Но... я же Питер Паркер!

      Не успел я коснуться ногами земли как оказался подвергнут самой настоящей сексуальной атаке со стороны Ванды. Не теряя времени зря, она стащила с меня маску и впилась в мои губы жадным поцелуем, одновременно с тем прижимая меня к себе так, словно хотела слить нас двоих в одно целое. Она явно не намерена «делать любовь», нет, чувствую, меня собираются тут натуральным образом оттрахать. Такому натиску не грех и уступить.              То, что девушки тащатся с полётов на паутине, я понял давно, ещё в прошлой жизни, но такого эффекта не ожидал. Впрочем, это же Ванда.              Но я не намеревался так просто отдавать ей главенствующую роль. Тем более если вспомнить, какие идеи пыталась претворить она в жизнь в прошлый раз. Перехватив инициативу, я прижал женщину спиной к стене и дал волю своим рукам… чтобы обнаружить несколько свежих и ещё влажных от невысохшей крови дыр на её костюме на ягодицах. Что, должен признаться, несколько охладило мой пыл.              Нужно для начала как-то затащить её в душ…              Но претворить этот план в реальность, чтобы вдоволь расслабиться и насладиться лаврами победителя мне не дали. Едва мы начали входить во вкус — даже костюмы друг с друга ещё не стянули — как с нами связалась Бобби.              И как бы мне ни хотелось продолжить сексуальное приключение, я принял вызов, всё-таки Бобби с Гвен на важном задании, мало-ли что могло случиться.              — Ох, Клякса, лучше бы тебе сказать, что всё путём… — опередив меня с ответом, хрипло прошептала наёмница прямо мне в ухо.              — Эм… не совсем, — сконфуженно отозвалась Бобби, — кое-что пошло не по плану.              Подозреваю, что она отлично поняла от чего нас оторвала.              — В чём дело? — мне пришлось схватить запястья Уилсон, чтобы остановить процесс собственного раздевания.              — Как ты и говорил, тут была одна из Пальцев, — продолжила рассказ носительница симбионта.              — Ты ведь откусила ей голову? — так, будто это что-то само собой разумеющееся для бывшей вегетарианки, спросила у девушки Ванда, вновь опередив меня.              Да уж, весьма неудачно для нас, что Бакуто решила проигнорировать общее собрание, где мы могли бы пустить её под нож вместе с остальными Пальцами. Гвен и Бобби ведь наверняка попытались взять её живьём. А это риск того, что она рано или поздно попытается восстановить своё влияние.              — Эм, мы её скрутили, но, пока возились с ней и остальными, тот старикашка проник на территорию кампуса в колледже, — а вот и корень проблемы.              Чёрт, и ведь я подспудно опасался, догадывался, что что-то такое могло случиться. Я уже знал, что следующее скажет Бобби.              — Он убил часть студентов… мы нашли трупы, Гв… — чуть не проговорилась, едва не назвав подругу по имени, разволновавшаяся девушка, — она кинулась его искать, и я потеряла её, а она явно не в себе, может натворить такого, о чём потом пожалеет… я не знаю, что мне делать.              Да что такого она может натворить? Открутит голову Стику? Не велика потеря, если честно. Хотя это может внести разлад в наши с Мёрдок деловые отношения, но я и так уже отдал ей Электру. Хватит с неё.              — Разве полиция вам не помогала? — вспомнил я.              — Да, люди Джейн уже забрали Бакуто и остальных, кого мы повязали, но Стика они поймать не смогли.              — Тогда возвращайся, тебе больше нечего там делать, я сам найду её.              Похоже предаться греху в объятьях Ванды этой ночью мне не суждено.              — Оставляю тебе на хранение, — я передал в руки разочарованной наёмнице склянку с чёрной жижей.              При этом мне пришлось едва ли не силой отлеплять её от себя.              — Может, ну его, этого Стика? — с надеждой спросила она, забирая ёмкость.              — Дело ведь не в Стике, — покачал головой я, проверяя работоспособность на скорую руку отремонтированного веб-шутера.              Ненадёжный. Но со стандартной функцией должен справиться, да и времени на полноценное восстановление нет.              Следуя за сигналом маячка, встроенного в костюм Гвен, найти девушку было совсем не сложно. Тем более что сигнал уже довольно долго исходил из одного места, что говорило о том, что Стейси уже набегалась, ну или что она избавилась от маячка, что маловероятно.              Первая гипотеза оказалась верной.              Я нашёл девушку в компании хорошо знакомых мне каменных горгулий. На моё появление она никак не отреагировала, так что я просто сел с ней рядом. Неужто она уже нашла Стика и теперь корит себя за горячность?              — Ты как? — приобняв апатичную девушку за плечо, спросил я.              — Я не нашла его, — поведала Гвен, — как сквозь землю провалился.              — А ты уверена, что хочешь его преследовать? Решила, что будешь делать, найдя? Он ведь не сдастся без боя.              — Я… не знаю, — нехотя призналась она, — но он должен ответить за то, что сделал.              Она резко стянула с лица маску и повернулась ко мне. Глаза у Гвен уже были на мокром месте, она была на грани истерики.              — Там ведь были дети, самые младшие лет пятнадцати, понимаешь? — едва ли не прокричала она мне в лицо.              — Понимаю, — притянув девушку к себе, я обнял её.              Гвен расплакалась. Я не мешал ей. Несколько минут мы просто сидели там, рядом с молчаливой, ко всему безразличной статуей.              — Но в этом нет твоей вины, — когда она начала успокаиваться попытался утешить её я, — если кого и винить, то меня. Я должен был догадаться, что Стик не оставит всё так просто.              — Нет! — тут же возразила она, — это было моё задание. Я должна была спасти этих детей. Это я за ними не уследила.              — Послушай…              — Зачем всё это? — перебила меня Гвен, — какой из меня герой? Я простая девчонка, я не такая, как ты… не такая как Человек-Паук. Паутину, даже этот костюм, водонепроницаемый, прочный, со всякими штуками, сделал ты… я как бледная тень, во всём позади. Как герой и как учёный тоже…              — Гвен! — я встряхнул девушку за плечи, — послушай меня.              Небольшая встряска помогла привлечь внимание девушки.              — Думаешь, у меня всё с первого раза получилось? — спросил я. — Нет, я тоже ошибался, много раз, не счесть сколько, и из-за моих ошибок погибали люди. И до сих пор ошибаюсь.              Но девушка не выглядела слишком впечатлённой моей речью.              — Понимаешь, — продолжил наставления я, — это то, как работает этот мир. Каждый ас своего дела, каждый профессионал когда-то был новичком. В начале пути всегда будут ошибки, у каждого. Неважно как сильно ты промажешь в первый раз и как далеко окажешься от цели, ты всё равно будешь ближе, чем если не будешь действовать вовсе. И с каждым разом ты становишься ещё на шаг ближе.              — Они могли бы быть живы, если бы я не действовала вовсе, — тут же возразила Гвен, — разве это не лучше?              — И они стали бы частью армии Руки, и творили бы ужасные вещи по всему миру, оставаясь в тени, — парировал я, — так что нет, не лучше. Да, в нашем случае цена ошибки намного выше, но… никто не рождается героем.              — Уж точно не я, — невесело усмехнулась она.              — Я расскажу тебе о своей главной ошибке, — решился зайти дальше я, — после которой я практически утратил веру в себя и долгое время даже смотреть в сторону костюма не хотел. О тебе.              Да, это сразу же вернуло внимание девушки.              — О чём ты?              — Гвен Стейси из моего родного мира и я. Мы были парой. Я только стал Человеком-Пауком, а она училась в университете. Она была на несколько лет меня старше, и была просто потрясающей, как ты, — я посмотрел в заинтересованные глаза девушки, — я не мог поверить своему счастью. У меня была эта сила, у меня была лучшая девушка в мире, словно мечты начинали сбываться.              — Ты никогда не говорил о том, что мы были вместе в том мире… что случилось потом?              — Она умерла у меня на руках, — честно признался я, — из-за моей ошибки. Я не остановил Гоблина вовремя. Позволил ему взять её в заложники. А потом не успел спасти. Я до сих пор виню себя в этом.              — Я не знала… — сказала очевидную, в общем-то вещь она, — почему ты не говорил об этом раньше?              — Это не то, о чём можно мимоходом сказать за обедом.              — Как ты нашёл силы снова надеть костюм после этого?              — Люди, жизни которых спас Человек-Паук. Они вернули мне веру, показали, что то, что я делал не напрасно. А потом нашёлся очередной придурок, угрожающий городу, и не было никого, чтобы остановить его, прежде чем начнут гибнуть люди.              Какое-то время мы молчали, а затем Гвен вдруг выдала:              — Ревновать к самой себе — это нормально? — и по её интонации я понял, что кризис уже позади.              — Ну, я бы ревновал, если бы появился другой Питер Паркер и попытался забрать тебя у меня, — в тон ей ответил я.              Мне наконец удалось прогнать угрюмое выражение с её лица.              — Кто ещё? — спросила, улыбнувшись Гвен.              — Хм?              — Мы уже давно подозревали, что ты собираешь тех, с кем встречался в прошлом мире, — вдруг огорошила меня она, — колись, кто ещё?              Я почувствовал, что оказался на чрезвычайно тонком льду.              — Рыжая — это точно, — начала загибать пальцы девушка, — Уилсон там была мужиком — значит выпадает… или нет?              