Я научу тебя быть омегой

      После ужина, Гаара ещё немного побеседовал с сестрой и братом по поводу мер, которые стоит предпринять для безопасности Суны, со стороны Какаши поступило несколько советов, и шиноби разошлись по комнатам.       Какаши провел Гаару до комнаты. — Я знаю, что у вас проблемы со сном, господин Казекаге. — Да... — Но сегодня вы так сладко спали и даже улыбались во сне.       Гааре показалось, что мужчина улыбнулся ему под маской. — Вам тоже стоило бы выспаться. — Я знаю, что один маленький красноволосый омега не сможет справиться с бесонницей и хотел составить компанию. — Тогда, может... Как на счет прогуляться по саду? — Мне нравиться.       Гаара внутри просто ликовал. Этот запах миндального рома, этот взгляд, само ощущение того, что рядом с ним кто-то есть, и это неозвученное чувство взаимности... Ночь складывалась идеально.       Выйдя на темную аллею, пара пошла в сторону сада. Какаши взял омегу за руку. — Гаара, ты меня совсем не знаешь, и я был у тебя первый. Как думаешь почему? «Что он хочет этим сказать? Что я доступный? Или что я должен был отказать? Он же сам первый начал!» — ... — Потому что мы истинные, ты же обратил внимание на то, что твоя течка сработала на мой запах? — Да? То есть, я правильно думал, что у нас теперь отношения?       В глазах Собакуно блестнули радостные искорки. Какаши Хатаке вместо ответа просто снял маску и наклонился над мальчиком, пленя его губы. — Проведем твою течку вместе. После я вернусь в Коноху и возьму другое задание в твоей деревне.       Мужчина прижал парня к себе за талию и глубоко вдохнул его запах. Сам Гаара прижался к груди и наслаждался этим дурманящим чувством в груди.       Пройдя сад, парни вернулись в комнату, было прохладно и Какаши накинул на Казекаге свою куртку. Как только они зашли в конату, Хатаке повалил истинного на кровать. — Ты будешь хорошим мальчиком и пойдешь спать? Или прийдется тебя наказывать?       Спать совсем не хотелось, а такие заигрывающие предложения возбуждали. Парень потянулся к губам мужчины. Тот в свою очередь начал срывать с парня одежду. Гаара оплел ногами Хатаке, тот в момент перевернул его на живот и упер лицом в кровать, заставляя красноволосого больше прогнуться в спине. Вся попка уже блестела от естественной смазки. Комната так сильно пропахла течкой, что кружилась голова. В ответ Хатаке испускал свои феромоны, от которых Гаара начал елозить.       Мужчина ввел один, затем второй палец и удивился, что хоть он недавно его растягивал, парень всё равно оставался узким. Собакуно сжал одеяло в кулачки, ему хотелось полного заполнения, пальцев было мало, они только драконили животные чувства.       Зажав талию до синяков, Какаши сильным шлепком в одну секунду полностью вошел на всю длинну. Гаара проскулил, не то от боли, не то от удовольствия и желания. Пока Хатаке набирал темп, он нашел под каким углом простата, в то время как Казекаге уже не сдерживал стоны и извивался под ним. Мужчина прижал Собакуно за шею и вдавил в диван, от легкого удушья парень еще сильнее возбудился и немного напрягся, сжав член внутри себя. От него исходило еще больше ферамонов, которые будили животное в его альфе.       Хатаке решил поменять позу и не выходя, перекрутил его на своем члене и уложил на спину. Он закинул его ноги себе на плечи. — Приготовься, сейчас будет очень глубоко. — Аа..ах.       Гаара в ответ сжал коленки, подтянувшись ближе к истинному. Хатаке прижал малыша одной рукой за запястья, подняв руки того над головой. Он втрахивал его в кровать. Второй рукой время от времени придушивал, давая перерывы на востановление дыхания. Он приоткрыл его ротик и просунул туда пальчик. — Будем учить тебя делать минет, енотик?       В ответ «енотик» стал делать посасывающие движения с пальцем сенсея и выводить узоры кончиком языка по подушечке пальца. — Утром вместо пальца возьмешь мой член.       Мужчина обхватил рукой член Гаары и стал водить вверхи и вниз, сжимая ближе к основанию. Еще десять минут и парень, не выдержав удовольствия, кончил. Какаши едва успел вовремя опомниться и высунул, кончив себе в руку.       Гаара снова лежал обессиленый. Альфа сходил в душ и принес салфетки. Вытерев живот мальчика он лег рядом, тот сразу прижался к нему. Заковав его в железные обьятия, через какое-то время они мирно спали.