От страха до любви один шажок

POV Том

      Странно. Вроде, когда ложился спать на раскладушку рядом с кроватью, где спит Торд, я чувствовал себя нормально. Так почему мне так хреново сейчас? Неужели я простудился? Великолепно просто. Голова гудит, нос заложен, жар по всему телу. А вдруг Торд тоже простыл? Тут я услышал жуткий кашель со стороны моей кровати. Я повернулся и сразу же забыл и о жаре, и о насморке. Торду было ещё хуже: весь красный от жара, дышал тяжело и сильно хрипел, часто кашлял, глаза слезились. Я резко поднялся с раскладушки и, несмотря на головокружение, подошёл к кровати, присел на колени на полу и, как можно аккуратнее положил руку ему на плечо. Он перевёл измученный взгляд на меня.       Торд: *хрипло* То… *зашёлся сильный кашлем, прикрыв рот рукой, попытался встать*       Я: *обеспокоенно* Нет-нет, лежи, не вставай. Я сейчас.       Так быстро, как мог, я направился в мамин «кабинет», взял нужные лекарства и вернулся обратно. Дав Торду жаропонижающее, сироп от кашля и другие нужные таблетки, я, придвинув к кровати стул, сел рядом, поглаживая беднягу по голове. Сам Торд всё время смотрел на меня, как мне показалось, удивлённо, чем озадачил меня.

Час спустя

      Торд быстро заснул. Я позвонил Эдду и Мэтту и предупредил, что мы с Тордом не придём. Я не находил себе места. Я ужасно волнуюсь за него.

Конец POV Том

Несколько часов спустя

POV Торд

      После того, как Том дал мне лекарства, я проспал ещё несколько часов. Не помню, когда я в последний раз нормально спал. Наверное в детстве…       Том… Неужели, я ему небезразличен? Он так усердно заботится обо мне. Мне ужасно стыдно за свой страх. Нет, не опускай руки, Торд. Ты показал, что доверяешь ему. Не смей отступать. Ты сможешь.

Конец POV Торд

      Торд аккуратно принял сидячее положение и осмотрелся. Всё та же комната Тома. Он опустил взгляд на самого владельца комнаты. Он сидел на стуле возле кровати и, подперев голову рукой, спал. Рогатый улыбнулся. Он был рад, что о нём так заботятся, но он начал думать, как отблагодарить его за это. У него ведь ничего нет. На мгновение в голове рыжевато-русоволосого промелкнула мысль о том, что попросит у него черноглазый, но норвежец тут же отогнал её. Он давно понял, что Том не такой и никогда так не сделает.       Ларссон хотел тихонько встать с кровати, но почувствовал сильную острую боль внизу живота, от которой от снова лёг обратно и, обхватив живот руками и свернувшись калачиком, заскулил.       Торд: (О боже, нет! Я забыл вколоть гормональный подавитель.)       Торд с начала подросткового возраста вкалывал себе гормональный подавитель, благодаря которому у сероглазого с 12-ти лет не было того, что происходит с ним сейчас. От скулежа проснулся Том, который сразу же кинулся к Торду.       Том: *обеспокоенно* Торд, в чём дело?       Торд: *отползая ближе к стене, прокряхтел* Том, н-не подходи близко, п-пожалуйста…       Том: *непонимающе* Что? Почему? В чём дело?       Торд: Т-ты разве не чувствуешь запах?       Том: Какой запа…? *понял в чём дело* Оу…       Торд: … *отвёл взгляд в сторону*       Том: Я сейчас вернусь. *вышел из комнаты, через несколько минут вернулся, аккуратно поднял Торда*       Торд: Том, чт…?       Том: Не бойся, я несу тебя в ванную. *зашёл туда же*       Миссис Риджуэлл: Том, выйди пожалуйста.       Том: *вышел из ванной, обеспокоенно оглядываясь на Торда*       Вернувшись в свою комнату, черноглазый сел на кровать и стал ждать, когда норвежцу станет лучше. Альфа не заметил, как к нему в комнату вошёл отец, держа в руках тарелку с остывшей яичницей и беконом.       Мистер Риджуэлл: Том, ты не голоден?       Том: Нет, спасибо.       В этот момент послышалось урчание в желудке.       Мистер Риджуэлл: *сел рядом, поставил тарелку на тумбу* Мне слышится иначе.       Том: Пап, я не могу сейчас ничего есть.       Мистер Риджуэлл: Беспокоишься за омегу?       Том: *кивок* Надеюсь, с вашей с мамой стороны не будет претензий к нашим с Тордом отношениям?       Мистер Риджуэлл: Нет, не будет. А вы встречаетесь?       Том: Нет, но я хочу ему предложить это. Правда это будет не скоро.       Мистер Риджуэлл: Почему это?       Том: Я уже рассказывал об этом, он боится альф. Я вижу, что он мне доверяет, но в его глазах всё ещё читается страх.       Мистер Риджуэлл: *положил руку на плечо сына*       Том: Я не понимаю, почему столько бед обрушивается на него. Сперва его чуть не изнасиловали, потом он чуть не утонул, а теперь ещё простуда с течкой.

