Между нами химия

Глава 36

POV Леша Слова Тины о том, что она очень переживает из-за ссоры с родителями, заставили меня серьезно задуматься. Я всегда знал, что Тина очень ранимая, но не думал, что она настолько близко к сердцу все воспринимает. Я решил во чтобы то ни стало помирить ее с родителями. Пускай ее отец меня ненавидит, но Тина не должна из-за этого страдать. В конце-концов он же ее любит, значит, не откажет мне в разговоре. Мы очень долго лежали с Тиной рядом, не говоря друг другу больше ни слова, лишь обнимаясь и чувствуя тепло друг друга. Именно тогда ко мне и пришла эта мысль, однако тревожить девочку я не решился, она и так переживает, а если я сейчас еще исчезну вдруг из дома на пару часиков, то наверняка успеет себе там надумать кучу всего ненужного. Через какое-то время я заметил, что Тина заснула, но сон ее был очень чуткий. Я максимально тихо выбрался из ее объятий и, написав предварительно записку о том, что иду на тренировку, вышел из квартиры. Набрав номер Тининого отца, я уже приготовиться долго ждать ответа, но он взял трубку буквально после нескольких гудков, будто ждал именно моего звонка. — Да? — не слишком-то дружелюбно произнес он. — Здравствуйте, Григорий Самуилович, это Алексей, — тут я немного замялся, думая, как лучше представиться. Парень вашей дочери? А вдруг ему не понравится, он же рьяно против наших отношений. Учитель вашей дочери — глупо… — Что вы хотели? — кажется, он меня и так узнал. — Я хотел бы с вами встретиться и поговорить насчет Тины. Это очень важно. — Что уже надоела тебе? Еще две недели не прошло, а ты уже пытаешься от нее избавиться, — как-то зло усмехнулся он. — Я бы не хотел обсуждать по телефону, — сдерживаясь, ответил я. Все-таки это Тинкин папа, нагрубить ему — не самая лучшая идея. — Если уж такое дело, то можете подъехать к нам домой, у меня жена как раз на работе, никто нам не помешает разговаривать. Хотя, честно признаться, видеть тебя мне очень сложно, стоит только представить, что ты сделал с моей дочерью. — Хорошо, я минут через пятнадцать подъеду, нормально? — я до последнего старался сохранять вежливость. — Нормально. Не знаю, что должно произойти, чтобы наши взаимоотношения с Тининым отцом наладились и стали, если уж не приятельсикими, то хотя бы нейтральными, без враждебного настроя. Ведя машину по направлению к Тининому дому, я попытался понять его, представить себе такую же ситуацию. А если бы моя дочь вдруг стала встречаться с учителем, да еще и с такой, мягко говоря, негладкой репутацией. Наверное мне бы это тоже очень не понравилось. Но я бы смирился ради счастья любимой дочери, понял бы ее. Хотя, может быть, я только сейчас так говорю, ведь сам оказался в такой ситуации, когда действительно по-настоящему влюбился в ученицу. Нет, Григория Самуиловича однозначно можно понять, но это не значит, что смириться. Я должен обязательно завоевать его расположение, ведь больше всего в этой ситуации страдает Тина, которая вынуждена метаться средь двух огней. — Здравствуйте еще раз, — произнес я, переступая порог такой знакомой мне квартиры. — Здоровались уже. Проходи на кухню, — на удивление, он сдерживал себя, хотя было видно, что дается ему это с трудом. Сняв ботинки, я прошел за хозяином на кухню, располагаясь на стуле, который находился прямо напротив окна. А когда-то мы обедали тут с Тинкой, она тогда первый раз накормила меня едой, приготовленной собственноручно. Однако не время для приятных воспоминаний, ведь нам предстоит серьезный разговор. — Ну и о чем же таком важном ты хотел со мной поговорить? Что моя девочка тебе мешает водить в дом баб? Ну так, сам подписался. — Во-первых, я никого в дом не водил, не вожу и водить не собираюсь, — достаточно жестко сказал я, как бы обозначая свои позиции. — Во-вторых, я действительно люблю вашу дочь, пусть вам в это сложно поверить. Ну и наконец, пришел я не из-за этого… Тина очень переживает из-за вашей ссоры, это неправильно, понимаете? — кажется, последняя фраза была явно лишней. — Уж ты то точно знаешь, что правильно, а что нет, — усмехнулся он. Сколько же ехидства и презрения в его голосе, чем я это заслужил. У нас не средние века, и просить руку его дочери я не обязан. Да, все получилось очень спонтанно, но в конце-концов на дворе 21 век. — Я, может быть, и не знаю жизнь настолько хорошо, как вы, но зато я очень хорошо знаю чувства вашей дочери. И ей очень тяжело осознавать, что любимый отец ее не понимает, не хочет понять. Она сильная девочка, никому не показывает, что ее это беспокоит, но я знаю, что