассматривала потолок. Это, по ее мнению, было куда лучше, чем наблюдать за руганью подруг и их выяснениями отношений в самый неподходящий для этого момент. А также за мадам Офелией и рыжеволосой, которые пытались образумить девушек. В конце концов, медсестра лазарета Алфеи не выдержала и разослала всех фей, кроме принцессы Солярии, по своим комнатам. Такое поведение первокурсниц ее совершенно не устраивало. Тем более, что они находились в лазарете, где подобного рода поведение попросту неприемлемо. Вот таким образом девушки и оказались в своей квартире в общежитии… Флора уже давно спала — впрочем, как и все остальные, собственно, — тихо и мирно в то время, как Блум продолжала лежать в кровати и размышлять обо всем случившемся сегодня. Обо всем, что ее тревожит в данную минуту. За что Айси их так ненавидит? Что они ей такого сделали? Как вообще Трикс до сих пор не изолировали от остального общества с их неадекватными выходками? Этого Блум знать не могла. Но ее очень интересовало все это в данный момент времени. Девушка хотела знать причину, — истинную причину! — почему ведьмы так агрессивно настроены против них. Что ими движет, в конце концов?! И каковы их мотивы? Как можно быть настолько жестокими, бессердечными и беспощадными, чтобы причинять другим людям такой существенный вред? Они же их чуть не убили! Стелла тяжело ранена. Принцесса Солярии сейчас находится на волоске от смерти. Муза морально истощена до предела. Флора и Текна теперь будут долгое время ходить с синяками и ссадинами на руках и ногах. И напуганная до чертиков Блум, чья сила сегодня вышла из-под контроля. Рыжеволосой сегодня тоже изрядно досталось от ведьм. Но она, в отличие от своих подруг, была больше истощена магически, чем морально или физически. Тот сильный выброс неконтролируемой, необузданной энергии чуть не убил много народу этим днем. Но фея огня искренне не понимала того, откуда у нее вообще взялись такие силы. Она же простая девчонка с Земли, что прилетела в Алфею, чтобы научиться магии. Девушка медленно поднялась с кровати и тихонечко на носочках, чтобы не разбудить мирно спящую Флору, подкралась к зеркалу, которое стояло у них в комнате. Блум посмотрела на саму себя в отражении и тихо, еле слышно, удивленно прошептала: — Кто же я?
