Я возьму тебя силой

Что мы знаем о правилах? То, что правила, никогда ни к чему хорошему не приводят, оковы которые нам ставят или в которые мы себя загоняем никогда не доводят до добра. У людей должны быть ошибки, должны быть проблемы, взлеты и падения, должно быть все плохое для того чтобы четко осознавать как ты жил и что ты, черт возьми, вообще живешь. Если ты этого лишишься, считай умер, считай, что мир тебя уже похоронил. Страх, самое сильное чувство в этом мире, оно заставляет не двигаться там, где нужно бежать, оно останавливает и затыкает рот там, где этого не следует делать и в заключении, страх парализует. Бледная и худая рука девушки медленно поворачивает ручку двери, закрывает глаза и не из-за страха, а от огромного нежелания встречаться в Джином взглядом. Голый торс мужчины, широкие плечи, создают определенную атмосферу между парой. Ким желает найти утешение своей боли, а Джин принимает все за чистую монету и считает, что теперь их ждёт что-то большее, чем просто секс. Если недопонимание считалось бы одним из смертоносных грехов, то множество людей нашли бы слова чтобы объясниться. Однако, сейчас это не считается почти ничем, просто, это одна из неопределенных причин для того, чтобы себя оправдать. Взгляды мужчины и женщины по романам рождают по истине какую то магию и иную атмосферу, но здесь, в маленьком мотеле, в не самом лучшем микрорайоне Сеула, тоже творилась магия. Мужчина и женщина завернутая в одеяло, сидели за столом напротив друг друга и что-то медленно и лениво обсуждали. Со стороны казалось это идиллией обычной пары, но если разобрать всю картинку по кусочкам, можно было заметить как форма пазлов из которых сложена картина не состыковалась. И картина была уже не такой идеальной, и чем дольше ты смотрел на неё, тем меньше видел той самой идиллии. Теребя чашку горячего шоколада в руках, Ким буравила деревянный лакированный стол, глаза поднять на брюнета не могла, она ощущала стыд каждой клеточкой кожи. В голове, словно яркие вспышки вспыхивали фрагменты совокупления, от этого то кружилось всё, то белело и это явно было нездоровым признаком. Мысли носились между двумя огнями или двумя мужчинами, это смотря с какого ракурса посмотреть. Тело ныло от прикосновений и было совершенно не понятно, нравилось это ему или нет. Тишина растеклась на всю квартиру, воздух стал душным и тяжелым, а напряжение висело в воздухе, казалось, если чиркнуть спичкой все взлетит на воздух. Два взрослых человека сидели напротив друг друга и не могли связать и двух слов, им не хватало смелости признаться в том, что их не устраивало, не хватало смелости решится признаться или отвергнуть. За временем следить уже не было смысла, Ким казалось, что прошёл целый день, все тело затекло и вспотело, но на самом деле прошло минут двадцать. Как известно,время слишком жестоко для тех кто находится в ожидании. Карие глаза напротив прожигали в брюнетке дыру размером с пятирублевую монету, от этого ей становилось ещё более неловко и она словно маленький утёнок пыталась закутаться по самый нос в одеяло. -как ты себя чувствуешь? - собственный голос Джина показался ему очень громким и он слегка вздрогнув медленно облокотился на спинку деревянного стула, который выдавая свой возраст весело заскрипел. «Ужасно», пронеслось в голове у Ким, но произнести правду она не осмелилась, опустив глаза и помешивая уже тёплый шоколад звонко стуча чайной ложкой. Понять, от чего же ей было плохо она не могла, на самом деле, не было ни одной причины для такого повеления. Джин хоть и был в её глазах полным подонком, но сейчас он держал стойку ровно и никуда не уходил. Может он и не хотел уходить, она этого не знала, но ощущение нужности еле уловимым шлейфом проносилось мимо неё. -все в порядке, спасибо что спросил. -это всё, что смогла из себя выдавить Ким, а ведь по сути с ней и было все хорошо. А это самовнушение к добру никогда не доведёт. -спасибо что спросил? Ты здорова? -лицо у Джина выдало не самую лучшую эмоцию, казалось, что у него защемило нерв и он пытается справиться. Ким подняла глаза и громко