Я научу тебя быть омегой

      Какое паршивое утро, гудит голова и воняет, просто штырит перегаром. Из воспоминаний только пару кадров, где Цунаде выпивает три стопки подряд без закуси и берет тебя на слабо. Всё-таки пить уметь — тоже искусство. «Стоп, а как я оказался дома, и чей это вообще дом?»       Гаара заглянул под одеяло и обнаружил что он переодет в великоватые на него шорты и футболку, они пахли, Какаши-сенсеем. На минуту зрачки юного алкаша расширились почти на всю орбиту. Он же так старался его избегать вчера. «Так это я у него дома... Надо быстро уйти от сюда.»       Он попытался подняться, но запутался в собственных ногах и потерял картинку комнаты, так как в глазах все затанцевало. С грохотом он упал на пол. — Ну от тебя и фонит перегаром.       В дверях появился мужчина, одетый в банный халат. — Какаши... — Не надо извиняться, с Цунадой все напиваются.       Лицо мужчины было какое-то растроенное. — Где моя одежда? Я хочу уйти —, омега говорил почти шепотом. — Во сне ты вообще меня отпускать не хотел... — Ты сам от меня сбежал, а сейчас хочешь что бы я остался? —, парень до сих пор был возмущён тем поступком. — Прости, я не хотел, у меня не было выбора тогда. — А хотя бы предупредить?! Сложно бы....       Закончить предложение не вышло, так как сработал рвотный позыв.       Мужчина спохватился и быстро потащил Гаару в туалет. Он держал парня за волосы, чтоб второй не провалился в белый трон головой. — Первый раз держу омеге волосы. — А я первый раз пью с Цунадэ. Выйди, я умоюсь. — Хорошо, можешь взять новую зубную щетку в шкафчике, чтобы было тебя приятно целовать. — С чего ты взял что я тебя поцелую, выйди. «Из собственного туалета гонит. Вспомнил бы ты как сам вчера до меня домогался, когда я в говно тебя сюда притащил. И каких колосальных усилий стоило тебя переодеть. Ладно, я перед ним виноват, он имеет право отыграться... Но от него даже через запах алкоголя так сладко пахнет. В этот раз я не должен его отпускать.»       Гаара привел себя в порядок, почистил зубы, помылся шампунем Какаши, который пах корицей. Теперь о похмелье напоминал только слегка пожованный видок парня. — Узнаю своего малыша. — Еще раз так меня назовешь — ударю. Непонятно, что я с тобой не разговариваю? — А что ты сейчас делаешь? — Иду забирать свои вещи и прощаться с тобой. — А я думал приготовить тебе завтрак. — Спасибо, не надо.       Гаара пошел рыскать по той комнате, куда его выгрузили ночью, но ничего не мог найти. «Куда же он мог деть мои вещи. Знал, наверное, что я попытаюсь как он уйти.» — Ну как , нашел?       Мужчина приблизился и прижал к себе омегу, от него пахло альфой, который вот вот порвет, если кто-то сейчас помог бы его омеге сбежать от него. — Отодвинься от меня！ — Нет. — Тогда я, как Казекаге, запрещаю тебе посягать на мое личное пространство！       Гаара попытался использовать магию песка, чтобы атаковать шиноби, но Какаши резко переместился за спину омеги и обнял его. — Ты забыл, что я учил тебя использовать запах? Или пытаешься игнорировать мой? — Ты угадал. «Я забыл какие у него теплые руки. Он же понимает что такому мне сложно. Я ведь все это время вспоминал о нем и даже видел во снах.» — Прости, что я тогда сбежал — ,мужчина наклонился и прошептал на ушко, обпалив шею горячим дыханием.       Гаара ничего не ответил, а лишь прижался сильнее, уперевшись спиной в грудь Хатаке. Соотношение роста позволяло мужчине опереть подбородок на влажную красную макушку. — Я люблю тебя. — Я....Почему так сложно противиться, я же не собирался прощать... тоже люблю тебя. — Я не отпущу тебя больше. Даже, если ты захочешь сопротивляться. — А если я хочу развернуться, а ты меня держишь?       Какаши резко развернул парня к себе лицом и прижал за талию, медленно приближаясь к губам. — Ты бессовестный.       