Цвети

Дело происходило уже днем после занятий. Цзян Чэн быстро шагала в сторону от пристани, разгневанно бурча на Вэй Ина и его удачливость. Сам же виновник злости девушки шёл сзади на небольшом расстоянии и хихикал. Причина, по которой произошел между ними спор, была проста, как знание о том, что солнце встаёт на востоке, а садится на западе. Вэй Ин пытался доказать Цзян Чэн, что он мастер во флирте, на что ему веско ответили, что девушки больше внимания уделяют ей, чем ему. — Прекрати злиться, Чэн-мэй, — протянул с улыбкой в голосе Вэй Ин, прибавляя шагу, чтобы не сильно отставать от быстрого шага, — а то похожа на питомца Бабушки Чи. Такая же надутая. — Закрой рот! — разозленно отозвалась Цзян Чэн, не оборачиваясь. Парень только якобы тяжко вздохнул. В следующее мгновение он незаметно сдёрнул колокольчик с одежды сестры и вновь отстал на шаг. — Чэн-мэй, Чэн-мэй, ты кое-что уронила, — насмешливо протянул Вэй Ин и, после того, как А-Чэн остановилась и обернулась, быстро наклонился и поднял его. Он смотрел из-под челки ехидно, будто бы с вызовом, но честно протягивал хозяйке ее потерю. Цзян Чэн подозрительно глянула в ответ, но сделала шаги по направлению к своему шисюну и потянула руку. Едва коснувшись колокольчика пальцами, девушка ощутила, как он выпадает из руки Вэй Ина, а сам этот паразит хватает ее за руку и обольстительно подмигивает: — Какая же ты неуклюжая. Цзян Чэн бросила яростный взгляд в сторону очень довольной морды явно флиртующего шисюна. Вот что-что, а это выражение его лица она успела выучить за все походы в город. Сам же Вэй Ин внимательно следил за малейшими движениями А-Чэн, и когда она, зло выдохнув, вырвала руку и села на корточки, сам быстро присел и вновь перехватил её руку в том же жесте, на этот раз улыбаясь шире. Девушка скептически кинула взгляд исподлобья. — Вэй Ин! Ты совсем ум растерял? — Она шипела не хуже своей матушки, когда та отчитывала его, поэтому парень лишь обезоруживающе, как ему казалось, улыбнулся и смолчал. Со стороны Цзян Чэн, которая и так была не в благодушном состоянии, послышалось яростное шипение-рычание. Вэй Ина очень умиляли эти кошачьи и змеиные повадки, которые она явно унаследовала от отца и матери. Однако парень был начеку. Он уже ее взбесил, а значит, девушка сейчас полезет в драку. И ожидания сбылись. Вырвав свою руку, она замахнулась для удара, но А-Ин не зря уже столько лет был адептом ордена и вечным компаньоном А-Чэн, поэтому он легко перехватил её руку — недавно он, наконец-то, сумел обойти её в силе и теперь мог, с трудом, останавливать её удары. Он не распространялся, но это было его главным достижением за всё обучение. Нет, Вэй Ин давал ей себя бить, иначе было бы подозрительно, но вот сейчас он посчитал хорошим вариантом отбить её удар. Схватив её руку он еще ехиднее и обольстительнее улыбнулся девушке. Он и сам не знал, зачем дразнит Чэн-мэй. Но это доставляло немалое удовольствие его душе. — Вэй Ин… — Цзян Чэн едва держала себя в руках от злости. Он даже подметил, что, дай Мадам Юй А-Чэн Цзыдянь, девушка огрела бы его без раздумий, но сейчас она встала, не вырывая из захвата руку, и, зло улыбнувшись, зарядила с ноги парню в грудь. Удивленно крякнув, он повалился назад, утягивая сестру за собой. Вдвоем они прокатились по берегу и рухнули в прохладную воду. А-Чэн, которую до этого Вэй Ин перехватил поудобнее, чтобы сильно не пострадала, зло пнула его в бок и вырвалась, всплывая на поверхность. А-Ин поплыл за ней. — Идиот! Что за чушь ты только что творил?! — Нечего было драться, — протянул обиженно Вэй Ин. — И как тебе? — Твой взгляд побитой собаки? — фыркнула девушка, вылезая на берег и выжимая выбившиеся из прически волосы. — Ужасно. Хуже, чем при твоём первом появлении в Пристани Лотоса. Вэй Ин даже вздрогнул при упоминании своего существовании до появления здесь. Однако он осознал, что если она упомянула его прошлую жизнь, то обижена и разозлена очень сильно. А-Ин тоже выполз на берег и мелкими шажками приблизился к своей спутнице. Та обиженно отвернулась и продолжала выжимать свою одежду. Парень заискивающе обошел подругу и протянул ей колокольчик. Она выхватила его из руки шисюна и повесила обратно на пояс. — Чэн-мэй, — протянул Вэй Ин, — Чэн-мэй, — он крутился вслед за обиженкой. Потом отважился сделать рисковый шаг, после которого он либо получил бы по голове, либо выжил: выдохнул, будто нырял в омут, и обнял свою сестренку. Сейчас примирительные объятия действовали хуже, чем в детстве, но если не выпускать, пока не успокоится, то можно считать, что он прощен. Осталось дождаться прощения. А в это время мадам Юй выплюнула выпитый чай и разбила чашку, слишком сильно сжав ту в руке. Её бедные глаза не выдержали зрелища, что предстало ей из окна. Этот щенок явно получит наказание!