You're crashing, but you're no wave

Кайл должен был ждать нас за воротами особняка Блэков. Он действительно был там – Стэн только открыл рот, чтобы позвать его, как тут же закрыл, осознавая ситуацию. Кайл ждал нас – правда, не один. Еврей встретил нас хмурым взглядом, скрестив руки на груди, а рядом, нависая над ним хмурой глыбой, курил полицейский. На обочине мигали красно-синими огнями еще несколько полицейских машин, и еще одна парочка мужчин в форме уже готова была прорываться в особняк. - Это они! – тут же взвизгнул сторож, мерзко тыкая в нас пальцем, отчего полицейские мгновенно обратили на нас внимание. - Эти сучьи дети сделали это со мной! Заприте их в обезьяннике, допросите, не важно, что – преступники должны быть наказаны! Под фразой «сделали это со мной» старик явно подразумевал алый кровоподтек на скуле. Видимо, Кайл все же оказался проворнее. Не прошло и секунды, как нас со Стэном взяли под руки: Стэн раздраженно дернулся, пытаясь вывернуться из болезненного захвата, а я послушно проследовал за полицаем к машине, куда нас, всех троих, втолкнули на заднее сидение, прижав с обеих сторон крепкими мужчинами. Мы обменялись хмурыми взглядами. Зеленые глаза Кайла метали молнии – он меньше всего радовался перспективе ночи в обезьяннике, и, безусловно, ему нужно было знать, чем увенчалась наша вылазка. И, конечно, я пока не мог сказать им о Крэйге. - Почему вы в таком виде? – раздраженно прошипел Брофловски, окинув нас взглядом с ног до головы. - Чувак, ты выглядишь не лучше. – Стэн ответил колкостью, и я почувствовал, что атмосфера между нами тремя начала накаляться. - Мы наткнулись на парней Токена, - прошептал я, наклонившись вперед, и тут же получил тычок под ребра от полицейского с моего бока, заставившего меня обратно выпрямиться. - Как? – глаза Кайла округлились, - Ты ведь говорил, что никого не будет? - Я… Немного просчитался. – я только почесал собственную макушку, не придумав ничего в свое оправдание. На колени посыпалась мелкая листва и кусочки зеленого мусора. Кайл опять сжал переносицу, безнадежно зажмурившись и пережидая прилив раздражения. - Стэнни, ты что-нибудь нашел? – я бросил взгляд на верзилу рядом и шепнул Маршу в самое ухо, чтобы это осталось только между нами. От моего вопроса он вздрогнул, словно опомнившись, и повернув ко мне голову, помотал ею, явно давая понять, что все насмарку. В этот раз тычки прилетели с обоих сторон. - Пошепчитесь за решеткой, маленькие засранцы, - гаркнул водила, одаривая нас издевательским взглядом в салонное зеркало. Я отчего-то подумал, что будь здесь сейчас Такер, он бы точно показал этим парням два своих средних пальца. Эта мысль настолько рассмешила меня, что, улыбнувшись, я внезапно выдал вслух: - Мы шепчемся о том, что у тебя маленький член. Лицо полицая за рулем побагровело, пальцы на руле сжались, и он гаркнул еще громче, так, что у нас чуть не заложило уши: - Значит, одних суток вам точно мало, засранцы? - Так что, это правда? – не унимался я, и машина вильнула опять, отчего мы, как домино, навалились друг на друга. - Заткнись, придурок! – Кайл шипел уже вслух, а Стэн хихикал, не сдерживаясь – раз мы уже в полной заднице, отчего бы не повеселиться напоследок. Машина, взвизгнув, наконец затормозила – и нас вытащили наружу, тут же затаскивая в полицейский участок. Разминая затекшие части тела, мы направлялись в кабинет офицера, проходя через главный офис, и, когда нас грубо втолкнули в помещение, человек за столом оторвался от своих бумаг, подняв на нас взгляд. - Так, так, так, и что у нас тут опять? – мужчина окинул нас взглядом, и я, улыбнувшись, поздоровался: - Офицер Барбрэди! Мужчина прищурился, поправляя фуражку. Ему уже доложили о нашем деле, и теперь он ждал объяснений с нашей стороны. - На самом деле, мы просто пришли к нашим друзьям, но они оказались нам не рады. Пришлось уходить через окно, - я пожал плечами, и Барбрэди вздохнул. - И без вас работы хватает. Негодники. - Пожалуйста, - протянул я, - Вы же знаете, что мы просто школьники. - Вот именно, - офицер вновь взялся за бумаги, нахмурив лоб. - Вы отвлекаете меня на всякую ерунду, в то время как в городе творится черт знает что. - Так… Нет ни