Достаточно солнечный день

Батильда с нетерпением ждала прихода Альбуса — это было очень заметно по ее суетливому поведению. Геллерт же спокойно поедал хрустящие печенюшки с молоком на завтрак и уже совсем не обращал внимание на эту суету — надоело. Сейчас он был поглощен своими любимыми мыслями о революции. Бабуля, наконец, не выдержала и поинтересовалась: — Альбус сегодня зайдет? Геллерт полуобернулся к ней и облокотился рукой о спинку стула. Юноша задумчиво догрызал последнее печенье. — Он каждый день приходит, что должно измениться сегодня? — Ой, да ничего, сынок, — отмахнулась Батильда и в очередной раз посмотрела в окно. — Вроде погода сегодня хорошая будет, как думаешь? Пока тучек нет, но все же облака вокруг ходят. — Наверное, — неопределенно буркнул «сынуля» безо всякого интереса, но после оживился. — Ба, есть еще эти ваши прекрасные печеньки? Батильда недовольно посмотрела на пустую миску и всплеснула руками. — Так ты же и мою долю-то съел, окаянный! В дверь очень вовремя постучали. Альбус был крайне пунктуален. Это даже немного пугало, казалось, будто он повелевал временем в некотором роде. Бабуля распахнула дверь и показала на гостя, хмуря брови. — Вот, и его, между прочим, тоже! Геллерт закатил глаза. — Альбус, милый, заходи, — проворковала Батильда. — Какие же вы у меня хорошие друзья, прямо не налюбуюсь. — … Допустим, — низким тоном ответил Гелл и шепнул подошедшему другу: — Она сегодня как сама не своя, забери меня отсюда поскорее. Тем временем бабуля не останавливалась: — Я очень хочу запечатлеть это. Вот вы скоро разъедетесь, а я тут одна и останусь. А так у меня память о вас будет, да и у вас самих тоже. Она открыла шкаф и достала несколько громоздкую, особенно для старушки, полевую камеру. — Не откажите старухе, давайте я вас сфотографирую. Взгляд Батильды был очень уж жалобным. Как отказать такой гостеприимной милой пожилой женщине? Альбус почесал затылок и смутился. — Ну, конечно, можно наверное. Хаха, это странно. — Чтож тут странного, лучшие друзья и без фотографий? — осмелела бабуля. Стало ясно, что спорить — себе хуже делать. — Ба, у нас есть дела поважнее, ты уж не обессудь. Альбус пнул стул Геллерта. — И мы с удовольствием их отложим ради вас, — с улыбкой закончил Ал. Геллерт несколько мгновений убийственно смотрел на друга, затем покачал головой и недовольно поднялся со стула, поправив рубашку. — Нет, ну не тут же! Света нет и фон с моей рухлядью не подходит. Старушка засеменила к двери. — Давайте где-нибудь недалеко в красивом месте. — О боже. Только один кадр, хорошо? — немного раздраженно попросил Гелл. — Один, два, как получится, — ответила Батильда и закрыла за всеми дверь заклинанием. Альбус взял у старушки слишком тяжелую для нее ношу. — Давайте я помогу. — Да уж конечно, этот никогда не поможет, — укоризненно отозвалась Батильда. Оскорбленный Геллерт начал вырывать фотоаппарат у друга из рук. — Осторожнее, там же пластина! — испугалась за аппаратуру старушка. — Вот что с молодыми сделаешь, а.

***

Всю дорогу друзья шли немного позади и рассуждали об очередном магическом эксперименте, что несомненно поможет им захватить мир и стать всемогущими. — И сегодня нам нужно это испытать. — Если мы выживем, — вздохнул Геллерт. Альбус рассмеялся: — Теперь буду знать твое слабое место. Твой потаенный страх. Выбирай, вспышкой в глаз или в жопу раз? Геллерт испуганно метнул взгляд на бабулю. Кажется, она была достаточно глуха. — Шуточки выбирай при моей бабушке! — А что, она меня почти все детство знает, — оправдался Ал, радуясь как смог смутить друга. — Значит, и ей ты подобные вопросы задавал? Юноши рассмеялись. Для Батильды это была услада ушам, но их разговоры она действительно не слышала. Они снова заговорились, и кажется уже не замечали, как всего минуту назад их тяготило это маленькое путешествие. Друзья чуть не натолкнулись на старушку, когда та остановилась оглядеть окрестность. — По-моему, достаточно красиво для нас, — заметил Альбус. — Нет, вон то прекрасное дерево не должно конфликтовать с моим прекрасным лицом, — возразил Геллерт. — Ты не уверен, красивее ли ты чем дерево? — Альбус прикрылся от удара аппаратурой и произнес наигранно серьезно: — Держите себя в руках, молодой человек. Батильда подняла юбки и сошла с дорожки на лужайку, покрытую однородной сочной травой, выглядящей словно моховая подушка. — Вот сюда встаньте, деточки. — Ой, давайте сначала поставим фотоаппарат. Куда лучше? Пока двое разбирались с аппаратурой, Гриндевальд подошел к намеченному месту и наблюдал за этим действом, думая, как бы покруче встать. Альбус выдвинул камеру и поднял взгляд на друга, с ухмылкой подмигнув ему. — Уже выбрал? — Только подойти сюда и узнаешь. Батильда не поняла о чем они, но улыбнулась. Пристроившись к камере, она отпустила Альбуса. Тот подбежал к другу, но встал чуть поодаль. Бабуля недовольно подперла рукой бок. — Ну что вы как не родные, ей-богу! Встаньте покучнее, обнимитесь. Геллерт! Что за лицо, ты хочешь чтобы я всю жизнь смотрела вот на это лицо? Вон твой друг как хорошо улыбается, бери пример! Альбус очень сильно пытался не захохотать. — Да, подойди ПОБЛИЖЕ, — процедил Геллерт. — Нам и так хорошо, бабуль, — крикнул ей Альбус. Если бы он не крикнул хоть что-то, то покатился бы со смеху. — Геллерт стесняется. — Ты ебанулся? Послышался щелчок. — Ой! — воскликнула Батильда, случайно нажав на спуск затвора. — Стойте и не двигайтесь! 10 секунд или сколько там надо подождать. — осматривая технику, она начала ворчать: — и почему не придумать что-то не на основе маггловской вещицы, дьявол ногу сломит в этом разбираться. Сразу же после финального щелчка началась драка вперемешку со смешками, и Батильда, покачав головой, потащила аппарат домой сама. Она знала, что юношей разнимать бесполезно. Собирались тучи.