Замуж по-дружески

Осень 2009 г. Высокий красивый мужчина стоял на пустынном мосту на окраине города, облокотившись о перила, смотря в пустоту туманного Лондона. Крутя пальцами маленькую коробочку, он ушел глубоко в свои мысли, позабыв не только об изначальной цели своего прихода сейчас, но и совершенно не зная, что делать после того, как отсюда уйдет. Еще несколько минут прошли в полной тишине, когда рядом, в двух шагах от него, послышался знакомый ему треск аппарации, на звук которого он стремительно обернулся, моментально выставляя непонятно как появившиеся в руках палочку и длинный изогнутый нож к груди и горлу гостя. Стройный мужчина, отличающийся нестандартной внешностью, венцом которой являлись белоснежные короткие волосы, немного торчащие в разные стороны, видимо, из-за недавней метели, дали первому возможность моментально сообразить, кто перед ним. Блондин остался совершенно невозмутим, будто привык к подобному, хотя все равно чуть слышно выдохнул, как только его знакомый убрал оружие в потайные карманы своего пальто, вновь облокачиваясь спиной о высокие перила и складывая длинные руки на груди. – Что случилось, Поттер? – медленно и даже как-то осторожно спросил блондин у сохранявшего молчание мужчины, который просто отказывался смотреть тому в глаза. Постояв еще с несколько минут в полной тишине, он попытался еще раз: – Что-то с Дэ? Подняв голову так быстро, что Малфой удивился, как у того что-нибудь не хрустнуло, он оттолкнулся от перил, подходя почти вплотную. – Ты знал, да, Драко? Ты скрывал это от меня, чертов слизеринский хер! – сорвавшись на крик под конец фразы, он тяжело задышал, пытаясь успокоиться. Малфой даже бровью не повел, привыкший к вспышкам ярости своего... друга, но отошел чуть подальше, чувствуя, как магия, пока еле заметно, но уже начала подогревать воздух вокруг них. – Не знаю о чем ты, Поттер, но если бы я знал что-то, из-за чего ты сейчас еле контролируешь себя, я бы просто не пришел. Дыши, гриффиндор, и объясни, что происходит. Гарри на удивление послушно отвернулся, делая глубокий вдох, и также медленно выдыхая, вбирая бунтующую магию обратно. В такие моменты он был как никогда благодарен судьбе за такого друга, такого врага. За такого напарника, подаренного ему судьбой.

***

Какими идеальными ненавистниками друг друга они были в школе когда-то, такими же идеальными напарниками стали, когда получали свое "высшее" образование. Когда Гарри пришел в Аврорат, с него, как это говорят... Быстро сбили спесь. Уверенный в себе, отдохнувший, да и вообще сильно изменившийся Поттер, давший себе до академии год, чтобы прийти в себя, пришел сражаться со злом, будучи совсем не готовым к этому. Ни физически, ни морально. Его главным куратором (то есть, их отряда, конечно же) оказался никто иной, как ближайший друг Кингсли Шеклболта, обещавший последнему сделать из немного размякшего, ставшего слишком уверенным в себе героя настоящего бойца, достойного своего имени. И Миллерт, так его звали, не подвел. Сначала гоняя, унижая, перевоспитывая Гарри, а потом и тренируя, обучая, вкладывая все необходимые знания и восполняя пробелы, ему постепенно удалось сделать из Поттера не просто Аврора, но настоящего профессионала в своем деле. Когда Драко перевелся в Аврорат, Гарри только-только окончил первый курс подготовки (хотя, по уровню знаний, уже имевший нехилую мотивацию и новые приоритеты, Поттер уже во многом превосходил второй) и был готов к осенней практике и подбору напарника на первое время. Миллерт, естественно, сразу заметил то напряжение, что повисло между двумя старыми врагами и не пренебрег воспользоваться такой удачной возможностью научить Гарри не только терпению, но и работе в любой команде. Как говорят, учиться надо на сложнейшем примере, чтобы потом за секунду решить наилегчайший. Гарри, конечно