Где-то на одиноких берегах, обрамлённых Океаном

Суббота, а это значит, что обед будет проходить в темном замке. Два дня в неделю, два медленно тянущихся дня в скудной компании отца и супа из креветок. Серый, велюровый рюкзак вмещал в себя всё что нужно было. Как опустошенный пиратский сундук: немного золота, жидкость в бутылке, клочки бумаг и сабля — изрисованный скетчбук и острый карандаш, усердно заточенный об лезвие канцелярского ножа. Таня наклонилась завязать шнурки на своих кедах: грязно-белые полоски туго сжались и умелыми руками были обращены в затянутые петли. Она оглянула маленькую прихожую: лабрадор, цвета пломбира с карамелью, ожидающе сидел, высунув свой язык, рюкзак мирно валялся, видимо он тоже чего-то ждал. «Это не может быть всё, я точно что-то забыла», — думала Таня, в растерянности пытаясь искать «потеряшку» по комнате. Она всегда так делала по выходным, обед был длинным и отсидеть весь, ни разу не вставая — трудная задача, так что увеличивая время своего опоздания, Таня сокращала время пребывания в сером замке. «Нашла», — взгляд зацепился на спутанной куче проводов, лежавших кофейном столике. Маленькими шажками, на цыпочках, Таня добралась до кучки «змеюк» и принялась её распутывать. Провода шипели, оскаливая свои притупленные зубки, они явно не хотели, чтобы их тревожили в столь ранний час. «Как так можно запутаться?», — спрашивала девушка, пока её руки боролись с встревоженной змеиной идиллией. Наконец, приложив усилия, Таня имела на руках наушники и USB-провод, победоносно откинув второе в сторону, она двинулась к выходу. Собака подала голос. — Ты чего, друг? — ласково сказала Таня и погладила пса по голове, — а… я поняла, — паркет был засыпан мелкими кусочками сухой грязи, следами прокладывалась дорожка от столика к выходу. — Лучше, пойдем, нам ещё опаздывать! — рюкзак запрокинут на спину, наушники болтаются на шее, вместе с кулоном. Пёс испустил недовольный вопль и поплелся в сторону открытой двери.

***

Дом Тани был на окраине её маленького городка, такой же маленький домик, соразмерный вашему сараю или гаражу. «Город на краю Земли», именно так называли это место туристы, путешествовавшие по берегу Атлантического океана. Утро этот «клочок земли» встречал серым небом и густым туманом, вечер так же, но лишь чуть-чуть рассеивая туман. Солнце было редким гостем, но желанным, как никто другой. Несмотря на такую мрачную погоду, жители всегда улыбались. Туман, серое небо и улыбки — главные составляющие этого города.

***

Мешковатая коричневая куртка, вышитая летающими орлами, звёздами и ракетами, обрывками фраз и вдумчивыми цитатами, и сломанный замок. Pink Floyd в ушах, Pink Floyd у сердца. Чёрная футболка с радугой и затёртые на коленях джинсы. Ветер развевает короткие волосы. Wish You Were Here Таня шла не торопясь, в такт умиротворяющей мелодии. Наслаждаясь буйствующей красотой. Извилистая тропа у берега, вдоль пустынной дороги. Волны разбивались о чёрные каменные глыбы, холодные капли изредка попадали на лицо. Её ноги пинали камни, лежащие на дорожке, отправляя их в долгое водное путешествие. Learning To Fly Пёс верен своему другу. Как всегда, он верно следовал за девушкой, вдыхая своим влажным чёрным носом влажный серый воздух. Впуская в лёгкие солёные капли, Таня напевала известные песни, периодически выкрикивая строчку за строчкой в глубь океана, в надежде, что однажды какой-нибудь путник услышит и приплывёт, приплывёт за ней… Блюз гитар — столкновение волн, голоса, звучащие с пластинок — чайки в воздухе. Шаг за шагом, лапа за лапой, минута за минутой они приближались к серому месту, что выделялось от всего только размерами. Breathe Весь шум океана и его обитателей пропадал тут. Тихое место. Стеклянная дверь была всегда открыта, через неё Таня входила внутрь. «Избавься от своей куртки, у неё даже замка нет! Она даже не защитит от дождя, ходишь только в футболке в такой холод!» — говорили Тане все, кто её окружал. Но как же они не поймут, холод для неё был только за этой стеклянной дверью. Собака всегда ждала её на крыльце, во время её обедов. «Как часто Тане хотелось, чтобы она осталась у двери, а собака вошла в дом». — Будь хорошим мальчиком, Чоко, — чмокнула Таня пса и приласкала его, с тоской о их долгом расставании. Неохотно девушка потянула ручку двери. «Меж тем все в этом доме относились к ней ласково».