Полюбила однажды до дури и тошноты

Суббота подкралась незаметно ко всем тем, кто должен был присутствовать на ужине у семейства Локсли-Миллс. Реджине все же удалось пригласить Эмму на этот ужин, больше не попадая в её постель и не выходя из её комнаты с полным удовлетворением. А жаль. Эмма поблагодарила брюнетку, отмечая, что после последнего их секса Миллс стала более радостной в эти последние дни. Она чересчур много улыбалась, вновь звала Эмму готовить ужин, не прячась от неё. Оказывается, нужно было хорошенечко её отодрать, чтобы отношения между ними вновь стали походить на человеческие. Реджина долго думала, что приготовить на ужин, но под самый конец плюнула и решила заказать еду из ресторана. Робин был немного огорчен тем, что вновь не сможет похвастаться перед Дэвидом кулинарными умениями своей невесты, но не решался и слова сказать против. Его больше волновало то, почему Реджина уже который день отказывает ему в сексе. Он уже и романтики приготавливал, и по утрам пытался ласкать, когда Реджина спит, что ей когда-то нравилось, и даже в душ к ней залезал, но каждый раз он оставался ни с чем. В субботу днём Эмма стояла перед шкафом с одеждой, перебирая всё, что только было, пока Руби следила за ней через камеру ноутбука, сидя в своей квартире с пачкой начос в руках. — Может, это? — спросила Эмма, показывая одежду. — Нет, брюки определенно не подойдут. Я знаю, что твой зад в них просто шикарен, но нет. Ты же девочка, — Руби чётко услышала, как Эмма её передразнивает, стоя спиной к камере. — Представь, Реджина и её подруга в платьях, такие принцессы, а ты как гадкий утёнок. — Сама такая, — возмутилась Эмма. Это было оскорбление всем её джинсам и брюкам, в которых она далеко была не похожа на гадкого утенка. Она до сих пор не понимала, что такого в том, что она равнодушна к платьям. Вот взять Реджину, она же ходит на работу исключительно в юбках и платьях. Эмма видела её в брюках, но только дома. Но, честно сказать, Миллс умеет себя подать, а Эмме не для кого наряжаться. По крайне мере, было не для кого. — Чёрт, что надеть? — У тебя же было красное платье. Не? — хрустнула она начос, ставя ноутбук удобнее. — Это? — Эмма достала платье кровавого цвета, держащееся лишь на груди и доходящее до колена. — Да, это же просто бомба. Эмма, ты должна его надеть, — воодушевилась Руби. Она уже прикинула какая прическа подойдёт к этому платью и какой макияж. — Ладно, — Свон кинула вешалку с платьем на кровать, но продолжила искать ему альтернативу. Через несколько минут поисков и демонстраций оставшихся платьев, Эмма взяла то самое красное и быстро преобразилась. — Мать моя женщина, — восхитилась Лукас, глядя на подругу. — Девушка, с Вами можно познакомиться? — Триста долларов час, — хихикнула Свон, нагибаясь и ставя руки на край кровати, благодаря чему её шикарный бюст оказался в поле зрения камеры, а соответственно, и взгляда Руби. — Стой, малышка. Я хочу это сфотографировать, — Лукас быстро начала искать телефон, а когда нашла, открыла камеру. Эмма приблизилась сильнее к камере на ноутбуке, и теперь весь обзор захватывал её грудь. — Отлично. Теперь могу теребонькать на эту фотку. — Фу, Лукас, извращенка, — фыркнула Эмма и подошла к шкафу, чтобы найти обувь, которая может подойти под это платье. У неё были летние босоножки на небольшом каблуке, и две пары как раз были черными. Не в балетках или шлепках же идти. — Шикарно, — оценила Руби выбор обуви. — Значит, смотри, я тебе скинула видео с причёской, которая будет просто идеально подходить к этому платью. Там ничего сложного нет, сможешь сделать. Заодно сейчас и мейк посмотрю. — Какой-нибудь светлый только, — попросила Эмма, переодеваясь обратно в домашнюю одежду. До ужина ещё несколько часов, поэтому она все успеет. — Да, хорошо. С коричневыми тенями. Они тебе очень идут. — Спасибо, Рубс. Ты лучшая, — улыбнулась Свон, усаживаясь на кровать и ложась