Несколько часов спустя

      Миссис Риджуэлл: *вышла из ванной, направилась в спальню Тома*       Том: *обеспокоенно* Как он?       Миссис Риджуэлл: С ним всё хорошо. Он сейчас одевается. Правда, процедура заняла намного больше времени, чем обычно. Такое чувство, будто у него не было течки с самого начала подросткового периода. Но это ведь невозможно. Если только он не принимал гормональные подавители. Ему нужен полупостельный режим. Лежать он должен в тепле.       Торд: *опираясь о стену, подошёл к комнате и держался рукой за живот, который всё ещё болел* Н-не надо, с-со мной в-всё х-хорошо, п-правда…       Миссис Риджуэлл: Какое хорошо? Ты на ногах еле стоишь.       Том: *помог Торду дойти и лечь на кровать* Торд, ты один живёшь в своей квартире?       Торд: Да…       Миссис Риджуэлл: Тогда лучше останься здесь, под присмотром врача. Вдруг тебе станет хуже, а мы этого не узнаем вовремя?       Торд: … *отвёл взгляд в сторону*       Том: *обеспокоенно и нежно позвал сероглазого* Торд…       Торд: *поднял на Тома напуганный взгляд*       Том: *со страхом и волнением в голосе* Останься с нами. Хотя бы до тех пор пока не пройдёт простуда и не закончиться течка. Я очень за тебя переживаю. Я прошу, Торд.       Торд: *помолчав пару минут, еле заметно закивал* Хорошо.

На следующий день

      У Торда опять поднялась температура, которая стала ещё выше из-за течки и сделала омегу более сговорчивым. Когда миссис Риджуэлл сделала всё необходимое и ушла из комнаты, рогатый проводил её грустным взглядом, после чего отвернулся лицом к стене, укутовшись в одеяло.       Том: *заметив поведение друга* Торд, всё хорошо?       Торд: … *повернулся лицом к Тому, посмотрел на него грустным взглядом*       Том: *обеспокоенно* В чём дело?       Торд: *грустным, немного подрагивающим голосом* Том, помнишь ты спрашивал меня о том, как я жил в Норвегии?       Том: Да, но… если тебе неприятно, не рассказывай…       Торд: Нет, я не могу больше держать это в себе. Я хочу выговориться.       Том: *приготовился слушать*

POV Торд

Flashback

10 лет назад

      Моей маме было 17. Она забеременела от одного богатого человека, но, когда я родился, он отказался от меня, потому что я омега. Мама хотела сдать меня в детский дом, но бабушка ей это сделать не дала и начала растить и воспитывать меня сама. Мама мной не занималась, начала пить и курить. Она постоянно пыталась женить на себе какого-нибудь богатого альфу и уехать из Норвегии, но, узнав обо мне, альфы сразу же разрывали с ней отношения. Мама за это не раз на меня кричала, била, а бабушка — заступалась. Я благодаря ей ещё более менее терпел.       Но, однажды, когда мне было семь лет, я возвращался со школы и застал такое: мама кричит на бабушку, что она уговорила её оставить меня, из-за чего она теперь не может построить себе жизнь. У бабушки случился сердечный приступ и она упал на пол, прямо у меня на глазах. А мама, вместо того, чтобы позвонить в скорую, собрала мои вещи и потащила меня в детский приют.       Она в буквальном смысле затолкала меня на территорию приюта, написала отказную и ушла. Я очень долго не мог успокоиться. Пусть я и был семилетним, но я всё запомнил до мелочей: её равнодушный, холодный взгляд, не менее холодный голос, грубые отталкивания и болезненные удары по голове и лицу.