Шепот в самые губы, когда ты ощущаешь дыхание своего омеги сбивал с толку. Какаши увел в поцелуй Гаару, который сам уже ели сдерживался: — Сладкие. — Ну это твоя зубная паста. — Нет, это твой язычек.       Мужчина приподнял парня на руки, придерживая за ягодицы и кинул на кровать. — У тебя скоро течка. — Как ты это определяешь? — Я твой истинный и ощущаю все тонкости твоего запаха.       Какаши навис над Собакуно и изучал его взгляд. Такой прямой зрительный контакт казался еще более интимным, чем секс. — Зачем ты носишь эту маску?       Тонкие пальцы потянулись к ткани лице и начали ее стягивать. — Я всегда прятал лицо. — Зачем, у тебя нет шрамов или других изьянов, которые стоило бы прятать. — Потому что я похож на отца и считаю то самым уродливым, что во мне может быть. — Но при мне не смей одевать маску, понял！ — В каком тоне ты разговариваешь со старшим. — Мне можно.       Какаши снова прильнул к губам и заставил хрупкое тельце под собой прогнуться. Руки пловно спустились под великоватую футболку и начали играться с сосочками. — Ты уже мокнешь.       Парень лишь смущенно посмотрел в серые глаза и уперся руками в мускулистую грудь, халат сполз и оголил сильные плечи. — У нас ночью что-то было? — Ты был настолько пьян, что я боялся тебя шевелить, чтобы тебя не стошнило. Да и так неинтересно, я бы не стал пользоваться твоим положением. Только если ты сам захочешь. — Какой правильный. — Так что, скажешь это? — Не дождешься — ,омега покраснел. «Почему меня так смущают подобные вещи.» — Тогда не имею право тебя трогать, а то посягну на личное пространство Казекаге.       Мужчина убрал руки и стал наблюдать за предметом своего обожания. Феромоны альфы били во всю и пропитывали каждый уголок комнаты. Омега провел рукой по торсу, развязывая пояс халата, позволяя ему полностью оголить тело и свободно им любоваться. Он немного присел на локти и потянулся к пьянящим губам. Мужчина сразу захватил инициативу и поцеловал первым, не давая парню сделать это первым. — Я все еще не получил твоего разрешения.       В глазах играла смелость и похоть. Эти искорки заряжали и бездонные зеленые глаза омеги, но не прятали стеснения. — Скорее, ты сейчас слишком милый, чтобы я себя сдерживал. — Я ...очу ..т-т-тебя, Какаши..       Альфа прижал парня к кровати, заводя его запястья над головой и проникая языком в его ротик.       Свободная рука Хатаке начала спускаться вниз, гладя плоский животик, а жаркие губы спускались жгучими поцелуями по шее.       Феромоны альфы и омеги разносились по всей комнате. Какаши стянул одежду с парня и теперь рассматривал его утонченное тело. — Когда ты смотришь таким взглядом, то выглядишь, как умственно отсталый. — Влюблённый взгляд всегда выглядит дебильно. И у тебя такой же.       Гаара краснея отвернулся и хмыкнул, на что старший развернул его за подбородок и вцепился в его губы, запуская руку под прогнувшуюся спину.       Какаши приподнял за бедра парня и стал тереться возле колечка мыщц, медленно проскальзывая во внутрь. Длинные ноги он закинул себе на плечи и наклонился, впиваясь во взгляд мутно-березовых глаз.       Пока мужчина задевал простату мощными толчками, срывая приглушенные стоны, их губы изучали тела друг друга, оставляя следы по всей шее, ключицам, плечам.       Какаши нащупал толстую венку на шее и прокусил ее, оставляя метку истинного. — Ай..       Парень скривился от боли и уже чувствовал, как горячая кровь течет по шее и нежный язык подбирает капельки.       Еще 10 минут и парни синхронно кончили. — Ты... во внутрь... а если... — Я бы хотел от тебя ребенка, так что если это случится, я буду лиш рад, мой малыш.       Какаши прилег рядом и прижал своего омегу, вдыхая его запах.       Как инь и янь, парни обнимали друг друга. Альфа и омега, сильный накаченый мужчина и фарфоровый парень, красные волосы цвета горячей крови и холодный метал.       Они прижамались друг к другу горячими телами и жадно проживали каждую секунду этого мгновения.