Понять и простить

Чимин разомкнул пышные губы и выпустил через рот клуб пара. Воздух был холодным настолько, что краснели щёки. Парень всё кутался в шарф, иногда поправляя тот холодными пальчиками. — Давно не виделись, мелкий, — послышался откуда-то сверху смех, и кто-то очень бессмертный натянул чиминову шапку ему на глаза. Чим ахнул и схватился за чужую ладонь. Удивительно, как мало парню было нужно, чтоб узнать владельца руки. Длинные изящные пальцы, такая же гладкая кожа, как и раньше. Это была рука Тэхёна. Знаменитая рука Тэхёна, скажем так. Эта рука могла творить невероятные вещи когда-то. По коже прошлись мурашки, а Чимин поднял шапку на лоб, спрятав лицо поглубже в шарф. — Привет, дылда-да-да… да. — Чим раскрыл рот и застыл, подняв взгляд на ещё одного парня. — Чон… Чонгук. Чонгука Чим тоже помнил. Помнил эти тонкие губы, сильные руки и… Красивые глаза. В школьные годы эти двое доставили немало хлопот наивному мальчику, который когда-то верил в светлые чувства, вот только делил их не с одним парнем, а с двумя… Причём не с самыми положительными экземплярами. Хулиганы, двоечники, связавшиеся с прилежным, ответственным, просто чудо-мальчиком, которого до блеска в глазах хотелось испортить. Портил их, скорее сам Чимин, ведь из пары балбесов парни выросли в хороших, только сам Чим об этом пока не знал. Для него это всё ещё было его тёмное прошлое, которое хотелось забыть. — Ты похорошел, хён, — пробормотал Чонгук, а сердце Чимина снова встало.

