You're crashing, but you're no wave

Спускаясь с лестницы второго этажа с рюкзаком на спине, я обратил внимание, что вся семья собралась вместе. Яркие солнечные лучи били в окна, отбрасывая желтые пятна на пол, а мама, папа и Шелли сидели на диване и смотрели какой-то старый фильм, радостно переговариваясь. Рядом с отцом не было банок пива, его рука покоилась у мамы на плече — я даже замер на мгновение, слегка смущенный и сбитый с толка. Отвлекать их не очень хотелось, но я как-никак опаздывал в школу. — Мам, ты не дашь мне с собой бутерброд? Мой голос потонул в шуме фильма, никто так и не обернулся. Ну и ладно, подумал я. Нет времени готовить что-то самому — если что, стащу что-нибудь у Кайла. Хлопнув входной дверью, я направился в школу. На улице так хорошо — солнце такое яркое, и все вокруг такое знойно-зеленое, летнее — мимо меня прошла парочка незнакомых мне учеников с эмблемой моей школы на бомберах, и я впервые обратил внимание, что вокруг очень много школьников. Сегодня какой-то особенный день?.. Внезапно кто-то сзади хлопнул меня по спине. Резко обернувшись, я увидел Роя — парня из нашей футбольной команды, центрального нападающего. — Марш! Готов сегодня показать этим идиотам из «Орлов», что наши «Коровы» самые лучшие? Я слегка согнулся под его тяжелой рукой. — Да, конечно… — я почувствовал подходящую от волнения к горлу тошноту — кажется, я забыл про то, что сегодня у нас ответственный матч, и мгновенно осознал, что не готов к нему. Рой же, похоже, так ничего и не заметил — еще раз хлопнув меня по плечу, он зашагал вперед, на ходу улыбаясь мне: — Ты в отличной форме, приятель! Рассчитываю на тебя. Я криво улыбнулся ему в ответ, глядя, как его широкая спина исчезает далеко впереди. Замедлив шаг, я остановился, поборов желание развернуться и уйти домой. Но я ведь еще не встретился с Кайлом. Он, наверное, уже в школе, подумал я, с потоком учеников заходя в школьный холл, увешанный логотипами нашей футбольной команды. Прямо в коридоре практиковались девчонки-черлидерши, ловко вскакивая друг другу на плечи в пирамиду, и я невольно подумал, что эти юбки, вообще-то, мало чего скрывают. Среди них, наверное, есть и Вэнди. Достав из шкафчика нужные учебники, я, не успев захлопнуть дверцу, отвлекся — совсем рядом послышались знакомые голоса, и вот уже ко мне направлялись мои друзья. Я облегченно вздохнул. Кайл о чем-то переговаривался с жиртрестом, и я невольно вытянул шею, пытаясь расслышать, что они говорят. Мне надо сказать ему, что сегодня у меня матч — вот так вот вышло, и я волнуюсь, и мне сразу же станет легче, если он меня подбодрит. Но Кайл не смотрел на меня, увлеченно споря с Картманом, и первым ко мне подбежал Кенни, закидывая руку на плечо. — Стээээн! Наконец-то хоть кто-то нормальный в этой компании, я уже не могу с ними, — смеясь, поддразнил друзей Маккормик. — С тех пор, как они начали встречаться, Картман стал еще отвратительнее — я просто не могу смотреть, как они бесконечно флиртуют, — Кенни высунул язык в гримасе отвращения, а я зависнул, переваривая шутку. Для приличия надо было бы посмеяться, но мне ни на секунду не было смешно — обычно такого рода «шутки» всегда были о нас с ним, а никак не про Картмана. — Мы не флиртуем, — раздраженно заявил Кайл, уворачиваясь от назойливых объятий толстяка, и я наконец хмыкнул, изображая усмешку. — А ночью ты говорил совсем другие вещи, — хитро протянул Картман, и лицо моего лучшего друга начало стремительно краснеть в тон огненно-рыжим кудряшкам. Толстяку наконец удалось притянуть зажимающегося Кайла в объятия, и я с широко раскрытыми глазами смотрел, как они… Они… Целуются… В панике я оглянулся по сторонам — никто не был удивлен, все проходили мимо, как обычно, и даже Кенни, пошловато подвывая им в качестве подбадривания, был абсолютно на их стороне. — Кайл… — я позвал его, но из моей глотки не вылетело ни звука. Я попробовал громче, но ничего не вышло. Я словно очутился в глухом пузыре воды, блокирующем любые звуки — однако голос Кенни ясно вырвал меня из этого состояния, оглушая на пару со школьным звонком: — Скорее, опаздываем на урок! Опаздывать нельзя, подумал я, протискиваясь с толпой хлынувших в класс одноклассников. Сев на свое привычное место, я бросил взгляд на доску, на которой была аккуратно выцарапана мелом тема урока. Алгебра. Тригонометрические функции. Вроде, мы это уже проходили. В классе наступила идеальная тишина. Я скучающе уставился в спину учителя. Его рука плавно скользила в такт движениям, и на доске появлялись выписанные красивым подчерком формулы -тишину нарушал только скрип мела. Учитель медленно обернулся, и наши взгляды столкнулись — я не отводил глаз нарочно, уже зная, что меня ждет очередной выговор. — Стэнли Марш, — голос учителя звучал спокойно, как и всегда, когда он интересовался моей успеваемостью. Я тяжело вздохнул: я опять не принес ему домашнюю работу, и вообще, у меня сегодня матч! Честно говоря, я понятия не имел, как сообщить ему об этом факте — хотя, судя по шумихе в коридоре, об этом все уже давно знали. Я покорно приготовился выслушать угрозу отчисления. — Почему у тебя в руках нож? — неожиданно и все так же спокойно спросил Паркинсон, а я, не догнав, о чем он, посмотрел вниз. В моих