On the stage

Тина даже не смогла подойти к нему и дать пощечину за такую подлость. Не было сил. Сейчас хотелось забиться в тихий уголок и рыдать, громко, навзрыд, чтобы никто не слышал. Она была морально подавлена, это был именно тот удар, который словно лезвие прошелся по ее сердцу, заставляя Тину сжиматься от боли, которая пронизывала низ живота. Словно нож в спину, которого никак не ожидаешь от близкого тебе человека. До последней минуты она все не могла в это поверить, певице казалось, будто это все сон. И лучше бы это действительно было так… Потап с Кристиной так бы ничего и не заметили, если б не громко хлопнувшая дверь. Блондинка оторвалась от Леши, глядя на него испуганными глазами. — Кто это был? — нервно спросила Кристина. — Не знаю, подожди, я сейчас. Потапенко вышел из кабинета и увидел ужасающую картину: Тина лежала на диванчике в приемной и рыдала. Мужчина моментально понял, что произошло, но он боялся к ней подходить, боялся самого себя, корил за свой поступок, за то, что заставляет девушку вот так вот биться в истерике. — Тиночка, — он все же осторожно дотронулся до ее плеча, но она скинула его руку и посмотрела на Лешу таким взглядом, что он вмиг прочувствовал всю ту боль, что ей причинил, — солнышко, пожалуйста, не плачь. Потап и сам понимал, что несет какую-то ересь, но слова сами срывались с его уст. Ему так сейчас хотелось повернуть время вспять, исправить все ошибки, которые он успел совершить. Сердце сжималось при взгляде на нее. Забрать бы сейчас всю боль этой малышки себе. — Тинулик… От этого обращения Тине стало еще противнее, слезы полились с новой силой. Она даже не могла ему ничего ответить, слезы, горькие и жалкие, буквально душили ее. Его горячие руки, прижимающие ее к себе, слова, которые он произносил, поцелуи в висок…как же ей хотелось сейчас от всего этого избавиться. Остаться наедине, только бы не видеть этого предателя. Но тело не желало слушаться, не было сил оттолкнуть его, высказать все, что она о нем думает. Единственное, что сейчас было — это опустошение: и моральное, и физическое. В этот момент Кристина, уже порядком уставшая ждать мужчину, да и к тому же она все-таки волновалась за него, вышла из кабинета. Леша показал ей знаком, чтобы она зашла обратно. Сейчас Потапу тоже было тяжело. Вот они две его любимых женщины, и по-прежнему он не мог сказать, кого любит больше, сердце словно разрывалось на две половины. — Пожалуйста, выслушай меня. Пошли в кабинет, малыш, подальше от посторонних глаз. Не дождавшись ответа от Тины, Леша просто-напросто поднял ее на руки и понес к себе в кабинет. Потап сел на диван, посадив Тину к себе на коленки, а Кароль от бессилия положила свою голову к нему на грудь. Леша прижал любимую к себе и стал гладить по голове, пытаясь успокоить. Естественно никаких ответных действий взамен он не получил. Она была абсолютно равнодушна и лишь только тяжелые всхлипы указывали на ее тяжелое состояние. Сейчас не было сил даже сопротивляться, девушка находилась будто в прострации, не замечая никого и ничего вокруг. Ей было все равно. Пусть делает сейчас с ней все, что хочет. Пусть даже целует на ее глазах другую. Ей безразлично. Потому что ее сердце стало вмиг холодным и бесчувственным. Кароль чувствовала себя игрушкой в его руках, которой можно воспользоваться, а потом выбросить за ненадобностью. Слишком много боли было в ее сердце, казалось, что уже никакие обстоятельства, никакие действия и люди не смогут сделать больнее. Даже слез уже не было, лишь пустота внутри. Пустота, которую уже ничем не заполнишь. Какое знакомое чувство! Но как же она надеялась, что больше никогда в жизни ей не придется его испытать. Но судьба распорядилась иначе. Кристина захотела уйти, чтобы не мешать Потапу и Тине, но Потап не дал ей этого сделать. Девушка чувствовала себя здесь лишней. На самом деле все это время она чувствала себя лишней в его жизни. Сейчас ее сердце так же как и сердце Тины «разрывалось» на мелкие осколки. Что только не творилось в ее душе. Она чувствовала себя самой порочной женщиной на свете, винила лишь себя во всем происходящем, а еще было больно отпускать его. Ведь любовь не прошла… — Тина, — сделав над собой усилие, обратилась Кристина к девушке, — не вини Потапа, это все из-за меня. Он не хотел этого… Девушка приняла всю вину на себя, ей было сложно это сделать, ведь