же, такую попытку не оценил и даже чуть не убил Малфоя, забыв о контроле недавно сильно возросшей магии, частично переданной родом Блэк после принятия наследия. Драко пролежал пару недель в лазарете, прежде чем окончательно восстановился, и Гарри, получивший нехилую трепку от куратора, пришел поговорить "по душам" с собственным врагом. Сильно изменившийся за последние два года Драко выглядел настолько невозмутимо, когда недавно чуть не убивший его враг явился с апельсинами, что Гарри даже опешил. Нет, он, конечно, успел пообщаться с Драко, после чего тот благополучно и залетел сюда, но в тот момент они вспоминали прошлое и оба говорили неосторожные слова. В порыве обоюдного, почти слаженного гнева. Но сейчас. Нет, совсем другой случай. Драко молча выслушал короткие сдержанные извинения с пояснением, как так вышло, и все также молчал, когда Поттер предложил сотрудничество, почти скрипя зубами, но все-таки сдерживая свой темперамент, помня о наставлениях куратора. Надо учиться отличать рабочее от личного. Когда он, наконец, замолчал, Драко очень кратко принял извинения и согласился на сотрудничество, вежливо пожелав собеседнику хорошего дня. Такого Гарри не ожидал. И не мог понять в будущем. До определенного момента. Они с Драко не сразу, но сработались. По началу у них были огромные проблемы с доверием. Обоюдные. Потом Драко, молча, но очень по-слизерински доводил Гарри до белого каления. Да и Гарри продолжал срываться время от времени. Но ни настоящих ссор, ни драк у них больше не было. В основном, из-за Драко. Переставший постоянно задирать Гарри, более того, даже теперь почти всегда терпевший его нападки и выходки, Малфой напоминал напарнику каменную, а скорее, мраморную плиту, об которые тот волнами бился, тщетно пытаясь пробить вековой камень. Так длилось до тех пор, пока однажды они всем отрядом не праздновали победу над террористической организацией зимой 2003 года. Драко вышел на улицу подышать, устав от шумной компании, к которой полностью никогда не принадлежал, да и не стремился, в отличие от Поттера, который был чуть ли не заводилой. Гарри вышел немногим позже покурить, да и проверить, жив ли его напарник, но не обнаружил его. Услышал только сдавленный крик откуда-то из переулка. Бросив только прикуренную сигарету, Гарри быстрым шагом как можно более незаметно подобрался к темной нише между домами и присмотрелся, готовя оружие. Двое мужчин говорили тихо, но явно очень напряженно. Один явно прижимал другого к стене, зло шепча что-то тому в лицо. Гарри применил усиливающие слух чары и прислушался. – …не позволял тебе сбегать, сопляк. Разве я говорил тебе, что все? Напомнить клятвы? После чего произошла какая-то возня, оба быстро двигались, но Гарри не успевал следить за тем, что происходит, но и вмешиваться пока не предпочитал, так как прямой угрозы не было. Как оказалось, люди, по сути, поменялись местами, и Гарри с удивлением узнал голос Малфоя, который чуть громче, чем другой, отвечал ему также зло, почти выплевывая слова в лицо. – Тебе напомнить, хозяин, что ты на самом деле не имеешь на меня никаких прав, да? Тебе напомнить, что, вновь обретя род, я не рассказал, что ты делал с семнадцатилетним беззащитным мальчиком в тюрьме? Как ты взял его в рабство, как трахал без смазки, заставлял отсасывать свой грязный член. Тебе напомнить, что ты все еще дышишь только из-за моего нежелания огласки? Все может измениться в любой момент, червь, потому что даже мое ангельское терпение на исходе. Явись ко мне еще раз, и мне будет плевать, что будут думать люди, и твоя голова окажется во власти сначала моей личной пыточной камеры, потом дементоров. Понял? Гарри, находившийся от них в нескольких шагах, почувствовал, как сгущается воздух. Малфой сдерживался. Но магия не столь послушна. Кому, как не Поттеру