Шанс на шанс.

– Какие у тебя планы на зимние каникулы? – спросила меня Валери за завтраком. В последние несколько дней вся школа бурлила в предчувствии этих каникул: большая часть студентов разъедется по домам, меньшинство же останется в школе. Я планировала последнее. – А у тебя? – я взяла в руки кружку с кофе. Я поняла, что ей не терпелось поделиться новостями со мной, а спросила она меня так, для вида. – Мы с Люком отправляемся на Мальдивы, где вечное лето и рай! Будем жить в самом шикарном отеле, купаться, ездить на рыбалку и загорать. Только я и он. – Поздравляю, – у меня скулы аж свело от обилия этой патоки. А потом я вспомнила. – Черт!!! – воскликнула я на весь Большой зал. Почти все сразу обратили на меня внимание, не понимая причин моего возгласа. – Черт! – повторила я. – Что случилось? – Валери посмотрела на меня ошарашенную. – Гонконг! – я поставила кружку на стол, резко встала и стремительно вышла из зала так и не позавтракав. Быстрым шагом я направилась в свою комнату: мне срочно понадобился компьютер. Не могла же я забыть! Могла. Столько всего навалилось разом, что эта запланированная почти за год поездка в мой любимый Гонконг совсем вылетела из головы. Подлетев к компьютеру и запустив его, я открыла папку под названием «Отпуск». Ну точно, на эти зимние каникулы у меня был запланирован отпуск в Гонконге видом на пик Виктории с О-Докуро. Он же все и бронировал, покупал билеты, продумывал маршрут, чтобы по приезду ни о чем не переживать, а только наслаждаться отдыхом, которого у меня не было не помню сколько лет. Только вот О-Докуро уже нет… – Что-то забыли? – вдруг раздался голос. Я обернулась: в дверях стоял директор школы. Он все время останавливался именно там, так ни разу и не зайдя во внутрь, словно признавая мое безраздельное право на эту территорию. – Да, – показала я ему открытый файл на экране компьютере. – Про свой отпуск. – Поедете одна? – Изначально задумывалось, что с О-Докуро, но,.. – не закончила я фразу. – Валери? – Нет, у нее там Люк, Мальдивы, рыбалка, – помотала я головой, думая, что делать: деньги за О-Докуро вернуть будет практически невозможно за такой короткий период времени – выезжать нужно буквально завтра. Решение пришло неожиданно. – Не хотите со мной? – спросила я профессора Снейпа. – В Гонконг? – он точно не ожидал такого поворота событий. Но раздумывал он недолго. – Хм, отпуск и мне не помешает. Как будем добираться? – Самолет? Портал? Трансгрессия? Камины? – перечислила я. – Все, кроме самолетов, действует только здесь, на островах, – скептически заметил директор. – Надеюсь, это будет первое, чем вы займетесь на посту премьер-министра. – Тогда самолет, – вздохнула я. – Вылет завтра. Там тепло. Большую часть полета мы молчали, обмениваясь только самыми необходимыми словами. Северус что-то читал, иногда внимательно и задумчиво осматривая самолет, в котором мы находились, то смотря на меня, словно пытаясь что-то понять, что не давало ему уже давно покоя. Я заняла свое привычное место, попросила чашку кофе и углубилась в изучение новой книги по моей теме, которая вышла буквально на днях, и мне ее сразу же доставили к вылету. На следующий день, отоспавшись и придя в себя, мы сидели в моем любимом ресторане с видом на пик Виктории на самом лучшем месте, откуда открывался просто изумительный вид. О-Докуро умел планировать. И выбирать. И он всегда знал, как позаботиться наилучшим образом о моем комфорте. Как же давно я этого хотела, осознала я, откидываясь на спинку стула, отпивая из фарфоровой чашки с традиционными китайскими узорами божественный кофе, в меру горячий, в меру сладкий. Вот так сидеть, любоваться моим любимым городом, пить кофе и не думать ни о чем. – И сколько у вас не было отпуска? – спросил профессор Снейп, сидя напротив меня. – Года три точно, – подсчитала я в уме. – Сначала все было расписано на год вперед. Потом была та несчастная конференция, – как вкатиться в осинт? Я в очередной раз закатила глаза, – и после этого вся Азия выстроилась в очередь, это прибавило еще года два. Тот проект с советом директоров был последним в списке. – Почему отпуск именно здесь, а не на… – Мальдивах каких-нибудь? – усмехнулась я. – Я не сразу полюбила этот город. В самый первый раз у нас не сложились отношения, он мне показался слишком уж неудобным, безумно дорогим и тесным. Но потом я пожила тут пару недель. – Это когда вы проходили обучение на тот самый сертификат? – уточнил он. – Угу. Пять дней в режиме нон-стопа, практически без сна, мозг плавился от напряжения, но я собрала все ачивки и даже получила картинку с голым самураем, – улыбнулась я, вспоминая. – Я была единственной девочкой в группе и единственной, кто решил ту самую зубодробительную задачу от преподавателей, которая и принесла мне голого самурая. А после этого я спала целый день и оставшееся время гуляла по городу. Вот тогда-то я и поняла его атмосферу, его стиль, его вайб, как сейчас говорят. И все. Случилась большая любовь на всю жизнь. – Самолет ваш? – вдруг спросил директор. – Мой, – итак, первый вопрос задан. И каким же будет второй я тоже знала. – У вас есть все: любимая работа, редкий сертификат, самолет, вы можете позволить себе все. Тогда зачем вы согласились на обучение? – профессор пытался понять и не мог. Я не успела ответить: – Кого я вижу! – вдруг раздался громкий возглас. Я обернулась и увидела парня в гавайской рубашке и таких же шортах, направляющегося к нам. Я поднялась, он обнял меня. – Ну, привет, не ожидал тебя тут встретить, – он был искренне рад меня видеть. Еще бы… – Привет, Пол. Как дела? Я тут в отпуске. – Все отлично. Слышал, как ты разнесла тот совет директоров, – похвалил он меня, отпивая коктейль из стакана. – Ты тут надолго? Может на яхте покатаемся? – ну, началось, вздохнула я про себя. Ответить я не успела, как на мое плечо властно и покровительственно опустилась рука. Северус. – Она занята, – спокойно произнес он тоном царя, вождя, бога, господина. Я еле удержала свою правую бровь на месте, чтобы не испортить момент. Все знаки были считаны верно. – Понял-понял, – усмехнулся Пол. – Тогда удачного отпуска, – пожелал он мне, разворачиваясь и возвращаясь за барную стойку. Рука была тотчас же снята с плеча. Я села на свое место, беря в руки чашку и отпивая из него. – Спасибо, – тихо проговорила я после. – Не за что, – в тон ответил директор. Какое-то время мы молча любовались прекрасными видами. – А можно мне больше не писать сочинения от руки, а сдавать в напечатанном виде? – задала я вопрос, который мучал меня уже столько времени. Печатаю я быстрее, чем пишу. – Нет. – Ну почему? – я сделала большие глаза как у Бэмби. – Я понимаю, что после произошедшего вам хочется, чтобы я потрепал вас по голове и сказал: «Малыш, тебе можно все»… – Мне нравится все после малыша, – быстро вставила я. – но нет, – закончил фразу. – В этом никаких исключений. Я закатила глаза и тяжело вздохнула.