она бы очень хотела с вами поговорить, причем нормально поговорить. Почему вы не хотите ее выслушать и хотя бы попытаться понять? — Потому что ты запудрил ей мозги, и она ничего кроме тебя видеть не желает. Если бы она хотела поговорить, то давно бы уже пришла или позвонила, — в душе он чувствовал, что я прав, но признавать мою правоту для него было слишком стыдно. Вот в кого моя девочка такая упрямая! — Она боится, что вы запретите нам видеться. Она еще совсем маленькая, ей сложно находиться между вами и мной, постоянно контролировать ситуацию. — Конечно, мне сложно смотреть тебе в глаза! Я так переживал за свою дочь, а она по глупому стечению обстоятельств связалась с тобой! Эти ваши неофициальные отношения. А если в школе об этом узнают?! Какой позор для моей дочери! «Как хорошо, что он еще не знает о том, что все уже в курсе». Я прекрасно понял, что он намекает на то, что мы с ней спим. Да, это получилось спонтанно, мы даже не встречались тогда. Наверное, по представлению Григория Самуиловича, люди должны хотя бы полгода повстречаться перед тем, как лечь в одну кровать, а еще лучше никакого секса до замужества. Старые нравы… Как же сложно. — Хотите я сделаю ей официальное предложение? Я действительно люблю Тину, я готов прожить с ней оставшуюся жизнь. То ли это страх говорил во мне, то ли я серьезно так думал, сложно понять, что руководил мной в тот момент. Конечно же, я очень люблю Тинку, но к женитьбе, мягко говоря, не готов. Да, Я люблю ее, да, мне нравится с ней спать, да, меня интересует все, что связано с ней, да, она прекрасная девушка. Но жить с ней двадцать четыре на семь в одной квартире, делить быт, и лишиться свободы я пока не совсем готов. — Ей 17 лет, какой может быть брак?! Или она беременна? Вот только не говорите, что это истинная причина вашего визита, — кажется, он всерьез испугался, потому что даже говорить стал по-другому, мягче что ли. По всей видимости, слова о браке добавили мне пару плюсиков к карме. Он даже как-то резко снова перешел на «вы». — Нет, она не беременна. А пожениться мы можем через год, когда Тине исполнится восемнадцать. Если вам так будет спокойнее, и вы станете больше доверять мне. Поверьте, Григорий Самуилович, я не хочу с вами враждовать, более того, я не хочу, чтобы из-за этого страдала Тина. Я понимаю, что вам очень сложно меня принять, я бы наверное и сам не был в восторге если бы мой ребенок связался с учителем, который еще и на несколько лет старше его. Но так сложились обстоятельства, любовь не выбирают. — Слишком уж громкие слова, — видно было, что он смягчился, и уже не так враждебно настроен, — но если то, что вы говорите, правда, то так уж и быть я не буду вмешиваться в ваши взаимоотношения. А официальность это хорошо, это я одобряю. Но учтите, что я все равно на вас зол, Алексей. — Спасибо, я надеюсь, вы не против, если мы с Тиночкой приедем к вам вечером. Ваша супруга же будет дома? — Хорошо, приезжайте часам к семи, Света как раз скоро придет. Кстати, она мне говорила, что Тина выиграла какой-то приз на этой своей конференции по журналистике. — Да, она выиграла гран-при, и вроде как теперь сможет поехать летом учиться в Швейцарию, что-то вроде языковой практики и журналистских курсов, насколько я знаю. — Отлично, передайте ей, что я очень ей горжусь. — Хорошо. Спасибо вам еще раз, — на прощание мы пожали друг другу руки, и я с облегчением вздохнул, кажется, одной проблемой меньше, но не надолго. Как только я вышел из подъезда, сразу же вспомнил свои слова о предложении. Вот и кто просил меня, спрашивается, ляпнуть первое попавшееся, не подумав?! Но теперь уже не время отступать, назвался груздем — полезай в кузов, как говорится. За свои слова надо отвечать. Это самый главный принцип, которому научил меня отец: мужчина должен отвечать за свои слова. А может оно как-нибудь само рассосется с этой женитбой, в конце-концов не завтра же нам в загс бежать. По дороге домой я очень надеялся на то, что Тина еще спит, потому что размер ее безымянного пальчика я не знал, а рисковать не стал. Но все-таки хотелось бы, чтоб это был сюрприз. Тренировка на сегодня естественно отменялась. Уже подъезжая к дому, я понял, что ужасно нервничаю. Кажется, нужно еще будет познакомить Тину со своими родителями. Они ведь даже не знают, что у меня девушка, а точнее уже почти невеста. Мне повезло, сегодня явно мой день, хоть и начался он довольно-таки нервно, но в принципе был приятным и…продуктивным что ли. Не каждый день ты уезжаешь из дома обычным парнем, а приезжаешь женихом…