одной зацепки о маньяке? – осторожно вклинился Стэн, и Барбрэди в ответ вновь тяжело вздохнул. - Маньяк, поджигатель, перестрелка… Так много происшествий, и ни одной зацепки. Эта чертова работа сводит меня с ума. Опомнившись, он опять уставился на нас. - Не переводи тему, сопляк. - Я буду приносить вам еду из китайского ресторанчика каждый день. - Взятки – это отдельная статья, - офицер тыкнул в мою сторону карандашом, и я лишь пожал плечами, улыбнувшись. - Попробовать стоило. Откинувшись на спинку офисного стула, Барбрэди помассировал виски. - Ладно, будет с вас. Пока Блэки не написали официальное заявление, я отправлю школьному психологу ваши анкеты, и ограничитесь несколькими часами воспитательных лекций. Это едва ли было хуже ночи в камере, и парни приободрились. - Спасибо, офицер! – я был нереально доволен, но Барбрэди пригрозил: - Еще раз попадетесь на своих проказах – пеняйте на себя. Стэн и Кайл еще топтались на месте, пока им не дали ясный знак проваливать – они юркнули за дверь первыми, а я, на секунду задержавшись, обернулся: - Я задолжал вам китайской еды! Офицер лишь махнул на меня рукой. Проходя через полную полицейских комнату, мы увидели знакомые лица. Очевидно, наш конвой был крайне недоволен тем, как быстро нас освободили – мы же, чувствуя себя превосходно, прошествовали к самой двери, задержавшись лишь у выхода. Кайл открыл дверь первым, а мы со Стэном, переглянувшись, почти синхронно вскинули средние пальцы. И лишь только после этого, смеясь в голос, вывалились на улицу, держась за плечи друг друга. Все-таки столько дерьма было пройдено с этими парнями, и в какие переделки мы ни попадали, мы всегда выходили из них смеясь, рука об руку. Только Кайл, кажется, не разделял общего настроения. Лицо его было мрачнее тучи, и он не проронил ни слова в комнате офицера Барбрэди – только я не придал этому никакого значения, смахивая с глаз слезинки, выступившие от смеха и подмечая: - Вы слышали, парни, Барбрэди реально не считает подростков угрозой. - Но и теория о том, что виновен кто-то из наших, пока не доказана, - сухо отметил Кайл. Стэн, казалось, не поверил в то, что услышал. - Мы были у паба во время перестрелки, - напомнил он. - Там был кто-то с пистолетом Картмана. Этот факт слишком очевиден. Лицо Кайла дрогнуло, но он лишь отмахнулся: - Да, но это мог быть кто угодно. Мало ли кто мог похитить пистолет? Разве только у Картмана может быть эта модель? Стэн был почти шокирован. - Слишком много всего сходится, чувак, неужели ты не видишь? Почему ты так говоришь? - Я просто не бросаюсь в крайности. Только и всего. На данный момент даже у полиции нет зацепок, поэтому ты тем более не можешь знать все. - Да, но разве мы не заняты как раз тем, чтобы узнать больше? – Стэн повысил голос, и я понял, что что-то идет не так. Кажется, самое время мне вмешаться. - Парни, успокойтесь. Мы как раз в процессе поиска зацепок, и всего лишь надо… - Надо что? – взвился Кайл. – Из-за тебя мы уже чуть не загремели за решетку, и что было бы, если бы нас отчислили? У Стэна и так проблемы, почему обязательно надо было все усугублять? При упоминании о проблемах с учебой лицо Марша побелело, и я ничего не мог сказать в ответ, про себя поражаясь, что даже в такой момент первый, о ком думает Брофловски – это Стэн и его благополучие. Он даже не упомянул собственные оценки. И, судя по лицу Марша, напоминать о том, что его проблемы были убиты несколько ночей назад, определенно не стоило. Это повисло в воздухе невысказанным, тяжелым грузом. Резко развернувшись, Кайл зашагал прочь, и Стэн, глядя ему в спину, развернулся тоже, идя в противоположную сторону. Я остался один посередине дороги, и мысли в моей голове проносились вихрем, сдавливая черепушку. Все определенно пошло не так. Это ведь была моя идея, я потащил их за собой, и закончилось все грандиозным провалом. Даже хуже – закончилось все ссорой моих лучших друзей, и глядя как они, всегда неразлучные, уходят в разные стороны, так и не поняв друг друга, я внезапно почувствовал себя очень, очень виноватым. Наверное, мы действительно слишком заигрались в следователей, и, может быть, не оставалось ничего, кроме как доверить все полиции. Возможно, все