Младший лейтенант

Младший лейтенант, бередит сердца: Безымянный палец без кольца, Только я твоей любви ни капли не хочу.

Они познакомились несколько лет назад. Хотя это даже нельзя назвать знакомством. Просто Клаус запомнил того, кто чуть не лишил его жизни. Истребил его людей. Мог он подумать тогда, что сейчас будет стоять над измождённым, но не сломленным танкистом? Заглядывать в глаза, ловить лёгкую дрожь губ, тяжёлое дыхание, поминутно прерываемое кашлем? Тогда он желал уничтожить врага, но сейчас… Мужчина склонился над русским, так что его губы фактически касались огрубевшей кожи при каждом слове. — Имя и звание, — вновь повторил Клаус, слова которого были тут же переведены девчонкой. Николай еле заметно вздрогнул, но даже не поднял головы. Гордый. И что за извечное русское упрямство? Готовы пожертвовать жизнью, здоровьем, лишь бы сохранить честь. Патриоты. Какие глупцы! Терпят мучения ради ничтожных принципов. Клаус определенно не понимал подобного. Разве может быть что-либо важнее собственной жизни? — Отвечай, — мужчина обхватил двумя пальцами подбородок пленного, принуждая поднять на него глаза, — Или я убью ее. Немец снял револьвер с предохранителя, направив его в сторону переводчицы. Он знал, что гребаное благородство не позволит русскому допустить убийство невиновной. Позволить другим умирать. Ещё одна глупая черта. Какое ему дело до девчонки, с которой он даже не знаком? Но Клаус не прогадал. Стоило начать отчёт, а девчонке зарыдать, прижавшись к холодной стене камеры, как патриотизм отошёл у русского на второй план. — Стой! Не убивай её! — решение было непростым, поэтому мужчина закрыл глаза, как будто это уменьшает его «предательство», — Лейтенант. Младший лейтенант Ивушкин. Я сделаю все, что ты скажешь.

***

Клаус сидел за своим столом, закинув одну ногу на другую и неторопливо пил коньяк. Его внимание же полностью занимал Ивушкин, который за несколько дней был приведен немецкими врачами в достаточно хорошее состояние. Вполне привлекательное для Клауса. — Оставь нас, — тихий и краткий приказ, встретивший недоумение, но не возражение. Когда они остались одни, мужчина поднялся с кресла. Обойдя Ивушкина, он «случайно» провел пальцами по спинке стула, задевая русского. Но после сразу же отошёл к стене, где включил радио. — Итак, — Клаус вернулся на свое место, вновь вальяжно раскидываясь в кресле, — Ты будешь со мной сотрудничать? Недоумение. Как предсказуемо. Коля наивно полагал, что Клаус не знает русского. В принципе как и многие другие. Но в этом есть своя изюминка. Понимать, что о тебе говорят пленные, считающие, что без переводчика фрицы ничего не поймут. Хотя многие и не понимали. Но Клаус учил русский. После того самого поражения. Год за годом. И вот результат. — Что же ты замер? Да, мне все известно. Но я не намерен убивать тебя. И, может быть, подарю жизнь и ей. — И что же ты хочешь взамен? А все же русские не такие непроходимые тупицы, коими кажутся. Хотя, возможно, такими делает жизнь в лагере. — Танец. Ивушкин удивлённо вскинул бровь, что вызвало еле уловимую улыбку немца. Он так мил, когда озадачен… Странная мысль для фашиста. Но Клаус уже давно понял, что испытывает чувства к пленному. Однако он умело скрывал. — Я жду, Коля, — мужчина терпеливо ожидал, пока данная информация уляжется в голове русского.

Младший лейтенант — тяжелый случай, Важностью своей себя не мучай. Выйди, потанцуй! Но будто бы не слышит он.

— Ну… Хорошо, — наконец протянул Николай, все еще несколько растерянный, что не могло не радовать фрица. — Вот и отлично, — Ягер улыбнулся, на этот раз широко и искренне, ни от кого не скрываясь, подавая руку танкисту. Музыка лилась из приемника, заполняя рабочий кабинет немца. Веселая, живая мелодия разгоняла ту тьму, что окружала их. Клаус, подаваясь ее влиянию, положил руку на талию Ивушкина, начав медленно двигаться в такт музыке. Думал ли он тогда, что будет танцевать со своим врагом? Нет. Но сейчас они кружились по комнате, каждый погруженный в свои размышления, но при этом не тяготясь обществом друг друга. Как может быть комфортно тюремщику с заключенным? Но им было не просто комфортно, а приятно. Впервые на губах Николая появилась та счастливая и беззаботная улыбка. Лейтенант позволил себе забыть о долге и проблемах и просто расслабиться, кружась по комнате. Ягер же просто наслаждался видом счастливого и беззаботного Ивушкина. А ведь он был выше по званию и точно не мог позволять себе подобного поведения. Но в данный момент это было абсолютно не важно.

Ты не генерал, и слава богу, Двадцать лет спустя ты понемногу Станешь понимать, что молодость важней погон.

Еще немного и музыка оборвалась, но они долго стояли посреди комнаты, тяжело дыша и смотря друг другу в глаза.

***

Младший лейтенант с улыбкой странной, Запросто мог стать звездой экрана, Только две звезды упали на его погон.

И вновь веселый мотив музыки, плывущей по заполненному немцами залу. Веселый говор, улыбающиеся и смеющиеся люди, звон бьющихся друг об друга стаканов и бокалов. Общая атмосфера праздника, из которой выбивались лишь двое.

Младший лейтенант сидит в сторонке, Бирюзовый взгляд как у ребёнка, Что-то не танцует, что-то не танцует он.

Никлаус поднялся со своего места, направившись к русскому. Какая разница, что здесь полно его знакомых? — Позволите пригласить вас на танец? — с легкой улыбкой спросил немец, чуть наклонившись к бывшему танкисту. Лишь взгляд и легкий кивок, и вот они уже кружатся по залу, вновь забывая о всем другом мире. Странная пара, ловящая взгляды других. Вот только самих военных не волновало это внимание. Хотя… Ягер ревновал. С того самого момента, как отпустил Николая из лагеря и купил квартиру. Любое внимание к его Ивушкину он расценивал, как страшную угрозу.

Младший лейтенант, мальчик молодой! Все хотят потанцевать с тобой, Если бы ты знал Клауса тоску, По сильному плечу.

Музыка переменилась. Вторя этому пары перестали кружиться, а начали медленно покачиваться в объятиях друг друга. — Ты любишь меня? — поддавшись настроению песни вдруг спросил Ягер. — Люблю? Конечно! — Ивушкин широко улыбнулся, а после поцеловал Никлауса, не желая слышать никаких рассуждений по поводу мнимой неправильности их связи.

Младший лейтенант, бередит сердца: Безымянный палец без кольца, Только я твоей любви ни капли не хочу.