***

POV Тина Ровно в 19:00 мы стояли на пороге моей квартиры, отчего я очень волновалась, ведь не знала, как папа отреагирует на мое появление, да еще и вместе с Лешей. Потапенко еще заставил меня одеться понаряднее, но так ничего и не сказал. Не успела я проснуться, как Лешка налетел на меня с предложениями поехать к моим родителям, чего у меня ну совсем сегодня не было в планах. Если бы папы не было дома, я бы еще поняла, потому что по маме действительно очень соскучилась, так как давно ее не видела, хоть и созванивались мы почти каждый день. Я пыталась как-то глупо отмазаться тем, что завтра контрольная по химии, и мне надо к ней г. отовиться, но конечно же Леша не поверил. Когда это Я готовилась к химии?! Могла бы придумать что-нибудь поинтереснее, если бы Потапенко не застал меня сонную врасплох. — Здравствуйте, Алексей, — надо же, мой папа так доброжелательно отнесся к Лешке! Я на минуту выпала в осадок. Что вообще происходит? — Тинуля, девочка моя, — мама сразу же принялась меня обнимать, а папа просто улыбнулся, сказав «привет». — Проходите на кухню, у меня там уже все накрыто. Ужин проходил в спокойной обстановке, папа даже ни разу ничего не сказал колкого в адрес Леши. Я уже давно не была такой счастливой. Поняла, что очень соскучилась по родителям, мне очень не хватало маминой поддержки и заботы, даже по папиной строгости соскучилась. И вот в этот самый момент, когда я яростно пыталась разобраться с тортом, ковыряя его вилкой, произошло то, что повергло меня в еще больший шок. — Я подумал и решил, что так всем будет спокойнее, и так будет правильно. Тинуля наконец перестанет нервничать и ревновать, а Григорий Самуилович, возможно, поймет серьезность моих чувств к Тине. Григорий Самуилович, Светлана Андреевна, — Леша встал, подходя ко мне, кладя руки мне на плечи, — я хотел бы попросить руки вашей дочери. «ЧТОООО???» — мои глаза стали по пять копеек, я чуть тортом не подавилась. Это же шутка сейчас, да? Все посмеются, повеселятся и все. Я нервно впилась изо всей силы ногтями в свою запотевшую ладонь, когда Леша встал на одно колено. — Тиночка, ты выйдешь за меня? — спросил он, смотря мне в глаза. А я, кажется, забыла как дышать. Я абсолютно не понимала, что происходит. Это розыгрыш сейчас?! И что я должна ответить? — Это правда сейчас? Или вы меня разыгрываете, — первое, что я спросила. — Правда, я хочу, чтобы мы с тобой официально поженились, возможно не сейчас, а через полгода, как только тебе исполнится восемнадцать. — Тогда я согласна, — я до последнего пыталась не разреветься, но у меня не получилось. Слезы счастья сами потекли по моим щекам, портя мне весь макияж, который я с таким трудом наносила минут сорок в ванной перед зеркалом. Я тут же почувствала крепкие объятия Леши, мамы и даже папы. Они, кстати, не сильно-то и удивились. — Вы знали, да? — вдруг дошло до меня, а они кивнули. — Блин, Лешка, я тебя так люблю-ю, — от счастья я запрыгнула на него, цепляясь руками за шею, и повисла как обезьянка. Мне казалось, что я сейчас просто взорвусь от счастья. Это было очень неожиданно, но безумно приятно. Теперь я его никогда-никогда не буду ревновать.

***

Всю дорогу до дома мы ехали в тишине, Потапенко сосредоточенно вел машину, а я наблюдала за своим женихом, положив ладошку на его ногу и глупо улыбаясь от счастья. За окном лил дождь, да и вообще погода была отвратительной: грязно, сыро, холодно. И это май месяц. Но сегодня ничего не могло испортить мое настроение. Я была слишком счастлива. И даже эта пасмурная погода за окном казалась мне самой прекрасной. — А возьмешь меня на ручки, — засмеялась я, потянувшись руками к Леше, когда он открыл передо мной дверь автомобиля, приглашая выйти. На что он лишь засмеялся и действительно взял на руки, целуя в губы. Мы так и стояли под ливнем, не прекращая целоваться и не обращая внимания на непогоду. Ну точнее Лешка стоял, а я находилась в его надежных руках. Буквально за каких-то пару минут мы промокли до нитки, сквозь мое белое летнее платье отчетливо выделялись возбужденные соски, что несомненно понравилось Лешке. Открыв заднюю дверь, он с каким-то отчаянным рвением бросил меня на заднее сиденье машины, наваливаясь сверху. Так же стремительно он снял с меня насквозь промокшую джинсовую курточку, кидая ее куда-то в сторону…