Часть 1
30 января 2019 г., 21:46
История первого поцелуя Эдди Каспбрака.
Это произошло ленивым теплым днем в конце сентября. Уроки только закончились, и они с Ричи сидели бок о бок на полу в комнате Каспбрака и делали домашнее задание по математике.
Если быть точнее, Эдди решал примеры, а Ричи перечитывал комикс про Людей Икс в сотый раз на этой неделе.
Если быть еще точнее, Эдди пытался сделать домашнее задание, а Ричи, будучи Ричи, постоянно отвлекал его.
Казалось бы, он просто сидел, скрестив ноги с комиксом на коленях, и был настолько погружен в историю, что первый раз в своей жизни вел себя тихо. Но даже в тишине, на эмоциях от очередного напряженного момента в сюжете, он вскакивал и слегка ударял Эдди по колену. И, как любой адекватный человек, астматик находил это очень раздражающим из-за того, что он никак не мог завершить домашнюю работу по математике.
Из этого положения был один простой выход: Эдди мог просто пересесть. Так и он бы смог закончить решать примеры, и Ричи бы дочитал комикс. Но уж чего Каспбрак больше всего не хотел признавать — так это то, что он не хочет потерять физический контакт со своим крашем.
Ага. Эдди был влюблен в Ричи. Безнадежный случай.
Они были лучшими друзьями с шести лет, и внезапно Каспбрак влюбился.
Ну, может не совсем внезапно. Он и сам не понял, когда это началось. Они всегда были привязаны друг к другу, и, возможно, в один момент привязанность начала возрастать. Теперь Эдди не мог сдвинуться ни на два дюйма, лишь бы не разорвать контакт с Балаболом.
Да, все было настолько плохо.
И самое главное не то, что он просто хочет держаться ближе к Ричи. Он хотел гладить его, успокаивая, убирая все волнение, которое Тозиер, казалось, держал в себе. Эдди хотел поцеловать, почувствовать его улыбку на своих губах.
Эдди многого хотел, но мечтать не запретишь. И Каспбрак ни в коем случае не хотел рассказывать ему об этом.
Ну, во-первых, потому что у Ричи нет к нему никаких чувств. Тозиер, конечно, иногда делал вид, что флиртует, но это было не всерьез, и он выражал свои чувства только тогда, когда дело доходило до мамко-шуток. Эдди знал: чувства Ричи чисто платонические.
Во-вторых, Эдди точно знал, что Тозиер не гей. Сам Каспбрак вышел из шкафа в прошлом году, и неудачники поддержали его, а Ричи даже сказал, что не верит в ярлыки, когда дело касается любви; Эдди до сих пор не уверен, что понял его слова правильно. Ладно, допустим, это был намек, но все-таки, какова вероятность, что ему нравятся мальчики?
А еще признание разрушит их дружбу. И уж лучше Ричи будет просто другом, чем его вообще не будет.
Итак, чтобы избавиться от столь затруднительного положения, когда Ричи чуть не запрокинул ногу на его учебник, Эдди решил действовать по своей проверенной тактике — начать фыркать:
— Если ты не перестанешь шевелить ногами, я лично тебе их отрублю.
Ричи замер, и Каспбрак было вздохнул от облегчения, пока не повернулся и не увидел хитрую усмешку на лице Балабола.
— Наконец-то мы станем одного роста, Эдс, — ухмылка становилась только шире.
— Отвали. Я ж не виноват, что восемьдесят процентов тебя составляют конечности.
— Ну, может конечности — восемьдесят процентов, а мой чл…
Ричи не смог закончить предложение, так как в него прилетела подушка.
— Ты худший, — пробормотал Эдди, но улыбку с лица убрать не смог. Он действительно счел эту шутку немного забавной. — Но серьезно, прекрати двигать ногами, мне еще задание закончить надо.
— Ладно, прости, — смягчился Тозиер, — Просто этот комикс настолько хорош, что я не могу сидеть на месте.
— Я все понимаю, но ты уже пятый раз на этой неделе его перечитываешь.
— Да ладно тебе, Эдс! Смотри, как круто! Магнето такой классный, — Ричи показал на страницу, где Магнето поднимает машину над армией солдат.
— Магнето же злодей.
— Да, но он против угнетения мутантов, он пытается их защитить.
— Создавая геноцид среди обычных людей.
— Люди в любом случае скучные, — пожал плечами Ричи.
Эдди в возмущении всплеснул руками.
— Он плохой парень!
— Он плохой парень со сложной историей. Он просто нуждается в любви.
— Давай теперь еще замуж за него выйдешь, ты же так любишь его, — слова выскользнули перед тем, как Эдди успел их обдумать, поэтому он поспешил добавить, — или оденься в его костюм на Хэллоуин.
— Звучит заманчиво, — Тозиер приложил палец к губам, обдумывая идею, — Но нет, я уже решил, что на Хэллоуин я буду капитаном Америкой.
Эдди несколько секунд пялился на Ричи, после чего согнулся в приступе смеха.
