Гореть

       Как и любого человека, что сделал выбор, Саске одолевали сомнения. Правильно ли он поступил, обратившись к наёмнику? Правильно ли он повёл себя, отказываясь выполнять свой долг перед собственной семьёй? Их семейство всегда славилось своей любовью по отношению к друг другу. Разве Саске не любит свою семью? Почему он позволяет себе предать их, в угоду своих интересов? Его одолевали сомнения, ему было страшно, страшно, что он предатель, что его рвёт на части, что он не хочет быть кобылой, которую продали, но это же его долг, чтобы осчастливить семью, чтобы показать им, как он любит их! Противоречия раздирали изнутри, и Саске чувствовал себя незащищённым перед собственными чувствами и мыслями. Свернувшись в клубок на кровати, Саске сжался, надеясь, что слугам не придёт в голову зайти к нему в комнату, чтобы прибраться. Иначе пиши пропало. К нему прибежит Микото, вызовет кучу лекарей с других королевств, чтобы вылечить своего ребёнка.        Саске улыбнулся. Он любил свою семью. Они заботились друг о друге по-иному, как стадо волков, что тихие и спокойные, короли зимних лесов, непробиваемые, но когда опасность настерегала их детище, в них просыпался инстинкт, способный уничтожить любую опасность, любую угрозу. В дверь постучали. Не хотелось вставать, ничего не хотелось. На Саске налетела апатия и холодное равнодушие. Какая разница, что будет дальше?        — Саске, ты как там? Всё хорошо? — голос друга какой-то взволнованный. Волнуется, правда же. Но какое Саске дело? А открыть дверь надо, иначе разорётся и сбегутся тогда уже все. Если честно, Саске не понимал, как такие противоположности как они смогли вообще подружиться.        Наруто другой. Более мужественный и мускулистый, загорелый и светящийся, как солнце. Саске же более утончённый, хрупкий, сама грация по себе. Если Наруто — это априори солнце, светящееся всегда и везде, то Саске лишь луна, которая блекнет на его фоне и светится как-то тускло и невзрачно, слабовато.        Как такие разные и при этом вместе? Саске открыл дверь в свои покои, и Наруто налетел на него, как ураган, как вихрь. Большими и мозолистыми руками обхватил за плечи и начал тараторить, как бешенный. Саске усмехается, но успевает уловить женское имя и приподнять брови:        — Сакура такая замечательная, — блондин говорит так воодушевлённо, так открыто, что Саске невольно краснеет, ведь эти обсуждения по поводу каждого происходящего с Наруто выглядят так глупо и наивно, и ему стыдно, что сам он ничем таким не делится, а если и делится, но не наивно уж точно.        — А у тебя что, Саске? Встретился с ним? — Сказать или нет? Но ведь они друзья! Тем более, он ему и посоветовал, что за мысли вообще?        — Встретился, — произнёс Саске и уставился глазами в лицо Наруто, давая понять, что будет говорить дальше, — Он пока ещё ничего не придумал. Сказал, что как будут идеи, то сразу же сообщит мне об этом.        — А деньги взял?        — Нет. Он... Какой-то странный, — вот она, главная мысль, что так утаивал от себя сам Саске, ведь его напугал этот незнакомец до чёртиков. Наруто порывисто обнял его, оценивая такой порыв со стороны Саске, ведь этот юноша, такой близкий и одновременно далёкий, никогда не расскажет про свои страхи, считая, что другие этого не оценят, что всем плевать, так зачем пыжится? И Наруто ценил такие моменты с Саске, любил их.        — Он меня очень напугал, Наруто. Такой... Пугающий, — продолжал Саске, чувствуя, что эти мысли об этом наёмнике очень напрягают его. Как будто он говорит о чём-то запрещённом, о каком-то зле, словно если упомянуть что-то эдакое — это зло возродится вновь. Странная какая-то аналогия, но больше в голову Саске ничего не приходило.        — Чем же он тебя напугал, Саске?        — Не знаю... Чем-то, — ответил Саске и прикрыл глаза. Что ещё нужно для счастья, когда лучший друг с тобой и рядом? И можно забыть обо всём? Наруто приподнял его голову, вглядываясь в лицо лучшего друга.        — Теперь обратного пути нет, Саске. Просто отпусти себя от проблем и забудь обо всём, как делаю я.        — Как делаешь ты? Сомнительное удовольствие.        — Но всё равно удовольствие же, — хихикнул Наруто и отстранился от него, — Ну что, мой друг, ты готов выслушать меня, влюблённого принца?        — Купидон много раз поражал тебя в сердце, Наруто, но ты непробиваемый.        — Хочешь сказать, что у меня быстро проходят мои влюблённости?        — Хочу ли сказать? Я уже сказал, — Наруто обиженно нахмурился, показывая, как он оскорблён, на что Саске лишь рассмеялся. Не умеет Наруто злиться, это каждому известное. А это так, напускное.        Отчего-то стало так легко. Всё-таки Наруто мог всегда в нужный момент найти правильные слова, которые приободряли. Саске улыбнулся в спину Наруто, который отвернулся от него и подумал, что будет скучать по этому лопуху, если он влюбится в кого-то по-настоящему, забьёт на Саске... Но ведь это ещё не скоро? А пока можно будет наслаждаться его заботой, смотреть ему в загорелую спину и понимать, что на сердце так легко.

***

       Итачи тщательно вырисовывал черты лица будущего мужа, уделяя внимание каждому элементу его лица, боясь, что может получиться грязно и некрасиво, ведь жених у него красивый. "Воробушек", — мысленно окрестил его Итачи и улыбнулся.        В любом случае, он уже придумал, что ему сделать и как поступить. И врядли это понравится Саске. По правде сказать — это вообще Саске не понравится.        Ну, что поделать? Итачи улыбнулся, кончиками пальцев касаясь рисунка. Всё-таки упускать такое чудо он не собирается, даже если это чудо будет против. Когда Итачи делал то, что хотели другие? Никогда.