Решающая битва

- Освальд! Тебе конец! - громко кричит Эдвард грозным голосом.       Пингвин испуганно оглядывается, но не останавливается, прячась за автомобилем. - Тебе не скрыться!       Освальд и сам это понимает, уже предчувствуя свой конец, но, как и всегда, сдаваться не собирается. Ни Эдварду, ни кому бы то ни было. - Ага!       Нигма находит его и с торжествующим криком бросается на свою жертву, будто змей, готовящийся заглотить беззащитного птенчика. Кобблпот чудом уворачивается, в том время как его убийца ударяется плечом о дверцу автомобиля и злобно стонет проклятия. Пингвин же, воспользовавшись его заминкой, рванул дальше по общественной стоянке.       В этот раз он не мог ошибиться. За старенькой Киа определённо должен был быть склад боеприпасов. - Лучше сдавайся сейчас, Освальд! Я хочу прикончить тебя выстрелом в грудь, а не в спину.       Кобблпот фыркнул, скривив лицо. - Какие мы благородные! - он всё-таки достиг своей цели - неплохо помятого автомобильчика, обогнув багажник - Но я советую тебе самому сдаться, пока не поздно! - С чего бы? - непонимающе переспросил Эдвард, заглядывая за багажник, но он тут же был атакован прямо в лицо.       Освальд яростно набросился на него, подобно бешеной собаке, сбив с ног и с силой толкнув в грудь бывшего друга. - Ты жалок, Эдвард! - Насмешливо выпалил Кобблпот, обходя валяющуюся фигуру в попытке скрыться с места "преступления".       Но Нигма оказывается быстрее и, перевернувшись со спины на живот, хватается пальцами за края брюк Освальда, утягивая того на землю. Кобблпот отбивается свежим набором снарядов, но все равно ему не сравниться с Эдвардом по силе, потому, уже через пару секунд они оба оказываются на мокром и грязном снегу.       Через мгновение Нигма находит в себе силы подняться и, будто дамоклов меч, нависает над тяжело дышащим Освальдом с гаденькой улыбочкой, сжимая в правой руке оружие. - Ну и кто теперь жалкий? И я не Эдвард, я - Загадочник!       Пингвин закатывает глаза, вновь услышав эту идиотскую кличку, тем самым вызывая ужаснейшее недовольство у своего убийцы. - Что?! - Я думал, что ты уже успокоился с этой хренью, Эд. - Хренью?! - Господи, когда это уже закончится? - с кислой миной спросила Табита, глядя на этих яростно сражающихся "заклятых врагов". - Будто дети малые. - Кто вообще придумал помериться силами в снежки? - решил уточнить Бутч более спокойным тоном. Его развлечения этих двоих идиотов мало заботило, ведь он имел возможность больше времени проводить с Таби. - Хорошо хоть не писюнами решили померяться - саркастично подмечает, только что подошедшая Барбара - Думаю это надолго. - Есть идеи, чем заняться? - Табита сразу же переключила внимание на подругу, у которой всегда есть пара мыслей в голове, как можно весело провести время. - Хмм... Можем поучаствовать в войне против Софии, - предложила Кин, приложив указательный палец к губам. - И отхватить потом от нее же? Нет, спасибо - Покачала головой Галаван. - Тогда, закатим офигенную вечеринку в клубе Пингвина, пока он....занят! - Барбара солнечно улыбнулась, хлопая в ладоши. - И назовем ее "Эдвард и Освальд - враги навсегда"? - смеясь, предложил Бутч.       Девушки задумчиво посмотрели на него, после чего одновременно рассмеялись, похвалив его за идею. - Я Загадочник! Ты же сам признал меня! - не унимался Нигма, повышая тон и сурово хмуря брови. - А ты не подумал, что я сказал это глупое имя только чтобы выбраться из Аркхема?       Эдвард на мгновение впал в ступор, тем самым давая Освальду нанести себе несильный удар под рёбра и занять главенствующую позицию. - Даже если так... - рука Нигмы потянулась к маленькому снежку, валявшемуся рядом, планируя зарядить Кобблпоту по лицу, когда тот потеряет бдительность. - Я заставлю тебя признать это! А еще я прикончу тебя! - Да ты уже проиграл, - подметил Освальд совсем беззлобно, даже с лёгкой улыбкой. - Эту битву я, возможно, и проиграл, но войну еще нет! - уверенно вещал Эдвард - И я... -       Он не успел закончить предложение, как был прерван неожиданным поцелуем Освальда.       Нигма напряжённо замер, широко раскрыв глаза от удивления, и почти не дышал. Пингвин прижался к нему всем телом, словно пытаясь согреть, но на холодном льду, по уши в снегу, это тепло почти не ощущалось. Были лишь горячие мокрые губы и чужой юркий язык, глубоко проникающий в рот.       Выдохнув всей грудью, Эдвард-таки смог расслабиться, отвечая на поцелуй и робко приобнимая своего злейшего врага за талию.       С готэмского тёмного, как могильные плиты, неба на них мягко сыпался снег, хотя этим двоим по большому счёту было уже всё равно.