— Что? — парень не получил ответа от все еще хихикающего Эдди, — Что смешного, Эдс?
— Серьезно? Капитан Америка? — Каспбраку пришлось сделать несколько глубоких вдохов для того, чтобы перестать смеяться. — В костюме с полосами и звездочками? Самый патриотичный человек в США? Тот, кто дрочит под государственный гимн? И ты? Не обижайся, Рич, но ты слишком далек от него.
— Ладно, может, я и не его точная копия, но тут дело скорее в другом. Просто выслушай меня, — Ричи посерьезнел, — Прямо сейчас «готовится сыворотка». На данный момент, я просто слабый, уродливый неудачник, но в следующем месяце мне уже снимут брекеты и купят контактные линзы, я буду совершенно другим. Я типа приму сыворотку и превращусь в Капитана Америку! — он в воодушевлении ударил кулаком по воздуху, — А еще мне нужно прийти в форму, а для этого нужны тренировки. Вчера я чуть не задохнулся, пока шел по лестнице. А вообще, пора бы завязывать курить… — бормотал он, пока Эдди сидел в замешательстве.
— Ты правда так считаешь? — спросил он.
— Что?
— Ты правда считаешь, что ты уродливый неудачник?
Пускай у Ричи были эти дурацкие очки, увеличивающие его глаза в несколько раз. Пускай у него были брекеты. Пускай восемьдесят процентов его тела составляют конечности. Тозиер не самый привлекательный парень на планете, но это не помешало Эдди влюбиться в него. Он выглядел глупо и нелепо, но Каспбраку это даже нравилось. И Эдди уж точно не мог поверить в то, как действительно о себе думает Ричи после его слов «да ты что, дамы просто без ума от моей милой мордашки».
— Да ладно, Эдс, — Ричи закатил глаза, — Беверли называют «Бобрли», потому что эта шутка рифмуется к ее имени. Меня люди называют бобром, потому что я на него похож. — он беззаботно пожал плечами, будто давно смирился.
— Ни ты, ни Беверли не похожи на бобра, — горячо возразил Эдди, — А еще, ты не неудачник.
— Но разве я не состою в Клубе Неудачников?
— Да, но… — Эдди запнулся, — ты не можешь думать о себе так низко.
— Значит, с тем, что я неудачник мы разобрались. Что не так с моим вторым прозвищем?
— Если ты и правда думаешь, что ты уродливый бобер, то поздравляю, ты только раззадориваешь тех, кто дал тебе его.
— Нет!
— С каких пор тебя вообще волнует, что думают другие?
— Всех волнует, что о них думают окружающие, — Ричи отвел взгляд, — даже ты.
— Меня волнуют только ты и Неудачники. А не какие-то там идиоты, которые только и умеют, что раздавать дебильные клички, — Эдди начинал задыхаться. Только Ричи мог довести его до такой степени, что помочь уже мог только ингалятор. — Послушай. Эти люди не имеют значения. Все, что они говорят — чушь. Они не знают, какой ты на самом деле. Ты не уродливый неудачник Капитан Америка. Ты Ричи Тозиер. Самый прекрасный человек, которого я когда-либо встречал. Ты идеален.
Это именно то, что ему нужно было услышать. Балабол повернулся и уставился на Эдди. Он смотрел так долго, что Каспбрак растерялся.
— Ты думаешь, что я идеален?
Сердце Эдди разбилось на тысячу кусочков. Неужто он правда принимает все настолько близко к сердцу?
— На самом деле, никто не идеален, — поддразнил астматик, на что Ричи надулся, — Но, — он обхватил щеки Тозиера руками, — Для меня ты идеален.
Ты идеален со мной, хотел добавить Эдди, но понял, что будет уже слишком. Ведь сейчас он пытался не признаться ему в чувствах, а только поддержать.
Каспбрак уже открыл рот, чтобы начать выдавать новые комплименты, но почувствовал пару потрескавшихся губ на своих. Простой поцелуй, который закончился так же быстро, как и начался, послал миллион искр по телу Эдди.
Когда парень чуть отстранился, он увидел не менее удивленное лицо Ричи, будто тот сам не верил в происходящее. Щеки обоих стремительно розовели.
— Это был мой первый поцелуй, — пробормотал Эдди. Первый поцелуй с Ричи Тозиером.
— П-прости, я н-не… — глаза Балабола стали в два раза больше, и даже не из-за очков.
Он не успел договорить, как Эдди снова поцеловал его, и этот поцелуй был в разы лучше. Несмотря на то, что пластиковые жесткие очки прижимались к носу, мозолистые руки — к щекам, а на губах чувствовался привкус металла от брекетов, Эдди ощущал себя так, будто внутри загорелся огонь. Ободрившись прикосновением Ричи, он даже открыл рот и, высунув язык, смело облизнул нижнюю губу Тозиера.
Каспбрак почувствовал, что Балабол хочет отстраниться, и обиженно засопел.
— Вау, Спагетти, — прошептал Ричи, затаив дыхание. На его лице была улыбка, а взгляд был направлен точно на губы Эдди. Это зрачки были так расширены, что едва можно было увидеть радужку глаза.