спиной на подушки. Ноутбук она устроила на своих ногах. — Я знаю, дорогая, — усмехнулась она. — Как Маркуся? — Он тебя убьет, если узнает, что ты его снова так назвала, — у Руби был очень серьёзный взгляд, ведь она была увлечена поисками грамотного и лёгкого макияжа для подруги. — А ты ему не говори, — Эмма была рада, что Руби начала общаться с тем парнем из бара, который ей приглянулся, но ещё она была рада, что Лукас до сих пор заинтересована в нем. Обычно, когда парни начинают отвечать ей взаимностью, она сразу же теряет к ним интерес, а тут она даже уже на одном свидании побывала. — У него всё отлично. Эмма, знаешь, о чем я подумала? — Ну? — Свон напряглась. Неужели и этот парень останется в пролёте. — Я хочу другую работу, ну, или же пойти на повышение, — заявила Лукас, отправляя Эмме найденный макияж. — Почему так резко? Тебя же всё устраивает в твоей работе, вроде бы. — Устраивает, но я уже устала этими бутылками крутить. Скучно. К тому же я не смогу до старости работать барменом, — заключила Лукас. У неё тоже не было ни среднего, ни высшего образования, из-за чего приходилось довольствоваться второсортными работами. — Ха, устройся домработницей к какой-нибудь несвободной женщине. Вот тут будет весело, — засмеялась Свон. Хотя здесь в большей степени нужно плакать. — К женщине — нет. А вот к дедульке, который вот-вот умрёт, но успеет переписать на меня завещание, так как только я была рядом с ним все это время, то да. Это по мне, — Лукас сделала такое серьёзное лицо, что Эмма сразу же поверила, забывая про её актерское мастерство. — Тебе придётся его ублажать, как и мне свою начальницу, — подмигнула Эмма. — Ну уж нет, — от этой мысли Руби всю передернуло, и она начала плеваться и смеяться одновременно. На втором плане послышался звук мобильного телефона, и Лукас посмотрела на экран. — О, Маркусик звонит. Может, на свидание позовет. — Ладно, напишешь мне, — Эмма послала Руби воздушный поцелуй, как и она ей, и отключилась. У неё было не так много времени, как казалось, чтобы помыть голову, высушить её, сделать прическу и макияж, с учётом того, что она не спец в последних двух, поэтому уже начала следовать плану, заходя в ванную. Марк действительно пригласил Руби на свидание, зная, что у неё сегодня выходной. Руби было велено быть готовой к семи часам вечера, а сейчас она могла ещё немного поспать или посмотреть какое-нибудь фильм, но она решила заняться совсем другим. Взяв телефон в руки, она открыла сообщения, напечатала «Тебе нравится?» и прикрепила фотографию. Сообщение ушло, осталось только ждать ответа. Ох, как она его ждала. Сидящая на пуфике перед трюмо и наносящая макияж Реджина была удивлена сообщением, пришедшим от подруги Эммы. Ей жутко не хотелось его открывать, видя лишь имя отправителя, но любознательность взяла своё. Когда перед глазами всплыла картинка с изображением пышной груди, где самое интересное было прикрыто красным материалом, Реджина нахмурилась. «Ну и что это? Зачем Вы мне это прислали?» — не поняла она. Если ей нравятся женщины, это не означает, что можно присылать кого попало. «Ну нравится или нет? Просто ответь. Эмме я не скажу» — отправила Лукас, хихикая. За счёт того, что светлых локонов не было видно на фото, ведь Эмма в тот момент убрала их наверх в хвост, Руби могла посмеяться. «Мисс Лукас, мы с Вами не подружки, и я не обязана на такое отвечать» — взбрыкнулась Реджина, отправляя сообщение, и продолжила дальше наносить пудру. «Мисс Лукас? Ого, как официально. А я вот залипла на эти бубенчики. Так и хочется пожмякать» — во всю смеялась Руби, представляя реакцию Реджины в дальнейшем, когда она увидит Эмму в красном платье. «Всего хорошего» — терпение Миллс начало иссякать, а из-за нервов она боялась испортить ещё не нанесенный макияж. «Бука. Удачного вечера» — это было последнее сообщение от девушки, после чего Реджина смогла приступить к макияжу и