это знать. Но вот Малфой отпускает тут же испарившегося в воздухе мужчину и облокачивается о стену, тяжело дыша. Гарри безошибочно узнает приемы для урегулирования силы. Но сила не хотела подчиняться хозяину. Она продолжала почти искрить вокруг них обоих, и Гарри, не выдержав, подошел к напарнику, кладя тому руку на плечо, разворачивая. Драко расфокусировано смотрел сквозь Поттера, уже не пытаясь дыханием успокоить собственное тело, а просто… будто ушел в прострацию. – Малфой. Никакой реакции. – Малфой, слушай меня. Ни движения. – Драко. Тут он все-таки дернулся, взгляд стал понемногу фокусироваться, пока не принял ясное выражение. Малфой будто выжидающе смотрел на Поттера, а потом резко выдохнул, и Гарри почувствовал, как магию быстро притянуло обратно к хозяину, и отпустил его. С минуту они стояли молча, каждый думая о своем. – Спасибо, Поттер. – Малфой, что э... – Поттер. Давай не будем. Я не знаю, сколько ты слышал, и знать не хочу. Но как... напарника прошу, оставь это между нами. Я бы... действительно, совсем не хотел, чтобы информация распространилась. Поттер помолчал некоторое время и решил, что, ладно. Он отложит этот разговор. До поры до времени. – Это останется между нами. – Хорошо. Блондин еще раз взглянул на Гарри, после чего кивнул и аппарировал. После того дня их отношения поменялись. Гарри думал о том, как он вообще упустил то, что Драко оказался в тюрьме. Что его бывший враг пережил, пока герой прохлаждался. Драко же почти не поменял отношение. Может, только с доверием у обоих стало как-то неуловимо проще. В дальнейшем у них был далеко не один искренний разговор. Оба не один раз спасали друг другу жизнь. И стали настоящими... друзьями. Если нельзя сказать иначе. Никогда не было между ними подчеркнутого ощущения домашнего комфорта, как было у Гарри со школьными друзьями, но было нечто, бывшее гораздо важнее любого удобства. Доверие. С годами у них оно было возведено почти в абсолют. Когда Гарри, на довольно нудной конференции по зельеварению, на которую он по старой дружбе пошел с Гермионой, встретил молодого, уже довольно известного профессора со сложным именем Дэедэлус Ронкэртфолл, Драко никак не отреагировал. Когда Гарри заявился к Драко в третьем часу ночи совершенно ошалевший, но со счастливо горящими глазами, Малфой промолчал, хотя в этой ситуации исключительно из-за того, что слова ему сказать не дал Гарри, тараторивший о том, что, кажется, он потерял себя, оказалось, он любит мужчин, и недавно очень нехило полюбил одного классного парня, и ему понравилось. Драко был рад за напарника, который наконец разобрался в самом себе, и, более того, нашел себе подходящего человека. Когда Гарри познакомил Драко и Дэеделуса, Малфой удивился. Дэеделус был... не самым приятным человеком. Немного резким, даже зазнавшимся (видимо, из-за быстрой славы) молодым человеком, на три года младше Гарри. В какой-то момент он даже напомнил ему самого Драко в школьные годы. Такой же высокомерный засранец. Просто чуть старше и опытнее. Удивительно, но наличие постоянного партнера не помогло Поттеру с самоконтролем, как часто бывало у магов. Стало хуже. Малфой часто помогал Гарри ужиться с собственной силой. С тех пор, как они сблизились еще тогда, в две тысячи третьем, у Гарри не было ни одного выброса магии. Как только Драко чувствовал, что воздух начинает искрить, а вещи вокруг готовятся взлетать в воздух, то тут же появлялся рядом, помогая Гарри прийти в себя и застопорить магию обратно в своем теле. Такое случалось сплошь и рядом. С характером Поттера, надо признать, было тяжело иметь столько силы. Хотя тот, признаться честно, очень даже нехило научился себя контролировать. Их дружба давно окрепла и пережила многие испытания на стойкость. Говорят, лучший враг способен стать наилучшим другом. Проверено на практике.