наши догадки только плод нашего воспаленного воображения. Сейчас больше всего хотелось пожаловаться обо всем Крэйгу – он бы молча выслушал, потягивая свою сигарету, и согласно высказался бы, что да, я идиот, и я даже не обиделся бы – забавно, что даже сейчас я могу предсказать все его действия и слова. Да уж, забавно… Я опять вспомнил о том, как холодно он смотрел на меня из мрака той комнаты, и сердце сжалось только сильнее. Понурившись, я побрел по улице прочь от полицейского участка, и единственное, чего мне хотелось сейчас больше всего – это развеяться. Ноги сами привели меня к китайскому ресторанчику, в котором я подрабатывал ночной сменой. Постояв перед ним минуту, я все-таки толкнул дверь, сопровождая свой визит уже привычным хрустальным звоном какой-то традиционной китайской подвески. Господин Ким, прищурив свои и без того нереально узкие глаза, словно пытаясь разглядеть очередного клиента, машинально зачитал приветствие со своим ломанным акцентом – и его маленькие черные глазки довольно заблестели, когда он узнал меня. - Могу я начать сегодня немного раньше? – задав вопрос, я уже прошествовал к своему рабочему месту, снимая с крючка фирменный фартук. - Конэчно, конэчно! – довольно потирая ладони, обрадовался господин Ким, уступая мне место у кассы и юркая в подсобку. Разорванные джинсы удачно прикрывал фартук, только локти и щеки буквально горели – я мог представить, сколько на мне сейчас неприглядных царапин. Вздохнув, я облокотился о стойку, подпирая ладонями щеки и окидывая взглядом полупустой ресторан. Все же лучше всего отвлекаешься, когда руки заняты делом, и лишняя копейка мне уж точно не повредит. Двери открылись, пропуская новых клиентов, и я натянуто улыбнулся, подхватывая меню и подходя к выбранному ими столику. За весь день приходило не очень много людей – в основном я скучал за стойкой, но даже по ночам сюда заглядывал клиент-другой в поисках горячей, острой пищи, что обеспечивало мне заработок. Сложнее было не уснуть, когда за резными окнами был уже ночной мрак, а освещение в ресторане оставалось таким же неестественно ярким, и даже ярко-красные стены резали уставший взгляд. Дверь звякнула в очередной раз, и, заслышав звук в столь поздний вечер, я быстро сполоснул руки, по локоть вымазанные в мыльной пене из-за мытья посуды, и высунулся из-за шторки, готовый принять заказ. Правда, я так и завис у кассы, разглядывая пришедшего. Пришедший, в свою очередь, тоже неприязненно рассматривал меня. - Будете что-то заказывать? – нарушил молчание первым я. Клайд, скривившись, достал кошелек. Пробежавшись взглядом по меню, он выбрал блюдо, причем явно наугад, и, выложив деньги, прошествовал к свободному столику, громко опустившись на стул и вытянув ноги. Я проследил за ним взглядом, не торопясь сбегать на кухню во имя выполнения его заказа. После сегодняшнего он явно был не в восторге так неожиданно увидеть именно меня, но и я меньше всего ожидал увидеть его здесь. Обычно он со своей бандой перебивался фастфудом, и то, что он оказался тут… Один… Было, с какой стороны не посмотри, странно. Клайд терпеливо ждал за столиком, глядя куда-то прямо перед собой, пока я не поставил перед ним дымящийся рамен, вырвав его из собственных мыслей. Он молча пододвинул тарелку к себе, тут же уставившись на пару завернутых в салфетку палочек, и, секунду помедлив, все же спросил: - А ложку нельзя? Я хмыкнул. - Главное, чтобы мой босс не заметил. Больше всего он ненавидит таких, как ты – попирающих традиции. Спустя минуту в его руках блестела ложка, и он с аппетитом принялся поедать горячий бульон, вылавливая кусочки куриного мяса из лапши. Не прошло и десяти минут, как он снова окликнул меня, подзывая к своему столику. Глубокая тарелка опустела, и вытирая рот, он не очень смело спросил: - У тебя есть здесь… Что-нибудь покрепче? Я приподнял бровь. Теперь было абсолютно ясно, что он пришел сюда не просто так, и, заинтересовавшись, я принес ему стеклянную бутылку, поставив на столик рядом с двумя маленькими стаканами. Бросив взгляд на подсобку, в которой господин Ким пересчитывал свои бесценные купюры, я без лишних слов опустился на стул напротив Клайда, откупоривая