спокойно, а главное красиво его нанести. Она выбрала на вечер чёрное коктейльное платье на бретелях, но не знала, что наденет Кэтрин. Миллс вся извелась, желая узнать, но подруга так и осталась непреклонна. За приготовлением к вечеру время шло быстро. Все три дамы делали макияж, причёску, подбирали украшения, а двое мужчин отдыхали и поглядывали на свою пару. Кэтрин была счастлива, периодически целуя Дэвида, когда тот отвлекал её от занятия, а Реджину жутко бесило, что на неё таращатся. Она уже пыталась выпроводить Робина из комнаты, но тот ушёл, буквально, на час в кабинет, а потом вернулся, чтобы самому собраться. Реджине этого часа мало на что хватило, поэтому она вновь начала злиться. Немного ранее шести часов к дому подошли Кэтрин и Дэвид Нолан, неся в руках бутылку красного вина, как презент. Реджина не скрывала свою широкую улыбку, глядя на темно-синее платье подруги с хорошим вырезом, уверенная в том, что Дэвид оценил этот наряд по достоинству. — А где же ваша Эмма? Столько всего про неё слышал, уже пора самому познакомиться, — высказался с улыбкой Дэвид, сидя в гостиной на диване с бокалом виски в руках. Мужчины решили немного нагулять аппетит, пока ждали Грэма Хамберта. — Она скоро спустится, дорогой, — улыбнулась Кэтрин и поцеловала его в щёку. Реджина и Кэтрин раскладывали недавно доставившую еду из ресторана по тарелкам и вазочкам, не желая встревать в разговоры мужчин. Робин и Дэвид давно не виделись и у них явно есть, что обсудить. — Мне сегодня эта Руби написала, подруга Эммы, — обмолвилась Реджина, делая небольшой глоток вина из бокала. Она сама хотела расслабиться, ведь уже наперед знала, что вечер пройдёт в напряженной обстановке, по крайне мере, только между ней и Эммой. — Что написала? — спросила Кэтрин, перекладывая салат цезарь в глубокую миску. — Отправила женскую грудь и спросила, как мне. — Голую? — удивилась она. — Нет, в чем-то красном. Платье, наверное, это было, — взяв по два блюда на руки, Реджина и Кэтрин вышли в столовую. — Добрый вечер, — раздался нежный и немного неуверенный голос с лестницы. Мужчины, сидевшие на диване, всецело обратили внимание на красивую блондинку в красном платье. На стук её каблуков по лестнице в гостиную вышли и Реджина с Кэтрин, желая тоже увидеть её. — Эмма, — Дэвид поднялся с дивана желая познакомиться с прелестной особой. — Дэвид Нолан, — протянул ей руку, и как только в его плену оказалась её маленькая ладошка, он оставил поцелуй на тыльной стороне. — Приятно познакомиться. Прекрасно выглядите. — Мне тоже очень приятно познакомиться, и спасибо за комплимент, — произнесла она, глядя из-под опахала ресниц. Реджина чуть не уронила салатницу, так и не донеся её до стола. Эта девушка была неимоверно красива, и от её вида пересохло в горле. Волосы были убраны наверх в незамысловатую прическу, и лишь две тонкие закрученные прядки опадали с двух сторон на плечи. Глаза были красиво подкрашены коричневыми и светлыми тенями, что делало взгляд роковым. А это красное платье… Стоп. Красное платье? На нем нет бретелей. Когда два и два сложились в голове, Реджина мягко улыбнулась присутствующим и, схватив подругу за руку, потащила обратно на кухню. — Ты чего? — прошептала Кэтрин, не понимая. — Это она. Это её грудь мне скинула Руби. Я по платью узнала, — также шептала Миллс, ожидая, когда Эмма войдёт на кухню. — Она ещё говорила, как хочет их потискать. Вот сучка. — Воу, а откуда у неё фотография груди Эммы? — спросила Кэтрин, смешно сводя брови к переносице. — А я откуда знаю? — Может, они больше, чем подруги? — Кэтрин немного забавляла эта ситуация. По молодости они с Реджиной тоже присылали друг другу подобные фото, шутя. Ну, и что в этом такого, что Эмма тоже прислала Руби? — Кэтрин, заткнись, — рыкнула Миллс, но её лицо тут же стало улыбчивым и мягким, когда она услышала, как в кухню кто-то входит. — Нужна моя помощь? — поинтересовалась