Стейси перевела на меня хитрый взгляд.              — Что? — не сразу понял о чём она я, — нет, конечно! Абсолютно точно, ни при каких обстоятельствах, нет!              — Значит Рыжая и я? И всё? — не унималась она.              И когда я уже думал, что придётся выложить ей всю правду, объявилось спасение.              Сначала я услышал нарастающий, очень хорошо знакомый мне, гул. Его источник был в воздухе, ещё выше чем мы. А мы в этот момент, я напомню, находились практически в верхней точке одного из самых высоких зданий Нью-Йорка — входящего в двадцатку самых высоких, как минимум.              После пережитого в России я не мог не напрячься при подобных обстоятельствах. Слишком свежи ещё были воспоминания о том, как десятиграммовые свинцовые пули разрывают мою плоть и впиваются в мои кости, как убивают тех, кого я пытался спасти.              В этот раз чутьё молчало. Да и сам я понимал, что летающий в черте города Квинджет с активированной маскировкой почти наверняка принадлежит Щиту. С которым у меня, благодаря значительному уровню взаимопонимания и доверия с агентом Колсоном, сейчас приятельственные, так сказать, отношения.              — Что это там? — Гвен естественно тоже заметила приближение летательного аппарата, но в виду своей неопытности не смогла его сразу идентифицировать.              — Квинджет Щита, — ответил ей я, — лучше надень маску и, на будущее, не теряй бдительность даже если думаешь, что там союзники.              Девушка странно на меня посмотрела.              — Они уже видели моё лицо через свои камеры, — резонно возразила она.              Самолёт тем временем вышел из маскировки, а затем, задействовав маневровые лопасти, установленные прямо в крыльях, совершил разворот на месте. Что само по себе довольно ясно говорило о его намерениях.              Люк открылся, и я сразу узнал в женской фигуре, что безрассудно стояла у самого края, схватившись за страховочный поручень, Наташу Романофф. Давненько я её не видел. С той самой злополучной миссии в России.              — Паук, — поразительная малошумность летательного аппарата позволяла нам свободно разговаривать, — мы за тобой.              — В чём дело? — не спешил кидаться в объятья супер шпионки я, — я немного занят.              — Не знаю деталей, — призналась агент, — Директор зачем-то хочет тебя видеть.              — Ну если директор, — с иронией протянул я, — то посылать самолёт, даже не связавшись по телефону, становится совершенно логично.              Что бы они делали, если бы мы с Гвен закончили обниматься на минуту раньше и спрыгнули с крыши? Всё равно ведь пришлось бы звонить.              — Не набивай себе цену, парень, — в голосе шпионки слышалась усталость.              — Ладно, ладно, — сдался я.              Мы с Гвен покинули гостеприимных, всегда готовых выслушать любую исповедь, горгулий.              — Про неё разговора не было, — заметила Наташа, — Хилл вызывает только тебя.              Мы с Гвен переглянулись.              — Тогда я… — начала было девушка.              — Думаю, тебе стоит поговорить о случившемся с Бобби, она за тебя переживает.              — Да, не стоило её бросать… — согласилась со мной Гвен, — не пропадай надолго и береги себя, — а затем, совершенно забив на конспирацию, поцеловала меня у всех на виду.              — Хорошо, — сказал я уже вслед девушке, поскольку, закончив наш поцелуй, она сразу же спрыгнула с крыши.              — Паук! — окликнула меня Романофф.              Я легко перепрыгнул внутрь зависшего Квинджета.              В салоне помимо Наташи были ещё трое агентов. При полном параде, только не похоже, чтобы это встречающие для меня. Форма солдат была грязной, позы осунувшимися. У одной, высокой блондинки с нордическими чертами лица, рука была прижата к телу повязкой. Да и сама Наташа имела вид потрёпанный. Словно только что её упругой заднице пришлось пройти через опасную и тяжёлую миссию.              — С задания? — тут же озвучил свои мысли я.              — Захватили тебя по пути назад, — призналась Наташа, проходя на своё место на скамейке у стены.              — Садись, — похлопала здоровой рукой по скамейке рядом с собой северянка, — не кусаюсь и даже приставать не буду.              — Какое упущение, — ответил я жизнерадостной, особенно как для раненой, девице.              Но приглашение всё же принял.              — Ди, вези нас на базу, — распорядилась Наташа, проигнорировав моё замечание, — только тихо.              — Маскировочная система уже включена, — доложила по громкой связи пилот Квинджета, — нас обнаружат только если вы начнёте хором петь русский гимн.              Все посмотрели в сторону Романофф, но шпионка никак не отреагировала на подколку пилота.              Да у них тут целая команда юмористов.