Шанс на шанс.

О-Докуро, только познакомившись со мной, сразу же признал мою гениальность. Он так и сказал тогда, увидев, что я вытворяю в свои неполные семнадцать лет. До этого уровня он так и не смог дорасти до самой своей неожиданной смерти. Вначале он очень старался, потом просто старался, а потом махнул рукой и, признав свое полное поражение, стал моей правой рукой: взял на себя организацию и моего быта, и моей работы. Нам обоим по неполным семнадцать лет, мы оба ночи наполет смотрели бесконечные аниме, учили японский, мечтая поехать в эту самую Японию, гулять по Гиндзе, кадря местных аниме-японок и аниме-японцев. Отсюда наши имена: я называла его О-Докуро, в честь одного из самых известных ёкаев Японии, он меня… Ночью смотрели аниме, днем пытались взломать игры, чтобы обойти все ограничения и играть в режиме бога. Все наши друзья из нашей тусовки думали, что мы встречаемся, что самый умный среди нас двоих он, а я так, примазалась. Он все отрицал. С начала с сожалением, потом без. А я уже тогда начала забывать и про свидания, и про поесть. Только чудом не вылетела из школы, еще большим чудом поступила в университет и даже умудрилась его закончить. К тому моменту от взломов игр я перешла к более серьезным вещам. А О-Докуро стал моей бессменной правой рукой. Вначале он еще искал клиентов, но очень скоро эти самые клиенты уже искали его и выстраивались в очередь. Поначалу они, все эти серьезные дяди в костюмах, думали, что я – это он, и именно он будет вести проект, но когда они узнавали, что я – это я… В общем, договор уже подписан, аванс оплачен, что вам еще нужно? А потом им стало всем наплевать и на это: из-за моего профессионализма им стало абсолютно все равно на все. Без О-Докуро все это было бы сложнее, медленнее, тяжелее. Но было бы. А до Японии мы все же добрались: оба молодые, отлично говорящие по-японски, и без всяких обязательств. Он успешно флиртовал с японками, а я тогда успешно пропустила все свидания с японцами: я в очередной раз что-то взламывала из-за спортивного интереса. О-Докуро лишь следил, чтобы я вовремя ела и вылезала из-за ноутбука: он знал, что никакие увещевания не помогут, я игнорирую все как белый шум. После Японии был и Гонконг, и Макао, и материковый Китай, и Сингапур, и даже Европа с Латинской Америкой. Заказчики были со всего мира, и весь этот мир мы объездили за неполные десять лет. У меня действительно не было никаких причин принимать приглашение на учебу в Хогвартсе. Но тем не менее я здесь. С такими мыслями я вошла в Большой зал на завтрак, держа в руке учебник по зельеварению. – Оно тебе еще не снится? – усмехнулся Токио, увидев меня. – И тебе доброе утро, – улыбнулась я, проходя мимо него. Я села на свое место за столом и первым делом взяла кружку с горячим кофе. Сначала кофе, потом взломы. Таким был мой девиз долгие годы. Учебник я положила рядом. Валери молча многозначительно на него посмотрела, а потом на меня. Я лишь пожала плечами. Я закрыла свою компанию за месяц до приезда сюда. Сначала умер О-Докуро в разгар последнего проекта с этим советом директоров, будь он не ладен. Потом принесли это дурацкое письмо про учебу, а когда проект закончился, и я съела весь совет директоров, как и было поручено заказчиком, я поняла, что не вывезу все без О-Докуро. Да и отпуска у меня не было лет десять. Так что я закрыла все, что можно, и завершила все дела. И вот я здесь. И что я планирую делать сейчас? Подумала я, допивая кофе, смотря на обложку учебника. Правильно, пойду-ка я разберусь, как этот одиннадцатилетний Северус взломал зелья. – Увидимся позже, – махнула я рукой Валери, поднимаясь, беря учебник и направляясь в кабинет директора.