по сути они ни в чем не виновата, но сейчас это казалось единственным способом загладить свою вину и сохранить их семью. А мужчина в этот момент посмотрел на Кристину так, что в его взгляде отразилась вся боль и сожаление за то, что он ей причинил. Мужчина только сейчас в полной мере осознал, что он натворил…заставил страдать сразу двух любимых девушек из-за собственного эгоизма. Ведь именно он не хотел принимать это сложное решение, бездумно пустив все на самотек. — Я все видела — с трудом выдавила из себя Кароль. — Я не хотела причинять вам такие страдания. Не думала, что это все так будет. Это все моя глупость — девушка не сдержалась и тоже заплакала. Сейчас ей было жалко Тину, Потапа и себя…но несмотря на все это, она продолжала выгораживать Алексея, принимая удар на себя. Любила. Слишком сильно любила. — Я знаю, что не достойна вашего прощения, просто, пожалуйста, не вини Потапа, он тут ни при чем. Он очень тебя любит, я это вижу — последние слова были сказаны шепотом сквозь слезы. Сердце Потапа «рвалось» на две части. Хотелось обнять и Тину, и Кристину. Он видел, как сейчас плохо обеим, видел слезы обеих и ту боль, которая пронзала сердце каждой. Надо было делать выбор прямо сейчас. Именно сейчас надо было отпустить одну из любимых девушек из своей жизни навсегда. — Кристин, — произнес Потап через какое-то время, — извини, но у меня есть Тина. Я ее очень сильно люблю. Все, что сегодня произошло — это недоразумение. Я никогда не собирался ей изменять. Потапу пришлось соврать, сказать, что это было всего один раз, но он сделал свой выбор. Возможно, если бы не ребенок, то он принял бы другое решение, но реальность была такова… Мужчина покрепче прижал Тину к себе, с жалостью смотря, как Кристина уходит. — Береги ее — очень тихо, полушепотом, сказала девушка на прощание. Как только Кристина выщла из кабинета ей ужасно захотелось рыдать, не плакать даже, а рыдать. А еще казалось, что она снова никому не нужна. А смысл так жить, когда у тебя никого нет, и никому до тебя нет дела? Всего один решительный шаг и все…не будет никаких мучений. Как же ей хотелось сейчас сделать этот решительный шаг в пропасть, шаг в никуда. Да, девушка осознавала, что Леша сделал правильный выбор, но ей от этого легче не стало. Потап еще долго сидел с Тиной на руках. Время уже давно перевалило за полночь, но они все не уходили. Сейчас в голове мужчины крутилось множество вопросов, на которые не было ответов, но время покажет, правильный ли он сделал выбор. Ему было больно, хотелось нормально попрощаться с Кристиной, обнять ее в последний раз и избавить ото лжи, а еще было стыдно за то, что он сделал во всем виноватой ее, эту маленькую ни в чем невиновную девочку, которая ради него пошла на обман, которая взяла всю вину на себя. А смогла бы Тина так поступить? Ему казалось, ответ очевиден — нет. — Солнышко, поехали домой — предложил Потап, но ответа не получил. Девушка все так же сидела, уставившись в одну точку и игнорировала все его слова и действия. Потапенко понимал, что она обиделась, сильно обиделась, и что она с ним не заговорит, поэтому он лишь молча поднял ее на руки, взяв в другую руку пакеты с ее покупками, и понес в машину. За все это время Тина не произнесла ни слова, покорно подчиняясь мужчине. Потап посадил девушку на заднее сиденье автомобиля и, заведя машину, тронулся с места. Леша решил отвезти ее к себе домой, так как ехать в Зазимье было долго, да и к тому же на часах уже почти 4 часа ночи. Кароль даже не заметила, что они едут вовсе не к ней домой, девушке было сейчас абсолютно безразлично. В душе образовалась пустота, которую трудно было восполнить. Сейчас ей больше всего хотелось позвонить сыну, услышать его родной и такой любимый голос, а еще лучше уехать к нему. По дороге Тина сама не заметила, как заснула, поэтому по приезде Алексею пришлось нести ее на руках, но как только мужчина взял ее на руки, певица моментально проснулась, но с рук не слезла. Это было лишь потому, что у нее не было сил идти самостоятельно. Зайдя в квартиру, Потапу пришлось отпустить Тину на пол. Девушка втала на пороге, переминаясь с ноги на ногу, она не особо торопилась проходить внутрь квартиры. — Можно я в душ схожу — Тина все-таки заговорила с Потапом. — Конечно, Тинулик. С каких это пор ты меня спрашиваешь? — по-доброму поинтересовался мужчина. — С тех самых пор, когда мы стали чужими людьми. Эти слова болью отозвались в сердце Потапа. «Чужие» эхом раздалось в его голове. Неужели разлюбила? Так просто и легко… — Чужими? — непонимающе спросил Леша, на что девушка кивнула. — Прости, Тиночка, ну пожалуйста.