сглотнула ком который моментально подкатил к горлу после слов мужчины. Джина раздражал тот факт, что даже не смотря на случившуюся связь, Ким была совершенно неприступна. Ему хотелось признания, впервые в жизни ему захотелось кому-то принадлежать и выбор пал на самую строптивую женщину, да ещё и на ту с которой у него было противостояние. Брюнетка сидела за столом завернутая в одеяло по плечи и плавала в океане своих спутанных мыслей. Напротив неё был Джин, его озадаченное лицо выражало тонну непонятных эмоций. Дело зашло в тупик. Солнечные лучи медленно вытекали из горизонта и постепенно освещали все в округе. Время плыло медленно и с момента близости Джина и Ким прошло не мало времени, но они по прежнему оставались на своих местах. Первым зевнул Джин, усталость поражала его тело и брало вверх над ним. -я не могу больше молчать, я хочу отдохнуть, ты со мной? -после долгой тишины по всему номеру пробежала живая вибрация. Ким прикусила губу и не спеша вышла из-за стола, её мысли были только об одном человеке и это о брате. Всей душой её тянуло в свою квартиру, чувство вины уничтожало её. Она осторожно прошла к шкафу и вытащила от туда чёрное худи и синие джинсы. Некогда светлая и уютная квартира Ким Тэ Хи осталась в полном распоряжение Чон Чонгука. Первые дни его проходили в полном одиночестве, вечером он сидел перед диваном и пытался сделать вид, что сестра ушла не навсегда, но ближе к полуночи напивался и засыпал. Если бы он знал, что сможет изменить жизнь лишь тем, чтобы не поддаться соблазну, он наверняка бы выбрал правильное решение. Сегодняшний вечер должен был проходить так же как и предыдущие вечера, в полном одиночестве. Но, дьявол искуситель сердец людских, дал соблазн младшему брату. Ноги почему то несли сегодня Чона не в магазин за пивом или соджу, а в бар который был в пару сотен метров от автобусной остановки. Вывеска бара терялась из-за своего темного цвета, поэтому Чонгуку пришлось несколько раз спросить где вход, чтобы попасть в Садом и Гамору нашего времени. Тусклый свет и на удивление тихая музыка расслабляла с первых минут, всё что хотелось, это сесть на стул и попросить дать что-то покрепче. Стоило быть более внимательным к вывескам на входе и на табличках висевшим у барной стойки, проституция, словно это какой то килограммовый товар был зашифрован под названия напитков. Но меню с «закусками» подавали не сразу, сперва нужно было очаровать и раскрепостить посетителя, дать ему набраться, а уж потом предложить. Так и случилось, пару стаканов виски выпитые залпом и уже пышногрудая официантка медленно покачивая бёдрами закидывает удочку в виде простой беседы. Пару банальных фраз и глаза мужчины словно бенгальские огонёчки загораются, а в них танцует вожделение и похоть. Небольшой жест в виде пролитого алкоголя на себя означает, что выходят на охоту русалки. Пышногрудая девица удаляется, а на её место подсаживаются несколько барышень на любой вкус. У Чонгука все плывет перед глазами и алкоголь снимает замок с его языка и видимо с его тела, болтливые девушки в один миг заговаривают юношу и он уже рассказывает о том как ему нравится в Сеуле. Выпитого алкоголя все больше и больше, а трезвости ума все меньше, единственная брюнетка с длинными волосами пользуясь моментом опьянения называет себя именем его сестры. Все происходит очень быстро, крепкие объятия и настойчивые поцелуи дают зелёный свет к оплате труда, но даже после отданной суммы пьяный Чонгук не собирается отпускать свою сестру. И если после подобных случаях девушки вызывают полицию и выставляют парня обществу извращенцем, а себя жертвой, здесь все меняется, когда девушка с чёрными волосами по плечи решает пойти на поводу своего любопытства. Красотка кажется очень сексуальной и податливой, быстро соглашается на поездку в его дом, только это вовсе не его дом, но сейчас Чонгук об этом и не вспоминает. Быстро цокая каблуками по холодному асфальту пара направляется под ручку в квартиру. Они почти не разговаривают, вечерний холодный ветер дует сильно, порывами, влажность в это время года повышенная в Корее,от