Глава 6 Третий - не лишний!
2 июня 2013 г., 20:45
Робер нёс на руках сопящего Дезмонда. Нет, мальчик не спал, а наоборот, очень даже бодрствовал. Почему же тамплиер нёс ассасина на руках? О, ответ прост. Дезмонд сильно хромал и у него болели рёбра. Как результат, ассасин современности решил, что гранд-мастер во всём виноват и теперь должен его нести. Что тот собственно и делал.
Сам же Дез морщился от неприятной саднящей боли и удивлялся своей наглости. Как ни странно, но и сам потомок легендарных ассасинов не верил в то, что первый гранд-мастер тащит его на руках. А если вспомнить то, что сам Робер не особо-то и сопротивлялся, а точнее сразу взял закапризничавшего ассасина на руки… Куда катится мир?
Хотя, пожалуй, мир уже укатился и теперь валяется где-нибудь в уголочке, собирая пыль. Эцио исчез из поля зрения почти сразу, как только представители противоборствующих сторон оказались вне Колизея. Как предполагал де Сабле и знал сам Дезмонд, итальянец шёл по крышам. Может даже маэстро захватила ностальгия.
Робер решил, что лучше он отведёт детей в номер гостиницы, а уже потом пойдёт разбираться с покупкой билетов до Америки. Так же гранд-мастер не собирался рассказывать Хэйтему последние новости. У тамплиера руки чесались сделать кому-нибудь гадость. Поэтому сюрприз готовился для Кенуэйя. В том, что парочка ассасинов будет для орлов, находящихся в поместье, сюрпризом, де Сабле сомневался. Причём очень сильно. Тамплиеру казалась, что эта братия в белых одеждах едва ли не мысленно умеет общаться. Но это было не доказано, и Робер продолжал страдать, представляя, что устроят эти цветы жизни.
***
Дезмонд сидел на кровати, наблюдая за метаниями Эцио по номеру. Покусанная со всех сторон пицца и недопитое в кувшине молоко расположились на журнальном столике, являя собой мировую скорбь. Аудиторе заскочил в санузел, обо что-то ударился и, судя по шипению, пожелал кому-то мучительной смерти. Нет, итальянец не маялся животом, что вы. Скорее ассасин носился по номеру в поисках выхода, так как Робер, уходя за билетами, просто на просто закрыл дверь на ключ. Через окно, что первым опробовал Маэстро, удрать было невозможно. Ни одного нормального выступа рядом, а лететь вниз далеко. – Может, прекратишь? – Да как ты можешь быть таким спокойным? – мальчик кипел и булькал. – Робер де Сабле вполне нормален, впрочем, как и Хэйтем. Разве что у них тамплиерские замашки. А вот те, что из Abstergo, – Дезмонда передёрнуло от воспоминаний. – Психи. Там только и остаётся, что ждать, когда свихнёшься или когда решат, что ты отработанный материал. – Дез? – Объект семнадцать. Аудиторе замер. Свихнувшийся мир его не так уж и пугал, ведь как недавно было подтверждено, тамплиеры всё так же смертны, а значит прорваться можно. Эцио смотрел на своего потомка, начиная понимать, откуда эта странная замкнутость. Тамплиеры… – Дез, я… – Что значит, нет больше моей мастерской!? – донёсся с улицы до боли знакомый голос. Ассасины переглянулись. Разговор тут же был забыт, и Эцио, выглянув наружу, с воплем сиганул из окна. Повезло, что хоть третий этаж. Дезмонд лишь увидел знакомую со шрамом лысую макушку, оказавшуюся погребённой под тушкой Аудиторе при приземлении, что уже нёсся к мужчине в красном берете. - Леонардо!!! - Эци… Последнюю букву заглушил звук падения. Ассасин сбил старого знакомого с ног, явно позабыв обо всём на свете.***
Самолёт Abstergo Industries поднялся в воздух, стремясь достичь поскорее берегов Америки. Робер решил, что лучше взять самолёт компании и спокойно без свидетелей долететь до Нью-Йорка, чем объяснять бортпроводникам, почему дети, ну или «деть», так орут. Правда, к изумлению мужчины, оба юных ассасина к перелёту отнеслись благосклонно. – У меня невероятное предложение… – Я уже понял. Почему бы и нет? Эцио я хорошо знаю, но мне мастерскую выделят? – Да-да, только соглашайтесь! Робер был близок к панике, а шишка на голове ещё продолжала пульсировать, причиняя дискомфорт. К тому же в таком деле третий – не лишний, правда?
