Любовь - это навсегда...

POV Tina Karol Через пятнадцать минут машина остановилась. Мне было плохо: отчего-то кружилась голова, запястья и лодыжка болели. Внезапно дверь открылась, и я увидела Дана, который внимательно смотрел на меня. Я посмотрела на него в ответ и обняла за шею, а он осторожно взял меня на руки и понёс в квартиру. Мне стало немного легче. Когда мы поднялись в квартиру, певец положил меня на диван, сняв с меня куртку и обувь. Я легла на диван с ногами. Глаза закрывались, веки были тяжёлыми, меня утягивало в сон. Услышав тихий шёпот около уха, я медленно кивнула и провалилась в сон. Сквозь сон я чувствовала, как меня подняли на руки, понесли, а затем положили на что-то мягкое и тёплое. Я заворочалась и открыла глаза, тут же увидев Дана, склонившегося надо мной. Тут я почувствовала резкую боль в лодыжке, которую стягивал бинт. Тихо завыв, я отвернулась и прикусила губу, чтобы не закричать громче. -Тина, что такое? Певец аккуратно взял меня за руку, которую тут же пронзила боль, на что я резко повернула голову. Он тут же отпустил меня и, быстро встав и куда-то убежал. Я села и расстроено всхлипнула, начав смотреть на свои руки с забинтованными запястьями. Но молдаванин быстро вернулся, сев рядом и снова взял мои руки. В его руках я увидела тюбик, который он положил рядом и, разбинтовав мои запястья, открыл его. Выдавив прописанную доктором мазь, он осторожно начал наносить её на запястья, что было немного неприятно, из-за чего я снова замычала и закусила губу, отвернувшись от певца. Мужчина тем временем вытянул мою ногу и стал мазать лодыжку. Мне было тяжело сидеть, поэтому я бухнулась спиной на кровать и зажмурилась. Почувствовав, что Дан, закончив мазать и крепко забинтовав ногу, я снова села, собрав все свои силы, и посмотрела на мужчину. -Дан... -Да, малыш? От этого обращения я порозовела и, подвинувшись ближе, попыталась его обнять, чувствуя очередное влечение. Но это сделать не дала нога и то, что он сидел слишком далеко. Я расстроено захлопала глазами, но вспомнила про то, что мне надо работать. -Мне надо на студию... Я затаила дыхание, ожидая его ответа. Он вздохнул и наконец уверенно сказал. -Я тебя отвезу. Только пожалуйста, будь осторожна. Не напрягай ногу. Я облегчённо кивнула и улыбнулась, обрадованная его согласием и такой положительной реакцией. Он внимательно смотрел на меня, затем внезапно сказал. -И ещё, кенгуруш, у тебя вся шея в засосах. Оденься так, чтобы видно не было, если слухов не хочешь. Вспомнив про это, я покраснела. -У тебя тоже! Могу посоветовать тоже самое! Если я помню, у тебя сегодня интервью с Катей. Да? -Да. Скоро надо будет ехать. -Только пожалуйста не говори про наши отношения! Не хочу, чтобы все знали... -Не скажу. Дан подвинулся ближе и поцеловал меня в губы. Затем отстранился, на что я надулась, ведь не хотела прекращать этот поцелуй. -Давай я тебе помажу все засосы и синяки, чтобы быстрее зажили». -Давай. Я осторожно сняла блузку и снова легла на спину. Певец аккуратно намазал той же мазью, что и другие синяки, шею, ключицы, грудь, которые были в хорошо видных засосах и синяках. Его действия были нежными и аккуратными, отчего я мурчала, как кошка, и жмурилась. Мне было так приятно, что даже боль отошла на второй план. Я лежала и смотрела в потолок, наслаждаясь и даже не заметив, что мужчина уже закончил. Очнулась я, когда он нежно погладил меня по ноге выше колена и встал. -Я на кухне. Затем он вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь. Я продолжила лежать, думая о том, что скажу Паше и музыкантам. Потом, вспомнив, что мне ещё надо найти где кухня, так как я не знала, где она. Сев и накинув блузку, наполовину её застегнув, свесила ноги и осторожно наступила на больную ногу. Боль была слабой и терпимой, поэтому я поднялась и, немного прихрамывая на правую ногу, медленно пошла к выходу из комнаты. Там был коридор, внутрь которого я и пошла, надеясь, что иду в правильном направлении. Наконец, я наткнулась на дверь, открыв которую я увидела просторную кухню, где у плиты стоял Дан. Я осторожно пошла к нему, но около стола оступилась и полетела на пол с громким шумом. От новой боли, я зажмурилась и схватилась на ногу, тяжело дыша. Но меня тут же подхватили и посадили на стул. Послышался мягкий и бархатный голос Дана. -Ты в порядке? Я кивнула через силу и тут же поморщилась от боли. -Всё хорошо. Очень только есть хочется! Я и вправду чувствовала голод, что подтверждал мой урчащий живот. Певец улыбнулся и поставил на стол две тарелки с картофельным пюре и салатом из помидоров и яйца, а рядом стакан сока, какого я понять не смогла. -Надеюсь яблочный сок ты любишь? -Люблю. -Тогда приятного аппетита. Я улыбнулась, и, подождав, пока певец сядет напротив и также возьмёт вилку, начала есть. Когда я доела, певец собрался взять посуду и унести, но я его опередила, чувствуя небольшой дискомфорт. -Давай я унесу. -Тиночка, у тебя нога больная. Я сам всё сделаю. Он забрал у меня тарелку и унёс в мойку. Я недовольно надула губы. Обернувшись, мужчина сказал. -Тебе к скольки надо быть в студии? -Ну... К 4... -Мне тоже к 4 ехать... Блин, уже 3... Давай собираться, я тебя отвезу». Дан подошёл и поднял меня на руки, понёс в спальню. Я начала было брыкаться, но тут же затихла, почувствовав несильную боль в ноге. Певец же посадил меня на кровать и подтащил мой чемодан.