***

Осень 2009 г. – Ты же тоже не знал, Драко? Об интрижках Дэ? Господи, скажи, что нет. Драко так удивился, что даже не успел удержать лицо. Гарри внимательно на него посмотрел и кивнул, снова облокачиваясь о перила, вновь начиная крутить коробочку в руках. – Давно? – Почти все время. В последнее время появился постоянный... любовник. Я застукал их с поличным, когда был на проверке в Дрездене. У него там конференция проходит. Ну, как оказалось, она закончилась позавчера. Драко поморщился и вздохнул, переводя взгляд с Гарри на плотный туман, не дающий в полной мере рассмотреть Лондон. – Что будешь делать, Гарри? – неожиданно очень мягко спросил Драко, все еще не смотря на собеседника. – А вот не знаю. Я ведь... предложение сделать собирался, представляешь. Думал сделать сюрприз, сходить в наш любимый ресторан. Где он, кстати, каждую неделю был со своими новым протеже. Весело, да? Я еще думал, что на меня так странно смотрит тот официант, Билли, который был к нам приставлен. На секунду Поттер замолчал, переводя дух. – Дурак я, Драко, ты был прав. В школе, в смысле. Полнейший идиот. И, главное, доверял ему. Как себе, как тебе. Этому... мудаку этому. Снова замолчал на несколько секунд, задумавшись. – А знал бы ты, друг, как у нас изменился секс в последнее время. Вот идиот, я должен был догадаться. Драко снова поморщился, удивленно переводя взгляд на Гарри. – Ты решил о ваших трахах рассказать? А на свой вопрос я вот что отвечу. Вместо тебя, к слову. Забей ты хер и на него, и на кольцо. Найдешь себе еще человека, будешь доверять по-настоящему, любить будешь. Так что не кисни, Поттер. – Да как, блядь, людям теперь доверять? Сука. Никому верить нельзя. Так что останусь в гордом одиночестве с тобой на пару, и будет мне счастье. Гарри посмотрел куда-то вниз, что-то напряженно обдумывая, а Драко так резко вновь отвернулся от Гарри, что тот, даже смотря в землю, услышал это резкое движение и озадаченно посмотрел на приятеля. Какое-то время рассматривая его профиль, Гарри неожиданно задался вопросом – а зачем искать? Есть же человек. Доверенный, ближе любого на этой планете. Что точно на твоей стороне. Что пережил с тобой все самые отвратительные моменты. Что спасал тебе жизнь не один раз, и парочку, даже когда они не были друзьями и близко. – Драко... – М? – отозвался, все также не смотря на друга. – Почему у тебя так долго никого не было? В смысле... про секс я не спрашиваю, конечно, я про длительные отношения. Драко будто застыл на несколько секунд, а потом очень медленно перевел взгляд на Гарри, вглядываясь тому в глаза. – Наверное, не нашел подходящего человека, – медленно, с обманчивым спокойствием. – Ты же мне друг, Драко? – внезапно спросил Гарри, еле уловимым прыжком отлетая от перил ближе к напарнику. Драко сразу напрягся, но ответил: – Конечно, Гарри. Я думал, ты помнишь. – Тогда... Может ты, ну, знаешь, чисто по-дружески, выйдешь за меня? Увидев ошарашенного, даже рот открывшего Драко, Гарри практически затараторил, объясняя свою мысль. – Не-не, Драко, спокойно. Это просто..., не, знаешь, удобно. Мы доверяем друг другу. У меня нет человека ближе тебя, ты сказал, что тоже одинок... Так почему бы и нет? Можем даже подписать анонимность и пожениться тайно. Личной жизни это ведь не будет касаться, не буду ж я тебе, в самом деле, мешать хотя бы каких-то баб трахать. Переведя дух, Гарри попытался как можно спокойнее закончить. – Дружеский брак, короче, Драко. Считай, предложение руки и мозга, я не знаю. Кажется, Гарри был сам так ошарашен своей выходкой, что надолго замолчал, давая Драко время все обдумать. Минуты текли, секунды убегали. Шок у Драко не проходил. Он, конечно, способность говорить приобрел, но вот мозг явно еще притормаживал. – Парней. Гарри резко поднял голову, вопросительно смотря на