Я сделал это, в шоке подумал Каспбрак.
— Я тебе уже говорил, что я ненавижу, когда ты меня так называешь. Я тебе не еда, — покраснел астматик и отвел глаза. Его сердце билось с сумасшедшим темпом, он чувствовал головокружение, но все же насколько было приятно, что Ричи не ответил на поцелуй с отвращением.
— Конечно нет, Эдс, — он замолчал, обдумывая следующие слова, и тут его только что зацелованные губы растянулись в улыбке, — Ты моя маленькая закусочка! Милая, маленькая закусочка, которую я могу носить с собой и обнимать, когда захочу, — Ричи схватил Эдди за руки и потянул к себе, чтобы поцеловать еще раз.
— Ты невыносимый.
— Эй! — Ричи двинулся вперед и приобнял Эдди за талию. Каспбрак удивленно вскрикнул от неожиданной близости, — Ты только что назвал меня идеальным и поцеловал, теперь ты просто не можешь говорить обо мне что-либо плохое.
— Господи, я себе только что жизнь сломал? — сказал Эдди голосом, полным тепла.
— Видимо да, — мелодично рассмеялся Балабол, — Теперь я не смогу вернуться к той пытке с попытками держать себя под контролем и не целовать тебя. Особенно сейчас, когда я попробовал такого сладкого Спагетти.
Сейчас бы Эдди закатил глаза и раздраженно прокомментировал слова Ричи, но вместо этого он выдал лишь:
— Тебе правда понравилось?
— Эдс, ты сейчас серьезно? Я хотел поцеловать тебя, когда только впервые увидел твою симпатичное личико! Почему я, по-твоему, сделал тебе предложение, когда нам было по шесть?
Эдди засмеялся, когда вспомнил это.
— Я уверен, ты хотел выйти за меня только из-за поцелуев, — Каспбрак пытался казаться обиженным, но в такой ситуации это было просто невозможно. Ричи хотел поцеловать его с шести лет!
— Ты прекрасно знаешь, что не это основная причина, — Тозиер обнял Эдди еще крепче и притянул к себе так, чтобы голова астматика лежала на его плече, — Но, знаешь, поцелуи — неплохой бонус.
— Прости, что накричал на тебя. Я просто не понимал тебя, и не знал, почему ты так о себе считаешь. Это меня и расстроило, и разозлило. Ты все время мне так помогал.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, — Каспбрак переплел их руки, — когда началась вся эта хрень с моей мамой и бесполезными таблетками, ты всегда был рядом. Ты постоянно придавал мне уверенности и сил. Я и поверить не мог, что ты тоже не уверен в себе.
— Я всегда с этим боролся. Просто старался не подавать виду.
Эдди почувствовал, как Ричи уткнулся лицом в его шею. Каспбрак повернулся и обхватил его щеки двумя руками. Он серьезно посмотрел в глаза Балабола. В глаза, которые всегда были открыты и честны. В глаза, которые сейчас выглядят такими печальными.
Я люблю тебя, дурачок. Люблю тебя, мой несовершенно совершенный мальчик. Разве ты не понимаешь?
— Ты всегда можешь поговорить со мной об этом. Я тоже не на сто процентов в себя верю, но, я думаю, мы справимся вместе, — Эдди растаял, когда увидел эту глупую, но милую улыбку Ричи.
— Мне нравится, как это звучит, — Тозиер поцеловал астматика в лоб, — Значит, будешь Пегги Картер для меня, Капитана Америки.
— Ни за что, — рассмеялся Каспбрак, — Я, конечно, люблю Пегги, но мы полностью отказываемся от идеи Капитана Америки на Хэллоуин.
— Ну и кем мне тогда быть?
— Ну… Ты все еще можешь быть Магнето. А если с очками, тогда ты будешь очень похож на Доктора Игона из «Охотников за привидениями».
— Я так и знал, что он тебе нравится!
— Ой, заткнись. Ты не можешь винить меня за то, что мне нравятся умные люди.
— Теперь я знаю, что нужно, чтобы понравиться тебе, — Балабол чмокнул Эдди в щеку, и Каспбрак понял, что он сейчас, скорее всего, похож на спелый помидор, — Хорошо, я буду Доктором Игоном, а ты тогда кем будешь?
Эдди замолчал. Он знал, кем он отчаянно хотел быть. Даже костюм не понадобится. Минут двадцать назад он бы такого не сказал, но, воодушевившись идеальной улыбкой Ричи, он смело выпалил:
— Твоим парнем?
Ричи замер. Это было слишком рано, да?
— Господи, Эдс. Предупредил бы сначала, а потом доводил до сердечного приступа. — слабо сказал он, но все же улыбнулся и снова переплел их руки.
— Это значит «да»?
— Конечно, это значит «да»!
Эдди не знал, как он оденется на Хэллоуин, но точно был уверен, что Ричи, теперь уже его парень, будет с ним.
Вот она, история первого поцелуя Эдди Каспбрака.
