Сложнее, чем кажется

— Ау! Черт... — Гарри стоял посередине лаборатории, уставленной пыльными склянками, и шипел от боли, с ужасом глядя на распухающую красную руку. — Поттер! Вас нельзя оставить ни на минуту! — Снейп, не обращая внимание на нелестные выражения Гарри, который просто бесцеремонно выкрикивал их, подбежал к нему, схватил его за запястье, от чего тот невольно всхлипнул. — Кто вас просил хвататься за все подряд? — от осуждающего тона Северуса, у Гарри внутри все сжалось. Однако, сейчас ему было немного не до этого, так как его руку будто кипятком облили. — Вот к чему приводит незнание зельеварения, — бормотал Снейп, изучая рану. — Гной бубонтюбера безумно опасен! С ним можно работать только в перчатках из драконьей кожи! Accio Обезболивающее зелье. Ну давай же! Не может его тут не быть!Accio Бадьян! — Ему в руку прилетело две склянки с разным содержимым. Северус нервно открыл их, пробормотал очищающее и по руке Гарри пробежал холодок. Он вздрогнул. Затем Снейп открыл одну из пробирок. — Пей, Поттер! — Он поднёс ее к губам Гарри, тот разжал их и профессор влил зелье внутрь. Боль начала утихать, однако, ожог на руке по прежнему неприятно горел и не думал уменьшаться. — Теперь бадьян. — говорил Северус негромко, будто проговаривая процесс, чтобы не допустить ошибку. Поскольку боль стихла, Гарри сосредоточился на Снейпе. Таким он его прежде не видел. Напряженный, внимательный, испуганный...? Осторожно капнув пару капель на воспалённое место, Снейп выждал пару секунд, а затем отстранился. Воспаление начало отступать, а Гарри вздохнул с облегчением. Но ненадолго. Гнев Северуса обрушился на него, будто шторм. — Поттер! Неумелый, глупый мальчишка! Кто тебе сказал простым человеческим языком: «НИЧЕГО НЕ ТРОГАТЬ!», а? Или ты совсем потерял слух? А может с тобой стоит разговаривать на эльфийском? Я слышал, у эльфов мозги размером со спичечный коробок! — Снейп орал так, что склянки на полках задрожали, звеня. — Ты бы мог умереть или потерять руку, если бы я вовремя не среагировал! Как же я устал спасать тебя от всего! Даже если Сам-Знаешь-Кто исчезнет, а я закрою тебя в самом дальнем подвале без света и других предметов, ты все равно найдёшь способ навредить себе! А мне придётся вновь спасать тебя! — Северус устало выдохнул, оперся руками о стол и начал изучать ингредиенты. Он был зол. Тяжело дышал, старался успокоиться, но Поттер знал, что в нем сейчас зверь и он пытается сдержать его, чтобы не было ещё хуже. Гарри дал ему пару минут, чтобы остыть, а после виновато пробормотал: «Простите, сэр.», в ожидании шквала гнева. Однако, его не последовало. Снейп вздохнул и наконец оторвал голову от ингредиентов, глядя на Гарри. — Профессор... А у нас есть перчатки из драконьей кожи? — сказал Поттер, не поднимая взгляд. — Сейчас узнаем, — сказал Снейп слегка раздраженно, — Accio Перчатки из драконьей кожи! — ничего не прилетело в руки Снейпа. Он стоял и обдумывал что-то. А затем, ничего не говоря, принялся измельчать корень асфоделя.        — Профессор! Но что же нам делать? — удивленно спросил Гарри, глядя на профессора с недоумением. Ведь без перчаток можно получить серьезный ожог. И как сказал сам Снейп, это довольно опасно, если не уметь реагировать верно.        — Нам? Поттер, для начала вам, — последнее слово он выделил особенно ярко, — следовало бы натереть в ступке имбирь. Чего же вы ждете? Можете приступать. Но не делайте глупостей, мне бы не хотелось вновь вытаскивать вас из неприятностей! — он злобно усмехнулся, возвращаясь к работе. Гарри задели слова профессора, и он стоял, красный, как рак от бешенства, но старался не подавать виду. Он же просто не знал! А если бы Снейп меньше плевался желчью на уроках, то может Гарри бы и уловил что-то. Так что тут определенно нет его вины. Он со злостью уставился на зельевара, а вернее на то, чем он занимался. Гарри прежде не видел, как Снейп варит зелья. Это было в какой-то степени... Завораживающе? Гарри и сам не мог дать точного описания своим эмоциям.       У Снейпа искусно получалось нарезать ингредиенты, он не отвлекался, не останавливался, делал все четко и очень слажено. Поттер поймал себя на мысли, что если бы при этом Снейп читал лекцию или просто что-то говорил, то Гарри бы просто вошел в транс. Безусловно, голос Северус гипнотизировал, он был невероятно глубоким и чувственным. Чего не скажешь о его владельце. Снейп своим видом напоминал скорее неприступную крепость, чем человека, обладающего гипнотизирующим голосом. Однако, его баритон ему очень подходил и совершенно связывал его со своим образом грозного зельевара. Из раздумий Гарри выдернул этот самый голос.        — Поттер! Я, кажется, сказал вам, чем заняться. Почему вы все еще не приступили? — Снейп ни на секунду не отвлекся от измельчения ингредиентов.        — Потому что вы, профессор, так и не ответили на мой вопрос! — Кажется, Гарри решил затеять игру.        — Кто сказал вам, что я обязан отвечать? — Северус, кажется, вновь начал закипать.        — В таком случае, кто сказал вам, что я должен натирать имбирь? — Кажется, Гарри перестарался, потому что Снейп вышел из себя.        — Поттер! — Он окинул мальчика таким взглядом, что тот невольно поморщился и понял, что совершил ошибку, начиная эту игру. — Если вам так угодно, выметайтесь! Не варите зелье, не боритесь! Можете сдаться Темному Лорду, если вам так угодно! Если вы считаете, что все сойдет вам с рук! Любой промах, любая дерзость, любое проявление слабости… Если вы будете пытаться, как чертов гриффиндорец, постоянно быть впереди, то вам точно не следует рассчитывать на победу. Ваши пререкания ни на шаг не приблизили нас к завершению зелья! Вы лишь болтаете о пустяках! И я не собираюсь это терпеть. Запомните, мистер Поттер, лучше иногда сделать один шаг назад, чтобы потом сделать два вперед. Учитесь уступать, учитесь проигрывать или никогда не сможете достойно победить! — Последние слова эхом разносились в голове у Гарри, пока он сжимал кулаки и старался не заплакать от накатившей обиды. Это было ужасно. Больно, унизительно и неприятно. Однако, он сам виноват на этот раз. Снейп продолжил свой акт. — И если я счел нужным оставить вас без ответа, значит он вам не требуется, уяснили, Поттер? — Тот слегка кивнул. — Вот и славно. А теперь либо молча натирайте имбирь, либо выметайтесь отсюда!       У Гарри в горле стоял ком. Он подошел к столу, взял в руки ступку и, не поднимая глаз на профессора, который тяжело дышал, начал натирать уже нарезанный имбирь. Он не знал, что чувствовать. На кого злиться, как реагировать, что делать дальше. Так они и стояли в тишине, в которой слышался лишь стук ножа и тихое дыхание.       Все бы это длилось, наверное, вечность, если бы Снейп не прервал эту тишину своим вздохом, когда коснулся злосчастного гноя.        — Профессор? — Гарри все же нашел в себе силы посмотреть на него, но когда увидел его лицо, понял, что лучше бы этого не делал. Лицо зельевара исказила гримаса боли, однако он старался сдерживать себя.        — Нарежь листья мяты. Делай, что тебе велено, Поттер! — Он всеми силами пытался не показывать свою боль.        — Но зачем? Давайте я сделаю... — Если бы Гарри не прервала холодная рука, больно схватившая его за предплечье, он бы получил очередной ожог.        — Так надо, мистер Поттер. А теперь займитесь делом. — Похоже, Снейп был раздражен. Он положил гнойного слизня на доску и начал нарезать.        — Но это же опасно, вы сами говорили! — Возмутился Гарри. Он не понимал, зачем Снейп делает это. Мог бы поручить и ему, ведь тот уже обжегся. Да и сделать он мог это в качестве урока за невнимательность. Подобные вещи, но конечно не такие опасные, Снейп проворачивал с Невиллом на уроке. И Гарри был почти уверен, что такое же ждет его и сейчас, особенно после такой перепалки. Да и в конце концов, они могли бы аппарировать за перчатками. Это не заняло бы слишком много времени.        — О, Поттер, ваш мозг, оказывается обладает свойством запоминать. Да, опасно. Но если хвататься за все подряд без должных знаний. — Он усмехнулся, заставляя Гарри раздражаться, — Я зельевар со стажем и я могу позволить себе подготовить гной самостоятельно. И я бы ни в коем случае не стал бы рисковать собственной жизнью по такой вот мелочи. Так что оставьте свои переживания, мистер Поттер и работайте над мятой! — последнюю фразу он буквально выплюнул, возвращаясь к отвратным гнойным слизням. Для Гарри все пошло очень странным путем. Снейп и вправду мог бы наказать Поттера. Но то, как он волновался, обрабатывая ожог Поттера, не могло не заставить его задуматься. Тогда он и вправду переживал, будто Гарри может лишиться руки. А сейчас вел себя спокойно. Может этот гной не настолько опасен? Тогда это заставляет Гарри взглянуть на ситуацию с другой стороны. Снейп за него переживает? И как он только пришел к такому выводу...        После череды ссор, после множества оскорблений, Гарри все равно пришел к такой нелепой мысли вроде того, что Снейп может переживать за него. Гарри заметил для себя, что после Омута Памяти, куда он заглянул ненароком и увидел не самые красочные воспоминания Снейпа, и после того, как он открыл глаза на многие неприязненные прежде детали, он начал оправдывать Северуса во многих вещах. Даже иногда перед Роном, когда тот начинал уж слишком наговаривать на него. А в итоге все вышло очень комично. А ведь когда-то Гарри вместе с Уизли оскорблял Снейпа, он не думал, что его рыжий друг окажется предателем, а тот, в чью сторону он посылал не самые лестные комментарии, останется практически единственным, кто будет на его стороне.       Эти мысли не давали Гарри покоя, от чего он начал только резче шинковать листья мяты.