друга. – Ты сказал, не будешь мешать каких-то баб трахать. Я парней трахаю, Поттер. – Ты гей?! – Гарри так удивился, что то, что он только что предложил бывшему врагу, фактически, жить долго и счастливо, почти вылетело из головы. – Ты сам гей, Поттер, что тебя так удивляет? – Да весь отряд ведь регулярно шутит по поводу твоих, ну, похождений. То ес... – ЧТО? Малфой почти подпрыгнул на месте, подойдя чуть ближе. – Ну... Я подумал, ты и так знаешь, да и не комильфо сплетни пересказывать. Ну, говорят, мол, за тобой сотни девчонок шастают, а ты лучших выбираешь и трахаешь где-нибудь, сам даже не стараешься подцепить кого-нибудь. Ну, знаешь, Гер же с проблемами, вот и, не знаю, болтает короче. – Поттер. Слишком много информации за последние полчаса. Драко усиленно потер переносицу, а Гарри тем временем задумался. Он только что предложил чертовому Малфою выйти за него замуж. Нет, ну не пиздец ли? Постаравшись посмотреть на Драко не как обычно, а именно как он смотрит, точно зная, что перед ним... потенциальная страстная ночь, он взглянул на него еще раз. Тот пока очень кстати закрыл глаза, подставляя лицо по-осеннему холодному ветру. Стройный, высокий. Хорошее, спортивное тело, хотя и далеко не такое, как у Гарри. Меньше мышц, но больше... изящества, ловкости, проглядывающейся в каждом движении. Очень правильные, красивые черты лица. Светлые, почти белые волосы, красиво переливающиеся на солнце, глаза. Серые, отливающие синевой. Яркие, живые, внимательные... – Прекрати, Поттер. Я знаю этот взгляд. Ты часами так смотрел на Дэ. Не путай. Гарри застыл, пойманный с поличным. Этот человек слишком хорошо его знал. – Я предложение тебе сделал, Малфой. Можно хоть рассмотреть человека, которого я назову своим супругом. – Я не сказал "да", Поттер! – "Нет" ты тоже не сказал. Ты, кстати, не думаешь сменить фамилию? Драко Поттер очень красиво звучит, скажу тебе честно. Гарри, явно издеваясь, улыбнулся во все 32. Плечи тряслись от еле сдерживаемого смеха. – Придурок ты, Гарри. Перестань играть и лучше серьезно подумай о будущем. – Ну, почему. Может мне нравится делать глупости. – Ох, мне ли не знать, Поттер. Неожиданно, кажется, даже для самого себя, Гарри в два шага сократил расстояние между ними, оказавшись почти вплотную к своему... партнеру. – Мы можем сразу и проверить, насколько это все глупо. С мужиками тебе не противно, и уже заебись. Ситуация-то налаживается. С каждым словом он склонялся все ближе, окончательно сокращая те сантиметры, что были между ними. И, наконец, сильно, с нажимом, поцеловал. Первые секунды он целовал замершие, совершенно незаинтересованные, казалось бы, губы. Но уже через пять, шесть, семь секунд, положение дел так изменилось, что теперь сам Гарри замер, чувствуя небывалый, страстный, почти яростный напор Драко. Он целовал, кусал, зализывал, прижав удивленного Поттера к себе так близко, что воздух теперь у них точно был один на двоих. Несмело, все еще поражённый Гарри ответил, приоткрыв рот, и Драко с рычанием ворвался внутрь такого желанного, такого горячего рта, скользя по небу, начиная по-настоящему эротический танец двух языков одинаково жаждущих мужчин, с обоюдной, будто договоренной яростью вылизывающих каждый сантиметр рта, языка, губ друг друга. Когда они, наконец, оторвались, дыша их общим воздухом, то снова замерли, пораженно всматриваясь в глаза друг друга. Драко медленно разжал пальцы, которыми, сам того не замечая, держал Поттера за волосы и воротник. Поттер тоже, наконец, выдохнул, отпуская пальто Драко из тисков своих пальцев и отходя от... друга, вновь облокачиваясь о перила, и достал сигарету. Когда Поттер выкурил примерно половину, а Драко немного пригладил волосы на голове, то, наконец, молчание прервалось. – Знаешь, а мне кажется, мужья из нас неплохие такие получатся. – Я