бутылку и пододвигая к себе один стакан. И, судя по всему, Клайд принял мой пароль к доверительным разговорам, молча подставив свой стакан под прозрачную, терпкую струю. - Ну и дали вы сегодня, конечно, - первым заговорил он после нескольких глотков. - Надо было просто видеть лицо Крэйга. А Токен вообще не умолкал ни на секунду, все причитал о какой-то вазе. Что вы вообще забыли на хате у Блэка? - И какое же было лицо у Крэйга? – усмехнулся я, опрокидывая в себя первый стакан целиком. - У него всегда одна и та же морда – кирпичом. - Это точно, - хихикнул Клайд, но тут же, видимо, вспомнив что-то свое, снова помрачнел, подперев ладонью щеку и разглядывая отражение красного в прозрачном алкоголе. - Скажи, Маккормик… ты когда-нибудь чувствовал себя отвергнутым? Я чуть не подавился, на секунду убирая стакан подальше от своего лица. Очень невовремя вспомнился момент в переулке, когда мое лицо было перепачкано чужой спермой, а в руках оказалась та злополучная десятка баксов. Откашлявшись, я почесал макушку, стараясь отвести взгляд, потому что чувствовал, что если он продолжит эту тему, я проболтаюсь, что конечно, Клайд, я раз десять чувствовал себя отвергнутым твоим лучшим другом Крэйгом. Однако, казалось, Клайд вообще не замечал моего раскрасневшегося лица, и, не дожидаясь моего ответа, пробормотал: - Ну вот что я делаю не так? Я ведь дарю ей дорогие туфли, трачу на нее все свои деньги, постоянно придумываю, чем бы еще угодить, но она в упор не замечает самого меня. Она ведь действительно мне нравится, почему она не может этого понять? Что я должен сделать, чтобы она обратила на меня внимание? Под конец предложения он уже начал шмыгать носом, и это мгновенно меня отрезвило. Боже… Он ведь сейчас о Бебе? - Скажи, что я должен сделать, чтобы ей понравиться? Сколько еще подарков я должен подарить, чтобы удержать ее рядом с собой? Я внезапно почувствовал к нему настоящую жалость. Не хотелось говорить ему, что его Бебе на самом деле просто сучка, охотница за легкой наживой, которая ловко манипулирует его привязанностью. Однако, с какой стороны не посмотри, это правда. - Слушай, Клайд… - я хотел подобрать слова потактичнее, но мысли в голове уже начали путаться под действием алкоголя. - Нет ничего плохого в том, чтобы любить кого-то – только нельзя заставить полюбить кого-то в ответ. Парень поднял на меня повлажневшие глаза, и я понял, что зашел не с того бока. - То есть… Девушке важнее всего твое внимание. Твое присутствие в сложных для нее жизненных ситуациях. Твоя поддержка. Подарки, это, конечно, хорошо, но отношения не могут строиться только на них. Гораздо важнее… - я икнул, - Душевная связь. Ну, когда вы можете поговорить и высказать друг другу важные для вас вещи. Доверить друг другу свои проблемы… Чтобы ты мог защитить ее интересы. Я считаю, это то, что называется настоящей любовью. Клайд во все глаза смотрел на меня, вникая во все, что я говорил, а я чувствовал, что вещаю сейчас невероятно важные вещи. И только потом я осознал, что именно я сказал. Разве это так сильно не похоже на меня и… Я схватился за ставшие мгновенно горячими щеки, а Клайд вдохновенно подхватил: - Да, да… Ты абсолютно прав! Я хочу добиться именно такого же от Бебе. Я правда сделаю для нее все. Ты веришь, что у меня получится? На последних его словах я опять подавился, не в силах усмирить пылающее лицо. - Правда… Она в последнее время очень подавлена. Точнее, уже достаточно давно, только в последнее время она стала вести себя еще более замкнуто. Ты абсолютно прав, сейчас самое время, чтобы попробовать стать к ней ближе. Спасибо, Кенни. Глядя на то, как он воодушевился, мне было нечего сказать ему, кроме как махнуть рукой. Как я мог давать советы на эту тему, когда сам встрял по самые уши? Но Клайду, похоже, просто нужен был кто-то, кто бы его выслушал. И, кажется, он не может доверить это своим друзьям. Что ж, и я сохраню его визит в секрете. Клайд наконец поднялся, загоревшийся новыми мыслями, собираясь покинуть ресторанчик. Только тогда я внезапно ухватился за его рукав, подняв голову. Он вопросительно посмотрел на меня, и я, опять икнув, растянул губы в улыбке: - Так какое, все-таки, было лицо у Крэйга?