ты самый дорогой для меня человек. Я тебя очень люблю. То, что ты увидела, было недоразумением. Она сама потянулась. Прости. — Я бы простила тебя, Потап… Просто знаешь, уже надоело прощать. — Я докажу тебе, что это была ошибка — Леша взял ее руки в свои и умоляюще посмотрел в ее глаза. — Не нужно. Я все поняла. Дай пройти, пожалуйста — Тина попыталась отойти от мужчины, но он не дал ей этого сделать. — Тин, посмотри на меня. Ну ты же меня любишь. А я люблю тебя. Потап ждал от девушки какого-то ответа, прощения, признания, но Тина молчала, не собираясь с ним дискутировать, она уже сделала выбор и менять ничего не собиралась. Все, хватит прощать. Девушка поняла, что человек, как бы сильно он того ни хотел, не меняется. А мириться с тем, что он будет ей постоянно изменять, она не собиралась. Но вот следующий вопрос заставил ее вздрогнуть. — А как же ребенок? Наш ребенок, Тин. Ты сама говорила, что ему нужна любовь и забота. — Я тебе не могу запретить видеться с ним, поэтому можешь звонить в любой момент. Но, к твоему счастью, он пока даже не родился, так что можешь шляться с кем хочешь и сколько хочешь — съязвила блондинка. — Родная моя, я только тебя люблю. Никто мне больше не нужен — Алексей приблизился к Тине на слишком опасное расстояние, так, что она могла чувствовать его дыхание у своих губ. — Все, мне надоели эти пустые разговоры, ведущие в никуда — Тина попыталась оттолкнуть от себя Потапа, но вызвала этим лишь легкий смешок у мужчины. — А так? С этими словами Потапенко сократил расстояние между ними и лишь прикоснулся своими губами к ее губам. Никаких поцелуев, никаких объятий, они просто стояли предельно близко друг к другу, его горячие губы касались ее губ, Леша мог слышать биение ее сердца. Секунда, две, три… Тина не принимала никаких действий, потому что всерьез обиделась. Да любила, да хотела простить и возобновить отношения, забыть как страшный сон. Но не позволяла себе этого сделать. Слишком много ошибок он сделал. Алексей сам приступил к решительным действиям, проведя языком по ее губам и затягивая непокорную блондинку в поцелуй. Однако Тина не поддалась. Вместо желанного поцелуя мужчина получил жгучую пощечину. — За что? — спросил Потап, хватаясь за щеку. — Чтоб руки свои не распускал…и губы. — Но почему, Тин? — строил из себя дурачка Леша, все он прекрасно понимал, просто не хотел верить. — Потому что я не целуюсь с чужими мужчинами, Потап. И снова она назвала его Потап. Сначала мужчина подумал, что это случайность, но нет. Неужели они и правда стали чужими? Пока Потапенко размышлял на эту тему, Тина успела упорхнуть в душ. Стоя под напором воды, девушка пыталась отмыть от себя всю ту душевную грязь, которая накопилась. Отключить мысли не получалось, а вместе с ними лились и слезы. Было обидно и горько от предательства любимого человека. «Тина, ну ты же любишь его. Может стоит дать шанс?» — спрашивала девушка сама у себя, а потом сама же и отвечала — «Нет, Кароль, хватит прощать. Если это повторяется из раза в раз, то человек не изменится. Кабель, он навсегда останется кабелем». Из душа певица вышла в одном лишь полотенце, одев под низ только трусы. Своей одежы у нее не было, лишь то в чем пришла, да нарядные платья, купленные сегодня в бутиках, а просить одежду у Потапа она не собиралась. Во-первых, потому что вообще не хотела с ним видеться и разговаривать, а во-вторых, ей было противно все, связанное с ним, к тому же все его вещи пропахли ее любимыми духами. Такой терпкий, но в то же время совсем ненавязчивый аромат с нотками лимона и мускатного ореха. Этот запах она узнает из тысячи, он особенный, принадлежащий лишь ему. Для нее это и есть аромат настоящего мужчины. Но нет! Сейчас это абсолютно ни к чему. Замотав волосы в полотенце, Тина легла под одеяло. Она не боялась, что он придет и начнет к ней приставать. Доверяла. Хоть и была обижена, но доверяла. Честно, девушке не хотелось спать с ним в одной постели, снова ощущать его аромат, видеть любимые глаза, чувствать рядом его дыхание. Но с другой стороны, блондинке безумно хотелось, чтобы он снова