5 лет назад

      Прошло полгода с моего 12-го Дня рождения. Меня и моих сверстников переселили в разные крылья здания. За эти пять лет, прожитых в приюте, меня успели усыновить два десятка разных семей, но через какое-то время я по тем или иным причинам возвращался обратно: кому-то не понравилось то, что я омега, у кого-то появился свой, родной, кто-то взял меня просто, как бесплатную рабочую силу, а через какое-то время об этом узнавала служба опеки.       Однажды возвращаясь со школы, у меня подкосились ноги и я упал на колени, почувствовав острую боль в животе. Еле встав на ноги и держась за живот, я пытался поскорее добраться до приюта и попросить воспитателей о помощи.       Уйти далеко не получилось. Боль в животе была слишком сильной для 12-ти летнего омеги. Вдобавок к этому меня опьянил мой же запах. Я прислонился к стене здания, опустился на землю. Мне было очень больно и страшно. Меня ещё не успели предупредить о возможной течке. Я не мог сдержаться и заплакал.       Вдруг кто-то положил руку на моё плечо. Я повернулся и увидел Майка — 13-ти летнего альфу с тёмно-рыжими кудряшками и тёмно-зелеными глазами. Он помог мне встать и идти к детскому дому.       Добравшись до приюта, мы сразу же пошли в мою комнату. Войдя внутрь, Майк сразу же запер дверь и повёл меня к кровати. Затем повалил меня на кровать и навис надо мной. Тогда я впервые почувствовал страх перед альфой. Он грубо впился мне в губы, прижав к постели. Через несколько минут он отстранился и попытался снять с меня штаны. Тогда я окончательно понял его намерения и начал сопротивляться. Но он был сильнее меня. Единственное, что я мог тогда сделать — это очень громко закричать. Майк сразу же заткнул меня новым поцелуем и в то же время пытался стянуть штаны. Тогда мне пришла в голову немного безумная идея: я приоткрыл рот, чтобы Майк мог просунуть туда свой язык, что он и сделал. В следующий миг я больно укусил его язык и, когда он отстранился я выполз из-под него на пол, натянул штаны, быстро отпер дверь и побежал искать первую встречную воспитательницу. Он бросился за мной, но, на моё счастье, я наткнулся на молодую милую воспитательницу. Я ускорил бег и упал в нескольких шагах от неё. Когда она подбежала ко мне и я быстро всё ей рассказал. Тут появился Майк. Я от страха зажался в угол и заплакал. Прибежали ещё две воспитательницы. Первая и вторая принялись меня успокаивать, а третья — увела Майка наказывать. Мне стало плохо, началась одышка, в глазах потемнело. Несмотря на старания воспитателей я потерял сознание.       После этого случая я замкнулся в себе, начал бояться альф. Я не приближался к ним, почти не разговаривал с ними.       Когда мне объяснили, что такое течка, я начал думать, как избавиться от этого. Как-то я услышал от сверстников-омег о гормональных подавителях, благодаря которым течки не бывает. Я не думал о последствиях. Я просто не хотел, чтобы подобное повторилось. Но, через, некоторое время, мне начало становиться не хорошо от вкалывания подавителя. Я стал вялым и ещё более слабым, начались проблемы со сном. Альфы не переставали лезть ко мне и однажды я не выдержал. В очередной раз возвращаясь со школы, я направился не в приют, а в лес недалеко от города. Там был высокий и крутой обрыв. Я встал на край и готовился к прыжку, но меня остановил проходивший мимо омега. Это был Эдд. Он отвёл меня подальше от обрыва, успокоил и увёл меня из леса. Я переночевал в номере отеля у Эдда и его родителей. Я сильно привязался к нему и с уверенностью называл его другом. Эдд умолял родителей усыновить меня, но они говорили, что не смогут прокормить нас обоих. Воспитатели позволили мне пожить с ними, пока они не вернулись в Британию, что через несколько дней и произошло. Эдд решил поддерживать со мной связь, так как сильно переживал за меня, в чём я был ему очень благодарен. Он дал мне причину продолжать жить.