руках оказался зажат окровавленный кухонный тесак — разжав пальцы и выронив это из рук, я, оглушенный, поднял голову, готовый до заикания повторять, что это не мое. Учитель смотрел на меня белесыми глазами, а из рваной дыры в его животе водопадом лилась отвратительная бурая кровь. **** Я проснулся от собственного беззвучного крика. Подорвавшись на кровати, я судорожно глотал губами воздух, вжимаясь лбом в ладони, а взгляд панически хватался за знакомые предметы в комнате, в надежде, что все это действительно было просто сном. Кошмар не отпускал. Внезапно заработало радио, напугав меня до усрачки. — А сейчас специально для вас сыграет группа «Отбросы», с их нашумевшим треком… Моя рука устало опустилась на приемник, выключая назойливый голос ведущего. Он повторяет одно и то же каждое утро — совсем ничего не меняется. Погрузившись в желанную тишину, я сполз на подушку, прикрывая глаза локтем. Идти в школу чертовски не хочется. Из штор пробивался бледно-серый рассветный свет — внизу не было слышно признаков того, что кто-то проснулся, и я перевернулся на бок, закутываясь плотнее в белое одеяло. Не пойду в школу. Сегодня нет никакого неожиданного матча, а Кайл… По моим щекам почему-то покатились жалкие слезинки. Я снова закрыл глаза, но перед тем, как мое измученное кошмаром сознание опять увлекло в сон, я подумал: Я так хочу увидеть Кайла. *** Звонок мобильного выдернул меня из сна так же резко, создавая ощущение проклятого дежавю. Протянув руку к беснующемуся мелодией смартфону, я попытался проморгаться, чтобы увидеть, кто звонит — из-за сна все вокруг было расплывчато, и я уже не знал, что мне приснилось, а что — нет. Наверное, это Кайл — мысль об том вынудила меня резво схватить телефон, но стоило мне поднять трубку, как голос на той линии быстро развеял мои надежды. — Стэн? — я тяжело вздохнул и подтянулся на кровати, отнимая телефон от уха и глядя на светящееся имя абонента. — Тебя сегодня не было в школе. Как ты себя чувствуешь? — когда Вэнди спрашивает о моем самочувствии, в ее голосе неизменно появляются нотки моей мамы: укоряющие и в то же время заботливые, словно она думает, что я только и делаю, что беспробудно пью. — Нормально, — я старался спрятать тот факт, что я буквально только что проснулся, но хриплота в голосе меня выдавала. Сколько же я на самом деле проспал? — Живот разболелся, решил устроить себе постельный режим. Вэнди не сдержала вздоха, и я понял, что она подумала, что я опять пил. — Я могу зайти и передать тебе домашнее задание, если хочешь, — предложила она, и по шуму машин на заднем фоне я понял, что она где-то на улице. Интересно, закончились ли уже занятия. — Стэн, я действительно хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Теперь уже вздохнул я. — Да… Я тоже, Вэнди. — в трубке повисла тишина, и я честно добавил: — Я тоже желаю тебе счастья. Она по-доброму усмехнулась. — Знаешь, у меня появился парень. Ее дыхание раздавалось в трубке в такт ее шагам, и я устроился на кровати поудобнее, прижимая телефон ближе к уху: — Правда? И кто же этот счастливчик? Мне было забавно, что она так доверительно разговаривает со мной, как со старой подружкой, и я захотел подыграть ей, выдавая почти искренний интерес. — Мы познакомились недавно. Он вообще-то из Денверского лицея, и, пока у них каникулы, он здесь в гостях. Но знаешь, Стэнни, он такой умный. — в Вэнди говорило неподдельное восхищение, и я на мгновение почувствовал тонкий укол ревности: это я что, по ее меркам, тупой, получается..? — Он сегодня ждал меня у ворот школы, и, признаться, это было приятно, — она хихикнула, — Видел бы ты, как на нас все смотрели. Грегори очень выделяется из толпы. Я как-то заторможенно выловил из памяти знакомое имя, сухо сглатывая. — Подожди, ты сказала, Грегори? — я грубо перебил ее восхищение, и Вэнди растерялась. — Да, Грегори, — она почувствовала мое резко переменившееся настроение, — Вы знакомы? Я понял, что мои руки начинают бесконтрольно дрожать. Мысли завертелись, пытаясь ухватиться за ниточку сути, и я предпринял отчаянную попытку доказать себе, что я не схожу с ума: — Этот парень… Оранжевая рубашка? Он ведь блондин? — хреновые ориентиры, но, ха-ха, мало ли разных Грегори может быть в Южном Парке? — Так вы знакомы? — осторожно поинтересовалась Вэнди, а я обессиленно опустил руку с телефоном на колени, смотря в одну точку. Паника поднималась со дна желудка, провоцируя подступающую к горлу тошнотворную волну. — Ты не можешь с ним встречаться!!! — мой неожиданный крик в трубку заставил вздрогнуть даже меня самого, и Вэнди на том конце провода испуганно замолчала. — Знаешь, — спустя секунду расстроенно отозвалась она, — Я думала, ты за меня порадуешься. В трубке послышались долгие гудки, а я продолжал пялиться в одну точку, чувствуя, как грохочет в грудной клетке мое сердце. Это тот самый Грегори — тот человек, который угрожал мне, и черт знает, что он и тот, другой, с лопатой, задумали, и почему они подобрались к Вэнди. Они же не могли узнать, что она когда-то давно была моей девушкой? Но это же было почти в детстве!!! Что, черт возьми, происходит?! Паника захлестывала меня с головой. Один я с этим не справлюсь. Нужно сейчас же собрать всех — и рассказать все, что я знаю.