поцеловал ее в животик, потом в губки, пожелал спокойной ночи и обнял за грудь, как он обычно это делал. Эта процедура уже стала неким ритуалом для Кароль. Но сегодня она решила обойтись без него. Хватит, пора отвыкать от всех этих нежностей. Именно поэтому Тина ушла спать в другую комнату, даже не пожелав Потапу спокойной ночи. Однако, Леша сам пришел. Зайдя в комнату, он аккуратно лег рядом с блондинкой прям на одеяло. Потап прекрасно понимал, что она будет против, чтобы он спал с ней, да к тому же еще и под одним одеялом. Но все же мужчина решил попытать своего счастья. — Тинулик, можно я с тобой лягу? — улыбнувшись, спросил Алескей. — Я, конечно, не могу запретить тебе этого сделать, ведь это твоя квартира… Но честно, мне бы не хотелось — равнодушно ответила Тина. Именно после этих слов Леша понял: все, что говорила девушка до этого было чистой правдой. Неужели действительно разлюбила? Да еще и так быстро… Если она просто обиделась, то накричала бы на него, обозвала или же просто выгнала из комнаты. Ох, лучше бы накричала, но только не вот это холодное безразличие. — Тин, — Леша нежно коснулся ее пальцев, а затем взял их в свои руки, — а как же наш ребеночек? — Я тебе уже говорила, я не могу тебе запретить с ним видеться, поэтому, пожалуйста, можешь звонить в любое время. Сказав это, девушка отвернулась от мужчины, и ему открылся прекрасный вид на ее оголенную спину. Вот только сейчас это волновало Потапа меньше всего, пусть она хоть полностью обнаженная телом, но душой Тина была закрыта. Никогда раньше при ссорах она не закрывалась от него. Да, девушка могла дуться, обижаться, игнорировать его, но на его прикосновения ее тело всегда отвечало; он всегда замечал ее улыбку, которую она неумело пыталась скрыть, если мужчина говорил что-то приятное; она всегда реагировала на него: позитивно, негативно, но реагировала. Но сейчас певица была равнодушна. А от ее заявления Потап испугался еще больше. Зачем ему нужна такая свобода? Как она может так просто говорить о ребенке? Она же прекрасно понимает, каково это воспитывать ребенка одной. Зачем ей снова эта ответственность? Хотелось обнять свою малышку, погладить, приласкать, только бы сделать ее жизнь легче. А больше всего Потап мечтал обернуть время вспять, чтобы исправить все те ошибки, которые он успел совершить. Но увы и ах… Не умеют люди ценить каждое мгновенье, а ведь иногда может быть уже поздно что-то сделать. — Тиночка, мы же хотели съездить вместе отдохнуть — Потап приблизился к девушке настолько, что она могла почувствать на своей шее его горячее дыхание. Однако сейчас ей было оно неприятно, хотелось отстраниться подальше, но некуда, девушка и так лежала на краю кровати. — Видишь, Потап, ты только сегодня утром извинялся передо мной, вон путевку подарил… Зачем все это было? Я только тебя простила, и ты опять все портишь, передаешь. Я просто не понимаю… — в этот момент ее голос дрогнул. Как бы Тина ни старалась, она все же не смогла сдержать слез, -…не понимаю, зачем? Неужели ты меня совсем не любил? Или это у тебя просто такая природа, ты никогда не изменишься. Ты всегда будешь искать себе новых женщин, а я не хочу тебя ни с кем делить. Так что, на мой взгляд, это лучший выход из ситуации. — Я люблю только тебя одну. Я не собираюсь и никогда не собирался искать себе других женщин. Для меня их просто нет, есть только ТЫ, Я и наш РЕБЕНОК. Вы с ним и Андрюша — самое дорогое в моей жизни. Потап не сдержался и обнял Тину со спины, утыкаясь лицом в ее шею. Девушка почувствала легкие поцелуи в шею. Да, сейчас ей было приятно…его слова, его губы, его руки. Конечно, она не разлюбила, невозможно так быстро разлюбить. Сейчас хотелось простить, но девушка отдернула от себя эти мысли. «Хватит прощать, слишком часто он оступается. Он совсем не ценит ни меня, ни нашу любовь, зная, что я без него не смогу, что всегда буду прощать… Пора сделать уже этот шаг, Тина. Так будет лучше всем» — Не стоит, — Тина дернула плечом, освобождаясь от его объятий. — Я, наверное, лучше поеду домой. Думаю, мы все выяснили… Тина поднялась с кровати, прикрывая руками грудь. Она не стеснялась. По сути, было все равно, что он там не видел. Просто не хотелось сейчас видеть этот его взгляд или что еще хуже — действия. Она понимала, что скорее всего он не даст ей так спокойно уйти. Впрочем, девушка была права.