Полгода назад

      Альфы не давали мне покоя. Несмотря на то, что у меня не было течки, они всё равно не переставали подкатывать ко мне. Поначалу я надеялся, что кто-нибудь из них будет моим альфой, будет меня оберегать, любить, но… я был для всех альф лишь игрушкой, омегой на одну ночь. Они просто быстро ослепляли меня лестью, потом затаскивали в постель. Правда, чаще мне удовалось избежать этого: либо я не повёлся на лесть, либо делал тоже самое, что и с Майком в первый раз, потом быстро убегал и прятался. Иногда у меня случались панические атаки, из-за которых я иногда пропускал школу и колледж, но от учёбы не отставал. Я стал реже выходить на улицу, только в школу и местный колледж. В праздники я и вовсе не выходил из комнаты и мне было всё равно: был это будний день или выходной.       Но однажды, летом, мне всё же пришлось это сделать. Мне нужно было искать работу, ведь скоро я стану совершеннолетним и мне надо будет найти себе жильё. Работать я устроился в местном баре, и в первый же рабочий вечер ко мне пристал пьяный в стельку альфа. Он утащил меня через чёрный вход на улицу, прижал к стене и начал пошло ласкать меня. Я начал сопротивляться, кричать, хотя в последнее время мало кто приходил на помощь. Поэтому я был шокирован, что кто-то оторвал от меня алкаша и прогнал его, но радоваться не спешил. Спаситель тоже был альфой. Он попытался подойти ко мне, но я начал испуганно кричать, зажавшись в угол. Ко мне подошёл другой мужчина, омега, и помог успокоиться. Они с альфой увели меня к себе домой и представились: альфу зовут Пол, а омегу — Патрик. Они в Норвегии недавно и, услышав обо мне, захотели мне чем-нибудь помочь. Несмотря на то, что мне остался один год до совершеннолетия они спросили: могут они ли меня усыновить? Я согласился. Мне стало всё равно и я потерял всякую надежду на нормальную жизнь. Но, как оказалось, зря. Живя с ними, мне стало более менее лучше. Пол — хороший и заботливый альфа. Они с Патриком за полгода стали мне очень близкими, окружили меня родительской заботой, которой мне очень не хватало. Альфы не оставляли меня в покое, но мне стало легче это пережить. Пол и Патрик меня защищали, поддерживали.       И лишь одна вещь не давала мне покоя…

Конец Flashback

Конец POV Торд

      Торд: *обняв колени, вытирал навернувшиеся от неприятных воспоминаний слёзы*…Несмотря на свой страх, я хотел найти альфу, который бы обращался со мной, как с человеком. Но… *голос задрожал* я так никого и не нашёл…       Том сидел в полном шоке, на глазах даже навернулись слёзы. В груди черноглазого сильно защемило.       Том: *с сожалением в голосе* Торд…       Торд: *прикрыл заплаканное лицо руками* Я всего лишь игрушка…       Том: *мягким голосом* Эй… *подполз ближе к Торду, аккуратно приподнял его с кровати и нежно обнял, легонько покачиваясь и нашёптывая на ухо* Ну-ну, Торд, прошу не плачь… *поглаживает Торда по спине* Ты не игрушка…       Торд: *посмотрел на Тома, потом прижался к нему и зарылся носом в его толстовку*       Том: Тише, милый… тише.       Совершенно забыв о том, что хотел принести рогатому лекарства, пепельно-русоволосый лег на кровать, прижимая омегу к себе. Через какое-то время парни заснули в обнимку.