Эмма, немного нервно теребя браслет на руке. — Нет, Эмма, спасибо, — вежливо ответила Миллс, держа улыбку. Не успела Свон на подольше задержаться на кухне, как Дэвид позвал её в гостиную, желая познакомить с новым гостем. Реджине оставалось только смотреть вслед девушке, которую она практически упустила. Не дай Бог она будет с Грэмом, да Реджина его просто в порошок сотрёт. — Если он её хоть пальцем тронет, я ему что-нибудь сломаю, — спокойно произнесла она, глядя в одну точку. — Милая, это не выход, — Реджина смерила её серьёзным взглядом, и Кэтрин пошла на попятную. — Мы будем следить за ними обоими. — Не нравится он мне, — это было так, хоть Миллс практически ничего не знала об этом парне. Он просто не нравился ей тем, что Робин решил их свести. И вообще, с какой стати? Этот Локсли что, сваха тут? — Пойдём в гостиную, — предложила Кэтрин, и женщины двинулись к остальным. Грэм Хамберт был обычным рабочим в компании Робина Локсли. Одинокий трудоголик, который частенько проводил время в барах. Робин решил умолчать об этом факте, ведь видел, что что-то неладное происходит между его невестой и домработницей. Будто они случайно переспали и не знают, как дальше вести себя в этой ситуации. Он всё приглядывался к Эмме, но ничего необычного не заметил за эти несколько дней, но все же решил перестраховаться и познакомить её с мужчиной. Реджина пыталась держать улыбку натянутой, когда видела, как этот молодой, с лёгкой щетиной, мужчина целует руку Эммы, отчего та улыбается. Фу, мерзость. Хотя, в большей степени ревность. Реджина выслушала, как она прекрасна от этого слизняка, не чувствуя ни капли искренности. — Что ж, пройдём за стол, — предложил Робин и, обняв свою невесту за талию, повёл её в столовую. За большим круглым столом уместились гости и множество разнообразных блюд, от которых у мужчин текли слюнки, будто они несколько дней вообще не питались. — Грэм, расскажи Эмме о себе, — подтолкнул его Локсли, за что Миллс была ему очень благодарна, да так, что от радости со всей силы сжала вилку. Грэм что-то тихо рассказывал Эмме, сильнее приближаясь, чтобы она якобы услышала. Хитрый парень. Она смеялась, отвечала на его вопросы и периодически что-то отправляла себе в рот из еды. А напротив них, Дэвид и Робин переглядывались, широко улыбаясь. — А они хорошо вместе смотрятся, — сказал Робин, а после сделал приличный глоток виски. — Возможно, — согласился Дэвид. Одна Реджина бросала на парочку злые взгляды, желая встать, притянуть Эмму к себе и показать, чья эта девушка на самом деле, и что никто не имеет права так близко с ней сидеть и что-то шептать на ухо. Вскоре мужчины начали обсуждать работу, но так, чтобы это было отстранённо, и чтобы женщины могли поддержать их беседу. В этот момент Эмма увлеклась едой. Она с самого утра ничего толком не поела, и была жутко голодна. Салат, курица, бутерброды. Она была такой милой, по мнению Реджины, когда всё это кушала медленно, хотя было видно, что она готова наброситься на всё, что было на столе. — Робин, кстати, мою машину нужно отогнать в сервис. Она у меня вчера заглохла, не успела я до гаража доехать, — обмолвилась Реджина, когда зашла речь о машинах. — А, так вот почему она была так криво припаркована. Я уже подумал, что ты потеряла сноровку в вождении, — засмеялся он, но никто его не поддержал, видя, как Миллс с раздражением смотрит на жениха. — Дорогая, я не могу в течении дня, только поздно вечером, но в это время сервис уже не работает. — Робин, скажи, я о многом прошу? — спросила Миллс, делая очередной глоток вина. Она устала от того, что каждый раз, когда она просит Робина о чем-то, он прикрывается своей занятостью на работе. Он даже не мог в одно время сделать перестановку в спальне, когда Реджина ударялась мизинцем на ноге о ножку комода, стоящего в то время возле двери. Он ничего не делал по дому, и даже машину её отвезти не мог, не говоря уже