Не вырастил одного? Получи ещё троих в нагрузку!

      Хэйтем без энтузиазма перебирал бумаги. В поместье не было слышно ни гула голосов, ни топота ног. А все потому, что его самые шумные обитатели были отправлены в ссылку в Италию.       – Все еще разбираешь бумаги? – в комнату вошел Робер. Кенуэй лишь тяжело вздохнул и опустил подбородок на переплетенные пальцы, оперевшись локтями на стол.       – Кажется, я тогда погорячился. Может вернуть их?       – Может они побудут еще намного там? Не стоит так быстро прощать им их выходку, – де Сабле кривил душой. Ему тоже не хватало этих представителей птичьих. – Проверим электронную почту? Может от Чарльза письмо пришло?       Хэйтем старался открывать ящик медленно, с надеждой глядя на экран. И да, письмо было. Правда, всего в одно предложение, а и то как хвост рыси: «Все хорошо».       Но не успели гранд-мастера расстроиться, как признаки жизни подал Skype, что автоматически запустился при включении компьютера. На экран выползло сообщение о видео звонке от неизвестного абонента.       – Принимай давай.       Издав непонятный звук, перед тамплиерами развернулось видео-окно с...       – Дезмонд?       – Ура, нас слышат!       – Дез, двинься! – после шуршания на экране появилась моська Эцио, а потом два ассасина охнули, так как они лежали и на них плюхнулись Коннор и Альтаир, чтобы тоже быть видимыми по ту сторону связи.       – Ну, привет, папаши, – улыбнулся Эцио, и попытался сбросить с себя метиса, на что могавк лишь фыркнул и обнял итальянца. Альтаир же лег на бок и подпер рукой голову, чтобы не придушить мелкого Дезмонда.       Хэйтем с трудом удержался от улыбки, ему было крайне приятно видеть ассасинов, ведь без этих шебушных пернатых в поместье стояла какая-то тоскливая тишина.       – А мы скучаем, – печально выдохнул ассасин двадцать первого века. Коннор тяжело вздохнул и грустно посмотрел в глаза отца, Эцио что-то неразборчиво пробурчал. А араб уткнулся носом в плечо американца. Робер довольно улыбнулся, первый великий магистр не постеснялся проявить эмоции в отличии от своего строгого английского друга.       – Как вы там, орлята? Чарльз свои обязанности выполняет? А Леонардо? Надеюсь этот многогранный человек не пошел разбирать все механизмы в округе? – де Сабле говорил и тщательно отслеживал все эмоции на лицах детей. При упоминании Ли дети поморщились, даже Альтаир не скрыл своей неприязни к англичанину. А вот при упоминании да Винчи пернатые слаженно расплылись в счастливых улыбках.       – Ну с вами все ясно теперь.       Пока Робер продолжал выспрашивать у ассасинов некоторые моменты их путешествия, Хэйтем Кенуэй никак не мог погасить жадный огонек в глазах. Это его кровь. Были ли эти ассасины его предками или потомками, сейчас это дети, его кровные дети. Кенуэй порывался что-нибудь сказать, но никак не мог подобрать слов. Они просто заставали в горле. Это его маленькая семья, как же ассасинам сказать об этом, ведь тамплиеры им враги? Хотя... Ведь Эцио дал ответ. Да уж, действительно папаши.       – А еще Леонардо недавно микроволновку на составляющие разобрал! Пришлось новую заказывать. У него при сборке постоянно чего-то то не хватало, то лишним оказывалось.       Хэйтем хмыкнул, его губы дрогнули, образуя улыбку. Ассасины это заметили. Коннор довольно засопел в лопатки Эцио, Дезмонд что-то буркнул одобрительное, а араб и итальянец просто сверкали удовольствием в глазах. Робер довольно ухмыльнулся и снова попытался перевести внимание детей на себя.       – И как вам отреставрированный Монтериджонни?       – Такое ощущение, что его и не разрушали, – Аудиторе расплылся в довольной улыбке. Да, Эцио знал это поместье очень хорошо, и то, что его восстановили прямо-таки в мельчайших подробностях... За такое Эцио мог бы согласиться на неделю... Нет, четыре дня без шалостей. Но никто этого не знал, что конечно же выйдет тамплиерам боком, но это уже их проблемы, да?       Проболтав почти два часа, ассасины и тамплиеры наконец почувствовали удовлетворение.       – До скорого.       Но никто из них так и не обозначил какого именно скорого, толи звонка, толи уже встречи лицом к лицу.