Две недели спустя

      Началась весна. Снег тает, на деревьях и кустах начали появляться почки. Где-то даже начали показываться цветы.       Том вылечился от простуды за три дня, через столько же дней закончилась течка Торда. Но норвежец из-за слабого организма болел простудой все эти две недели.       За это время пепельно- и рыжевато-русоволосые узнали друг друга получше. Рогатик узнал, что у «ёжика» настоящий талант к музыке. Риджуэлл великолепно играл на гитаре. Устроив в комнате пару скромных концертов, черноглазый полностью восхитил сероглазого.       Омега также узнал о любви альфы к писательству. Томас увлёкся этим ещё в начальной школе, а, когда ему исполнилось 14 лет, три из восьми его книг даже опубликовали. Том, правда, в то время был очень стеснительным и согласился опубликовать свои книги только под псевдонимом «Свидетель Иеговы». По счастливой случайности оказалось, что Торд уже читал эти книги, а одну даже перечитывал в пятый раз, так как она ему очень понравилась. Тому было приятно, что кто-то ещё, кроме Эдда и Мэтта, оценил его работу. Другие омеги, в том числе и Сара, ни разу не разговаривали с Томом на эту тему, а на его вопросы, связанные с книгами, те лишь удивлённо хлопали глазами, мол: «Ты книги пишешь? Я не знала», потом притворялись восхищёнными, но черноглазому уже было понятно, что они даже о существовании этих книг не знали, что уж говорить о содержании?       Торд тоже отличился. Он был очень хорош в готовке. Когда он начал идти на поправку и уже мог не отлёживаться в кровати, он помогал миссис Риджуэлл с готовкой, за что потом получал похвалу как от Тома, так и от его родителей. Ещё у Ларссона красивый и мелодичный голос. Когда Том играл на гитаре, рогатый, сам того не заметив, подпевал ему. По окончанию «дуэта», альфа восхитился его пением, чем засмущал омегу.       Эдд и Мэтт навещали «прогульщиков» почти каждый день, предупреждали о проектах, заданных на дом. Торд и в этом деле блеснул. Они с Томом сделали проект за полтора часа и у них остовалось куча свободного времени.       Страх Торда практически исчез. Он даже сам просил Тома лечь с ним на кровать. Без смущения с обеих сторон, конечно же, не обошлось. Когда парни лежали на кровати в обнимку, оба были настолько красными от смущения, что румянец оставался даже на утро.       И вот к началу весны парни наконец решились на разговор, который положит начало их дальнейшим отношениям. И альфа, и омега были очень взволнованы.       Торд: Том…       Том: *в один голос с омегой* Торд…       Минутное молчание, затем неловкий, смущённый смешок.       Торд: *смущённо улыбнулся и отвёл взгляд* Д-давай ты.       Том: *также смущённо* Нет, давай ты.       Торд: Ну, ладно. Том, я… *замялся, сжал толстовку в районе сердца* Ты… С самой нашей первой встречи, ты… мне… очень понравился… *спрятал покрасневшее от смущёния лицо под капюшоном, шумно вздохнул* Ты первый альфа среди сверстников, который так хорошо ко мне относился. Ты сильный, чуткий, заботливый, бесстрашный альфа. У тебя золотое сердце и большой талант к музыке и писательству. О таком альфе как ты можно только мечтать. Правда… *опустил взгляд вниз* я не понимаю, почему ты проявил столько внимания такой никчёмной омеге как я?       Том: *устало вздохнул* Торд… *нежно коснулся щеки Торда, поднял его взгляд на себя* Ты не никчёмный, рогатик. Ты милый, умный, трудолюбивый, славный омежка. У тебя тоже есть свои таланты.       Торд: *растроганно* Ты правда так думаешь обо мне?.. *на глазах появились слёзы счастья*       Том: *вытер пальцем выкатившуюся слезинку, мягко улыбнулся* Да…       Торд: Я… я не знаю, что сказать…       Том: *сделал глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями* Торд, я хочу задать тебе один вопрос. Ты можешь отказаться, если что. Просто… *теперь его очередь смущённо отварачиваться* Учитывая то, что ты скоро окончательно выздоровеешь и есть риск снова столкнуться с Саймоном или Сарой. Я хочу быть рядом, оберегать и заботиться о тебе. Торд, ты будешь моей парой?       Серебристо-серые глаза омеге засверкали от счастья. Неужели он наконец-то нашёл своего альфу? Он крепко обнял Тома за шею. Риджуэлл от неожиданности упал на спину, обхватив Торда вокруг талии, чтобы тот случайно не упал с теперь, возможно, его альфы.       Торд: *шепнул на ухо* Я буду счастлив быть твоей омегой, Том. Спасибо… *шмыг* Спасибо тебе большое за то, что появился в моей жизни, Том. *поднял на альфу счастливый, полный слёз взгляд*       Том снова аккуратно вытер слёзы с лица. Он был очень рад, что Торд принял его предложение.       Торд продолжал смотреть на Тома, немного покраснев, после чего приблизился к его лицу. Он очень сильно замешкался, покраснел ещё сильнее. Пепельно-русоволосый понял, что хочет сделать омега, и поэтому сам медленно приблизился к лицу рогатого. В глазах Ларссона появилась уверенность и он прильнул к губам альфы. Норвежец пытался вылить в поцелуй всю благодарность и доверие, которое испытывал, а также всю свою любовь к «ёжику», вспыхнувшую в первый день знакомства и успевшую разрастись до неимоверных размеров. Том не отставал. Он нежно обнял омегу за талию и углубил поцелую, сделав его более нежным и страстным. Но, как говориться, без воздуха нет жизни, и новоиспечённой паре пришлось разорвать поцелуй. Жадно глотая воздух довольный сероглазый положил голову на плечо черноглазому.       Том: *нежно и крепко обнял Торда, прошептав* Спасибо большое и тебе, звёздочка, за взаимные чувства…