все еще не согласился. Поттер показушно поднял бровь, снова затягиваясь. – А ты ничего... не хочешь сказать мне, Драко? Этот поцелуй... – Не хочу, Поттер. Я ответил тебе, ты сам этого хотел. – Я, значит, хотел. Мне так не показалось. Он провел взглядом от глаз Драко вниз, на что тот сразу же одернул расстегнутое пальто, скрывая явное доказательство и его заинтересованности. – Это не твое дело, Гарри. Поттер тут же помрачнел, потушил сигарету и вновь сложил руки на груди. – Ну, во-первых, сейчас, кажется, меня это касается больше всего. А во-вторых, знаешь, я думал, что доверие у нас взаимное. А то как-то... нечестно получается, сечешь? Драко выдохнул, опять поморщившись. – А что ты хочешь услышать, Гарри, – глаза в глаза, – что трахаясь последние семь лет, я представляю всегда именно тебя? Что на тренировках, когда ты занимаешься растяжкой или чистой силовой нагрузкой, я ухожу вовсе не потому, что у меня встречи? Что ревновал тебя к этому придурку, к Дэ? Что даже мечтать себе не позволял, что что-то изменится, ведь мы и так столько значим друг для друга. Почти как братья. Желания, конечно, не для братьев, но какая разница. И ты тут со своим предложением. Что ты хочешь, Поттер? Чтобы я жил с тобой и знал, что я все равно только хороший напарник, доверенное лицо? Да пошел ты, Поттер, со своим доверием. Ты не видел то, что было у тебя перед глазами, даже не стремясь заметить. И нет, я не виню тебя, Гарри. Просто прекрати надо мной издеваться. Гарри почувствовал, как магия начинает нагревать воздух вокруг них, да и в целом маска спокойствия Драко явно куда-то испарилась. Или взорвалась. Под давлением. – Драко.. Главное, собери магию в кучку сейчас, пожалуйста, пока не поджарил нас. Малфой моргнул, но закрыл глаза, восстанавливая дыхание, мысленно представляя, как энергия притягивается обратно. Поттер, пытаясь помочь, положил ему руку на плечо, и сам постарался волшебством снизить градус силы друга. Спустя долгих десять минут им это, наконец, удалось и оба открыли глаза. – Драко, я слепой эгоистичный дурак, – очень серьёзно сказал Гарри, все-таки убирая руку с плеча Малфоя. – Если бы я просто обратил внимание.. Я же, черт возьми, правда думал, что ты очень прямой натурал. Но, знаешь. Один... Этот очень горячий поцелуй, даже если ты все-таки не согласился на мое предложение, был для меня самым лучшим за всю жизнь. И... я, действительно... заинтересовался. Во всех смыслах. – Не пытайся из чувства вины... – Я слишком уважаю тебя, Драко. И, ты помнишь, я честен. Мы… – он сделал маленький шаг к нему, вновь оказавшись почти вплотную прижат к такому близкому, такому родному человеку, – вполне можем провести еще один эксперимент..., ну, знаешь, убедиться, что наш брак сработает. – Я не... – Да..., – выдохнул, почти в губы, – ты ПОКА не согласился. Гарри снова поцеловал его, вкладывая все, что чувствует, почти вгрызаясь в губы, в рот, тут же переплетая их языки. Драко, не отставая, продолжает этот горячий, такой томительный поединок, снова чувствуя, как возбуждение накрывает его от одного только вкуса Гарри. Его Гарри. Он сильно кусает его губу, так, что Поттер даже слегка вздрагивает, но тут же зализывает, снова проникая языком в его рот, снова продолжая этот обжигающий танец, чувствуя, как Гарри вжимается в него всем телом, недвусмысленно, не сдерживаясь, водя напряженным членом по его бедрам. Зарычав ему в рот, он снова прикусывает, снова целует, снова будто пьет, выпивает дорогого человека до края. Наконец оторвавшись друг от друга, они на несколько секунд замирают, опираясь лбами друг о друга, тяжело дыша, пытаясь совладать с собой. – Да, Поттер, я определённо согласен, – шепчут истерзанные губы. Гарри улыбается, выпрямляясь, вновь смотрит в глаза этому потрясающему человеку. Теперь все точно будет хорошо.