Почуствуй вкус жизни

Час ночи. Городские улочки тихо дремлют под тихие колыбельные ветра, который к часу ночи успокоился. Сегодня ночь была не такой как всегда. Может дело в звёздах, которые, кажется, сегодня сияли не хуже солнца. Или, быть может всё дело в облаках, которые сегодня были пушистыми, как вечерние одуванчики. Или может это одинокий пастух месяц, который окружён тысячами звёзд, но так и нашёл себе подобного. Или быть может, всё дело в… Тишине? Вчера, в прочем как и всегда, ночь была пропитана слабыми голосами птиц, ночными серенадами сверчков и лунной сонатой ветра. А сегодня она на удивление слишком тихая. Даже сверчки попрятали свои скрипки, а ветер задремал у пушистых ветвях деревьев. Только немые звезды подмигивали друг дружке сквозь пелену облачного покрывала. Но вдруг, мертвую тишину разрушил вой сирены скорой помощи. Её громкий вой эхом разнесло по ночному городу, который, кажется, уже не спал. За рулём был уставший, сонный врач, который с последних сил вёз пострадавшего в больницу. Компанию ему складала молодая чорненькая медсестра, которая не теряя ни одной секунды оказывала помощь больному, с надеждой остановить кровотечение и сделать как можно меньше больно. Тем временем в больнице. В одном окошке местной больницы слабо горел свет. За столом сидела молодая рыженькая девушка. Она клевала носом в открытую книгу с анатомии с надеждой запомнить хоть бы что-то. На столе стояла чашка остывшего кофе, который уже не действовал. Глаза рыжей перебегали с строчки на строчку, но в тоже время они буквально ныли от недостатка сна и требовали немедленно сомкнутся. Но девушка все продолжала читать, упрашивая себя дочитать ещё хотя бы одно предложение. Так бы она и уснула с этой «интересной» книжкой, если бы не нежданный шорох за дверью. — Хей, Василиска. Ты ещё не спишь? —в комнату заглянула женщина лет 35 с коротким хвостиком и в белом халате. — А? Я не сплю, я только глаза прикрыла… А. Это вы. Я уже подумала это главврач зашёл. Я даже проснулась. — Ну как ты там? Что делаешь? Читаешь? — женщина взяла в руки книгу, — " Анатомия». Ну как? Что-то понимаешь? — Ну… Я… — Ладно, ладно, потом расскажешь, а то я спешу. Я отпросилась с дежурства. Сестре плохо стало. Я бы и в обед ушла, так вас интернов оставить нескем. А ночью я думаю вы и без меня справитесь. — Да конечно справимся. Идите и не волнуйтесь за нас. А то вам и так есть за кого переживать, — сказала заспанная рыженькая. — Хорошо, —сказала женщина. Она посмотрела на часы, которые тихонько тикали на стене цвета серого снега, — Я пойду, наверное. — Идите, идите. И не волнуйтесь, —спокойным тоном говорила девушка усмехаясь может и не широкой, но точно искренней улыбкой. —Пока, Василиска. До завтра. Будь бдительной.Я на тебя рассчитываю, — сказала женщина прежде чем скрыться за белой дверью комнаты. И вот опять в комнате повисла тишина. Только тихий стук каблуков разносился по всей больнице длинным эхом. Следующее 30 минут было тихо. Время в больнице шло своим ходом. Ночь сегодня была на удивление тихой. Все пациенты спокойно спали, а те кто не спал старались вести себя тише воды ниже травы, чтобы никого не беспокоить. За окном стояла середина ночи. Тёмно-синее небо было усыпано миллиардами ясных маленьких точек которые сегодня решили не прятаться за пушистыми облаками. На улице было тихо. Лишь изредка шелестела листва под колыбельную ветра. А в той самой комнате раздавалось тихое посапывание рыженькой и тиканье настенных часов. Но вдруг ушки под рыжими волосами насторожились. Как и положено любому может и будущему, но всё же врачу Василиса спит очень чутко. И любой даже отдалённый звук может её разбудить. Так и сейчас. Но что это был за звук? И почему когда он стал приближаться, у Василисы участилось сердцебиение, а глаза наполнились некой тревогой? Ответ прост. Это была скорая с её бешеной сиреной. Она (🚑) везла нового «везунчика» судьбы прямо в это великое здание, где всю «везучисть» лечат и иногда кладут в палату чтобы стать более скромным на подарки судьбы. Когда скорая остановилась из неё на носилках вынесли пострадавшего. Василиса уже давно стояла около окна, но в темноте разглядеть что-то было невозможно. Поэтому быстро сообразив она накинув белоснежный халат вылетела из комнаты и побежала по ступенькам в низ. Но когда она добежала, двери в операционную захлопнулись перед её носом. Медсестра которая как раз бежала туда же попросила не заходить, но пообещала когда всё самое главное закончат и будет свободная минутка, она всё расскажет. Василиса хотела