***

Чим судорожно пытался уцепиться пальчиками за ткань рубашки подпирающего сзади Тэхёна, пока Чонгук, сидя в его ногах, скользил губами по поверхности чиминового органа. Если бы Чимина крепко не обнимал со спины Тэ, то трясущиеся коленки наверняка подвели владельца, и он бы неумолимо заскользил по стенке вниз. Тяжёлое дыхание разрезало тишину внутри квартиры, слишком глубокие вздохи напоминали больше стоны, Чим держался изо всех сил, но Чон всё делал слишком старательно, особенно этот его язык… Гук впивался пальцами в бёдра старшего, спуская штаны ниже. Подушечки прощупывали покрывшуюся мурашками кожу, они давили сильнее, когда Чонгук особенно глубоко пропускал в себя головку. Чимин почти рыдал. В его шею вгрызались острые клыки Тэхёна, который слишком чувственно и настойчиво оставлял засосы, он царапал зубами, но тут же зализывал и зацеловывал, настойчиво запуская бархатные ладони под просторную кофту. Чим изгибался, его тело машинально подавалось навстречу прикосновениям, оно охотно отвечало на давно забытые сигналы. Чонгук, ещё секунду назад намеренно лишивший себя дыхания, шумно выдыхал на покрасневшую головку, сжимая член у основания, и всё думал, с какой бы стороны лучше подступиться. Хотелось заставить Чимина биться в судорогах, хотелось сделать максимально приятно, услышать самые пронзительные, из возможных, стоны. Чон снова обхватил парня губами и глубоко насадился на того. Чимин вновь разомкнул губы, на язык надавили два длинных пальца. Тэхён сильнее зафиксировал парня свободной рукой и припал губами к уху. — У меня твоё сердцебиение аж в ушах вибрирует, малыш. Постарайся сегодня… Чим откинул голову и жалобно простонал. Стон приглушённо вырвался, но лишь осел лёгкой вибрацией на пальцах Тэ, который только сильнее надавил на язык. Дыхание сбилось, Чонгук внизу ускорился. Более того, он напирал, намеренно вжимая Чимина в Тэхёна. По пальцам Тэ стекала слюна, Чим срывался на высокие нотки, коротенькими ноготками продавливая крохотные вмятинки в одежде мучителя, пока тот с силой прижимал к себе. Глаза распахнулись, а сердце заколотилось быстрее. Чонгук насадился до конца и замер. Чимин натурально дрожал. — Умница… Маленький, ты такой молодец, — шептал Тэхён, постепенно ослабляя свою хватку. Пальцы освободили язык, но тут же нашли себе применение. — Расслабься, они должны хорошо пройти. Чимин и забыл, какого это, чувствовать на своём теле руки Ким Тэхёна. Он и забыл, какого это, самозабвенно целоваться с Чон Чонгуком, принимая в себя второй, третий палец. Время летело почти незаметно, пока Гук цеплял хёна языком, кусался, а потом нежно впускал свои пальцы в мягкую шевелюру Чимина. Он был потрясающе контрастным туго проникающему Тэхёну, решившему, что заменить пару пальцев на член сейчас — самое время. Болезненные стоны тонули в очаровательно улыбающемся в поцелуй Гуке, они вибрировали на сильном язычке, смирялись страстным Тэхёном, двигающимся медленно, плавно. Тэ дожимал до конца, он точно знал, что делает, и что делает это под правильным углом, именно так, как нужно и хочется. Чим тяжело дышал и жмурился, он зажимался, целовать его становилось сложнее, Чонгук это чувствовал. — Больно? — шепнул Чон, смазав губами по щеке старшего. Большие ладони его поймали чиминовы аккуратные, и сжали те. Чим протяжно простонал и запрокинул голову на плечо Тэхёну, что запускал свои руки по всему телу, словно змея, обволакивая свою жертву. — Когда-то тебе было приятно, когда мы так делали, помнишь? — Голос Чонгука вибрировал в ухе, он поступал вместе с горячим дыханием, щекотал проколотый хрящих, заставлял кожу покрываться мурашками. — Если заниматься этим хотя бы раз в неделю, будет не так больно… У тебя никого не было после нас, хён? — Нет, — слёзно шепнул Чим. — Маленький, — улыбнулся Чонгук, запустив руки по крепкой груди старшего. — Такой хороший. Тебе будет очень хорошо, хён. Тэхён сжал в пальцах чиминовы волосы на затылке и потянул на себя. Чим слышал низкое рычание, чувствовал, как бёдра наращивают темп. Уже не было больно. Было хорошо, как и обещал Чонгук. Словно и не проходили годы, будто бы это всё происходило вчера, а Чимин не сбегал. flashback — С ума сошёл? Ты где? — кричал в трубку парень. Пак не спешил отвечать, только смотрел в окно, наблюдая, как деревья одно за другим сменяют друг друга. — Я не вернусь, Куки, — вздохнул Чим, потупив взгляд на билете. — Хён! Ты… Почему? — Простите, — шепнул Чимин, сжав пышные губы в тонкую полосу. — Назови город. Только город. Я даже адрес не прошу… Просто скажи, куда едешь. — Прости. — Хён, пожалуйста, — в трубке слышались всхлипы, а Чимину снова было больно. Чонгук никогда не был плохим, хоть его таким и считали. Чонгук был прекрасным ребёнком. — Если ты уедешь, мы больше не будем друзьями. — Друзья не трах*ются, Куки. Прости. — Тэхён сказал, что не хочет тебя видеть… Скажи, почему ты нас не предупредил? Что мы сделали не так? Всё было так, просто Чимин запутался. Слишком запутался. — Простите. end flashback Чимин опал ладонями на покрывало, длинная светлая чёлка перекрыла глаза. Чонгук вошёл плавно, его ладони легли на поясницу, слегка вдавили ту, а бёдра максимально вжались в ягодицы. Чим дышал тяжело, по вискам стекали прозрачные дорожки пота, губы горели, они уже были изрядно искусаны, немного даже болели, но это была приятная боль, она отдавалась покалыванием внизу живота. Чимин содрогался при каждом толчке, срываясь на жалобные стоны. Чонгук, что был таким нежным, когда пытался успокоить хёна, сейчас проникал с силой, словно бы мстил за что-то. Это уже не было больно, но всё равно заставляло сжиматься всем телом и комкать под собой простыню. Тэхён взялся обеими руками за лицо Пака и приподнял то. Чим старался не открывать глаз, он знал, что на него смотрят, смотрят внимательно. Это было слишком. — Хочешь знать, какого мне было? — растянулся в кривой усмешке Тэ, подобравшись к парню ближе. Чонгук приподнял хёна, усадив того уже на себя. Тэхён впился в пышные губы, крепко схватив Чимина рукой под шею. Чим взвизгнул и сжал пальцы в кулаки, желая уже отцепить руку Тэ от себя, но запястья, неожиданно, крепко сжали ладони Чона, и завели за спину. Тэ зубами оттягивал губы Пака, сдавливая пальцы на шее сильнее. Не настолько, чтоб убить, но достаточно, чтобы сделать немножечко больно. Он ведь просто бросил их, оставил одних. Запутался сам, и не подумал, каково было им. По щекам Чимина катились слёзы, парень пытался вырвать руки, но выходило паршиво. Темп толчков нарастал, укусы становились сильнее, а перед глазами всё плыло. Чон вжался в бёдра старшего и протяжно выдохнул, оцарапав стоном впадинку между лопатками хёна. Чим сдавленно пискнул и обмяк в сильных руках. Тэ оторвал пальцы от изящной шеи. На секунду стало страшно. Чимин застыл между двух тел. Тэхён широко распахнул глаза и подался вперёд, крепко обхватив парня. — Прости, — шептал Тэ, пряча глаза в изгибе красивой длинной шеи. — Я нечаянно… — Всё нормально, — хрипел Чим, пытаясь отдышаться. — Я скучал. — Мы не помирились. Я всё ещё зол, — ворчал Тэхён. — Тебе не хватит одной ночи, чтобы откупиться. Чи… Чимин? Чимина постукивали по щекам, пытались привести в себя, что-то испуганно спрашивали. Ему сейчас не хотелось отвечать. Хотелось лишь в душ, как следует промыть себя и спать. После такого только это. Только спать, пожалуйста, втроём. Он сожалеет, что когда-то давно уехал. Правда, ему очень жаль.