о том, чтобы самому посмотреть. — Нет, дорогая, — немного стал серьёзнее он. — Но я занят. Только если в выходные. — Мисс Миллс, я могу её отогнать, — встряла Эмма, видя, как накаляется обстановка. К тому же, она была рада влезть в разговор, лишь бы Грэм перестал пересказывать ей всю свою биографию. — Ты умеешь водить машину? — спросила Кэтрин, удивляясь. Девушка была хоть куда. — Да, — кивнула она, незаметно отодвигаясь от Грэма. — В подростковом возрасте меня учил папа вождению. Навык до сих пор сохранился. — Я буду тебе очень благодарна, Эмма, — Реджина назло Локсли послала ей воздушный поцелуй, отчего щеки блондинки вспыхнули, и она опустила глаза. — Реджина, у неё нет прав, а со своими умениями она может поцарапать тебе машину, — возмутился Робин, чувствуя себя оскорблённым. Все остальные за столом молча замерли, боясь влезть или даже пошевелиться. — Со своей машиной я сама разберусь, Робин. Если ты не можешь помочь мне, тогда кто-нибудь другой это сделает, — только Эмма уловила в этой фразу двусмысленность и перевела взгляд на Локсли. — Как скажешь, дорогая, — согласился он, не желая устраивать сцену при посторонних. В дальнейшем Миллс ещё раз убедилась в том, что Грэм не подходит Эмме. Кэтрин, желая поддержать беседу, задала ему вопрос о новом проекте, интересуясь успехами парня, но тот так увлекся рассказом, что болтал без умолку, восхваляя себя. Над его несмешными шутками смеялся только Робин. Кэтрин мило кормила Дэвида фунчозой и целовала, будто рядом никого нет, а Эмма лишь изредка встречалась со взглядом карих очей, а после вновь утыкалась в тарелку. Реджина отчётливо следила за тем, сколько пьёт Робин и Грэм. Почти целая бутылка была выпита ими двумя, в то время как Дэвид решил ограничиться одним стаканом. Локсли начал громко смеяться, а Грэм его подхватывал, и Реджина поняла, что это маленькая копия её жениха. Грэм уже не стеснялся, кладя свою руку на спинку стула, на котором сидела Эмма, как бы невзначай касаясь её плеча. Вскоре он уже приобнимал её. Как бы Реджина не злилась, она старалась не налегать на вино, дабы быть в уме и здравии. Когда с ужином было покончено, Эмма, желая побыстрее сбежать от Грэма, помогла Реджине и Кэтрин отнести посуду на кухню и уже собиралась её помыть, как Нолан предложила оставить её на потом. Сейчас ей нужно отдохнуть. Дэвид предложил потанцевать и двинулся к аудиоаппаратуре и включил медленную и красивую музыку. Только он хотел пригласить Кэтрин на танец, как она взяла и отошла к Робину, вытягивая его на «танцпол». Нолан видела, как подругу трясет от каждого слова жениха, и было видно, что она явно не намерена с ним танцевать, поэтому решила оставить ей своего мужа. Может, она хоть остынет. Дэвид действительно предложил Реджине потанцевать и обхватил её за талию, другой рукой держа её ладонь. Рядом с ними были Робин и Кэтрин, а вскоре присоединилась и третья пара. Как бы Эмма не хотела танцевать с этим парнем, которого, как она уже поняла, пригласили для неё, она согласилась, подавая ему руку из вежливости. Реджина неотрывно следила за тем, как Грэм обнимает Эмму, вжимая её в своё тело так, что она практически не может дышать. Реджина видела, как ей тяжело с Грэмом, как она старается не смотреть ему в глаза, как не пытается завести разговор, а просто молчит. Она была зажата в его руках, и Реджина могла смело сказать, что он не приятен Эмме. — Эмма, ты очень красивая девушка, — прошептал пьяный голос ей на ухо. Неприятная щетина начала царапать нежную кожу на щеке, отчего Эмма начала морщиться. — Спасибо, — прошептала она. Ей не нравилось ощущать его грубые мужские руки на себе, эту жесткую хватку. Хотелось мягких ладоней и нежных поцелуев лишь одной женщины, чьи взгляды Эмма продолжала ловить. В силу выпитого алкоголя Грэм не рассчитывал собственную силу, да и вообще перестал думать головой. Он решил, что может позволить себе маленькую