***

      Когда Снейп наконец помешал зелье в последний раз и поставил его на медленный огонь, Гарри расслабился. Они вышли в просторную гостиную, где Северус простым заклинанием навел порядок. В этом доме он появлялся нечасто, поэтому уборкой тут никто не занимался. На потолке висела простая белая люстра, у стены был небольшой темно-зеленый диван, возле которого стоял книжный шкаф. Сразу же возле гостиной, где кстати стоял магловский телевизор, что удивило Гарри, шла кухня. Ее с гостиной не разделяла стена, в центре кухни стоял небольшой стол, а вокруг были различные шкафчики, плита и опять же магловский холодильник. Гарри знал, что у Снейпа был отец-магл, поэтому эти атрибуты перестали вызывать у него бурные эмоции, когда он об этом вспомнил. К тому же, Поттер и так вырос среди техники, поэтому для него это было обыденным.       Снейп сел на диван, потирая руки. Гарри вдруг осмелел и начал присматриваться к его лицу. Интересно то, что в последнее время он начал проводить время с Северусом слишком часто. Они как будто вообще не покидали друг друга. Это и настораживало и все больше интересовало Гарри.       Наблюдая за Снейпом, Поттер понял, что что-то не так. Видимо, этот ужасный гной прожег Северусу все руки. И кто из них еще упертый? Снейп чуть слышно шипел, касаясь руками друг о друга, этого факта Гарри не мог оставить без внимания, тут все было предельно ясно.       — Профессор? Вам больно? — тихо спросил Гарри, опасаясь гнева зельевара. Однако, тот видимо был слишком уставшим, чтобы реагировать как-то резко.        — Поттер, а вам было больно, когда вас обожгло? — Равнодушно ответил Северус.        — Да, очень, сэр! — Самостоятельно додумав фразу, он сказал: — Это значит, что вам тоже?       Снейп не ответил. Лишь продолжил смотреть перед собой. Гарри понял, что тот лучше умрет, чем признает свою слабость, поэтому решил действовать. Он тихо шагнул назад, а затем завернул в лабораторию. Тихо прошептав "Accio Бадьян" и "Accio Обезболивающее", Гарри поймал склянки и направился к Снейпу. Раз уж он помог ему, то и Гарри в долгу не останется. Он бы предпочел крикнуть "Остолбеней", чтобы Северус не противился, однако побоялся Снейповского гнева.       — Профессор.. — еле слышно произнес Гарри. — Прошу вас, дайте ваши руки. — Снейп сначала поднял изумленный взгляд на Поттера, изучая его намерения. Гарри ожидал криков, однако, их не последовало. Гарри выжидал, будто собирался подстрелить крупного зверя на охоте, — Позвольте... — Робко и осторожно, чтобы не причинить боли Снейпу, который протянул ему руки, Гарри коснулся их. Они были холодными, как всегда. Поттера пробила дрожь. Он боялся сделать что-то не так. Сделать больно. И ему не хотелось, чтобы его оттолкнули. Гарри взял руку ошеломленного профессора и капнул на нее настойку бадьяна. Зельевар зашипел от боли, и Поттер опомнился. Он молча протянул ему обезболивающее, и тот выпил его, заметно расслабляясь.       Гарри капнул ещё пару капель и растер кончиками пальцев по воспалённой коже. Его руки дрожали, он старался сделать все так, чтобы не причинить профессору ни капли боли. Однако, все вроде бы шло гладко. И когда Гарри закончил, ладони Снейпа перестали быть такими красными, как раньше, и тот выдохнул с облегчением, когда Поттер отстранился. Оба не сказали ни слова. До вечера Снейп копошился в лаборатории, пока варил другое противоядие, нейтрализующее заклятия подчинения и подчинительные зелья. С наступлением вечера, оба волшебника порядком вымотались. Снейп лёг в комнате своих родителей, а Гарри оставил в своей детской. Поттер с интересом рассматривал мрачные стены, жесткую кровать и разбитую лампу на столике. Снейп жил в таком аду. Неудивительно, что он вырос... Таким. В общем, долго Гарри подумать не смог, потому что погрузился в крепкий сон, перед новым днём в Хогвартсе, вокруг предателей, врагов и друзей. Оставалось лишь понять — кто есть кто.