этого становится ещё холоднее. Девушка прячет нос в тоненькую кожаную курточку, остаётся пару метров до двери в подъезд, но красотка на огромных каблуках отступается и подворачивает ногу с соответствующим звуком. Чонгук ловко подхватывает пышногрудую красавицу за локоть, а затем поднимает на руки. Алкоголь снова приливает к мозгам и красные пухлые губки кажутся ему через чур сексуальными и манящими. Перед глазами все плывёт, разум то отключается, то включается, Чонгук медленно открывает глаза. На его груди расположилась брюнетка, она тихо сопит, за окном уже светает, а голова жутко пульсирует. Он прикрывает глаза от боли, но это почти не помогает, кривится и пытается расслабиться. Медленно убирает руки и голову девушки, садится на край кровати обхватывая руками голову. Солнечный тусклый свет проникает в комнату и тянется маленькой полоской до двери. Чонгук протягивает руку к потоку солнца и начинает играться с тенью. Спящая девушка переворачивается на другой бок подминая под себя подушку, тем самым напоминая о своём существовании. Брюнет оборачивается натыкаясь взглядом на голые плечи и спину гостьи, значит все что ему как казалось снилось было совсем не сном. Он едва слышно хмыкает и отворачивается дальше играть с тёплым лучом солнца. С утренними пробками Сеула Ким никогда не могла смириться, особенно сейчас, когда вся её душа желала увидеть родного ей человека. Автобус медленно ехал, переодически сигналил перебегающим дорогу людям, Ким медленно укачивала поездка. И она сдавшись желанию, закрыла глаза и заснула. Проснулась она от криков женщины стоявшей рядом с ней, она что-то спорила и выясняла с рядом стоящим мужчиной. За окном все так же мелькали деревья и высокие многоэтажки. До дома оставалась уже не так много, что не могло не радовать. Хосок и Сунми стоят в аэропорту с двумя чемоданами, счастье и довольная улыбка не покидает лицо девушки. Она безумно счастлива, что Хосок рвёт все нити которые его держат здесь и уезжает с ней. Она искренне верит, что сможет показать ему себя, а так же верит искренне, что её любви хватит на двоих. Ей не жалко себя, она не чувствует себя ущемлённой, но чувствует себя самой счастливой девушкой. Худая рука с длинными ногтями сплетает пальцы, до рейса остаётся пару часов. В мыслях уже солнечные планы, а в реальности с каждой минутой лицо Хосока все серее и серее. И если бы он сам мог понять чего желает его сердце, все было совсем по другому, после долгого молчания он спускается на первый этаж и подходит к автоматам с газировкой. Пару железных монет глухо падают в приёмник, стеклянная коробка начинает медленно гудеть изнутри и выталкивать спрайт. Зелёная банка скатывается вниз и Хосок лениво поднимает её, как неожиданно холодные руки обвивают его плечи, телом он чувствует чужое прикосновение. Жестяная банка падает на пол и разрывается, женский взвизг как гром среди ясного неба заставляет рыжеволосого вздрогнуть. Хохоча во все горло Сунми выглядывает из-за левого плеча парня, весело заглядывает в испуганные глаза. Такая тема вовсе не веселит Хосока, а наоборот, злит ещё сильнее, но демонстрировать злость он не собирается. Тяжело вздыхает и натягивая легкую улыбку перехватывает блондинку и небрежно целует в нос, Сунми на седьмом небе от счастья она нежно обнимает своего бойфренда и они поспешно возвращаются к своим вещам оставленным без присмотра. До вылета остаётся десять минут, Хосок нервно крутится в кресле и постоянно держит Сунми за руку, мысли его запутаны, голова начинает болеть и он закрывает глаза. Проходит минут сорок, но сон никак не приходит к нему в отличии от его девушки которая положив голову ему на плечо мило сопит. Хосок не шевелится, ему не хочется нарушать чуткий сон блондинки, он медленными движениями достаёт телефон из кармана джинс и машинально заходит в галерею. Машины, отчеты, селфи и Ким Тэ Хи, веселые глаза этой женщины смотрят прямо в его душу. Тяжело вздыхая и закрывая фото он переходит в диалог с Ким. Пальцы быстро набирают вступительное обращение и замирают. Что дальше? «Эй, девчонка... Выдох...это прощание?