остаться в ближнем кабинете и подождать Николь, пока операция не закончится. Но так как операция может затянутся на несколько часов Василиса решила или пойти в свою комнату читать дальше, ведь теперь она не уснёт, или же взять книгу, заварить себе очередной кофе и устроиться в соседнем кабинете. Почему-то ей очень хотелось… Нет. Не так. Её тянуло остатся здесь, но вопрос «зачем» мучал и так уставшую голову, но Василиса просто пожала плечами и пошла за книгой и кофе. Через два часа и тринадцать минут из операционной вышли уставшие измотаные, но довольные своей работой врачи. За ними и медсёстры, в том числе и Николь, которая за всё время операции ни разу не вышла. И Василису это напрягало. В комнату тихо постучали. Так тихо. Как будто боясь кого-то розбудить или испугать. Потом раздался тонкий мерзкий громкий скрип старой двери, которая будто предупреждала о нежданом приходе гостя. Но в нашем случае гостьи. Николь тихо заглянула внутрь комнаты, в которой спало рыжое сонное царство. «Зайду позже. Пусть выспится», — подумала Николь, и хотела уже уходить, как вдруг лицо рыжей дрогнулось, а глаза которые как-будто спали под тёплой тяжёлой пеленой сна открылись в одно мгновение и обратили всё своё внимание на такую жданую гостью. — Н-Николь? — очень тихо будто самой себе сказала Василиса, — Николь.— более громче. Прикрыта глаза— Николь. —Но потом мозг стал работать, а память начала прокручивать кадры «спокойной» ночи, — Николь! — Василиса попыталась резко встать и подбежать к медсестре, но голова начала кружиться, а перед клазами всё поплыли пятнами. — Тише, Василиса, — подхватила её Николь и усадила обратно на стул, — не падай раньше времени. Следуеще 49 минут Николь рассказывала о том как проходила операция. С самого начала она почувствовала что-то не ладное. И шестое чувство не подвело. Оказалось, что у нашего везунчика сломана нога. Сильный перелом и повреждения ввиде открытых ран и костных трещен, но в небольшом количестве. Но это ещё не всё. У пациента воспаление лёгких и аллергия на некие припараты. Но главная новость ошарашила Василису и заставила её проснуться окончательно. «ОНА, Василиса будет присматривать за этим больным субъектом. Сама. В качестве практики». А почему же сама? Потому что Ольга Михайловна, любимая медсестра во всей больнице, лучший друг и советник, а ещё почти вторая мама— попала в ДТП и находится в коме, в соседней больнице. Василиса замерла с ужасом на лице. В глазах читались паника и страх. Глаза как будто замерли, стали не живыми, стеклянными прежде чем с них одна за одной полились хрустальные слёзы. Они лились не переставая, пока бедная Николь успокаивала рыжевласку. Под утро она уснула. Спала рыжая тревожным сном. От каждого шороха её уши настороженно подёргивались, а лицо морщилось. Несколько раз Николь пробывала уйти к себе, но не могла, потому что на её коленях спало заплаканое чудо. Так и просидели они до 6 утра. В шесть Николь должна была собираться домой, ведь её ночная смена закончилась. Но из-за некоторых ранее произошедших событий она не могла это сделать. Никто не знает сколько ещё они так просидели бы, если не телефонный звонок. Он разбудил обоих. Василиса выглядела… мягко говоря не очень. Помятое лицо, заплаканые глаза и больше тёмные круги под глазами. Рыжие кудри запутались в гнездо невиданного птаха, а спина ныла от неудобной ранее позы. Николь выглядела немного лучше, но красавицей её не назовешь. Когда они окончательно проснулись, Николь начала собираться домой, а Огнева приводила себя в порядок. Сейчас её состояние было лучше чем ночью, но всё равно далеко от идеала. Когда Николь уходила она напомнила Огневой о пациенте с поломаной ногой, за которым Василиса должна ухажевать. Настроение ещё подупало, но как бы тебе не было плохо, обязанности ты должна выполнять. Накинув халат Василиса вышла из кабинета и столкнулась с главврачём, который как раз её искал. Оказывается её подопечный начал приходить в себя и как оказалось у него частичная потеря памяти, и всё что он смог рассказать о себе это прогулки под луной и имя его сестры. Личность пока не установлена. Информации почти нет. Лежит в палате номер 13. Настроение стало ещё ниже. Взяв у главврача папку с диагнозом и анализами нашего инкогнито Василиса пошла в счастливую палату номер 13. Но когда её взгляд устремился на больного, пропал дар речи. На постели у окна лежал её вчерашний знакомый, который стал жертвой её недосипа и усталости. Это точно был он. Те же глаза цвета чистого неба, те же шоколадные волосы… — Т-ты?