шалость, которая останется безнаказанной, поэтому лежащая на талии девушки рука поползла ниже и сжала ягодицу. Миллс следила за этим с гневным взглядом, не замечая, как сжимает руку Дэвида в своей. От взгляда Кэтрин тоже не укрылось то, как Хамберт похабно себя ведёт. — Грэм, отпустите меня, — попросила его Эмма, когда у неё не получилось вырваться из хватки цепких рук. — Я тебя обидел своим поведением? Прошу прощения за свою бестактность, — в его словах не было ни грамма искренности, и Эмме стало не комфортно. Меньше, чем через минуту Грэм снова полез к ней, ведя в танце, только уже желая сорвать поцелуй. Тут уже Эмма не выдержала и вырвалась из его объятий, не забыв при этом извиниться. — Подожди, — он немного сильно сжал её запястье в своей руке, удерживая. — Отпустите, мне больно, — запаниковала она. Грэм тут же отпустил девушку, ощущая на себе взгляды других. Она сделала несколько шагов назад, чувствуя свободу. — Эмма… — попытался он вновь приблизиться, но между ним и Эммой вовремя встала Реджина. — Мистер Хамберт, наш вечер подходит к концу. Давайте, я Вас провожу, — Реджина вежливо намекнула на то, что ему пора уходить, и даже указала рукой в сторону входной двери, но парень, будто не слушал её, пытаясь поймать взгляд Эммы. — Грэм, Вам пора. — Реджина… — попытался возразить Робин, но тут же был резко остановлен. — Локсли, ещё одно слово и ты можешь идти вместе с ним, — поставила она его на место, даже не поворачиваясь. — Ладно, мне, действительно, пора, — согласился Грэм, чувствуя, что ссора может прямо сейчас вспыхнуть на глазах, и это будет по его вине. — Я провожу, — сказал Робин и, проходя мимо невесты, одарил её недовольным взглядом. — Дэвид, мы пока с девочками пойдём приберемся. Смотри, чтобы он больше не пил, — ласково попросила его Кэтрин, указывая взглядом в сторону Локсли, и мило чмокнула его в щеку. Реджина и Кэтрин направились на кухню, на которую Эмма убежала раньше их. Ей было неприятно от всей этой ситуации, а ещё это случилось на глазах у всех, что вдвойне её огорчало. Девушка начала шарить по полкам в поисках чего-нибудь крепкого. Находящаяся на столешнице бутылка вина её не привлекала. Нужно было что-то более крепкое, и как раз она нашла открытую бутылку водки. — Эмма, — она услышала голос Кэтрин позади и опрокинула в себя стопку обжигающего горло напитка. Она верила, что скоро станет намного лучше. — Ты как? — спросила Реджина, подходя и кладя ладонь на её плечо. — Нормально, — холодно ответила она, но Реджина уловила дрожь в её голосе. Эмма решила выпить ещё одну стопку, но Реджина не позволила ей это сделать и, выхватив хрусталь, вылила содержимое в раковину. С помощью своих рук она повернула девушку к себе лицом, дабы убедиться в её состоянии, но Эмма закрыла лицо руками, опуская голову вниз. Кэтрин сочувственно взглянула на подругу, не зная, что делать, а вот сама Реджина, не долго думая, притянула Эмму в свои объятия. Пусть девушка и пыталась скрыть свои эмоции, но Реджина видела, что она на грани истерики. Возможно, ей так плохо не только из-за сегодняшней ситуации. Ей было так с самого начала. Отвергнутые чувства, странный парень в баре, странный парень в доме, где она работает. Её терпению просто пришёл конец, и она не выдержала. — Я рядом, милая. Я рядом, — шептала Реджина, тем самым успокаивая девушку в своих руках. Эмма убрала руки и переместила их на талию, обнимая, и утыкаясь лбом в шею. Все беды и трудности тут же пропали на фоне сладкого аромата одеколона, исходящего от брюнетки, и она вовсе перестала думать. Она продолжала так стоять, наслаждаясь теплом и чувством защищенности в руках любимого человека, а Кэтрин не могла налюбоваться этой картиной. Уже позднее, когда Эмма легла спать, Реджина укрыла её одеялом и поцеловала в лоб. Вечер прошёл немного не по плану, но зато в двух сердцах он оставил ещё один отпечаток, подтверждающий искренность их чувств.